дело №а-3874/2022
66RS0001-01-2022-002992-89
Мотивированное решение изготовлено 05 июля 2022 года
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
21 июня 2022 года город Екатеринбург
Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Гейгер Е.Ф.,
при помощнике судьи Семакиной С.В.,
с участием представителей административных ответчиков ФИО1, ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании посредствам видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО3 к ФКУ Управление конвоирования ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3, отбывающий наказание в виде лишения свободы, обратился в суд с административным исковым заявлением ГУФСИН России по Свердловской области, просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.
В обоснование административного иска указано, что 27 февраля 2022 года ФИО3 был этапирован автодорожным транспортом в ФКУ ИК-63 ГУФСИН России по Свердловской области из Областной больницы № ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России, где ему была проведена операция – иссечение электроножом новообразований в области заднего прохода. В результате этапирования в сидячем положении у административного истца разошлись швы, что было зафиксировано медицинским работником по прибытии в ФКУ ИК-63 ГУФСИН России по Свердловской области.
Вышеуказанные ненадлежащие условия этапировании причинили ФИО3 моральные, нравственные страдания, физическую боль, в связи с чем ему был причинен моральный вред, который он оценивает в 200 000 руб.
Определением от 11 мая 2022 года судом к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены ФКУ Управление конвоирования ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России.
Определением от 23 мая 2022 года судом к участию в деле в качестве административного ответчика привлечено ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России.
Административный истец ФИО3, участвующий в судебном заседании посредствам видеоконференц-связи, заявленные требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.
Представитель административных ответчиков ФКУ Управление конвоирования ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области ФИО4 в судебном заседании возражала против заявленных требований по доводам, указанным в письменных возражениях на административное исковое заявление.
Представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФИО2 возражала против заявленных требований, указала, что 29 января 2022 года ФИО3 поступил в филиал Областной больницы № ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России с диагнозом 01 февраля 2022 года был прооперирован, после операции швы снимаются в течение 10 суток, 27 февраля 2022 года был выписан. Также указала, что доводы ФИО3 о причинении вреда здоровью в результате ненадлежащего этапирования являются надуманными, документально не подтверждены.
Суд, изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, приходит к следующим выводам.
В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
Гражданский кодекс Российской Федерации определяет моральный вред как физические или нравственные страдания гражданина, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, который подлежит возмещению путем возложения судом на нарушителя обязанности денежной компенсации указанного вреда; устанавливает обязанность суда при определении размеров компенсации морального вреда принимать во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывать характер, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред, степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, а также исходить из требований разумности и справедливости. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред (статья 151, пункт 2 статьи 1101 названного Кодекса).
На необходимость оценивать степень нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий, обращено внимание в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».
Обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения административного дела, определяются судом в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным публичным правоотношениям, исходя из требований и возражений лиц, участвующих в деле (часть 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).
Применительно к настоящему административному делу юридически значимыми и подлежащими доказыванию обстоятельствами являются наряду с фактом причинения ФИО3 физических и нравственных страданий, вызванных ненадлежащими условиями его содержания под стражей, его индивидуальные особенности, иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, необходимые для определения размера компенсации морального вреда.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»).
Принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.
Положения статьи 76 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусматривают, что осужденные к лишению свободы направляются к месту отбывания наказания и перемещаются из одного места отбывания наказания в другое под конвоем, за некоторыми исключениями (следование в колонию-поселение самостоятельно в соответствии с частями 1, 2 статьи 75.1 настоящего Кодекса). При перемещении осужденных им обеспечиваются необходимые материально-бытовые и санитарно-гигиенические условия. Порядок перемещения осужденных определяется нормативными правовыми актами, принимаемыми в соответствии с данным Кодексом.
В судебном заседании установлено, что 26 февраля 2022 года от ФКУ Управление конвоирования ГУФСИН России по Свердловской области был назначен сквозной автодорожный караул, которым 27 февраля 2022 года осуществлено конвоирование осужденного ФИО3, следовавшего из ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ ИК-63 ГУФСИН России по Свердловской области.
