Решение по делу № 2-1025/2025 от 17.02.2025 - об установлении факта трудовых отношений, обязанности внести запись в трудовую книжку, обязанности произвести отчисления и внести сведения в трудовой стаж, компенсации морального вреда.

Дело №2-1025/2025

УИД 48RS0002-01-2023-004634-38

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

17 февраля 2025 года г. Липецк

Октябрьский районный суд г.Липецка в составе председательствующего судьи Курдюкова Р.В., при секретаре Плугаревой Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО10 об установлении факта трудовых отношений, обязанности внести запись в трудовую книжку, обязанности произвести отчисления и внести сведения в трудовой стаж, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился с названным иском к индивидуальному предпринимателю ФИО10 В обоснование исковых требований ссылаясь на то, что 20.10.2008 г. был принят на работу к ИП ФИО10 на должность кладовщика склада «Мастер Мебель», расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>. Трудовой договор ему не вручался, запись в трудовую книжку не вносилась. По имеющейся информации, ответчик не производила обязательные отчисления в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Липецкой области и не оплачивала НДФЛ. При этом трудовая книжка была передана ответчику и находилась у нее до сентября 2023 г., после чего была возвращена без соответствующих записей о приеме на работу и увольнении. О том, что он официально не был трудоустроен у ответчика, он узнал в июле 2023 г., когда обратился в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Липецкой области по вопросам пенсионного обеспечения, где ему пояснили, что у него отсутствует страховой стаж с 2008 г. Он неоднократно просил ответчика внести запись в трудовую книжку и передать необходимые сведения в пенсионный орган, чтобы ему была правильно рассчитана пенсия и период работы у ответчика был включен в страховой стаж. На протяжении 15 лет он бесперебойно получал все необходимые выплаты, ходил в отпуск. У него не возникало никаких сомнений в том, что он работает официально. Кроме того, он неоднократно награждался ответчиком благодарственными письмами за свой профессионализм и долгосрочное сотрудничество. Уплата страховых взносов, других обязательных платежей и правильность предоставления сведений, в том числе и в системе персонифицированного учета - это обязанность работодателя, которая ответчиком не исполнялась. Просит установить факт трудовых отношений с ответчиком в период с 20.10.2008 г. по 26.07.2023 г. в должности кладовщика; обязать ответчика внести в трудовую книжку запись о приеме на работу 20.10.2008 г. и увольнении 26.07.2023 г. по основанию, предусмотренному п.3 ст.77 ТК РФ; обязать ответчика в течение 30 дней со дня вступления решения в законную силу произвести уплату налогов и взносов в бюджет и внебюджетные фонды; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В судебном заседании ФИО3 и его представитель по ордеру – адвокат Углова О.А. требования поддержали, ссылаясь на доводы искового заявления. Дополнительно пояснили, что на протяжении всего периода времени истец не брал больничных листов, поэтому не знал и не мог знать, что он работает у ответчика без оформления трудовых отношений. Просили не рассматривать заявление о взыскании судебных расходов.

Представитель ответчика ФИО10 по доверенности ФИО11 в судебном заседании исковые требования не признала, указывая на то, что согласно исковому заявлению и пояснениям истца, заработная плата выплачивалась ему в полном объеме и претензий по заработной плате он не имеет. При этом не представлены доказательства выплаты заработной платы ФИО3, не установлено, каким образом она выплачивалась, не представлено подтверждений, что заработную плату выплачивала именно ФИО10 Также не представлено доказательств, подтверждающих фактическое выполнение работы истцом в интересах ФИО10 (счета-фактуры, инвентаризационные акты, подписи в журналах об ответственном хранении, договоры поставки товаров и прочее). ФИО3 был официально трудоустроен до 2008 года, соответственно, имел опыт оформления трудовых отношений и не мог не знать, что для приема на работу нужно не только отдать трудовую книжку, но и подписать документы - трудовой договор и приказ о приеме на работу. Если ему это не было предложено, то это должно было его насторожить. Кроме того, он общался с другими сотрудниками, которые писали заявления об увольнении и о приеме в другие организации, являлись участниками зарплатного проекта. Из чего следует, что ФИО3 не мог не знать о том, что он не трудоустроен официально с момента предполагаемого трудоустройства, все это время не настаивал на оформлении трудовых отношений, поскольку был заинтересован в том, чтобы не производить официальные отчисления со своей заработной платы. Также обращение ФИО3 в трудовую инспекцию с жалобой на ООО «Прогресс - Партнер», а не на ИП ФИО10 подтверждает тот факт, что он знал, где фактически работал. Согласно налоговой декларации и патентам за период с 2020 года ИП ФИО10 не имеет наемных работников и осуществляет свою предпринимательскую деятельность по патентной системе налогообложения, что подразумевает отсутствие наемных работников, а также любых кадровых и бухгалтерских документов, у нее никогда не было Положения о поощрении или награждении, которое бы являлось основанием для выдачи каких-либо наградных документов, поэтому представленная истцом грамота сфальсифицирована. Также полагает, что срок исковой давности истцом пропущен. Допрошенные судом свидетели не состояли в трудовых отношениях с ИП ФИО10 и не могут подтверждать факт трудовых отношений с ответчиком.

