УИД 66RS0050-01-2022-000953-20

Дело № 2-19/2023

Мотивированное решение

изготовлено 19.01.2023 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Североуральск 12 января 2023 года

Североуральский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Василенко С.Б.

при секретаре судебного заседания Демченко М.В.,

с участием истца ФИО1, его представителя адвоката

Североуральской адвокатской конторы Ковалик М.Д., действующей на основании ордера, доверенности,

представителя ответчика акционерного общества «Севуралбокситруда» - ФИО2, действующего на основании доверенности,

помощника прокурора г. Североуральска Тепляковой А.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Севуралбокситруда» о восстановлении на работе, признании незаконным привлечения к дисциплинарной ответственности, взыскании морального вреда и денежных сумм,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, полагая незаконным свое увольнение, обратился в Североуральский городской суд Свердловской области с названным иском. Требования мотивировал тем, что он начал свою деятельность в акционерном обществе «Севуралбокситруда» (далее - АО «СУБР») с 1983 года по профессии- подземный горнорабочий очистного забоя, с 1989 года работал в должности горного мастера, с 16.09.2010 года работал в должности начальника складского хозяйства цеха материально-технического снабжения. 21.07.2022 года он был ознакомлен с приказом № СУБР-2022-К-400 об увольнении. Из содержания приказа следовало, что трудовой договор с ним расторгнут на основании п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с неоднократным неисполнением работником своих должностных обязанностей. Увольняя его по такому основанию, работодатель в тексте приказа указал о нарушениях, выявленных в его работе комиссией по результатам внутреннего служебного расследования, а именно: выявлены товарно-материальные ценности (далее по тексту - «ТМЦ»), которые числятся на забалансовом учете у материально-ответственного лица ФИО1, но фактически переданы другим работникам, то есть отсутствуют сведения о движении товарно-материальных ценностях. В ходе проведения инвентаризации выявлена их недостача, также выявлены списанные в производство, но фактически находящиеся в упаковках товарно-материальные ценности без признаков эксплуатации. Работодатель указал о том, что выявленные нарушения являются ненадлежащим выполнением им (ФИО1) должностных обязанностей пунктов 2.10 и 2.22 должностной инструкции, нарушением ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации в части использования шлифмашинки в личных целях и пункта 2.3. приказа АО «СУБР» о возврате неиспользованных товарно-материальных ценностях на склад. Без ссылки на нормативные акты в оспариваемом приказе указано о том, что он (ФИО1) своими действиями нарушил установленные на предприятии требования к движению и учету вверенных ему товарно-материальных ценностей, создал условия, способствующие хищению и других правонарушений в отношении имущества работодателя. С указанным приказом он (ФИО1) не согласен, так как в нем не указано непосредственное нарушение (сам проступок), за который работодатель привлекает его к дисциплинарной ответственности. В оспариваемом приказе нет сведений о том, что конкретно он сделал (или не сделал) и какие положения, приказы и прочее им не выполнены. Считает, что примененное к нему дисциплинарное взыскание в виде увольнения несоразмерно тяжести проступков, которые не повлекли для ответчика каких-либо последствий, иные сотрудники, которые также имеют непосредственное отношение к ТМЦ, не были привлечены к дисциплинарной ответственности, либо привлечены к более мягким видам наказания. Указывая в приказе об отсутствии сведений о движении ТМЦ, работодатель не сослался на нормы, которыми предусмотрен порядок действий при движении ТМЦ, в связи с чем, невозможно определить, какая норма порядка нарушена. На предприятии нет установленных правил поведения работников при перемещении ТМЦ, находящихся на забалансовом учете. На момент привлечения его (ФИО1) к дисциплинарной ответственности в АО «СУБР» нет ни одного документа, регламентирующего порядок хранения, движения и учета ТМЦ, числящегося на забалансовом учете. В акте о результатах служебного расследования от 27.06.2022 года в разделе п. 3 указано о том, что нет утвержденного стандарта работы с товарно-материальными ценностями, числящимися на забалансовом учете, их движение, хранение. В выводах комиссии указано о необходимости разработки и утверждения методики выдачи, учета, сохранности, списания ТМЦ с признаками забалансового учета. Кроме того, не согласен с недостачей ТМЦ, так как фактически они имелись, но были переданы в работу иным сотрудникам. Цепи для бензопилы и набор ключей переданы в работу сотрудникам предприятия. Шлифмашинка была возвращена им (ФИО1) в этот же день. Порядок передачи товарно-материальных ценностей, числящихся на забалансовом учете отсутствует. Указывая о таком нарушении, как наличие списанных ТМЦ в его кабинете, работодатель ссылается на нарушение им п. 2.3 Приказа АО «СУБР» от 02.03.2022 года, где указано, что в случае не вовлечения ненормируемых ТМЦ в производство в течение отчетного периода, они подлежат возврату на склад и постановке на учет в течение двух рабочих дней до окончания отчетного месяца с оформлением формы ТМЦ-003. В оспариваемом приказе, как и в акте, не содержится информация о том, когда данные товарно-материальные ценности были им получены, когда они были списаны в производство, отсутствует информация, подтверждающая не вовлечение указанных в акте ТМЦ в течение отчетного периода. Шлифмашинка была им предоставлена комиссии в этот же день, так как она находилась в другом месте. Увольняя его (ФИО1) за неоднократное неисполнение работником своих должностных обязанностей работодатель сослался на привлечение его ранее к дисциплинарной ответственности по приказу № СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года и приказу № СУБР-2022-К-359 от 30.06.2022 года. Согласно приказа от 15.03.2022 года он (ФИО1) был привлечен к дисциплинарной ответственности за то, что без визуального осмотра подписал акт списания ТМЦ. При этом данный акт был подписан не только им, а к ответственности привлекли только его. Считает, что в данной ситуации имеет место дискриминация, предвзятое отношение к нему со стороны работодателя. При списании ТМЦ, срок эксплуатации которых истек, у члена комиссии по списанию ФИО8 возникли вопросы о наличии списываемых товарно-материальных ценностей. В результате все ТМЦ были установлены в наличии, то есть наличие списываемого имущества в связи с окончанием срока его эксплуатации, подтвердилось. Никакого ущерба от его действий работодателю не причинено. Работодатель также указал, что им (ФИО1) нарушен приказ № СУБР-2018-245 от 17.07.2018 годп. Однако, данным приказом только определены лица, входящие в состав комиссии по списанию быстроизнашивающихся и малоценных предметов. О том, каков порядок списания, и нужен ли визуальный осмотр списываемых ТМЦ, в акте нет ни слова. Считает, что работодатель привлек его к ответственности в приказе № СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года незаконно. Считает, что при привлечении его к дисциплинарной ответственности работодателем нарушены нормы ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, ФИО8 обнаружила факт подписания акта без визуального осмотра товарно-материальных ценностей 31.01.2022 года. Акт сотрудниками ДЗР был составлен 02.02.2022 года, а приказ издан 15.03.2022 года, то есть по истечении месяца со дня обнаружения проступка, даже с учетом недели нетрудоспособности, срок привлечения истек 11.03.2022 года. Трудовым кодексом Российской Федерации предусмотрен срок для обжалования приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности - три месяца. Однако, истечение данного срока не лишает работника права оспаривать незаконность привлечения к дисциплинарной ответственности, если такое привлечение положено в основу последующего увольнения. Приказ от 30.06.2022 года № СУБР-2022-К-359 о привлечении к дисциплинарной ответственности начальника службы складского хозяйства ЦМТС АО «СУБР» ФИО1 был издан работодателем в связи с тем, что он не обеспечил учет и сохранность вверенных ему ТМЦ, а именно не составил в марте 2019 года акт о повреждении водонагревателя. Данный водонагреватель Ariston был приобретен 19.11.2018 года и 26.11.2018 года перемещен на склад № 2081. 18.06.2019 года водонагреватель был списан на ЦМТС. В соответствии со ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. С момента списания поврежденного водонагревателя на момент привлечения его (ФИО1) к ответственности 30.06.2022 года прошло более трех лет, то есть привлечение его к дисциплинарной ответственности произведено за пределами сроков. Работодателем в данном случае нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности. Работодатель указал о том, что оценивая тяжесть совершенного проступка, работодатель принял во внимание, что ранее приказом № СУБР-2022-К-272 от 20.05.2022 года он (ФИО1) был привлечен к дисциплинарной ответственности за совершение проступка в иной сфере, за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения. Данный приказ им (ФИО1) обжалован в Североуральский городской суд Свердловской области. Решением Североуральского городского суда Свердловской области от 29.07.2022 года в удовлетворении требований ему отказано. На указанное решение им подана апелляционная жалоба, решение в законную силу не вступило. Постановление по делу об административном правонарушении № 5-383/2022 от 13.07.2022 года, на которое ссылается работодатель, так же обжалуется. Оценивая тяжесть его (ФИО1) проступков, работодатель сослался на привлечение его к ответственности за нахождение в алкогольном опьянении и за оскорбительные действия, но при этом не оценил сами проступки с точки зрения наступивших последствий. Оценки тяжести проступкам, за совершение которых он уволен, работодатель не произвел. В оспариваемом приказе данная информация отсутствует. Считает, что его проступки не являются тяжкими и не привели к каким-либо финансовым или иным потерям для работодателя, то есть никаких негативных последствий для работодателя не наступило. Считает, что работодателем не учтены положения ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации, в частности, не дана оценка тяжести совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. Кроме того, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу. Считает, что в случае удовлетворения его (ФИО1) основных требований, он имеет право на возмещение работодателем не полученного заработка с 22.07.2022 года по день рассмотрения иска. Кроме того, считает, что неправомерными действиями работодателя ему были причинены сильные нравственные страдания - моральный вред. Он (ФИО1) очень переживал по поводу того, что был незаконно уволен после стольких лет работы, его деловой репутации нанесен ущерб, он отработал в АО «СУБР» более 39 лет, и ему осталось до пенсии по возрасту менее двух лет. У него имеются кредитные обязательства, которые не в состоянии оплачивать в настоящее время из-за потери работы и отсутствии дохода. У него имеются грамоты и благодарности за добросовестный труд. Он переживал, что был привлечен к ответственности за то, в чем нет его вины. Все вышеперечисленные обстоятельства вызвали очень сильные переживания, в связи с чем, оценивает размер морального вреда в сумме 50 000 рублей.

