РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
03 апреля 2025 года г. Петропавловск-Камчатский
Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе судьи Ковеза Г.И., при секретаре судебного заседания Прутовой А.А.,
с участием:
от истца: ФИО1 – лично, ФИО2 – адвокат по ордеру;
от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности,
от Следственного Управления Следственного комитета России по Камчатскому краю: ФИО18 – представитель по доверенности;
от прокуратуры Камчатского края: ФИО19 представитель по доверенности,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда в порядке реабилитации,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 (далее – истец, ФИО1) обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (далее – ответчик, МВД России) о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации.
В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем следственного отдела по городу Петропавловск-Камчатский <данные изъяты> возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного № в отношении ФИО1 30.08.2021 по вышеуказанному уголовному делу в отношении подозреваемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 03.07.2023 приговором Петропавловск - Камчатского городского суда Камчатского края ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на <данные изъяты>. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений до вступления приговора суда в законную силу. 02.05.2024 апелляционным постановлением Камчатского краевого суда вышеуказанный приговор Петропавловск-Камчатского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело прекращено на основании <данные изъяты> за отсутствием в деянии состава преступления ввиду малозначительности и в соответствии со <данные изъяты> за ФИО1 признано право на реабилитацию. 19.08.2024 кассационным постановлением Девятого кассационного суда обшей юрисдикции апелляционное постановление Камчатского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлено без изменений.
Истец полагает, что поскольку уголовное дело в отношении него по обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> прекращено по реабилитирующему основанию в соответствии с <данные изъяты> за отсутствием в деянии состава преступления, у него возникло право на возмещение морального вреда в порядке реабилитации. В результате уголовного преследования истец претерпел как нравственные, так и физические страдания в виде переживаний, беспокойства о своей дальнейшей судьбе, жизни, претерпевал лишения. Данные факты являются общеизвестными, не требующим доказывания в силу ч.1 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Привлечением истца к уголовной ответственности за деяние, не образующее состава преступления, применением в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении были нарушены его конституционные права. Более того, в ходе производства по уголовному делу в отношении ФИО1 действия органов предварительного следствия, а также бездействие прокурора после вступления апелляционного определения в законную силу и признания за ФИО1 права на реабилитацию, повлекли моральный вред, причиненный истцу, в виде нравственных и физических страданий, в результате посягательства на принадлежащие ему от рождения и в силу закона нематериальные блага. Так, несмотря на признание за ФИО1 права на реабилитацию апелляционным постановлением Камчатского краевого суда, вступившим в законную силу еще 02.05.2024, прокурор в нарушение положений Указания Генерального прокурора Российской Федерации от 03.07.2013 № 267/12 «О порядке реализации положений части 1 <данные изъяты>» (согласно которым официальное извинение необходимо приносить в письменной форме в возможно короткий срок, но не позднее одного месяца со дня вступления в законную силу оправдательного приговора), вопреки требованиям положений <данные изъяты> не принес официальное извинение от имени государства реабилитированному ФИО1 за причиненный ему вред. Сам факт возбуждения уголовного дела нанес истцу невосполнимый моральный вред, поскольку ранее он никогда к уголовной ответственности не привлекался, чувствовал свое бессилие в результате отстаивания своей позиции на протяжении трех лет перед правоохранительной и судебной системой. Кроме того, моральный вред истцу причинен в результате избрания в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Избранная органом предварительного следствия мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 лишила последнего возможности выехать в город <данные изъяты> на похороны ФИО20 родной дедушки, который с детства являлся особо близким для истца членом семьи. Более того, в силу значительного количества времени, в период нахождения под подпиской о невыезде и надлежащем поведении, проведенного в органах предварительного следствия и судах, истец не имел возможности трудоустроиться на постоянное место работы, что вынуждало его перебиваться случайными заработками, занимаясь неквалифицированным низкооплачиваемым трудом. Между тем, как установлено вступившим в законную силу апелляционным постановлением Камчатского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 с № года работал в <данные изъяты>, к своим должностным обязанностям относился исключительно добросовестно, о чем свидетельствуют неоднократные поощрения и награды. На момент возбуждения уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ все последствия совершенных ФИО1 действий, за которые он незаконно привлекался к уголовной ответственности, были устранены. Однако, в ходе осуществления необоснованного уголовного преследования за деяние, не образующего состава преступления, органом предварительного следствия в адрес <данные изъяты>, по месту работы ФИО1 внесено заведомо незаконное представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления с требованием об увольнении последнего с должности <данные изъяты>. Согласно приказу <данные изъяты> № № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ уволен <данные изъяты> на основании вышеуказанного представления следственного органа. При этом в приказе об увольнении ФИО1 основанием увольнения указано именно представление следственного отдела по городу Петропавловск-Камчатский <данные изъяты>, способствовавших совершению преступления. Вместе с тем, ранее в <данные изъяты> в отношении истца проведена служебная проверка в связи с возможным нарушением требований к образованию, профессиональным знаниям и навыкам сотрудника, необходимых для замещения должности <данные изъяты>. Согласно выводам, изложенным в заключении по результатам служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, комиссией предложено к ФИО4 меры ответственности не применять и служебную проверку прекратить. Таким образом, именно необоснованное возбуждение уголовного дела в отношении истца за деяние, повлекло увольнение истца с престижной службы и, как следствие, фактически утрату им постоянного источника дохода, а также права на пенсию по выслуге лет за несколько месяцев до его наступления.
