Дело № 33-4799/2023

(номер дела, присвоенный в суде первой инстанции №2-4221/2023

УИД 72RS0025-01-2023-002284-31)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Тюмень

04 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе:

председательствующего судьи:

ФИО1,

судей:

при участии прокурора:

при секретаре-помощнике судьи:

Малининой Л.Б., ФИО2,

ФИО3

ФИО4

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областной наркологический диспансер» на решение Центрального районного суда города Тюмени от 30 мая 2023 года (с учетом определения об исправлении описки от 31 июля 2023 года), которым постановлено:

«исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.

Взыскать государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областной наркологический диспансер» (ИНН <.......>) компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областной наркологический диспансер» (ИНН <.......>) в доход муниципального образования г. Тюмень государственную пошлину в размере 300 рублей».

Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Малининой Л.Б., судебная коллегия

установил а:

ФИО5 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области «Областной наркологический диспансер», (далее по тексту ГБУЗ ТО «ОНД» или диспансер) о компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей.

Исковые требование мотивированы тем, что с 29 апреля 2005 года ФИО5 состояла в трудовых отношениях с ответчиком в должности <.......>.

В период времени 13.12.2019 г. на 14.12.2019 г. в помещении диспансера в 00:48 часов произошел пожар, в результате чего истцу причинены множественные ожоги, причинившие тяжкий вред её здоровью по признаку опасности для жизни.

27 марта 2020г. ответчиком составлен Акт о расследовании несчастного случая на производстве, из которого следует, что ФИО5 является пострадавшим лицом от несчастного случая.

Из заключения эксперта ФГБУ Судебно-экспертного учреждения Федеральной противопожарной службы следует, что очаг пожара, произошедшего 14.12.2019 года <.......>: источник открытого пламени (спички, зажигалки и т.п); малокалорийный источник длительного воздействия (тлеющие табачные изделия).

В ходе проведения расследования несчастного случая установлено грубое нарушение ответчиком правил охраны труда, факта грубой неосторожности самой пострадавшей ФИО5 комиссией не установлено.

В связи с полученными травмами в результате пожара истец претерпела физические и нравственные страдания, находилась в реанимации около 10 дней, и в последующем проходила лечение в стационаре больницы, в связи с чем, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000 000 рублей, ссылаясь на ст.ст. 1064,1086,151 ГК РФ.

Более того, после перенесенных ожогов во время пожара у ФИО5 обострилась катаракта обеих глаз, в связи с чем ей было проведено оперативное вмешательство.

Определением суда в качестве третьего лица к участию в деле привлечено ГИТ в Тюменской области.

Истец ФИО5 и её представитель ФИО6 в судебном заседании суда первой инстанции поддержали исковые требования в полном объеме.

Прокурор участвующий в судебном заседании полагал необходимым удовлетворить требования о взыскании компенсации морального вреда в разумных пределах.

Представитель ответчика ГБУЗ ТО ОНД после перерыва в суд первой инстанции не явился при надлежащем извещении.

Представитель третьего лица ГИТ в Тюменской области в суд первой инстанции не явился при надлежащем извещении.

Судом постановлено вышеуказанное решение, не согласившись с которым ответчик в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, снизить размер компенсации.

Приводит доводы о том, что истец также являлась виновником пожара, а потому просит снизить размер компенсации морального время. Так, накануне пожара истец в отсутствие медицинских показаний, без уведомления дежурного врача, применила самостоятельно к пациенту ФИО7 меры физического стеснения, привязав его к кровати, не осуществила контроль за пациентом в период пожара, в результате он погиб, возбуждено уголовное дело, в отношении истца по ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту причинения смерти по неосторожности пациенту <.......>., которое прекращено по истечении сроков давности. При этом по решению Центрального районного суда города Тюмени от 09.12.2022 родственникам умершего в качестве компенсации морального вреда с ответчика взыскана компенсация морального вреда в размере 2600000 рублей.

Полагает, что судом при определении размера компенсации морального вреда 700000 рублей не учтены вышеизложенные обстоятельства по делу, а также факт того, что учреждение является бюджетным.

На апелляционную жалобу поступили возражения истца ФИО5, в которых просит решение суда оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции была заблаговременно размещена на официальном сайте Тюменского областного суда oblsud.tom.sudrf.ru (раздел «Судебное делопроизводство»).

Представитель ответчика ФИО8 в судебном заседании в суде апелляционной инстанции жалобу поддержала.

Истец ФИО5 и её представитель ФИО6 в судебном заседании суда апелляционной инстанции просили оставить решение суда без изменения, а жалобу без удовлетворения.

Прокурор участвующий в деле в судебном заседании в суде апелляционной инстанции полагал об отсутствии оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Иные лица участвующие в деле в суд апелляционной инстанции не явились при надлежащем извещении, уважительных причин отсутствия суду не представили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали в связи с чем, учитывая положения ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на неё, судебная коллегия полагает следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 01.03.2016 года по 15.06.2021 года ФИО5 состояла в трудовых отношениях с ГБУЗ ТО «Областной наркологический диспансер» в должности <.......> (т. 1 л.д. 95-104, 119).