Просит признать привлечение его (ФИО1) к дисциплинарной ответственности за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей в виде увольнения по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным, обязать восстановить на работе, взыскать средний заработок в связи с его незаконным увольнением по день вынесения решения суда, взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, а также судебные расходы.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме, при этом пояснил, что у них на предприятии имеется программа - SAP R-3, где все движение материальных ценностей фиксируется, транзакция «Списание материалов». Кроме этого он (ФИО1) по своей должности включен в список 85, где по каждой профессии заключается договор о полной материальной ответственности. На нем, как на руководителе, полная материальная ответственность. Ежегодно 01 октября проводится инвентаризация. Ни за один год нарушений не было. В этот раз была внеплановая инвентаризация, кладовщик неожиданно инициировала 50 позиций, акт им был подписан, когда он торопился. Считает, что вся процедура была проведена незаконно, члены комиссии должны присутствовать в полном составе на этих мероприятиях. Считает, что работодатель подошел формально, проверка была фактически спровоцирована, раньше проверки проводились запланировано. Официально проверка могла пройти в октябре месяце, как всегда. Указал, что если забаланс за кем-то закреплен, он никуда не денется. Перемещение ТМЦ фиксируется накладной формы М-11, то есть наличие этой накладной является основанием, что материал не может бесследно исчезнуть. Всё видно в программе SAP R-3, которая показывает, что товарно-материальные ценности, находящиеся в комнате для ГО и ЧС, про которую сказано, что обезличенная. Он (ФИО1) обязан держать резерв, поскольку у них в штате числится военно-спасательное формирование из 10 человек, и как руководитель, он отвечает за снабжение и прочее. Считает, что работодатель привлек его к дисциплинарной ответственности, чтобы найти предлог для увольнения. Моральный вред он оценивает в 50 000 рублей, поскольку он отдал АО «СУБР» всю сознательную жизнь, а его уволили на закате трудовой деятельности, да еще по такой статье, что никуда в дальнейшем не сможет устроиться.

