Мотивированное решение составлено 12 января 2023 года

66RS0020-01-2021-000755-54

Дело № 2-70/2022 (№ 2-634/2021)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 декабря 2022 года пгт. Белоярский

Белоярский районный суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Пархоменко Т.А.,

при секретаре судебного заседания Марьиной М.И.,

с участием: старшего помощника Белоярского межрайонного прокурора Мальцевой А.В., представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 (в настоящее время ФИО5, в связи с заключением брака) обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в котором просит взыскать с ФИО3 в свою пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежную сумму в размере 1 450 000 рублей, а также судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что 27 июня 2018 года в 12 часов 35 минут по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием грузового фургона <номер>, государственный регистрационный знак <номер> под управлением и принадлежащего ФИО3 и мотоцикла <номер>, государственный регистрационный знак <номер> под управлением и принадлежащей ФИО4 Указанное ДТП произошло по вине ответчика ФИО3 В результате ДТП истцу причинены телесные повреждения в виде: <...>. Кроме того, истцу необходимо проходить систематический курс реабилитации. Причиненные в результате действий ответчика повреждения причинили истцу тяжкий вред здоровью. Каких-либо заболеваний, влияющих на увеличение причинения вреда здоровью после ДТП, увеличению процента утраты общей трудоспособности у истца до ДТП, не имелось. Гражданская ответственность ответчик была застрахована в ПАО «АСКО Страхование». Истцу было выплачено страховое возмещение в размере 180 250 рублей (подтвержденные расходы на дату подачу иска составили 136 457 рублей). В добровольном порядке истцу ответчиком было перечислено 50 000 рублей. Ссылаясь на положения статьей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации истец полагает, что с ответчика в ее пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда, который истец оценивает в 1 450 000 рублей.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1, действующая на основании доверенности, с заявленными требованиями истца не согласилась, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление (т.1 л.д. 99-101). Не оспаривая вину ФИО3 в совершении ДТП, указала, что ответчик принес истцу многократные извинения, в добровольном порядке в счет компенсации морального вреда выплатил истцу денежную сумму в размере 50 000 рублей, которая по мнению стороны ответчика, на момент ДТП являлась достаточной, истец получила страховую выплату от страховой организации в размере 180 000 рублей, из которых затратила на лечение 136 457 рублей. Каким-либо образом полученные повреждения не повлияли на жизнь истца, она является индивидуальным предпринимает, имеет два направления деятельности, вышла замуж, ведет активный образ жизни. В связи с этим считает, что требуемый истцом размер компенсации морального вреда в сумме 1 450 000 рублей является завышенным ми не отвечает принципам разумности и справедливости, не отвечает балансу. Кроме того полагает, что при определении размера компенсации морального вреда необходимо учесть материальное положение ФИО3, который в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком, дохода не получает, работает только его супруга, доход которой в месяц составляет от 35 000 до 40 000 рублей. Взыскание с ответчика в пользу истца, заявленной последней суммы поставить ответчика в трудную жизненную ситуацию. Также указала на завышенный размер заявленных судебных расходы на представителя.

Заслушав представителя ответчика, заключение прокурора, указавшей, что требования истца о компенсации морального подлежат удовлетворению с учетом разумности и справедливости, судебные расходы взыскать пропорционально удовлетворенным требованиям, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в статье 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой право на охрану здоровья отнесено к числу основных прав человека. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Согласно положениям статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 151 указанного Кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании года в 12 часов 35 минут, по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства «<номер>», государственный регистрационный знак <номер> под управлением ФИО3 и ему принадлежавшим и мотоциклом «<номер> <номер>», государственный регистрационный знак <номер> под управлением ФИО4 и ей принадлежавшим, что подтверждается справкой о ДТП (т. 1 л.д. 226-227).

Указанное ДТП произошло по вине ответчика ФИО3, который в нарушение пункта 8.3 Правил дорожного движения Российской Федерации при выезде с прилегающей территории не уступил дорогу мотоциклу «<номер>» под управлением ФИО4, что подтверждается протоколом об административном правонарушении (т.1 л.д. 207).

В результате данного ДТП ФИО4 согласно заключению эксперта № 5290 причинен вред здоровью средней тяжести (т. 1 л.д. 210-214).

