Дело №2-2739/2025

УИД 59RS0007-01-2025-001364-28

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29.04.2025 г. Пермь

Свердловский районный суд города Перми в составе:

председательствующего судьи Гурьевой Е.П.,

при ведении протокола секретарем ФИО2,

с участием представителя истца и третьего лица ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «Банк Уралсиб» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО "Банк Уралсиб" о взыскании компенсации морального вреда в размере 5000 рублей.

Требования мотивированы тем, что <данные изъяты> вкладчик ФИО5 обратился в операционный офис «Сибирский» филиала ПАО «Банк Уралсиб» в <адрес> с целью оформления договора вклада «Прогноз отличный» на 1100 дней в пользу третьего лица ФИО1, в открытии вклада ему отказано. Посчитав свои права нарушенными, ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ обратился с иском в Советский районный суд <адрес>. При рассмотрении искового заявления ФИО5 была привлечена к участию в деле в качестве третьего лица ФИО1

Решением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № оставлено без удовлетворения исковое заявление ФИО5 к Банку о возложении обязанности оформить договор банковского вклада в пользу третьего лица, компенсации морального вреда, взыскании судебной неустойки. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан решение отменено, вынесено новое решение об удовлетворении исковых требований ФИО5

Отказом Банка в открытии вклада нарушены в том числе и права выгодоприобретателя на возможность получения третьим лицом прав по вкладу.

Таким образом, третье лицо вправе заявить самостоятельный иск к Ответчику, если полагает, что ее права были нарушены действиями Банка.

По отношению к Банку ФИО1 является потребителем.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена о дате и времени судебного заседания надлежащим образом.

Представитель истца и третье лицо ФИО5 в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик представителя в судебное заседание не направил, судом извещен.

В письменных пояснениях на исковое заявление ответчик заявил об истечении срока исковой давности и наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований. Факт отказа ПАО «Банк Уралсиб» ФИО5 в открытии банковского вклада в пользу третьего лица не свидетельствует о нарушении прав ФИО1 Доказательств факта нарушения ПАО «Банк Уралсиб» прав истца как потребителя ФИО1 не представлено.

Суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Суд, заслушав пояснения представителя истца и третьего лица ФИО5, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратился в операционный офис «Сибирский» филиала ПАО «Банк Уралсиб» в <адрес> с целью оформления договора вклада «Прогноз отличный» на 1100 дней, под 7,5% годовых в пользу третьего лица ФИО1, с суммой вклада 100000 руб. Сотрудниками банка в оформлении вклада ФИО5 было отказано в связи с не предоставлением документов и информации, необходимых для идентификации приобретателя.

В связи с отказом Банка, ФИО5 написал претензию ДД.ММ.ГГГГ, которая содержала требования о принятии мер для открытия вклада в пользу третьего лица, а также оформить соответствующие документы.

ФИО5 обратился в суд с иском к ПАО «Банк Уралсиб» о возложении обязанности оформить договор банковского вклада, о взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебной неустойки.

При рассмотрении искового заявления ФИО5 была привлечена к участию в деле в качестве третьего лица ФИО1

Решением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ПАО «Банк Уралсиб» о возложении обязанности оформить договор банковского вклада в пользу третьего лица, компенсации морального вреда, взыскании судебной неустойки отказано (л.д.12-21).

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ указанное решение отменено, вынесено новое решение, которым исковых требований ФИО5 удовлетворены (л.д. 22-34)

В силу положений ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные Апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по делу № не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении данного дела.

Согласно апелляционному определению Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ суд пришел к выводам, что сумма вклада в пользу третьего лица, на которую истец хотел открыть вклад, составляла 100000 руб., обязательной идентификации подлежала только личность истца как вкладчика, но не личность лица, в пользу которого открывается вклад (счет), а следовательно отказ в оформлении вклада по причине непредоставления документов, позволяющих идентифицировать ФИО1 являлся незаконным.

При разрешении требований истца о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО5 суд исходил из установления судом факта нарушения банком прав потребителя.

Так как ФИО5 обращался в ПАО «Банк Уралсиб» с намерением оформить договор вклада в пользу ФИО1, ФИО1 после открытия вклада в ее пользу могла стать выгодоприобретателем по вкладу.

Вопреки доводам ответчика, суд полагает, что ФИО1 в данном случае также является потребителем банковской услуги и в результате отказа в открытии вклада в ее пользу нарушены ее права как потребителя.

В соответствии с положениями статьей 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Таким образом, наличие факта нарушения прав ФИО1 является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Ответчиком в письменных пояснениях заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Общий срок исковой давности в силу п. 1 ст. 196 ГК РФ устанавливается в три года.

ФИО1 с 2014 года является супругой ФИО3 По мнению суда, при наличии супружеских отношений истец должна была знать, что ее супруг ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ принимал действия по открытию вклада в ПАО «Уралсиб» в ее пользу, но получил отказ банка.

С исковым заявлением ФИО1 обратилась ДД.ММ.ГГГГ, т.е. спустя более чем пять лет после получения ФИО5 отказа в открытии вклада.

Согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных права третьего лица - права на открытие банком в ее пользу вклада. ФИО1 при открытии вклада в ее пользу при вступлении в права вкладчика могла получать доход по процентам от вклада.

В связи с этим судом отклоняются доводы представителя истца о необходимости применения положений ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

При таком положении дел суд отказывает в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГК РФ дело рассмотрено пределах заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Банк Уралсиб" о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд города Перми в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Е.П. Гурьева

Мотивированное решение в полном объеме изготовлено 06.05.2025.