Представитель истца ФИО1- адвокат Ковалик М.Д. в судебном заседании полностью поддержала доводы истца, при этом уточнила, что на странице 3 искового заявления допущена опечатка, указали, что с учетом нетрудоспособности срок привлечения к ответственности истек 11.02.2022 года, по мартовскому приказу. Фактически срок истек 11.03.2022 года. Кроме того, просила обратить внимание, что решением суда от 29.07.2022 года отказано было ФИО1 по отмене приказа о привлечении его к дисциплинарной ответственности за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения. Апелляционным определением от 25.10.2022 года данное решение было отменено, и вынесено новое решение, которым иск ФИО1 был удовлетворен. В оспариваемом приказе от 21.07.2022 года АО «СУБР» работодатель указал, что, оценивая тяжесть совершенного проступка, принимает во внимание, что ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения. Также уточнила, что в иске было указано о взыскании среднего заработка на день вынесения судебного решения, на сегодняшний день это 118 рабочих дней умножить на средний дневной заработок, что составляет 508 771,16 рублей, который просит взыскать с ответчика. Считает, что ФИО1 не должен нести ответственность за товарно-материальные ценности, которые числятся на забалансовом учете, но фактически были переданы другим лицам, так как у работодателя отсутствует локальный нормативный акт, указывающий, как необходимо в действительности это делать. В акте при проведении проверки указано, что такого документа нет и его необходимо разработать. Считает, что по приказам от 15.03.2022 года и 30.06.2022 года были нарушены сроки привлечения к ответственности.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменное возражение, в котором указано, что в удовлетворении исковых требований истцу необходимо отказать, поскольку приказ № СУБР-2022-К-400 от 21.07.2022 года был издан на основании результатов проведенного внутреннего служебного расследования, результатом которого стал Акт № СУБР-РС-00216/22 от 27.06.2022 года. В указанном Акте комиссией (в состав которой входил непосредственный руководитель ФИО1 - и.о. начальника ЦМТС ФИО10) установлены нарушения, допущенные ФИО1. Данный Акт был предложен ФИО1 на ознакомление вместе с требованием о предоставлении работником письменных объяснений от 06.07.2022 года № 18/207. Однако, ФИО1 отказался от ознакомления под роспись, что было зафиксировано в Акте о не предоставлении письменного объяснения работником от 11.07.2022 года и в Акте об отказе в получении под роспись от 06.07.2022 года. Содержание Акта № СУБР-РС-00216/22 от 27 июня 2022 года было зачитано вслух в присутствии ФИО1, копия Акта № СУБР-РС-00216/22 от 27.06.2022 года была получена им на руки. Приказ № СУБР-2022-К-400 от 21.07.2022 года был подписан уполномоченным лицом. После издания Приказа № СУБР-2022-К-400 от 21.07.2022 года ФИО1 был с ним ознакомлен под роспись в тот же день. Процедура привлечения работника к дисциплинарной ответственности работодателем соблюдена. Пояснил, что истец указывает о несогласии с данным приказом, так как в нем не указано непосредственное нарушение (сам проступок), за который работодатель привлекает его к дисциплинарной ответственности. В оспариваемом приказе нет сведений о том, что конкретно он сделал (или не сделал) и какие положения, приказы и прочее им не выполнены, применяемое к нему дисциплинарное взыскание в виде увольнения несоразмерно тяжести проступков, которые не повлекли для работодателя каких-либо последствий. ФИО1 считает, что иные сотрудники, которые также имеют непосредственное отношение к ТМЦ, не были привлечены к дисциплинарной ответственности, либо привлечены к более мягким видам наказания. Это утверждение не соответствует действительности. В Приказе № СУБР-2022-К-400 от 21.07.2022 года указаны следующие факты, выявленные в работе ФИО1 комиссией по результатам внутреннего служебного расследования, выявлены ТМЦ, которые числятся на забалансовом учете у материально ответственного ФИО1, но фактически переданы другим работникам, то есть отсутствуют сведения о движении ТМЦ, в ходе проведения инвентаризации выявлена недостача ТМЦ, в ходе проверки рабочего кабинета ФИО1 выявлены списанные в производство, но фактически находящиеся в упаковках ТМЦ без признаков эксплуатации. О выявлении ТМЦ, которые числятся на забалансовом учете у ФИО11, но фактически переданы другим работникам, то есть отсутствуют сведения о движении ТМЦ. 12.05.2022 года АО «СУБР» был издан Приказ № СУБР-2022-233 «О проведении внеплановой инвентаризации ТМЦ на забалансовом учете склада № 2081 ЦМТС на 16.05.2022 года, согласно которому была проведена инвентаризация. 02.06.2022 года инвентаризационной комиссией был подписан Протокол № 1 заседания инвентаризационной комиссии по результатам инвентаризации ТМЦ на забалансовом учете по состоянию на 16.05.2022 года по ЦМТС склад № 2081. Согласно п. 2.4. Протокола №1 заседания инвентаризационной комиссии по результатам инвентаризации были выявлены ТМЦ, фактически, выданные со склада № 2081 на забаланс ФИО1, ФИО12, но не переданные в использование на рабочие места, также находящиеся вне специально отведенных мест хранения. Фактически эти ТМЦ хранились в отдельной обезличенной комнате, ключи от которой имелись у материально ответственного лица - мастера ПРР ФИО12. Фраза «выданные со склада № 2081 на забаланс» в данном случае означает, что ФИО1 получил ТМЦ со склада, что отразилось в системе SAP/R3 (SAP/R3 - автоматизированная электронная система движения и учета ТМЦ). Согласно п. 3 Приказа № СУБР-2022-099 от 02.03.2022 года признак забалансового учета устанавливается в системе SAP/R3 при постановке на учет ТМЦ с длительным сроком использования (спецоснастка, инвентарь). В Приказе № СУБР-2022-К-400 от 21.07.2022 года указано, что ФИО1 нарушен п. 2.3. Приказа АО «СУБР» «Об усилении контроля за учетом ТМЦ» № СУБР-2022-099 от 02.03.2022 года, в случае не вовлечения ненормируемых ТМЦ в производство в течение отчетного периода (один календарный месяц), ТМЦ подлежат возврату на склад и постановке на учет в течении двух рабочих дней до окончания отчетного месяца с оформлением формы ТМЦ-003 «Акт образования отходов и ТМЦ» альбома ПУД. Таким образом, ТМЦ, не вовлеченные в производство, должны были быть возвращены на склад в установленный срок, однако этого ФИО1 не было сделано. Данные действия ФИО1 являются нарушением п. 2.10. должностной инструкции «...участвовать в работе по выявлению малоходовых и залежавшихся материально-производственных запасов и их реализации», п. 2.22. должностной инструкции начальника службы складского хозяйства ЦМТС «...обеспечивать учет материально-технических ценностей, оборудования, закрепленных за службой» и квалифицируются работодателем как дисциплинарный проступок. Об этом также указано в Приказе № СУБР-2022-К-400 от 21.07.2022 года. Кроме того, согласно п. 2.1. Протокола №1 заседания инвентаризационной комиссии по результатам инвентаризации ТМЦ на забалансовом учете по состоянию на 16.05.2022 года по ЦМТС склад № 2081 от 26.05.2022 года на забалансовом учете у ФИО1 числились некоторые ТМЦ, но фактически отсутствовали ТМЦ. Согласно инвентаризационной описи ТМЦ по складу № 2081 ЦМТС АО «СУБР» от 16.05.2022 года ТМЦ числятся на материально-ответственном лице ФИО1 (табельный номер 31004168). На инвентаризационной описи имеется расписка с подписью ФИО1.где указано, что к началу проведения инвентаризации, все расходные и приходные документы на ТМЦ сданы в бухгалтерию, и все ТМЦ, поступившие на ответственность ФИО20, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Кроме того, в инвентаризационной описи имеется подпись ФИО1, что все ТМЦ, поименованные в описи, проверены в натуре в его присутствии и внесены в опись, в связи с чем претензий к инвентаризационной комиссии не имеется. К материальной ответственности ФИО1 привлечен не был, стоимость ТМЦ работодателем не взыскивалась. В данном случае нарушение ФИО1 выразилось в виновном бездействии - им не совершены действия по отражению движения ТМЦ, что также является нарушением п.2.22 должностной инструкции начальника службы складского хозяйства, если ТМЦ выбыли из наличия, сломались и так далее, ФИО1 должен был предпринять действия по отражению данных фактов хозяйственной жизни в учете (в программе SAP/R3). После проведения инвентаризации был издан Приказ № СУБР-2022-283 от 21.06.2022 года «Об утверждении результатов инвентаризации имущества и финансовых обязательств ЦМТС АО «СУБР», в котором было принято решение (п.2.1.) отразить в учетной системе SAP списание ТМЦ с подотчета ФИО1 в связи с их фактическим отсутствием. К материальной ответственности ФИО1 привлечен не был, стоимость ТМЦ работодателем не взыскивалась. Помимо вышеуказанного, была выявлена недостача шлифмашины в количестве 1 штука. Указанная недостача была выявлена при следующих обстоятельствах. Приказом № СУБР-2022-283 от 21.06.2022 года «Об утверждении результатов инвентаризации имущества и финансовых обязательств ЦМТС (склад № 2081 забаланс) АО «СУБР» принято решение переместить выявленные ТМЦ ранее списанные со склада, но не переданные на рабочие места с подотчетных материально ответственных лиц ФИО1, ФИО12 на рабочие места для последующего использования в производстве. Однако, при передаче имущества с подотчетного лица ФИО1 на рабочие места других сотрудников выявлено отсутствие цепи для бензопилы -1 ед., набор ключей - 1 ед., шлимашина угл.эл. - 1 шт.. ФИО1 пояснил, что цепь для бензопилы и набор ключей переданы в работу, а шлифмашина отсутствует, так как он взял её на дачу срезать дно у бочки. Об этом факте есть краткое письменное пояснение ФИО1, написанное на копии Приказа №СУБР-2022-283 от 21.06.2022 года. Кроме того, данный факт изложен в Акте № СУБР-РС-00216/22 от 27.06.2022 года. Своими действиями ФИО1 нарушил ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации: «добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором», «бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников». Факт выноса ТМЦ за пределы складского хозяйства отражен в Приказе № СУБР -2022-К-400 от 21.07.2022 года «Об увольнении начальника службы складского хозяйства ЦМТС АО «СУБР» ФИО1. В пункте 5 Акта № СУБР-РС-00216/22 от 27.06.2022 года зафиксировано следующее, что в ходе проверки рабочего кабинета ФИО1, выявлены списанные в производство, но фактически находящиеся ТМЦ в упаковках без признаков эксплуатации. ФИО1 подтвердил, что данные ТМЦ были получены им со склада № 2081, данные ТМЦ формально были вовлечены в производство, фактически же находятся в кабинете начальника службы складского хозяйства. Также, в п. 5 Акта № СУБР-РС-00216/22 от 27.06.2022 года перечислены указанные ТМЦ. Выявленный факт подтверждает ненадлежащее исполнение ФИО1 своих должностных обязанностей (нарушение п. 2.10. и п.2.22 должностной инструкции начальника службы складского хозяйства ЦМТС). В АО «СУБР» действует Приказ № СУБР-27-2021-161 от 23.04.2021 года «О контроле потребности и оборачиваемости запасов при согласовании отборов», с которым ФИО1 ознакомлен. Согласно п.2.4 указанного Приказа установлена обязанность заказчиков ТМЦ вовлекать ТМЦ в производственный процесс в период не более 75 дней с момента получения. С момента получения ФИО1 ТМЦ по требованиям -накладным на отпуск ТМЦ, данные ТМЦ нигде не учитывались (то есть не представлялось возможным установить действительно ли данные ТМЦ были вовлечены в производство, либо были помещены в кабинет ФИО1 и фактически не задействованы в производстве). Повторяя вышесказанное, действия ФИО1 по складированию в свой личный кабинет ТМЦ, по своевременному не вовлечению их в производство, отсутствие действий по выявлению малоходовых и залежавшихся материально-производственных запасов и их реализации, отсутствие действий по обеспечению учета материально-технических ценностей, оборудования, закрепленных за службой являются нарушением должностной инструкции начальника службы складского хозяйства ЦМТС. Вышеуказанными действиями ФИО1 создал условия, способствующие совершению хищений и других правонарушений в отношении имущества работодателя. Доводы истца в исковом заявлении о том, что работодатель не оценил проступки с точки зрения наступивших последствий, то есть нет оценки тяжести проступков, что проступки не являются тяжкими, не привели к каким-либо финансовым и иным потерям, то есть негативных последствий не наступило, не соответствуют действительности. В тексте Приказа №СУБР- 2022-К-400 дана оценка тяжести совершенного проступка, указано, что ФИО1 своими действиями нарушил установленные на предприятии требования к движению и учету вверенных ему ТМЦ, создал условия, способствующие совершению хищений и других правонарушений в отношении имущества работодателя, пользовался в личных целях имуществом работодателя, тем самым совершил дисциплинарный проступок. Кроме того, оценивая тяжесть совершенного проступка, работодатель принимает во внимание, что ранее приказом №СУБР-2022-к-272 от 20.05.2022 года ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности за совершение проступка в иной сфере - за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения. Также, при вынесении Приказа №СУБР-2022-К-400 были учтены предшествующая работа и поведение работника, что ФИО1 препятствовал проведению инвентаризации, выражался в адрес комиссии грубой нецензурной бранью. В течение 2022 года ФИО1 дважды привлекался к дисциплинарной ответственности в особо важной сфере - за нарушения установленных требований по обеспечению сохранности имущества работодателя (приказ №СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года и приказ №СУБР-2022-К-359 от 30.06.2022 года). Также, работодатель принял во внимание, что постановлением по делу об административном правонарушении № 5-383/2022 от 13.07.2022 года ФИО1 был привлечен к административной ответственности по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.5.61 КоАП РФ, за оскорбительные действия, унижение чести и достоинства работника АО «СУБР», участвовавшего в проведении контрольных мероприятий в отношении ТМЦ, вверенного ФИО1. ФИО1 в тексте искового заявления указывает на действия работодателя, которые, по его мнению, являлись нарушением при привлечении его к дисциплинарной ответственности согласно Приказу № СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года. Доводы истца, касающиеся Приказа №СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года сводятся к следующему, он ссылается на то, что привлекают к ответственности по приказу только его, хотя подписывал акт не только он, ссылается на дискриминацию. Это утверждение не соответствует действительности. Истец не указывает по какому признаку допущена дискриминация. Акт № 2310830 от 31.01.2022 года на списание специальной оснастки, инструмента и специальной одежды был подписан только самим ФИО1 и ФИО13, ФИО13 занимает должность менеджера отдела снабжения, она является членом комиссии, назначенной приказом № 245 от 17.07.2018 года, а ФИО1 является материально ответственным лицом. ТМЦ, которые должны были быть списаны по Акту, находились на подотчете ФИО1, в связи с этим, работодателем было принято решение привлечь ФИО1 к дисциплинарной ответственности, к наименее строгому её виду - замечанию. Кроме того, ФИО1 указывает, что при списании ТМЦ, срок эксплуатации которых истек, у члена комиссии ФИО8 возникли вопросы о наличии списываемых ТМЦ. В результате все ТМЦ были установлены в наличии. Никакого ущерба от действий ФИО1 работодателю не причинено. Это утверждение не соответствует действительности, поскольку Акт № 2310830 от 31.01.2022 года на списание специальной оснастки, инструмента и специальной одежды должен был быть подписан всеми членами комиссии, назначенной приказом № 245 от 17.07.2018 года. Всего в комиссию входят: - ФИО1 - начальник службы складского хозяйства; ФИО13 - менеджер отдела снабжения; ФИО8 - менеджер по экономической безопасности. Председателем комиссии является и.о. начальника службы ЦМТС ФИО10 После подписания Акта № 2310830 ФИО1 и ФИО13, указанный Акт был, направлен на рассмотрение члену комиссии ФИО8, которая осуществляла проверку фактического наличия специальной оснастки по Акту № 2310830. В результате проверки от 02.02.2022 года было установлено, что в Акте № 2310830 прописаны позиции, которые фактически отсутствуют. ФИО1 в этом же Акте написал объяснения, в которых подтвердил, что данные ТМЦ отсутствуют по причине поломки, из перечисленных ТМЦ есть только 1 набор полотен ножовочных 77731 Gross. По какой причине данные ТМЦ не были списаны ранее, и почему они до сих пор числятся в бухгалтерской программе учета ТМЦ SAP ФИО1 не пояснил. Позднее, 15.02.2022 года информация была доведена до непосредственного начальника ФИО1 - и.о.начальника ЦМТС ФИО10. И.о. начальника ЦМТС ФИО10 провела проверку информации, предоставленной ДЗР, в ходе которой подтвердилось отсутствие вышеуказанных ТМЦ на момент списания и ряд других нарушений, свидетельствующих о нарушении порядка списания ТМЦ. Кроме того, по мнению ФИО1, срок привлечения к ответственности истёк 11.03.2022 года, так как Акт сотрудниками ДЗР был составлен 02.02.2022 года, а Приказ издан 15.03.2022 года, то есть по истечении месяца со дня совершения проступка (даже с учетом недели нетрудоспособности). В данном случае истцом не верно определена дата начала течения месячного срока для привлечения к дисциплинарной ответственности. В соответствии с п. 3 ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. В соответствии с п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий. Согласно п. 1.4. Должностной инструкции начальника службы складского хозяйства Цеха материально-технического снабжения, начальник службы складского хозяйства подчиняется начальнику цеха. На момент вынесения Приказа и.о. начальника ЦМТС являлась ФИО10. Таким образом, ФИО1 подчиняется и.о. начальника ЦМТС ФИО10, которой стало известно о совершенном проступке 15.02.2022 года, о чем свидетельствует докладная записка № 18/86 от 15.02.2022 года, адресованная Директору по персоналу ФИО14. Таким образом, датой начала месячного срока для привлечения к дисциплинарной ответственности является 15.02.2022 года. Месячный срок истекает 15.03.2022 года. Однако, согласно Табелю учета использования рабочего времени АО «СУБР» ЦМТС ФИО1 находился на больничном листе в период с 19.02.2022 года по 25.02.2022 года, то есть 7 календарных дней. Таким образом, у работодателя имелась возможность привлечь к дисциплинарной ответственности ФИО1 в срок до 22.03.2022 года. ФИО1 привлечен к ответственности 15.03.2022 года, то есть в пределах месячного срока с момента обнаружения проступка. Что касается приказа № СУБР-2022-К-359 от 30.06.2022 года «О привлечении к дисциплинарной ответственности начальника складского хозяйства ЦMTC АО «СУБР» ФИО1». ФИО1 не обеспечил учет и сохранность вверенных материально- технических ценностей, а именно: не составил в марте 2019 года акт о повреждении водонагревателя. Факт отсутствия водонагревателя установлен Актом служебного расследования №СУБР-РС- 00200/22 от 10.06.2022 года. 08.06.2022 года запрошена объяснительная от начальника складского хозяйства ФИО1 и получено объяснение, что при перевозке 1 (один) водонагреватель был поврежден ковшом погрузочно-доставочной машины ЛК, на которой их доставляли. В своих объяснениях ФИО1 не указывает дату произошедшего события. Во- вторых, повреждение водонагревателя и вывоз его на площадку металлолома ничем не подтверждается, кроме пояснений самого ФИО1. В связи с этим, не представляется возможным установить ни дату события, ни само событие, на которое ссылается ФИО1. Таким образом, не представляется возможным установить дату совершения проступка, то есть момент, когда водонагреватель выбыл из наличия. ФИО1 ссылается на пропуск срока привлечения к дисциплинарной ответственности, при этом не указывает с какой даты он производит отсчет срока. 18.06.2019 года ФИО1 были получены 6 водонагревателей по требованию-накладной на отпуск ТМЦ №15264. При этом выявлено, что 5 водонагревателей установлены в душевые, 1 отсутствует. Факт отсутствия водонагревателя был выявлен только в ходе проверки и зафиксирован вышеуказанным Актом, то есть 10.06.2022 года. В качестве дисциплинарного проступка ФИО1 предъявляется ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, п.2.22 должностной инструкции (не обеспечил учет и сохранность вверенных ему материально-технических ценностей). В тексте приказа № СУБР-2022- К-359 от 30.06.2022 года отсутствует фраза «а именно: не составил в марте 2019 года акт о повреждении водонагревателя», на которую ФИО1 ссылается в своём исковом заявлении. Во многом, одной из причин, способствующих совершению проступка и возникновению спора является то, что ФИО1 неправильно понимает статус вверенных ему ТМЦ и находящихся на «забалансовом» счете. По ошибочному мнению ФИО1, после получения ТМЦ на складе и формального вовлечения этих ТМЦ в производство, эти ТМЦ по сути уже не могут находится под контролем работодателя, и он за них не отвечает ввиду их списания. Этот подход неверный. Работодатель несет расходы на приобретение ТМЦ (материалы, оборудование, инструменты и т.п.) и любой факт хозяйственной жизни каждого ТМЦ подлежит отражению в бухгалтерском учете вне зависимости от того, относится ТМЦ к основным средствам или нет. Такая позиция заложена законодателем в налоговом законодательстве и законодательстве о бухгалтерском учете. Во исполнение требований Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», Положений о бухгалтерском учете «Учетная политика организации» (ПБУ 1/2008), утвержденным Приказом МФ РФ от 06.10.2008 г. № 106н, Налоговым Кодексом РФ, АО «СУБР» ежегодно утверждает свою учетную политику для целей бухгалтерского учета и для целей налогового учета. Данным приказом также утверждается перечень ТМЦ, не относящегося к категории основных средств. Такой приказ об утверждении учетной политики АО «СУБР» на 2022 год утвержден 30.12.2021 года. В соответствии с требованиями этих документов, каждое ТМЦ выбывает из производства также путем списания при наличии объективных причин (например, выход из строя, поломка, отсутствие в нем необходимости, экономическая нецелесообразность и др.) и определением их дальнейшей судьбы (направление в отходы, утилизация и переработка, в лом и т.п.), что также должно отражаться в бухгалтерском учете. Учитывая, что работодателем была соблюдена процедура привлечения работника к дисциплинарной ответственности, факты совершения дисциплинарных проступков подтверждены документально, считает, что истцу необходимо отказать в удовлетворении исковых требований в полном объёме. Также указал, что увольнение в качестве меры могло быть применено, поскольку истец является материально ответственным лицом, с которым заключен договор о полной материальной ответственности. Его можно было уволить за однократный проступок в этой сфере, однако у него имеется 3 деяния. Его уволили за неоднократное нарушение.

