Дело № 2-578/2023
УИД 34RS0004-01-2022-005842-37
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Красноармейский районный суд г. Волгограда
в составе председательствующего судьи Рассказовой О.Я.,
при секретаре судебного заседания Даниловой Н.В.,
с участием истца ФИО1 и его представителя ФИО2, ответчика ФИО3 и его представителя ФИО4, ответчика ИП ФИО5, пом. прокурора Красноармейского района г.Волгограда Гриценко Е.В.,
04 апреля 2023 года в городе Волгограде, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 ФИО17 к ФИО7 ФИО18, ИП ФИО8 ФИО19, ИП ФИО5 ФИО20, ООО «ЮТС» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ИП ФИО8, ИП ФИО5, ООО «ЮТС» о компенсации морального вреда.
В обоснование требований истец указал, что ФИО1 является сыном ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
07 февраля 2020 г. ФИО3, управляя маршрутным такси марки «ГАЗ-А65R35», государственный регистрационный знак №, следуя по маршруту 43 «Б», напротив дома <адрес> в Красноармейском районе г. Волгограда допустил нарушение требований пунктов 1.3, 1.5, 14.1 Правил дорожного движения, совершив наезд на пешехода ФИО9, в результате чего потерпевшему причинен тяжкий вред здоровью, от полученных в результате ДТП травм ФИО9 скончался ДД.ММ.ГГГГ г.
По факту совершенного ДТП вступившим в законную силу приговором Красноармейского районного суда г. Волгограда от ДД.ММ.ГГГГ. по делу № 1№ ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.
В результате противоправных действий ФИО3 наступила смерть ФИО9, что причинило истцу нравственные страдания, вызванные безвременной утратой близкого человека, денежную компенсацию морального вреда истец оценивает в 1 000 000 рублей и просит взыскать данные денежные средства с ответчиков.
В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные требования поддержали.
Ответчик ФИО10 и его представитель ФИО4 в судебном заседании в заявленном истцом объеме требования не признали, полагая достаточной денежную компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей. Также ФИО10 пояснил, что при расследовании уголовного дела ФИО1 предлагал ему окончить дело примирением, при условии выплаты ему суммы в 1 000 000 рублей, которая являлась чрезмерной для ФИО10
Ответчик ИП ФИО5 в судебном заседании заявленные требования не признала, представила письменные возражения, пояснив, что на момент ДТП ФИО10 находился с ней в трудовых отношениях, работал в должности водителя и управлял принадлежащим ей транспортным средством. Полагает, что основания для компенсации морального вреда отсутствуют, в случае удовлетворения требований полагает их завышенными.
Представитель ответчика ООО «ЮТС», представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явились.
Определением суда производство по делу в части исковых требований к ИП ФИО8 прекращено.
Участвующий в деле прокурор Гриценко Е.В. представил заключение, в котором полагал заявленные требования о денежной компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению в полном объеме к ответчику ИП ФИО5 как к работодателю ФИО3
Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных истцом требований, по следующим основаниям.
В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.
В ст. 151 ГК РФ закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.
Из нормативных положений Конституции Российской Федерации, СК РФ, положений ст.ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда жизни и (или) здоровью их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям.
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).
Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении него уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Из материалов дела следует, что ФИО1 является сыном ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
07 февраля 2020 г. ФИО3, управляя маршрутным такси марки «ГАЗ-А65R35», государственный регистрационный знак Е № следуя по маршруту 43 «Б», напротив дома № <адрес> в Красноармейском районе г. Волгограда допустил нарушение требований пунктов 1.3, 1.5, 14.1 Правил дорожного движения, совершив наезд на пешехода ФИО9, в результате чего потерпевшему причинен тяжкий вред здоровью, от полученных в результате ДТП травм ФИО9 скончался 08 февраля 2020 г.
По факту совершенного ДТП вступившим в законную силу приговором Красноармейского районного суда г. Волгограда от 28 апреля 2021 г. по делу № 1-№ ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.