14 декабря 2019 года в помещении ГБУЗ ТО «Областной наркологический диспансер» произошло возгорание в отделении неотложной наркологической помощи по адресу: г. <.......>, в результате чего истцу причинены множественные ожоги, причинившие тяжкий вред её здоровью по признаку опасности для жизни.

По факту несчастного случая было составлено извещение (т. 1 л.д. 117-118), в котором истец указана как пострадавшая, данный несчастный случай зарегистрирован в журнале несчастных случаев на производстве (т. 1 л.д.107-109).

Из заключения эксперта № 39-УГ-10-416/П-20 от 23.12.2019 г. ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Тюменской области следует, что очаг пожара, произошедшего 14.12.2019 г. в помещении диспансера по адресу: <.......>, <.......>. Причиной возникновения пожара могли послужить: - источник открытого пламени (пламя спички, зажигалки и т.п.), - малокалорийный источник длительного воздействия (тлеющие табачные изделия) (т. 1 л.д. 27-34, 167-174).

В соответствии с актом о расследовании несчастного случая от 27.03. 2020 г. и актом о несчастном случае на производстве установлено, что ФИО5 получила <.......> степени S10%. <.......>. Указанное повреждение относится к категории тяжелое. В соответствии с нормами ст. 229.2 ТК РФ в ходе проведения расследования несчастного случая факта грубой неосторожности и степени вины пострадавших ФИО5 (ФИО9 не является участником по делу) комиссией не установлено.

Причиной несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии идентификации, оценке уровней профессиональных рисков на рабочем месте медицинской сестры и санитарки, и мер по защите от этих рисков, допуске работников к работе без проведения надлежащего обучения по охране труда и проверки знаний – нарушены требования ст. 22,212,219,225 ТК РФ, Приказ 438 н, Порядок 1/29 (т. 1 л.д. 11-21, 111-116).

Согласно выписному эпикризу от 30 декабря 2019 года ФИО5 находилась в стационаре с 14.12.2019 по 30.12.2019 включительно, диагноз: <.......> (т. 1 л.д. 22-23).

Из медицинского заключения ГБУЗ «Областная клиническая больница <.......>» от 27 декабря 2019 года следует, что установлен диагноз: <.......> Согласно Схемы определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории тяжёлое (т. 1 л.д. 24).

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы <.......> установленный выше диагноз и вышеуказанные повреждения в совокупности причинили здоровью ФИО5 тяжкий вред по признаку опасности для жизни (т. 1 л.д. 134-147).

Из представленной по запросу суда медицинской документации истца и других документов следует, что на протяжении также 2020 и 2021 годов истец обращалась в больницу с жалобами на невозможность прикоснуться к кончикам пальцев, снижение зрения вдаль и вблизи левого глаза в течение 1 года, головокружение, невозможность сфокусировать взгляд (т. 1 л.д. 25-26,175, 208-267).

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требование о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 21, 22 212 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 151, 1101, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что в результате несчастного случая на производстве, произошедшего в результате нарушения работодателем трудового законодательства в части охраны труда, как не обеспечившего безопасных условий работы, ФИО5 был причин вред здоровью, вследствие чего с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 700000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, тяжесть повреждений ФИО5 в результате произошедшего несчастного случая на производстве было причинено повреждение в виде <.......> длительность прохождения лечения и реабилитации; фактические обстоятельства причинения вреда, необеспечение ответчиком безопасных условий труда, индивидуальные особенности истца, возраст, учел, что актом о несчастном случае грубая неосторожность в действиях работника ФИО5 не была установлена, а также требования разумности и справедливости.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Частью первой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 2 статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Доводы жалобы ответчика о завышенном размере компенсации морального вреда не являются основанием для отмены судебного постановления.

Выводы суда о размере компенсации морального вреда аргументированы, с приведением доказательств и подробным их исследованием. При рассмотрении дела судом полно и всесторонне проверены обстоятельства дела, дана объективная, соответствующая нормам процессуального права оценка доказательств.

Суд обосновал размер компенсации, учел характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, длительность прохождения истцом лечения. Размер компенсации морального вреда судом установлен с учетом оценки всех юридически значимых по делу обстоятельств. Сам по себе факт несогласия заявителя с размером компенсации морального вреда, не является основанием для отмены либо изменения состоявшихся решения суда.

Вопреки доводам жалобы возбуждение в отношении истца уголовного дела по ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту причинения смерти по неосторожности пациенту ФИО7, которое прекращено по истечении сроков давности, правового значения для данного дела не имеет, поскольку ФИО5 признана пострадавшей в результате несчастного случая на производстве произошедшего 14 декабря 2019 года, где ответчиком в нарушение трудового законодательства, не обеспечены безопасные условия труда, в результате чего истцу причин тяжкий вред здоровью.

Доводы апелляционной жалобы по существу направлены на переоценку выводов суда о фактических обстоятельствах дела и имеющихся в деле доказательств, они не опровергают выводов суда, а повторяют правовую позицию истца, выраженную им в суде первой инстанции, тщательно исследованную судом и нашедшую верное отражение, и правильную оценку в решении суда, основаны на ином толковании норм права и поэтому не могут служить основанием для отмены постановленного по делу решения.

При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда города Тюмени от 30 мая 2023 года (с учетом определения об исправлении описки от 31 июля 2023 года) оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областной наркологический диспансер», без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи коллегии:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 08.09.2023 г.