Свидетель ФИО8, работающая в Дирекции по защите ресурсов начальником службы снабжения в судебном заседании пояснила, что в феврале ей был направлен Акт на согласование о списании товарно-материальных ценностей, в то время она исполняла обязанности директора, поскольку последний уехал в командировку. Проверять ТМЦ сама не поехала, направила подчиненных сходить и посмотреть фактическое наличие ТМЦ и их внешний вид. После проверки подчиненными была составлена служебная записка о том, что некоторых позиций нет, обнаружено что-то новое, что-то вообще не учтено. В дальнейшем служебная записка была направлена директору по коммерческой деятельности, и копия – управляющему директору. После этого, была назначена внеплановая инвентаризация. Результаты инвентаризации ей (Мальковой) не известны, о том, что приказ от 15.03.2022 года был создан до инвентаризации, или после, затрудняется ответить. Какого числа была создана комиссия и дату проведения инвентаризации, не знает. В комиссии ЦМТС она (ФИО3) была первый раз, до этого была на шахтах. Работает она в АО «СУБР» в течении 7 лет, в должности – 5лет, практически 5 лет инвентаризацией не занимается, у неё другие направления. Этот акт подписала, так как была за начальника. Внеплановые инвентаризации бывают в экстренных случаях. Годовые инвентаризации есть в конце года. Ранее уже составлялись такие акты. Они так же проверяли, писали служебную записку. Если была возможность, они восстанавливали, если нет возможности, людей наказывали, и возмещали люди деньги. Были ли такие случаи с ФИО1 она (ФИО3), не знает. С ФИО1 сталкивалась лет 6 назад на инвентаризации, лично с ним не общается, по деловым качествам ничего плохого об истце сказать не может, как специалист он не плохой, работу свою знает, но и положительного о нем ничего не слышала.

