Судья Моталыгина Е.А. УИД 65RS0001-01-2022-001356-75 (2-70/2023)

Докладчик Чемис Е.В. Дело № 33- 2405/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 сентября 2023 года город Южно-Сахалинск

Судебная коллегия по гражданским делам Сахалинского областного суда в составе:

председательствующего Калинского В.А.,

судей Чемис Е.В., Доманова В.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ивановой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ Сахалинской области «Городская больница им. Ф.С. Анкудинова» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе представителя ФИО1 – ФИО2 на решение Южно-Сахалинского городского суда от 17 марта 2023 года.

Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Чемис Е.В., судебная коллегия

установил а:

10 февраля 2022 года ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ Сахалинской области «Городская больница им. Ф.С. Анкудинова» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что 01 августа 2020 года была госпитализирована в ГБУЗ «Городская больница им. Ф.С. Анкудинова» с обострением хронического заболевания ЖКТ. При поступлении в больницу анализ на коронавирусную инфекцию был отрицательный. Ее положили в палату с тремя женщинами, с которыми она провела одни сутки, после чего выяснилось, что у двоих женщин в палате, обнаружен коронавирус. ФИО1 с другой пациенткой перевели в палату-изолятор, где она находилась со 02 по 09 августа 2020 года. В этот период у неё ухудшилось самочувствие. 09 августа 2020 года поступил результат анализа истца на COVID-19 от 07 августа 2020 года, который был положительным. Считает, что поскольку при госпитализации в ГБУЗ Сахалинской области «Южно-Сахалинская городская больница им. Ф.С. Анкудинова» у неё был отрицательный результат на коронавирусную инфекцию, то в данном случае усматривается вина врачей в заражении её указанным заболеванием, в связи с чем, ей был причинен моральный вред, которой оценен истцом в 200000 рублей.

На основании изложенного, просит суд взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей.

Решением Южно-Сахалинского городского суда от 17 марта 2023 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

На указанное решение суда представитель ФИО1 – ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит его отменить. Указывает, что суд не учел наличие у истца заболевания иммунной системы; суд неверно трактовал заключение эксперта, поскольку некоторые вопросы раскрыть не представилось возможным ввиду отсутствия исследований; истец представил суду все доказательства, подтверждающие инфицирование в больнице.

В возражениях на апелляционную жалобу, участвующий в деле прокурор Теремкова Е.В. и представитель ГБУЗ «Городская больница им. Ф.С. Анкудинова» ФИО3 просят решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 и ее представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержали; прокурор Сущенко Е.П. просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения; иные лица, участвующие в деле, в суд не явились, о дате, месте, времени рассмотрения дела извещены надлежаще.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле и заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Статьей 15 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено право потребителя на компенсацию морального вреда, причиненного потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Принимая во внимание вышеизложенные положения, необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

В силу абз. 1 п. 1 ст.1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Пунктом 2 указанной статьи Гражданского кодекса РФ установлено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Предусмотренная данной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что в период с 1 августа по 9 августа 2020 года истец ФИО1 находилась на лечении в ГБУЗ СО «Южно-Сахалинская городская больница им. Ф.С. Анкудинова» с диагнозом «хронический панкреатит». РНК нового короновируса COVID-19 от 01.08.2020 № 13297 отриц., РНК нового короновируса COVID-19 от 07.08.2020 г. положит. От госпитализации в г. Корсаков в инфекционное отделение ФИО1 отказалась.

Согласно заключению врача-эпидемиолога ФИО4 следует, что выявление PHK SARS-CoV-2 у больной ФИО1 в условиях пребывания в стационаре на 8-е сутки и контакт с больными COVID-19 в течение суток (01.08. – 02.08.2020) указывают на внутрибольничное инфицирование, но факт инфицирования больной ФИО1 новой коронавирусной инфекцией на догоспитальном этапе также не исключен, так как PHK SARS-CoV-2 выявлена на 12-е сутки инкубационного периода. Кроме того, больная ФИО5, находившаяся в одинаковых условиях с ФИО1 в период пребывания во 2-ом терапевтическом отделении, не была инфицирована в условиях стационара и была выписана 10.08.2020 с отрицательным результатом ПЦР.