Постановлением судьи Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 06 ноября 2018 года ФИО3 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев. Данное постановление вступило в законную силу 28 ноября 2018 года (т. 1 л.д. 205-206).

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из правовой позиции, изложенной в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» следует, что в В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

На основании части 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по аналогии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Таким образом, преюдициальными для гражданского дела являются выводы судьи, изложенные в постановлении по делу об административном правонарушении только по двум вопросам: имели ли место сами действия и совершены ли они данным лицом. Иные факты, содержащиеся в постановлении судьи по делу об административном правонарушении, преюдициального значения не имеют.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из дела об административном правонарушении, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Факт причинения ФИО2 вреда здоровью средней тяжести, ФИО3 в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, в рамках настоящего дела не оспаривался, вину в совершении административного правонарушения ответчик признал в полном объеме.

С учетом изложенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, обстоятельства причинения ФИО3 средней тяжести вреда здоровью ФИО2, наличие причинно-следственной связи между нарушением ответчиком Правил дорожного движения Российской Федерации и причинением вреда здоровью истцу являются установленными, оспариванию не подлежат в силу положений части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации как обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу.

Таким образом, судом установлено, что вред здоровью истца причинен в результате противоправных действий ответчика ФИО3

Поскольку в результате произошедшего 27 июня 2018 года дорожно-транспортного происшествия ФИО4 (в настоящее время ФИО5 в связи с <...> (т. 2 л.д. 61)) были причинены телесные повреждения, она испытала физическую боль в результате травмы, нравственные страдания, а указанный вред был причинен в результате действия источника повышенной опасности, каким является автомобиль, которым в момент дорожно-транспортного происшествия управлял ответчик ФИО3, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца суд исходит из следующего.

Исходя из положений абзаца 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с положениями статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу пункта 32 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Кроме того, следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Как было указано выше, в результате спорного ДТП ФИО2 причинен вред здоровью средней тяжести.

Так, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 5290 от 18 сентября 2018 года, у ФИО2 в результате произошедшего ДТП были выявлены: сочетанная травма левой верхней и левой нижней конечности: открытый перелом левого надколенника, перелом левой лучевой и левой локтевой кости в нижней трети, раны в области левой верхней конечности, множественные ссадины, которые повлекли за собой временное нарушение функций органов и (или) систем продолжительностью свыше трех недель, и согласно пункту 4 «б» «Правил определения степени тяжести вреда здоровью, причиненного здоровью человека» квалифицируются как вред здоровью средней тяжести (т. 1 л.д. 210-214).

Из представленных истцом выписок из истории болезни, справок МАУ ЦГБ № 23, ООО «Медицинский центр «Парацельс», ООО «Европейский медицинский центр «УГМК - Здоровье» следует, что в период с 27 июня 2018 года по 26 июля 2018 года истец находилась на лечении в МАУ ЦГБ № 23, в указанном лечебном учреждении ей были проведена <...> (т.1 л.д. 62 оборотная сторона). В период с 17 августа 2018 года по 30 августа 2018 года истец находилась на реабилитационном лечении в дневном стационаре ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора (т.1 л.д. 61). В период с 17 октября 2018 года по 22 октября 2018 года ФИО2 находилась на стационарном лечении в ООО «Медицинский центр «Парацельс», ей была выполнена операция <...> (т.1 л.д. 63). 25 января 2019 года ФИО2 в ООО «Медицинский центр «Парацельс» была проведена операция по <...> (т. 1 л.д. 62). В сентябре 2019 года истец обращалась в ООО «Европейский медицинский центр «УГМК - Здоровье» с жалобами на боли в левом коленном суставе (т. 1 л.л. 64). В период с августа 2018 года по февраль 2020 года истцу проводились механотерапия, индивидуальные занятия лечебной физкультурой, массажи, неоднократные рентгенографии (т. 1 л.д. 60-66).