Свидетель ФИО15, работающая в Дирекции по защите ресурсов АО «СУБР» менеджером, в судебном заседании пояснила, что ФИО1 знает как бывшего руководителя - начальника службы складского хозяйства. В феврале 2022 года в ДЗР поступили акты на списание ТМЦ. Материально-ответственным лицом являлся ФИО1. Ей (ФИО4) непосредственным руководителем было дано задание сходить и посмотреть фактическое наличие ТМЦ и их внешний вид. Они с коллегой Фридрих пошли к ФИО1 с актом, в котором был список ТМЦ. Они предложили представить эти ТМЦ. Оказалось, что отсутствует пила, ФИО1 пояснил, что она, наверное, сломалась, и ее выкинули. Кроме того, у ФИО20 в кабинете находились новые ТМЦ, в заводских упаковках. В списке был краскопульт, но его не было на рабочем месте. ФИО1 позвонил кому-то из ИСО и попросил принести его на территорию СУБРа. Через какое-то время пришел работник ИСО и принес коробку с краскопультом. То есть имущество СУБРа было передано третьему лицу без каких-либо документов. В последующем по данному факту был составлен акт. Инициировано служебное разбирательство, по результатам которого ФИО1 привлекли к дисциплинарной ответственности. Потом в мае она (ФИО4) была включена в состав комиссии по инвентаризации ТМЦ на забалансовом учете на складе ЦМТС. Инвентаризация проходила у всех материально-ответственных лиц, которых оказалось 30 человек. Инвентаризацию проводили несколько дней. Когда дошли до ФИО1 со списком, который необходимо проверить, попросили его предъявить эти ценности. В кабинете ФИО1 стал вести себя агрессивно, демонстрировал свое преимущество как руководителя. ФИО20 объяснили, что комиссия выполняет свою работу, на что он неохотно стал открывать свои шкафы в кабинете, показывал наличие ТМЦ. Выяснилось, что у ФИО20 в кабинете помимо имущества по описи, еще много присутствует ТМЦ, которые находятся в заводских упаковках, начиная от мусорных мешков и туалетной бумаги до автомобильной мойки, печи для сауны, которые должны были быть переданы в производство. Некоторые ТМЦ лежали с 2013 года. ФИО20 пояснил, что является руководителем, и сам решает, что ему нужно, а что нет. В ходе проверки ФИО1 разозлился, высказался в её (ФИО4) адрес нецензурной бранью, после чего она написала заявление в прокуратуру, и решением мирового судьи его привлекли к административной ответственности. По факту проведения инвентаризации также был составлен акт, и ФИО20 был привлечен к дисциплинарной ответственности. Кроме того, в этот же период времени, она (ФИО4) провела анализ списания ТМЦ с длительным сроком использования, выяснилось, что в 2018 или 2019 году на склад ЦМТС, где ФИО1 являлся непосредственным руководителем, поступили водонагреватели в количестве 6 штук. Они должны были быть списаны в производство и установлены на территории складов. Проверив их фактическое наличие, оказалось, что установлено 5 штук, один водонагреватель отсутствовал. Соответственно, была составлена служебная записка, запрошено у ФИО20 объяснение. ФИО20 объяснил, что один водонагреватель при перевозке со склада повредился, и он своим решением утилизировал его. Но каждый факт хозяйственной деятельности должен быть зафиксирован, но есть ли какие-то правила или регламент, каким образом должно действовать материально-ответственное лицо, когда вещь приходит в негодность, затрудняется ответить. Кроме того, пояснила, что имеется бухгалтерская программа, в которой все учитывается.