Материалами дела подтверждается, что в момент управления 07 февраля 2020 г. маршрутным такси марки «ГАЗ-А65R35», государственный регистрационный знак №, следуя по маршруту 43 «Б», ФИО3 исполнял свои трудовые обязанности водителя, находился в трудовых отношениях с ИП ФИО5 на основании трудового договора от 1 ноября 2019 г.
Автомобиль «ГАЗ-А65R35», государственный регистрационный знак №, на момент ДТП находился в собственности у ФИО5, которая также являлась страхователем гражданской ответственности по договору ОСАГО, заключенному с СПАО «Ингосстрах».
Определяя надлежащего ответчика по заявленным ФИО1 требованиям, суд исходит из того, что вред здоровью потерпевшему ФИО9, в результате которого наступила смерть потерпевшего, был причинен ФИО3 при исполнении последним трудовых обязанностей по договору с ИП ФИО5, что в силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ является основанием для возложения на последнюю как работодателя обязанности по возмещению вреда, причиненного ее работником.
Таким образом, надлежащим ответчиком в рамках рассматриваемого дела является ИП ФИО5, а заявленные истцом требования к ФИО3 и ООО «ЮТС» удовлетворению не подлежат. Правовых оснований для привлечения в рассматриваемом деле ФИО3 как солидарного либо долевого должника судом не установлено.
Материалами дела подтверждается, что истец ФИО1 проживал отдельно от своего отца ФИО9, но поддерживали хорошие отношения, совместного бюджета не имелось. В то же время ФИО1 не утратил семейных отношений со своим отцом, периодически навещал его, помогал с приобретением предметов быта.
Допрошенный в судебном заседании по ходатайству истца свидетель ФИО11, пояснил, что умерший ФИО9 и истец находились в хороших отношениях, общались, истец оказывал посильную помощь отцу.
Допрошенный в судебном заседании по ходатайству ответчика ФИО3 свидетель ФИО12 пояснил, что несколько лет назад видел, что к соседу ФИО9 приходил сын. О родственниках и детях он с ФИО9 не разговаривали.
У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности показаний свидетелей, свидетели предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, при этом показания ФИО12 не опровергают установленные судом обстоятельства.
Вопреки доводам ответчика ИП ФИО5, сам по себе факт гибели ФИО9 причинил его сыну ФИО1 невосполнимую утрату и безвозвратную потерю близкого человека, что само по себе свидетельствует о наличии у истца права требовать денежной компенсации причиненного ему морального вреда.
Как следует из п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 чи. 1101 ГК РФ). Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
Учитывая вышеприведенные разъяснения, данные Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, суд, определяя размер подлежащей взысканию с ИП ФИО5 денежной компенсации морального вреда, учитывает степень родства погибшего ФИО9 и истца, характер их семейных отношений до произошедшего ДТП, невосполнимую утрату и безвозвратную потерю близкого человека для истца, фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем приходит к выводу об установлении суммы денежной компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей, отказав в остальной части заявленных истцом требований.
С учетом положений ст. 103 ГПК РФ с ИП ФИО5 в доход бюджета муниципального образования город-герой Волгоград подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковое заявление ФИО6 ФИО22 к ФИО7 ФИО23, ИП ФИО5 ФИО24, ООО «ЮТС» о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Взыскать с ИП ФИО5 ФИО25 (<данные изъяты>) в пользу ФИО6 ФИО26 (<данные изъяты>) денежную компенсацию морального вреда в сумме 400 000 (четыреста тысяч) рублей.
В остальной части исковых требований ФИО6 ФИО27 о компенсации морального вреда, а также в части исковых требований к ФИО7 ФИО28, ООО «ЮТС» - отказать.
Взыскать с ИП ФИО5 ФИО29 в доход бюджета муниципального образования город-герой Волгоград государственную пошлину в сумме 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Красноармейский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 06 апреля 2023 года.
Председательствующий О.Я. Рассказова