Приказом Министерства юстиции Российской Федерации и Министерства внутренних дел Российской Федерации от 24 мая 2006 года № 199дсп/369дсп утверждена Инструкция по служебной деятельности специальных подразделений уголовно-исполнительной системы по конвоированию (далее по тексту Инструкция), которая определяет порядок организации конвоирования осужденных и лиц, содержащихся под стражей, по установленным маршрутам конвоирования, конвоирования граждан Российской Федерации и лиц без гражданства на территорию Российской Федерации, а также иностранных граждан и лиц без гражданства в случаях их экстрадиции, а также порядок действий караулов и должностных лиц при происшествиях.
Специальные автомобили, используемые ФСИН России при конвоировании осужденных, сведения о которых в материалах административного дела, изготавливаются и сертифицируются в соответствии с требованиями Технического регламента таможенного союза ТР № «О безопасности колесных транспортных средств», утвержденного Решением Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 года №.
Автомобиль марки «КАМАЗ» оборудован 2 большими камерами вместимостью 15 человек в каждой и 2 малыми камерами вместимостью по 1 человеку; автомобиль марки «ГАЗ» оборудован 2 большими камерами вместимостью по 5 человек в каждой и 5 малыми камерами вместимостью по 1 человеку.
Приказом Минюста России от 04 сентября 2006 года № 279 (утверждено Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее - Наставление) в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, Европейскими пенитенциарными правилами, утвержденными Рекомендацией (2006) 2 Комитета Министров Совета Европы, а также стандартами Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания устанавливает требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы (далее - УИС) инженерно-технических средств охраны и надзора (далее - ИТСОН).
Согласно пункту 73 Наставления к транспортным средствам, используемым учреждениями УИС для перемещения осужденных и лиц, содержащихся под стражей, при конвоировании, и подлежащим оборудованию ИТСОН, относятся: - специальные автомобили для перевозки осужденных (далее - спецавтомобили); - специальные железнодорожные вагоны (далее - спецвагоны).
В случае изготовления спецавтомобиля на базе грузового автомобиля (шасси) на последний устанавливается специальный кузов (далее - спецкузов). В спецкузове оборудуются: помещение караула, камеры для осужденных и др. Спецавтомобиль на базе грузового автомобиля (шасси) и автобуса предназначен для перевозки только сидящих людей.
Приведенные нормы предусматривают конструктивные требования к оборудованию камер для осужденных спецавтомобилей. Общие камеры должны быть оборудованы одним рядом сидений или двумя рядами сидений, расположенных напротив друг друга.
Приложение № 6 «Оборудование специальных транспортных средств» к Наставлениям содержит Таблицу 6.1 «Минимальные размеры камер для осужденных», в соответствии с которой, минимальный размер общей камеры для спецконтингента определяется в зависимости от длины сидений, с минимальной глубиной общей камеры 650 или 1150 мм (максимальная глубина 1300 мм), а не определяется минимальная площадь свободного пространства в камере спецавтомобиля на одного осужденного по аналогии с жилыми помещениями в исправительных учреждениях.
На основании подпункта 8 пункта 73 Наставлений сиденья для осужденных должны быть стационарными, жесткой конструкции, на металлическом каркасе, сваренном из стальных профилей размером не менее 20,0 мм x 20,0 мм x 1,5 мм, выполнены из фанеры толщиной не менее 10 мм. Спинки сидений для осужденных должны быть выполнены из доски хвойных пород толщиной от 25 до 40 мм, окрашены в цвет рабочего салона и соответствовать следующим требованиям: - крепление сиденья и спинки должно осуществляться с помощью сквозных резьбовых соединений диаметром не менее 8 мм; - спинки должны быть выполнены в виде досок шириной от 100 до 150 мм, установленных на высоте от 250 до 350 мм от уровня сидений, и должны крепиться к каркасам сидений или каркасу перегородок камер (стенок кузова).