Представитель третьего лиц на стороне ответчика – ООО «Прогресс-Партнер» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что требования истца являются обоснованными и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч.1 ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В силу ч.3 ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно ч.ч.1,2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор составляется в письменной форме в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.1994 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако, работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ).

В соответствии с разъяснениями п. 17,18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация №198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55,59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что в период с 20.10.2008 года по 26.07.2023 года состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО10 в должности кладовщика.

Из материалов настоящего дела следует, что ФИО10 имеет статус индивидуального предпринимателя с 05.04.2004 г., что подтверждается выпиской из ЕГРИП.

Также ФИО10 является (являлась) учредителем и генеральным директором: ООО «Прогресс –Партер» (юридическое лицо зарегистрировано в ЕГРЮЛ 04.02.2020 г., юридический адрес: <адрес>, <адрес>); ООО «Комплект –Центр» (юридическое лицо зарегистрировано в ЕГРЮЛ 09.11.2012 г., исключено из ЕГРЮЛ 14.08.2019 г., юридический адрес: <адрес>); ООО «Мастер Мебель» (генеральный директор) (юридическое лицо зарегистрировано в ЕГРЮЛ 17.12.2004 г., исключено из ЕГРЮЛ 05.03.2022 г., юридический адрес: <адрес>); ООО «Прогресс –Комплект» (юридическое лицо зарегистрировано в ЕГРЮЛ 11.09.2009 г., исключено из ЕГРЮЛ 27.09.2016 г., юридический адрес: <адрес>).

Основным видом деятельности ФИО10 и вышеуказанных юридических лиц является производство мебели.

Согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета и копии трудовой книжки истца его последнее место работы – ОАО РСП «Восход», откуда он был уволен (дата).

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что он работал у ФИО10 с 2006 года по январь 2024 года. С 2008 года по 2023 год вместе с ним работал ФИО3 Первоначально он работал на <адрес>, затем переехали на <адрес>, после чего - на <адрес>. ФИО3 все это время работал с ним в должности кладовщика, рабочий день был установлен с 09 до 18 ч., работали они на разных складах, расположенных по одному адресу. Ходили в отпуска. Заработную плату им платили наличными через кассу. В 2021 году ФИО10 отметила его и ФИО3 благодарственным письмом за длительную работу, а также выплатила им премию. Ему известно, что у ФИО10 было несколько организаций, которые работали под общим брендом: «<данные изъяты>».

Из показаний свидетеля ФИО4 следует, что с декабря 2019 года она работала у ФИО10 кассиром по адресу: <адрес>. Вместе с ней работал ФИО3 Ей известно, что ФИО3 был трудоустроен задолго до ее прихода. В каких организациях, кто был трудоустроен ей неизвестно, так как практиковался перевод сотрудников из одной организации в другую без их ведома. Все считали, что работают в «<данные изъяты>». В 2023 году ФИО10 прислала из Москвы трудовую книжку истца в бухгалтерию и сказала передать ее ФИО3, что ею и было исполнено.

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что он работал вместе с ФИО3 с 2010 года, сначала на <адрес>, <адрес>. От имени ФИО10 им давали подарки, премии, объявляли благодарности.

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что она является гражданской женой ФИО3 ФИО3 работал у ответчика в должности кладовщика мебельного склада с 2008 года по 2023 год. Она помогала ему трудоустроиться к ответчику. Трудовая книжка ФИО3 была передана ФИО10 и находилась у нее. ФИО3 ежемесячно получал заработную плату и полагал, что он официально оформлен, с его заработной платы производятся отчисления. При его увольнении в 2023 году выяснилось, что ФИО3 официально оформлен не был. На требования ФИО3 к ответчику внести записи в трудовую книжку и произвести отчисления ФИО1 ответила отказом.