Согласно заключению комиссии судебно-медицинских экспертов ГАУЗ Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 134-СО от 18 ноября 2022 года, проведенной на основании определения суда от 05 июля 2021 года и назначенной по ходатайству стороны истца, исходя из характера поврежденного левого надколенника (<...>) и <...> у ФИО2 являются прямыми последствиями полученной при дорожно-транспортном происшествии повреждений травмы. Каких-либо заболеваний или особенностей здоровья, которые могли повлиять на течение и скорость реабилитации, а также на формирование последствий травмы у ФИО6 при изучении членами комиссии в представленных медицинских документах не выявлено (стр. 21, 22 заключения).

Оценив вышеизложенные обстоятельства, учитывая требования разумности и справедливости, степень моральных и нравственных страданий истца, характер полученных истцом травм, степени тяжести вреда здоровью, который является средним, обстоятельства их получения, периода реабилитации после полученных телесных повреждений, который являлся длительным (около двух лет) и болезненным и проведенные медицинские манипуляции, поведение ответчика до предъявления истцом иска в суд, которым в добровольном порядке в счет компенсации морального вреда истцу была выплачена сумма в размере 50 000 рублей, степень вины ответчика, нахождении на иждивении ответчика <...> <...> его имущественное положение, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 70 000. Рублей. При этом суд полагает, что данный размер соответствует степени нравственных страданий ФИО2 испытанных ею в результате полученных в результате дорожно-транспортного происшествия травм, и согласуется с принципами конституционной ценности здоровья, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Оснований для иного размера компенсации морального вреда, в том числе определенного стороной истца, суд не находит.

Доводы истца о причинении ей тяжкого вреда судом отклоняются, поскольку таких доказательств стороной истца не представлено.

Согласно заключению комиссии судебно-медицинских экспертов ГАУЗ Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 134-СО от 18 ноября 2022 года повреждения у ФИО2 расцениваются как причинившие вред здоровью средней тяжести (стр. 20 заключения).

Также судом отклоняются доводы стороны ответчика об отсутствии длительного испытания истцом нравственных и физических страданий в результате полученных в ДТП травм, со ссылкой на сведения со страницы истца в социальной сети «В Контакте», поскольку вопреки доводам ответчика данные сведения не могут с достоверностью указывать на наличие или отсутствия у человека нравственных или физических страданий.

Тяжелое материальное положение ответчика, наличие на его иждивении <...> <...>, нахождение в отпуске по уходу за ребенком не свидетельствуют о наличии основания для освобождения ФИО3 от обязанности по возмещению компенсации морального вреда, при этом данные обстоятельства судом учтены при определении размера компенсации морального вреда.

Факт получения истцом страхового возмещения в размере 180 000 рублей и сбора денежных средств на лечение правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеет.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

Согласно положениям статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей.

В силу положений статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно руководящим разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 11 его Постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем, расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (пункт 12 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

В обоснование понесенных судебных расходов заявителем представлены: договор об оказании юридических услуг от 15 марта 2021 года, заключенные между ИП ФИО7 и ФИО4, которым определены перечень предоставляемых услуг и их стоимость; справка по операции от 15 марта 2021 года на сумму 25 000 рублей (т.1 л.д. 67-68, 69).

Как следует из материалов дела интересы ФИО2 при рассмотрении судом настоящего гражданского дела представляла ФИО8 на основании представленной нотариальной доверенности <номер> от 22 августа 2019 года (т. 1 л.д. 6).

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов на оплату юридических услуг, исходя из требований разумности и справедливости, степени сложности дела, которое не является сложным, объема оказанных юридических услуг, а именно составление искового (т. 1 л.д. 3-4), участие представителя в двух судебных заседаниях (07 июня 2021 года и 05 июля 2021 года) (т. 1 л.д. 192-198, т. 2 л.д. 73-75), с учетом возражений стороны ответчика относительно размера судебных расходов, суд приходит к выводу, что разумным и справедливым будет являться размер судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 12 000 рублей.

В связи с чем требования истца в указанной части подлежат частичному удовлетворению и с ответчика в ее пользу надлежит взыскать судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 12 000 рублей.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт <номер> <номер>) в пользу ФИО2, <дата> года рождения, уроженки <адрес>, компенсацию морального вреда в размере 37 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 (паспорт <номер> <номер>) в пользу ФИО2, <дата> года рождения, уроженки <адрес> судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 12 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО2, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Белоярский районный суд Свердловской области.

Судья /подпись/ Т.А. Пархоменко