Сиденья для осужденных должны иметь следующие размеры: - длина сидений (лавок) в общих камерах должна определяться из расчета 450 мм на одно посадочное место; - ширина сиденья в одиночной камере - не менее 420 мм; - высота сидений - от 400 до 500 мм, глубина сидений - не менее 350 мм. Сиденья для осужденных и лиц, содержащихся под стражей, должны крепиться к полу с помощью сквозных резьбовых соединений диаметром не менее 8 мм. Крепежные элементы сидений не должны отворачиваться вручную (без применения специального инструмента).
Согласно путевой ведомости от 26 февраля 2022 года, путевому журналу (запись за порядковым номером 8) конвоирование ФИО3 осуществлялось на спецавтомобиле марки . В соответствии с пунктом 167 Инструкции техническими характеристиками автомобиля типа А3, норма посадки в спецавтомобиль грузоподъемностью 4 тонны определяется из расчета до 36 человек, в том числе осужденных и лиц, содержащихся под стражей - 32 человека. Спецавтомобиль марки «» оборудован двумя большими камерами вместимостью по 15 человек в каждой и двумя малыми камерами вместимостью по 1 человеку в каждой, оснащен системами отопления, принудительной вентиляцией, освещением, технически был исправен. В соответствии с покамерной рассадкой при конвоировании в спецавтомобиле вместе с ФИО3 в большой камере № следовали еще 6осужденных, общее количество 7 человек, что не превышало номинальную вместимость большой камеры. Общее количество осужденных в спецавтомобиле «», в котором конвоировался ФИО3 составило 18 человек, что фактически не превышало проектную вместимость. Размеры больших камер специальных автомобилей марки «»: длина – 360 см, ширина – 120 см, высота 173 см. Время посадки осужденных в ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области 10:30, время прибытия в ФКУ ИК-63 ГУФСИН России по Свердловской области 20:20, общее время в пути следования при конвоировании в спецавтомобиле составило 10 часов.
Таким образом, представленными в материалы дела документами подтверждается, что ФКУ «Управление конвоирования ГУФСИН России по Свердловской области» нарушения прав ФИО3 при этапировании 27 февраля 2022 года не допущено.
Доводы административного истца о том, что в результате этапирования 27 февраля 2022 года в сидячем положении у него , в связи с чем он испытывал сильную боль, дискомфорт, не свидетельствуют о допущенных административными ответчиками нарушениях условий этапирования ФИО3, поскольку согласно выписному эпикризу № ФИО3 был выписан 27 февраля 2022 года в трудоспособном состоянии без тяжелой физической нагрузки, согласно записи начальника хирургического отделения № 10 в дневнике болезни от 27 февраля 2022 года ФИО3 этапом следовать может.
Кроме того, отсутствие причиненного вреда также подтверждается пояснениями фельдшера 11, допрошенной в судебном заседании, из которых следует, что она наблюдает ФИО3 в связи с тем, что последний состоит на диспансерном учете как , 27 февраля 2022 года ФИО3 ею был осмотрен в связи с жалобами на боли . По результатам осмотра ею было обнаружено, что у административного истца , при этом пояснила, что какого-либо вреда здоровью ФИО3 причинено не было, в дальнейшем . Также пояснила, что не знает, должен ли ФИО3 был этапироваться сидя или лежа, поскольку не является врачом-хирургом и не обладает достаточными знаниями в данной области.
На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии незаконных действий (бездействия) ФКУ Управление конвоирования ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России, допущенными в связи с ненадлежащими условиями конвоирования 27 февраля 2022 года, в связи с чем отказывает в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 руб.
Дело рассмотрено в пределах заявленных требований. Иных требований, равно как иных доводов и доказательств суду не заявлено и не представлено.
Руководствуясь статьями 227, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
административное исковое заявление ФИО3 к ФКУ Управление конвоирования ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями конвоирования 27 февраля 2022 года в размере 200 000 руб. оставить без удовлетворения.
Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга.
Судья: Гейгер Е.Ф.