Отсутствие случаев заболевания новой коронавирусной инфекцией среди больных и персонала 2-го терапевтического отделения в период с 01 по 15 августа 2020 г. свидетельствуют об отсутствии очага инфекции в отделении.

В период с 17.08.2020 г. по 26.08.2020 г. ФИО1 пребывала в госпитале ГБУЗ «Сахалинский областной кожно-венерологический диспансер» на лечении с основным диагнозом Коронавирусная инфекция, вызванная COVID-19 (ПЦР на PHK SARS-CoV-2 положительный от 11.08.2020 г.), среднетяжелая форма, осложнение основного диагноза: правосторонняя сегментарная пневмония, нетяжелое течение, а также имелся сопутствующий диагноз: хронический боррелиоз с преимущественным поражением суставов, нервной системы.

По ходатайству истца определением Южно-Сахалинского городского суда от 16 ноября 2022 года судом была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ г. Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента Здравоохранения г. Москвы».

Из заключения ГБУЗ г. Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента здравоохранения города Москвы» № от 23.11.2022 года следует, что медицинская помощь (организационные, тактические, лечебно-диагностические мероприятия) ФИО1 в период ее стационарного лечения в ГБУЗ СО «Южно-Сахалинская городская больница им. Ф.С. Анкудинова» с 01.08.2020 по 09.08.2020 оказана правильно, своевременно, в полном объеме. Дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ СО «Южно- Сахалинская городская больница им. Ф.С. Анкудинова» не имелось.

Установить точную дату заражения ФИО1 коронавирусной инфекцией COVID-19 не представляется возможным: ФИО1 равнозначно могла как на момент поступления в ГБУЗ СО «Южно-Сахалинская городская больница им. Ф.С. Анкудинова» находиться в инкубационном периоде заболевания, так и заразиться в период стационарного лечения. Объективных данных, позволяющих решить данный вопрос, не имеется.

В представленной медицинской документации не имеется сведений о последствиях для здоровья пациентки ФИО1 заболевания новой коронавирусной инфекции».

Разрешая спор, суд первой инстанции обоснованно руководствовался вышеприведенными нормами закона и исходил из того, что доказательств оказания ответчиком некачественной и несвоевременной медицинской помощи, повлекшей за собой причинение вреда здоровью ФИО1, в период её стационарного лечения в ГБУЗ СО «Южно-Сахалинская городская больница им. Ф.С. Анкудинова» с 01.08.2020 по 09.08.2020, не имеется, дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ СО «Южно- Сахалинская городская больница им. Ф.С. Анкудинова» не установлено, в связи с чем пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

При этом, как обоснованно указал суд первой инстанции, представленные истцом выписки из амбулаторных карт близких родственников истца Ф.И.О.19 Ф.И.О.20И., Ф.И.О.21. однозначно не свидетельствуют о том, что до поступления истца в больницу указанные граждане, в том числе и истица, не были заражены коронавирусной инфекцией, поскольку инкубационный период новой коронавирусной инфекции COVID-19 составлял от 2 до 14 суток.

Доводы апелляционной жалобы аналогичны правовой позиции стороны истца при рассмотрении дела районным судом, были предметом его исследования, выражают несогласие с выводами суда по существу спора, содержат субъективную оценку фактических обстоятельств дела и ошибочное толкование норм материального права.

Принимая во внимание, что судом не допущено нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, обжалуемое решение следует признать законным и обоснованным, и оснований для его отмены по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Южно-Сахалинского городского суда от 17 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 – ФИО2 без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 3 месяцев со дня его вынесения в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 3 октября 2023 г.

Председательствующий В.А. Калинский

Судьи Е.В. Чемис

В.Ю. Доманов