Кроме того, привлечение к уголовной ответственности за деяние, не образующее состав преступления, нанесло тяжелый удар по репутации истца, запятнав его честь и унизив достоинство, подорвав авторитет среди родных, близких, друзей, знакомых и сослуживцев. Уголовное преследование в отношении истца стало причиной потери им семьи. Так, истец с ДД.ММ.ГГГГ состоял в браке с ФИО21. При этом в отношениях, характерных для брачных, истец и ФИО22 состояли с ДД.ММ.ГГГГ года, проживали с ДД.ММ.ГГГГ года совместно и вели совместное хозяйство. Вместе с тем, в ДД.ММ.ГГГГ года семейные отношения истца с ФИО23 были разрушены в связи с длительным уголовным преследованием ФИО4, вызванными этим преследованием чувствами переживания у ФИО24. за дальнейшую судьбу семейных отношений в случае признания ФИО4 преступником.
На основании изложенного, просил суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного незаконными привлечением к уголовной ответственности в размере 3 000 000 рублей.
Истец о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме, сообщил, что в на момент судебного разбирательства прокурором принесены извинения в порядке <данные изъяты>
Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям и доводам, изложенным в иске.
Представители лице Министерства финансов Российской Федерации и Следственного Управления Следственного комитета России по Камчатскому краю пояснили, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, а именно соразмерной является компенсация морального вреда в сумме 200 000 рублей.
Помощник прокурора полагала исковые требования подлежащими частичному удовлетворению с учетом требования разумности и справедливости.
Третьи лица Следственный отдел по г. Петропавловску-Камчатскому СУ СК России по Камчатскому краю, УФССП по Камчатскому краю и Чукотскому автономному округу о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в суд не явились.
На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией (статья 17 Конституции Российской Федерации).
В силу положений статей 52, 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Права потерпевших от злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
Конституцией Российской Федерации гарантирована государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации. Предусмотрено, что каждый может защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45)
В силу статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.
На основании части 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 13 Постановления от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.
Частью 4 статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.
В соответствии с частью 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
Согласно статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 Кодекса.
Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Исходя из правовой позиции, изложенной в пп. 1, 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.
Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что подлежит возмещению моральный вред, причиненный гражданину в связи с деятельностью правоохранительных органов и судов. Причем вред компенсируется независимо от вины этих органов лишь в тех случаях, если он причинен гражданину в результате незаконных: осуждения, привлечения к уголовной ответственности, применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. В указанных случаях компенсация морального вреда производится в порядке, определенном пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).
Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.
В силу пункта 55 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное преследование представляет собой процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления, которая начинается с момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица и заканчивается изобличением виновного в суде.
На основании части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Таким образом, право на реабилитацию, которое предусматривает возможность компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, согласно статьям 133 - 139 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Как следует из материалов дела и установлено судом, 26.08.2021 Следственным отделом по городу Петропавловск-Камчатский <данные изъяты> возбуждено уголовное дело №№ по признакам преступления, предусмотренного ч. <данные изъяты> в отношении ФИО1
30.08.2021 по вышеуказанному уголовному делу в отношении подозреваемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
08.09.2021, 20.09.2021, 21.02.2022, 06.09.2022 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, мера пресечения оставлена прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
10.10.2022 заместителем прокурора г. Петропавловска - Камчатского утверждено обвинительное заключение по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. <данные изъяты> и уголовное дело №№ направлено в Петропавловск - Камчатский городской суд для рассмотрения по существу.
ДД.ММ.ГГГГ Приговором Петропавловск - Камчатского городского суда Камчатского края ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок №. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений до вступления приговора суда в законную силу.