Свидетель ФИО10, работающая в ЦМТС АО «СУБР» начальником с января 2022 года в судебном заседании пояснила, что она исполняла обязанности начальника ЦМТС. До этого ФИО1 знала, так как проработала в цехе около 10 лет, но вместе они не работали. С января месяца ФИО1 как начальник складского хозяйства был её подчиненным. В феврале от директора по коммерческой деятельности ей была направлена служебная записка ДЗР с рекомендациями о проведении служебного внутреннего расследования по поводу оформления акта на списание ТМЦ длительного срока эксплуатации. Этот акт был сделан специалистом складского хозяйства ФИО5, которая исполняет функции кладовщика, хотя по должности – специалист, и соответственно, заведует складом № 2081, где находятся, в том числе и материалы на забалансе. Когда она смотрит по учетной системе, у нее высвечиваются забалансовые материалы, там горит 3 цвета. Зеленый, еще какой-то и красный. Когда загорается красный цвет, она понимает, что у этих материалов согласно учетной системе закончился срок эксплуатации. Например, пила. Экономисты, когда ставят ее на учет, закладывают 1 год срока действия по паспорту. Когда проходит год, в системе загорается красный свет. Она понимает, что срок действия кончился, и она общим списком все эти позиции вбивает в акт. Далее, этот акт направляется на согласование и подписание комиссии. Этот акт был подписан ФИО13, которая являлась членом этой комиссии, менеджер снабжения, и ФИО1, который являлся материально-ответственным лицом. Когда этот акт попал в службу ДЗР на подпись ФИО8, она инициировала выборочную проверку фактического наличия на складе. Были выявлены факты, что некоторые ТМЦ находятся в рабочем исправном состоянии, соответственно, списанию не подлежат. По данному делу была проведена проверка, по результатам которой был выпущен приказ за подписью директора по персоналу, по которому начальнику складского хозяйства было вынесено замечание, что он подписал документы без визуального осмотра. Этим же приказом начальнику складского хозяйства необходимо было разработать и утвердить порядок работы по списанию специальной оснастки и инструментов, находящихся у материально-ответственных лиц. Вплоть до увольнения по июль месяц этого сделано не было. Этим же приказом должны были провести внеплановую инвентаризацию ТМЦ, находящихся на забалансе на складе № 2081. В мае приказ на проведение инвентаризации был выпущен. И инвентаризация проводилась в плановом порядке, как должно быть. Данная работа проводилась не с целью уличить в чем-то непосредственно ФИО1, а чтобы навести порядок в забалансовом учете. В ней участвовали все материально-ответственные лица, порядка 30 человек. Председателем комиссии была назначена ФИО16. В период проведения инвентаризации и издания приказа по результатам этой инвентаризации поступила еще служебная записка, акт от службы ДЗР, что в ходе проведения данной внеплановой инвентаризации были выявлены ТМЦ, которые хранились в обезличенной комнате, в личном кабинете ФИО1. Были даны рекомендации провести внутреннюю проверку. По результатам проверки, факты нашли свое подтверждение. По обезличенным комнатам выяснилось, что действительно, на СУБРе было 2 приказа: о создании добровольной пожарной дружины, и необходимо было выделить отдельную комнату для хранения определенного списка материалов, которые должны были находиться в этой комнате. Если случится пожар, 10 человек из дружины должны прибежать, взять ключи на вахте, прибежать в комнату, одеться, обмундироваться и пойти тушить пожар. Вторым приказом по ГО и ЧС был определен конкретный список материалов по цеху, которые должны были храниться. Должен был быть определен порядок хранения, обновления. Но эти комнаты были обезличены, объяснить почему, не может, и о них по факту знали только работники, которые находились в АБК. Кроме того, в этих комнатах хранились ТМЦ в хаотичном порядке, относящиеся и не относящиеся к гражданской обороне. В мае 2022 года поступил еще один акт от службы ДЗР, что необходимо провести еще одну внутреннюю проверку о недостаче водонагревателя. Были запрошены все пояснения, объяснения. ФИО1 пояснил, что 3 водонагревателя установлены в мужской душевой, 2 – в женской, и 1 – в туалете. Причину отсутствия одного водонагревателя ФИО1 пояснил тем, что при перевозке сотрудником, который работал на транспортном средстве, водонагреватель был поврежден. Но, как выяснилось, он был списан на расходы ЦМТС, а не списан актом о поломке. Не было никакого акта об образовании отхода и сдаче в металлолом. В настоящее время определили перечень, что должно находиться в комнатах, таблички уже висят, с осени 2022 года действует положение о списании ТМЦ. ФИО1 содействовал, давал всю необходимую информацию. Если говорить о профессиональных качествах ФИО20, то он опытный работник, проработал долго, во многих моментах понимает, юридически грамотный. Если что-то надо быстро сделать, запустить вагоны, мог отказать, сказав, что за это не отвечает, может только понаблюдать. По мнению коллег, которые непосредственно были в его подчинении, очень часто звонили и жаловались, что ФИО1 себя непрофессионально ведет на ежедневных планерках: мог себе позволить и нецензурно обругать, и накричать на коллег.

Свидетель ФИО16, работающая в АО «СУБР» менеджером по снабжению ЦМТС в судебном заседании пояснила, что в мае приказом по предприятию она была назначена председателем комиссии по забалансовому учету ТМЦ. Она была председателем и 3 члена комиссии. Проверка проходила несколько дней, проверяли около 30 человек. Были выгружены ведомости, самый большой список был у ФИО1. В ходе проверки были выявлены 17 позиций, которые отсутствовали у ФИО1, по которым он пояснить ничего не мог, только кричал. 35 позиций были выявлены новые, никому не переданные, хранящиеся в его кабинете. Был составлен протокол в соответствии с методикой проведения инвентаризации. Приказом было принято решение передать эти ТМЦ другим ответственным лицам. Комиссией пришли принимать эти материалы и передавать другим материально ответственным лицам, было выяснено, что 2 позиции: ключи и шлифмашинка отсутствовали. Ключи ФИО1 сказал, что передал лицу, не сказав какому, а про шлифмашинку сказал, что она у Айрата - работника ЦМТС, при этом Айрат шлифмашинку предъявить не смог. В итоге ФИО20 сообщил, что шлифмашинка находится у него на даче. На просьбу написать объяснительную, ФИО1 сначала отказался писать, а потом написал, где указал, что забрал её на дачу. После обеда, в этот же день, машинку вернул. Может охарактеризовать ФИО1 как неуравновешенного человека, который постоянно срывался, нецензурно выражался, обзывался на сотрудников. Рабочие вопросы решали с ним по электронной почте или по телефону, но все заканчивалось срывами, ничего не решалось.

Заслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшей иск подлежащим удовлетворению, изучив доводы иска и возражений на него, исследовав и оценив письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; бережно относиться к имуществу работодателя и других работников; незамедлительно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя.

Работодатель, в свою очередь, имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (ст. 22 Трудового кодекса РФ).

Согласно ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания в виде замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В силу п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор, заключенный с работником, может быть расторгнут работодателем в случаях неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

Согласно пунктам 34 и 35 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, по делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по п. 5 ч. 1 ст. 81 Кодекса, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Согласно п. 23 данного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как следует из дела (трудовая книжка) истец работал у ответчика в должности начальника складского хозяйства цеха материально-технического снабжения с 16.09.2010 года по 21.07.2022 года (л.д.18-21).

Трудовые обязанности он исполнял на основании должностной инструкции начальника службы складского хозяйства ЦМТС (л.д.30-33).

Приказом от 21.07.2022 года № СУБР-2022-К-400 ФИО1 был уволен на основании п. 5 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение работником своих должностных обязанностей.

Как указано в приказе, комиссией, созданной на основании распоряжений №СУБР-18-2022-РП-29 от 02.06.2022 года, № СУБР-18-2022-РП-32 от 20.06.2022 года проведено внутреннее служебное расследование с целью проверки фактов, обстоятельств и причин обнаружения неучтенных материалов у начальника складского хозяйства ФИО1. Основанием для проведения служебного расследования послужили:

- Приказ № СУБР-2022-233 от 12.05.2022 года «О проведении внеплановой инвентаризации товарно-материальных ценностей на забалансовом учете склада №2081 ЦМТС на 16 мая 2022 года»;

- Акт проверки рабочего кабинета ФИО1.