Аналогичные показания были даны свидетелями ФИО6, ФИО7

В подтверждение факта трудовых отношений истцом также представлены: фотографии мебельного цеха ответчика по адресу: <адрес>; благодарственное письмо ответчика в адрес истца от 15.10.2021 года; объявления ответчика с поздравлением коллектива с 20 -летием «<данные изъяты>», где отдельно отмечаются ФИО8, отработавший 15 лет, ФИО14, отработавшая 11 лет, ФИО3, отработавший 13 лет; графиками отпусков за период с 2012 года по 2022 год, где в числе прочих сотрудников указан ФИО3, 29.09.2008 г., а также свидетели ФИО8, ФИО9; расчетными листками за 2022 – 2023 годы; расходным кассовым ордером ответчика о выдаче денежных средств истцу.

Согласно выписке из ЕГРН нежилое помещение по адресу: <адрес> «<данные изъяты>» с 05.04.2023 г. принадлежит ФИО12

Согласно договору аренды от 11.03.2024 г. производственная база передана ФИО12 в аренду ООО «<данные изъяты>».

Также в материалах дела имеются договоры аренды данной производственной базы между ООО «<данные изъяты>» (арендодатель) и ООО «<данные изъяты>» (арендатор) от 05.02.2020 года, между ООО «<данные изъяты>» (арендодатель) и <данные изъяты>» (арендатор, генеральный директор ФИО10) от 01.10.2019 года, между ООО «<данные изъяты>» (арендодатель) и ООО «<данные изъяты>» (арендатор) от 01.11.2018 года.

Оценивая представленные в дело доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что факт трудовых отношений между ФИО2 и ИП ФИО10 следует считать установленным.

Суд приходит к выводу, что стороны достигли соглашения о личном выполнении истцом трудовой функции в качестве кладовщика в интересах, под контролем и управлением по месту нахождения работодателя, при этом истец подчинялся действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы, работодатель производил выплату истцу заработной платы.

Вышеприведенные доказательства свидетельствуют об устойчивом и стабильном характер трудовых отношений, подчиненности и зависимости труда истца от ответчика, выполнении истцом работы по конкретной должности, предоставлении истцу отпусков.

Как было указано, трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, чего в данном случае ответчиком сделано не было.

Неисполнением работодателем обязанности по оформлению трудового договора не должно ущемлять права и законные интересы работника, являющегося наименее защищенной стороной в трудовых отношениях.

Доводы представителя ответчика о том, что согласно налоговой декларации и патентам ИП ФИО10 не имеет наемных работников и осуществляет свою предпринимательскую деятельность по патентной системе налогообложения, что подразумевает отсутствие наемных работников, а также любых кадровых и бухгалтерских документов, суд считает несостоятельными, поскольку эти обстоятельства не исключают наличие фактических трудовых отношений между сторонами, которые в данном случае подтверждены надлежащими доказательствами.

Суд также отклоняет доводы стороны ответчика о работе истца в вышеназванных организациях, созданных и руководимых ответчиком, поскольку период их деятельности не совпадает с установленным периодом работы истца, в то время как ФИО10 имеет статус индивидуального предпринимателя с 2004 года по настоящее время.

Оснований считать показания свидетелей и представленные письменные доказательства недостоверными у суда не имеется. Тот факт, что отдельные свидетели были трудоустроены в созданных и руководимых ответчиком организациях не опровергает вывода суда о наличии между сторонами трудовых отношений, поскольку не влияет на правдивость их показания об осуществлении трудовой деятельности ФИО3 в интересах ФИО10

Доказательств обратного ответчиком не предоставлено.

Довод представителя ответчика о пропуске срока исковой давности для обращения в суд является несостоятельным.

Согласно статье 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Из смысла данных положений закона во взаимосвязи с частью первой статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что только после признания отношений трудовыми судом у работника возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые отношения, в том числе требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, предъявлять иные требования, связанные с трудовыми отношениями.

Такой вывод соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16 декабря 2024 г. N64-КГ24-4-К9.

Другие доводы ответчика правового значения для разрешения настоящего спора не имеют.

Таким образом, представленными доказательствами подтверждается факт трудовых отношений между ИП ФИО10 и истцом в период с 20 октября 2008 года по 26 июля 2023 года.

Следовательно, исковые требования в указанной части и в части обязанности ИП ФИО10 внести в трудовую книжку истца сведения о работе подлежат удовлетворению.

Также согласно сведениям о трудовой деятельности Фонда пенсионного и социального страхования РФ период работы истца у ответчика с 2008 года по 2023 год в ресурсах Фонда не значится, отчисления с заработной платы в бюджет и внебюджетные фонды не сделаны.