25.04.2023 апелляционным постановлением Камчатского краевого суда приговор Петропавловск - Камчатского городского суда от 06.03.2023 в отношении ФИО1 отменен и уголовное дело направленно в тот же суд на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.
03.07.2023 Приговором Петропавловск - Камчатского городского суда Камчатского края ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.<данные изъяты> и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на №. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений до вступления приговора суда в законную силу.
22.08.2023 апелляционным постановлением Камчатского краевого суда вышеуказанный приговор Петропавловск - Камчатского городского суда от 03.07.2023 в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело прекращено на основании <данные изъяты> за отсутствием в деянии состава преступления ввиду малозначительности и в соответствии <данные изъяты> за ФИО1 признано право на реабилитацию. Избранная ФИО5 мера пресечения в виде подписки о невыезде – отменена.
25.01.2024 кассационным постановлением Девятого кассационного суда общей юрисдикции апелляционное постановление Камчатского краевого суда от 22.08.2023 в отношении ФИО1 отменено, уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение в Камчатский краевой суд в ином составе суда.
02.05.2024 апелляционным постановлением Камчатского краевого суда вышеуказанный приговор Петропавловск-Камчатского городского суда от 03.07.2023 в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело прекращено на основании <данные изъяты> за отсутствием в деянии состава преступления ввиду малозначительности и в соответствии <данные изъяты> за ФИО1 признано право на реабилитацию.
19.08.2024 кассационным постановлением Девятого кассационного суда обшей юрисдикции апелляционное постановление Камчатского краевого суда от 02.05.2024 в отношении ФИО1 оставлено без изменений.
В силу требований ст.ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.
На основании части 2 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.
Исследовав представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что исковое требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда законно и обоснованно.
Так, при рассмотрении дела нашло свое подтверждение, что с 26.08.2021 в отношении ФИО1 осуществлялось уголовное преследование по уголовному делу №№ по признакам преступления, предусмотренного ч. <данные изъяты> 02.05.2024 апелляционным постановлением Камчатского краевого суда вышеуказанный приговор Петропавловск - Камчатского городского суда от 03.07.2023 в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело прекращено на основании <данные изъяты> за отсутствием в деянии состава преступления ввиду малозначительности, то есть по реабилитирующим основаниям.
При таких обстоятельствах, у суда не вызывает сомнений тот факт, что в результате незаконного уголовного преследования, истец испытал нравственные страдания, в связи с чем, требования ФИО1 о компенсации ему морального вреда суд полагает обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Поскольку моральный вред был причинен истцу в результате действий органов, финансируемых из федерального бюджета, моральный вред в пользу истца подлежит возмещению Министерством финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.
Вместе с тем, суд полагает его размер в сумме 3 000 000 рублей является завышенным.
При разрешении размера компенсации морального вреда суд учитывает, положения п. 8 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20 декабря 1994 года, согласно которому размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Как указывалось выше, применительно к нормам закона, регулирующих спорные правоотношения, степень вины причинителя вреда в данном конкретном случае не учитывается.
Судом установлен, что предварительное расследование по уголовному делу длилось с 26.08.2021 по 06.09.2022, что было связано со сбором большого количества доказательств, в том числе находящихся за пределам Камчатского края. Окончательное обвинительное заключение вручено 19.10.2022, уголовное дело направлено прокурором в суд 21.10.2022. Уголовное судопроизводство по делу длилось с 18.11.2022 по 02.05.2024, при этом с учетом конкретных обстоятельств дела, а именно рассмотрения уголовного дела дважды в суде первой инстанции, трижды в суде апелляционной инстанции и в суде кассационной инстанции, разумный срок судопроизводства нарушен не был.
При этом в период с 30.08.2022 по 22.08.2023 в установленном законом порядке в отношении ФИО1 была избрана меры пресечения в виде подписки о невыезде, в дальнейшем меры пресечения, предусмотренные ст. <данные изъяты> (подписка о невыезде, наблюдение командования воинской части, запрет определенных действий, залог, домашний арест, заключение под стражу), к нему не применялись.
Доказательства несоблюдения со стороны следственного органа (его должностных лиц) морально-этических норм по отношению к ФИО1, выразившегося в унижении его достоинства, а также каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального законодательства при проведении следственных действий, которые могли бы повлечь причинение истцу нравственных и/или физических страданий, в материалах дела отсутствуют и стороной истца суду не представлены.