В ходе служебного расследования были выявлены и подтверждены следующие факты:

- выявлены товарно-материальные ценности (ТМЦ), которые числятся на забалансовом учете у материально-ответственного лица ФИО1, но фактически переданы другим работникам, то есть отсутствуют сведения о движении ТМЦ;

- в ходе проведения инвентаризации выявлена недостача ТМЦ;

- в ходе проверки рабочего кабинета ФИО1, выявлены списанные в производство, но фактически находящиеся в упаковках ТМЦ без признаков эксплуатации.

Кроме того, 22.06.2022 года при проведении дополнительной проверки выявлен факт отсутствия шлифовальной машинки Hilti DAG 125-SE - 1шт. При этом ФИО1 подтвердил, что взял ее для использования в личных целях («взял на дачу срезать дно у бочки»).

По результатам проведенной проверки 27.06.2022 года составлен и утвержден акт служебного расследования № СУБР-РС-00216/22.

Актом № СУБР-РС-00216/22 от 27.06.2022 года подтверждены факты ненадлежащего исполнения ФИО1 своих трудовых обязанностей:

- п. 2.10. должностной инструкции «...участвовать в работе по выявлению малоходовых и залежавшихся материально-производственных запасов и их реализации»;

- п. 2.22. должностной инструкции начальника службы складского хозяйства ЦМТС «... обеспечивать учет материально-технических ценностей, оборудования, закрепленных за службой».

Выявлен факт выноса ТМЦ за пределы складского хозяйства ЦМТС для личных нужд. ТМЦ были возвращены ФИО1 только после обнаружения их отсутствия, что является нарушением ст. 21 Трудового Кодекса Российской Федерации. Выявлено нарушение ФИО1 пункта 2.3 Приказа АО «СУБР» «Об усилении контроля за учетом ТМЦ» № СУБР-2022-099 от 02.03.2022 года : «в случае не вовлечения ненормируемых ТМЦ в производство в течение отчетного периода (один календарный месяц), ТМЦ подлежат возврату на склад и постановке на учет в течении двух рабочих дней до окончания отчетного месяца с оформлением формы ТМЦ-003 «Акт образования отходов и ТМЦ» альбома ПУД». Тем самым ФИО1 нарушил ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации: «добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором», «бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников».

Работодатель принимает к сведению, что ФИО1 препятствовал проведению инвентаризации, выражался в адрес комиссии грубой нецензурной бранью.

ФИО1 своими действиями нарушил установленные на предприятии требования к движению и учету вверенных ему ТМЦ, создал условия, способствующие совершению хищений и других правонарушений в отношении имущества работодателя, пользовался в личных целях имуществом работодателя, тем совершил дисциплинарный проступок.

В течение 2022 года ФИО1 дважды привлекался к дисциплинарной ответственности в особо важной сфере - за нарушения установленных требований по обеспечению сохранности имущества работодателя:

- приказ №СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года,

- приказ №СУБР-2022-К-359 от 30.06.2022 года.

ФИО1 был предупрежден, что в случае следующего нарушения в особо важной сфере обеспечения сохранности имущества и финансовых интересов АО «СУБР», трудовой договор с ним будет расторгнут, но ФИО1 должных выводов для себя не сделал и вновь совершил дисциплинарный проступок в сфере обеспечения сохранности имущества и финансовых интересов АО «СУБР».

Кроме того, оценивая тяжесть совершенного проступка работодатель принимает во внимание, что ранее приказом № СУБР-2022-К-272 от 20.05.2022 года ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности за совершение проступка в иной сфере - за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения.

Также, работодатель принимает во внимание, что постановлением по делу об административном правонарушении №5-383/2022 от 13.07.2022 года, ФИО1 был привлечен к административной ответственности по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.5.61 КоАП РФ, за оскорбительные действия, унижение чести и достоинства работника АО «СУБР», участвовавшего в проведении контрольных мероприятий в отношении ТМЦ, вверенного ФИО1.

Трудовой договор расторгнут приказом от 21.07.2022 № СУБР-2022-К-400 (л.д. 22-24).

Из материалов дела следует, что 31.01.2022 года специалистом ЦМТС ФИО17 инициировано списание специальной оснастки, инструмента и специальной одежды актом №2310830 по форме №МБ-8. ФИО17 пояснила, что в связи с истекшим сроком эксплуатации ТМЦ числящихся на забалансовом учете склад №2081 подготовлен акт на основании реестра выданных инструментов. Впоследствии Акт №2310830 от 31.01.2022 года направлен на рассмотрение комиссии, назначенной приказом №СУБР-2018-245 от 17.07.2018 года. Согласно этого приказа комиссия создана с целью осмотра товароматериальных ценностей, у которых истек срок дальнейшей эксплуатации ввиду их значительного износа. Члены комиссии: ФИО13, ФИО1 без визуального осмотра ТМЦ подписали акт. По инициативе члена комиссии ФИО8 организована выборочная проверка фактического наличия ТМЦ, находящихся на подотчете материально ответственных лиц ФИО1 и ФИО12. В результате проверки ДЗР, проведенной начальником ОРиО ФИО18 и менеджером ФИО15 на территории ЦМТС у ФИО1, было установлено, что местонахождение пилы дисковой марки Makita модели HS7601 полученной 27.05.2019 года, неизвестно. По данному факту ДЗР был составлен Акт от 02.02.2022 года, в котором ФИО1 пояснил, что дисковая пила сломалась еще летом 2020 года, запчастей не осталось. Также, в ходе данной проверки, в кабинете ФИО1 обнаружены новые (в заводских упаковках) не используемые в работе: диск пильный марки Bosch и цепи для бензопилы в количестве 2 штук, которые согласно акту, подлежат списанию. По представленной Дирекцией по защите ресурсов информации и.о. начальника ЦМТС была проведена проверка. В ходе проверки информация представленная ДЗР нашла свое подтверждение. Кроме того, на территории ЦМТС отсутствовал краскопульт марки Bosch, указанный в акте на списание. По телефонному звонку ФИО1 краскопульт во время проверки был принесен работником ООО «ИСО», при этом ФИО1 пояснил, что в декабре 2021 года он самовольно передал во временное пользование в ООО «ИСО» для производства ремонтных работ, без оформления соответствующих документов. По результатам внеплановой инвентаризации вынесен приказ №СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года о привлечении к дисциплинарной ответственности начальника службы складского хозяйства ЦМТС АО «СУБР» ФИО1, в котором указано провести внеплановую инвентаризацию ТМЦ, находящихся на балансовом учете склад № 2081. Приказано на основании инвентаризации оформить акт по форме №МБ-8 на списание специальной оснастки, инструмента и специальной одежды. Кроме того, ФИО1 поручено разработать, утвердить порядок работы по списанию специальной оснастки, инструмента находящихся у материально ответственных лиц. ФИО1 объявлено замечание за нарушение приказа №СУБР-2018-245 от 17.07.2018 года за подписание документов без визуального осмотра списываемых ТМЦ, а также предупредили, что при выявлении подобного нарушения, будут применены более строгие меры дисциплинарного взыскания.

Приказ № СУБР-2018-245 от 17.07.2018 года, на который работодатель ссылается в приказе № СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года, что ФИО1 нарушил его условия, содержит состав комиссии по списанию быстроизнашивающихся и малоценных предметов, в состав которой входит, в том числе и ФИО1 в качестве члена комиссии, каких либо запретов, либо иных указаний приказ не содержит.

Из письменного объяснения ФИО1 по указанным доводам в приказе №СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года следует, что в тот же день, не предоставленную при проверке дисковую пилу Makita, обнаружили в комнате у слесарей, так как при опросе выяснилось, что они оказались последние, кто ей пользовался, когда в АБК вскрывали потолок при прорыве водяной трубы. Поэтому, он и указал в пояснении, что возможно она сломалась, летом ее активно использовали при проведении ремонтных работ по складам. По обнаруженному у него в кабинете диску пильному марки Bosch, пояснил, что это один из двух дисков, числящихся на нем на забалансе, это расходный материал. Ситуация такая, что даже леска для триммера встает на забаланс. Стоит вопрос, как подтвердить ее списание в производство. Новые цепи в упаковках лежат не у него в кабинете, как указано в акте, а хранятся в комнате для ГО и ЧС, это специальный резерв для новой пилы, которая хранится там же. О том, что краскопульт передал без документа, не говорил, сказал, что не помнит где акт, который в последствие был найден.