Статьями 16 и 17 ФЗ РФ от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» предусмотрено, что органы Пенсионного фонда Российской Федерации имеют право требовать от страхователей своевременного и правильного представления сведений; страхователи, уклоняющиеся от представления предусмотренных настоящим Федеральным законом достоверных и в полном объеме сведений, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (ч.2 ст.17). Органам Пенсионного фонда Российской Федерации предоставлено право взыскания в судебном порядке финансовых санкций за представление страхователем неполных и (или) недостоверных сведений о застрахованных лицах (ч. 3 ст. 17).

В соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» государство несет субсидиарную ответственность по обязательствам Пенсионного фонда Российской Федерации перед застрахованными лицами, а средства его бюджета являются федеральной собственностью (статья 5 и пункт 1 статьи 16).

С учетом вышеприведенных правовых норм, ответственность работодателя как страхователя за непредставление сведений о застрахованном лице и неуплату страховых взносов, а также полномочия Пенсионного фонда РФ, как страховщика по контролю за уплатой страховых взносов, не могут быть возложены на само застрахованное лицо.

На основании ст.18 ФЗ РФ от 01.04.1996 №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», споры между органами Пенсионного фонда Российской Федерации, страхователями и застрахованными лицами по вопросам индивидуального (персонифицированного) учета разрешаются судом.

В соответствии с п.23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, ст. 133.1 ТК РФ, пункт 4 ст. 1086 ГК РФ).

Учитывая отсутствие письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой истцом у ответчика в период с 20.10.2008 г. по 26.07.2023 г., суд считает возможным, руководствуясь указанным разъяснением Верховного Суда Российской Федерации, принять во внимание для установления размера заработной платы истцу в указанный период сведения, предоставленные Территориальным органом Федеральной службы государственной статистики по Липецкой области, о том, что средняя начисленная заработная плата работников организаций всех форм собственности по профессиональной группе «Упаковщики вручную», включая должность «Кладовщик», по Липецкой области за спорный период: за 2008, 2009, 2010 годы – 7453 руб.; за 2011, 2012 годы – 13131 руб.; за 2013, 2014 годы – 16377 руб.; за 2015, 2016 годы – 18835 руб.; за 2017, 2018 годы – 20053 руб.; за 2019, 2020 годы – 27022 руб.; за 2021, 2022 годы – 35 063 руб.; за 2023 год – 48401 руб. в месяц.

Суд приходит к выводу, что требования истца о возложении на ответчика обязанности произвести отчисления с его заработной платы в бюджет и внебюджетные фонды являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку ответчиком нарушено право истца на оформление трудовых отношений и отчисление взносов в бюджет и внебюджетные фонды, нарушение данных прав причинило истцу нравственные страдания, с ответчика в пользу истца в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 40000 руб.

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 900 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ,

РЕШИЛ:

Требования ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО10 об установлении факта трудовых отношений, обязанности внести запись в трудовую книжку, обязанности произвести отчисления и внести сведения в трудовой стаж, компенсации морального вреда удовлетворить.

Признать отношения между ФИО3 (паспорт №) и индивидуальным предпринимателем ФИО10 (ОГРНИП №, ИНН №) трудовыми в период с 20 октября 2008 года по 26 июля 2023 года, обязать индивидуального предпринимателя ФИО10 внести в трудовую книжку истца сведения о работе:

- принят 20 октября 2008 года на должность «кладовщик»;

- трудовые отношения прекращены 26 июля 2023 года по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника).

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО10 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 40 000 руб.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО10 в течение 30 дней со дня вступления решения суда в законную силу произвести начисление и уплату налогов и обязательных платежей в бюджет и внебюджетные фонды за ФИО3 за период с 20 октября 2008 года по 26 июля 2023 года исходя из следующих размеров заработной платы:

- за 2008, 2009, 2010 годы – 7453 руб.;

- за 2011, 2012 годы – 13131 руб.;

- за 2013, 2014 годы – 16377 руб.;

- за 2015, 2016 годы – 18835 руб.;

- за 2017, 2018 годы – 20053 руб.;

- за 2019, 2020 годы – 27022 руб.;

- за 2021, 2022 годы – 35 063 руб.;

- за 2023 год – 48401 руб. в месяц, а также передать сведения для включения периода работы с 20 октября 2008 года по 26 июля 2023 года в его стаж.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО10 государственную пошлину в бюджет в сумме 900 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Октябрьский районный суд г.Липецка в течение одного месяца с момента изготовления в окончательной форме.

Председательствующий Р.В.Курдюков

Мотивированное решение изготовлено 27.02.2025 года