Довод истца о том, что мера избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде лишила последнего возможности выехать в город <данные изъяты> на похороны ФИО26 - родной дедушки, который с детства являлся особо близким для истца членом семьи, отклоняется судом, поскольку не представлено доказательств того, что ФИО1 обращался к следователю с соответствующим мотивированных ходатайством об отмене или изменении меры пресечения, и ему в этом было отказано.
В ходе разбирательства по делу нашло свое подтверждение то, что об уголовном преследовании истца стало известно его коллегам и родственникам, допрошенным в качестве свидетелей по делу, однако доказательства того, что в результате получения указанной информации они изменили свое отношение к ФИО1, истцом суду представлено не было.
Между тем, в ходе разбирательства по делу нашел свое подтверждение факт того, что уголовное преследование ФИО1 повлекло расторжение брака истца с супругой ДД.ММ.ГГГГ, о чем выдано свидетельство о расторжении брака №.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО27 пояснила, суду, что действительно после возбуждения уголовного дела ее брачные отношения с истцом были прекращены, так как из-за переживаний истец изменился.
Судом отклоняется довод истца о том, что только представление следственного отдела по городу Петропавловск-Камчатский <данные изъяты> о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления явилось основанием для увольнения ФИО1
В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, по которому участвуют те же лица.
Преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действе принципа правовой определенности.
Несмотря на то, что в качестве основания издания приказа <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № № указано представление следственного отдела по г. Петропавловску-Камчатскому от ДД.ММ.ГГГГ № №, решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что представление при поступлении на службу <данные изъяты> поддельного документа о наличии у ФИО6 среднего профессионального образования правомерно положено ответчиком в основу расторжения с истцом контракта и его увольнения со службы, в качестве правовых последствий несоблюдения истцом ФИО1 ограничений и запретов, установленных федеральными законами. Данное правовое последствие предусмотрено п. 17 ч. 2 ст. 80 Федерального закона «О службе в органах принудительного исполнения», в соответствии с которым увольнение истца по указанному основанию предусмотрено в силу прямого указания названной нормы закона, положениями которой увольнение по данному основанию не отнесено к мере дисциплинарного взыскания, в связи с чем, не предусматривает обязанность работодателя соблюдать процедуру увольнения, регламентированную законом при увольнении со службы в случае привлечения сотрудника к дисциплинарной ответственности. В этой связи необходимость установления вины ФИО1 в рамках проводимой в отношении него служебной проверки либо в ходе расследования уголовного дела для увольнения истца по указанному основанию у ответчика также отсутствовала. Решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
Ссылки стороны истца на затруднения в трудоустройстве, сопряженные с фактом возбуждения в отношении него уголовного дела, суд находит несостоятельными, поскольку в ходе рассмотрения дела ФИО1 доказательства того, что он обращался за трудоустройством куда-либо и ему было в этом отказано не представлено.
Довод истца о том, что при установлении размера компенсации морального вреда в порядке реабилитации суду необходимо так же учесть факт позднего принесения прокурором официального извинения от имени государства реабилитированному ФИО1 за причиненный ему вред отклоняется судом, так как из положений ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» следует, что принесение извинений прокурором является одним из способов возмещения морального вреда. Неисполнение или ненадлежащее исполнение прокурором обязанности принести официальное извинение реабилитированному лицу могут быть обжалованы в судебном порядке (п. 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 14.11.2017 № 28-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО29»).
Обстоятельства ухудшения состояния здоровья истца, в результате его неправомерного уголовного преследования по делу не установлены. Доказательств наличия таких фактов и размера причиненного в связи с ними морального вреда (нравственных и/или физических страданий), стороной истца суду не представлено.
Исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.
Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.
На основании изложенного, учитывает длительность уголовного преследованияи и небольшую тяжесть преступления, в котором он обвинялся, суд полагает, что моральный вред, причиненный истцу подлежит возмещению в размере 175 000 рублей 00 копеек, что соответствует степени и характеру причиненных истцу нравственных и физических страданий, конкретным обстоятельствам, при которых был причинен вред, значимости нарушенного конституционного права истца, требованиям разумности и справедливости, и способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности государства.
Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 данного Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
Согласно п. 1 ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.
Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 1 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года №13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).
К участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации (п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве»).
С учетом приведенных положений действующего законодательства, компенсация морального вреда в пользу истца подлежит взысканию с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.
На основании п. 19 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации Министерство финансов Российской Федерации освобождается от уплаты государственной пошлины, в связи с чем, расходы по оплате государственной пошлины не подлежат взысканию с ответчика.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Иск ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (<данные изъяты>) за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) в счет возмещения компенсации морального вреда 175 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено 16 апреля 2025 года.
Судья Г.И. Ковеза