Приказом № СУБР-2022-К-359 от 30.06.2022 года стоимость недостающего водонагревателя марки Ariston в размере 8 332,50 рублей взыскана с виновного материально-ответственного лица - начальника службы складского хозяйства ЦМТС ФИО1. Кроме того, за ненадлежащее исполнение своих служебных обязанностей п. 2.22 должностной инструкции начальнику службы складского хозяйства ЦМТС объявлен выговор, лишен премии за июнь 2022 года. Из заработной платы ФИО1 удержана стоимость водонагревателя. Начальнику службы складского хозяйства ЦМТС - ФИО1 указано на необходимость усилить контроль за сохранностью ТМЦ и ОС на складах ЦМТС, а также предупредили, что в случае следующего нарушения в особо важной сфере сохранности имущества и финансовых интересов АО «СУБР», трудовой договор с ФИО1 будет расторгнут на основании статьи 81 ТК РФ.

Из дела, из пояснений представителя ответчика следует и не оспаривается истцом, что ранее ФИО1 неоднократно привлекался к дисциплинарной ответственности: приказом № СУБР-2014-К-068 ФИО1 за нарушение п. 6.3 «Инструкции о мерах пожарной безопасности для складов и складских помещений АО «СУБР» объявлен выговор; приказом № СУБР-2015-К-036 ФИО1 за нарушение п. 2.5 должностной инструкции объявлен выговор; приказом № СУБР-2016-К-467 ФИО1 за нарушение п. 10.1.1 «Инструкции по использованию средств электронно-вычислительной техники, оргтехники и информационных ресурсов» объявлен выговор; приказом № СУБР-2018-К-050 ФИО1 объявлен выговор за нарушение п. 2.22 за нарушение своих должностных обязанностей должностной инструкции, согласно которой, не обеспечил учет и сохранность, вверенных ему материально-технических ценностей; приказом № СУБР-2019-К-213 ФИО1 за нарушение п. 2.2.2 и п. 2.3.4. «Инструкции по использованию средств электронно-вычислительной техники, оргтехники и информационных ресурсов» объявлен выговор; приказом № СУБР-2019-К-614 ФИО1 объявлен выговор за нарушение п. 2.11 и п. 2.18 за нарушение должностной инструкции; приказом № СУБР-2019-К-226 ФИО1 объявлен выговор за нарушение п. 3.2 правил внутреннего трудового распорядка АО «СУБР»; приказом № СУБР-2020-К-015 ФИО1 за нарушение п. 2.1.5 и п. 2.2.1 «Инструкции по использованию средств электронно-вычислительной техники, оргтехники и информационных ресурсов» объявлен выговор.

Неоднократное (два и более раз) неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание. В качестве повторного нарушения трудовой дисциплины рассматриваются такие нарушения, которые при уже имеющемся взыскании, наложенном на работника, вновь допущены на том же месте работы в течение одного года, согласно п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации является основанием для расторжения трудового договора с работником по инициативе работодателя.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, приказом № СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года ФИО1 объявлено замечание за подписание документов без визуального осмотра списываемых ТМЦ, приказом № СУБР-2022-К-359 от 30.06.2022 года ФИО1 объявлен выговор за нарушение своих должностных обязанностей п. 2.22. должностной инструкции, согласно которой, не обеспечил учет и сохранность, вверенных ему материально-технических ценностей. Данные приказы ФИО1 не оспорены.

При увольнении ФИО1 работодатель, оценивая тяжесть совершенного проступка принял во внимание, что ранее приказом № СУБР-2022-К-272 от 20.05.2022 года ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения. Не согласившись с приказом № СУБР-2022-К-272 от 20.05.2022 года ФИО1 обратился в Североуральский городской суд Свердловской области с иском о признании его незаконным. Решением Североуральского городского суда Свердловской области от 29.07.2022 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 было отказано. Апелляционным определением Свердловского областного суда от 25.10.2022 года решение Североуральского городского суда Свердловской области от 29.07.2022 года отменено, по делу вынесено новое решение, которым исковые требования ФИО1 к АО «СУБР» удовлетворены, приказ № СУБР-2022-К-272 от 20.05.2022 года о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения признан незаконным. В связи с чем, суд не может принять во внимание данный приказ как тяжесть совершенного проступка.

В приказах № СУБР-2022-К-148 от 15.03.2022 года и № СУБР-2022-К-359 от 30.06.2022 года, которые работодатель положил в основу приказа об увольнении ФИО1, также не указана тяжесть дисциплинарных проступков.

В соответствии с ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Из разъяснений, изложенных в п. 53 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Таким образом, у работодателя имелись основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Однако, отсутствие указаний на тяжесть совершенного проступка в приказах влечет нарушение процедуры увольнения, а следовательно признания увольнения незаконным.

Кроме того, из материалов дела следует, что истец имеет длительный трудовой стаж у данного работодателя. Ранее ФИО1 работая в АО «СУБР» в должности горного мастера подземного участка шахты № 16-16-бис за добросовестный и безупречный труд был награжден грамотой, решением руководства и профкома № 18-п от 24.03.2004 года присвоено звание «Ветеран труда АО «СУБР» и т.д., что подтверждено копиями почетных грамот и дипломов, копией удостоверения.

Поскольку работодателем при издании приказа об увольнении по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации нарушена процедура увольнения, ФИО1 должен быть восстановлен на работе в прежней должности.

Обязательность оплаты труда вытекает из содержания статей 21 и 22 Трудового кодекса Российской Федерации.

На основании ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

Согласно ч. 4 ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Поскольку ФИО1 уволен незаконно, ответчик обязан возместить ему не полученный заработок.

С 22.07.2022 года по 12.01.2023 года прошло 119 рабочих дней. Средний дневной заработок истца, как следует из расчета, не оспоренного представителем ответчика, составляет 4 311,62 рубля. 4311,62 ? 119 рабочих дней = 513 082,78 рубля, которые подлежат взысканию с ответчика. Из этой суммы ответчик должен произвести удержание обязательных платежей в установленном законом порядке.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями.

С учетом изложенного, поскольку в ходе рассмотрения дела достоверно установлены нарушения трудовых прав истца со стороны ответчика, учитывая длительность нарушения прав истца, исходя из фактических обстоятельств по делу, при которых был причинен моральный вред, а также принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, размер которого с учетом изложенных обстоятельств полагает возможным определить в сумме 10 000 рублей.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п.п. 1 и 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика, в доход местного бюджета, подлежит взысканию государственная пошлина в размере 8 630,83 рубля.

На основании ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пользу истца подлежат взысканию подтвержденные квитанцией Свердловской областной коллегии адвокатов серии АЖ № 011991 от 19.08.2022 судебные расходы по оплате юридических услуг и услуг представителя в суде в размере 25 000 рублей. Снизить данные расходы представитель ответчика не просил, доказательства необоснованности размера расходов не представил.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к акционерному обществу «Севуралбокситруда» о восстановлении на работе, признании незаконным привлечения к дисциплинарной ответственности, взыскании морального вреда и денежных сумм, - удовлетворить.

Признать привлечение акционерным обществом «Севуралбокситруда» ФИО1 приказом № СУБР-2022-К-400 от 21.07.2022 года к дисциплинарной ответственности за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей в виде увольнения по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, незаконным.

Обязать акционерное общество «Севуралбокситруда» восстановить ФИО1 в должности начальника службы складского хозяйства ЦМТС АО «СУБР»,

Взыскать с акционерного общества «Севуралбокситруда» в пользу ФИО1 средний заработок в связи с незаконным увольнением в размере 513 082 (Пятьсот тринадцать тысяч восемьдесят два) рубля 78 копеек. Взыскать с акционерного общества «Севуралбокситруда» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного незаконным увольнением в размере 10 000 (Десять тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Севуралбокситруда» в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 25 000 (Двадцать пять тысяч) рублей.

Решение в части восстановить ФИО1 в должности начальника службы складского хозяйства ЦМТС АО «СУБР» подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Североуральский городской суд в течении месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено в печатном виде на компьютере.

Судья подпись Василенко С.Б.

Копия верна.