Дело № 2а-416/2022

11RS0009-01-2022-000628-81

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Княжпогостский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Закидальского Д.Е.,

при секретаре судебного заседания Бутыревой С.С.,

с участием административного истца ФИО2, посредством видеоконференц-связи с ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми,

представителя административных ответчиков ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Емве Республики Коми 27 июня 2022 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к ФКУ ИК-42 ОУХД УФСИН России по Республике Коми, УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о признании действий незаконными и присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО2 обратился в суд с настоящим административным исковым заявлением, мотивируя тем, что 10 сентября 2018 года прибыл в ФКУ ИК-42 ОУХД УФСИН России по Республике Коми (далее – ФКУ ИК-42), где с 10 сентября 2018 года по 06 ноября 2020 года нарушались условия содержания осужденных. В карантинном отделении отсутствовало горячее водоснабжение, нарушалась минимальная площадь на 1 осужденного (при площади помещения 20-25 кв. м содержалось 20 человек), лишение индивидуального спального места в связи с тем, что кровати были приварены друг к другу, недостаточная площадь комнаты для приема пищи (12-15 кв. м, где находились 2 стола площадью 1,5 кв. м), недостаточное оснащение комнаты – всего 1 холодильник, 1 микроволновая печь и несколько тумбочек, там же располагался телевизор, по факту – комната для просмотра передач была там же; в сушильном помещении недостаточная площадь и всего 3 веревки; в душевую за время карантина не водили, в туалете – всего 2 унитаза и 2 умывальника; площадь прогулочного дворика всего 30 кв. м, без спортивного инвентаря; фактически карантин располагался в здании отряда строгих условий отбывания наказания (СУОН).

В отряде № 3, куда был распределен ФИО2, проживал в комнате площадью 16 кв. м, где содержалось еще 7 осужденных; в комнате для приема пищи не было умывальника для мытья посуды и продуктов питания, общая площадь 18 кв. м на 111 человек в отряде, всего 2 стола, 1 холодильник и 1 микроволновая печь, чего было недостаточно, продукты было негде хранить; сушильного помещения не было, в комнатах отсутствовала вентиляция, туалет в виде дырок в полу вместо унитазов, 3 раковины на весь отряд, антисанитария, летом на ночь отключали холодную воду, что усугубляло положение, горячая вода отсутствовала; здание в плохом состоянии, дыры в полу, падала штукатурка; локальный участок по площади не соответствовал норме.

Истец считает, что данные обстоятельства свидетельствуют о ненадлежащих условиях отбывания наказания. Эти нарушения причинили моральные и нравственные страдания, ФИО2 просил взыскать компенсацию из бюджета в лице главного распорядителя ФСИН России в размере 1 000 000 руб.

Судом привлечены в качестве административных соответчиков УФСИН России по Республике Коми и ФСИН России. Определением суда в качестве заинтересованного лица привлечено Управление по конвоированию УФСИН России по Республике Коми.

Административный истец ФИО2 в судебном заседании иск поддержал, пояснил, что в ФКУ ИК-42 при этапировании из ФКУ ИК-19 УФСИН России по Республике Коми поступило около 30 человек, то есть больше вместимости карантинного отделения исправительного учреждения, примерно 20 человек были размещены в карантине в помещении СУОН, также допущено нарушение в виде отсутствия снегоудерживающих устройств на крыше здания отряда.

Представитель ФСИН России, ФКУ ИК-42 и УФСИН России по Республике Коми ФИО3 в судебном заседании выразил несогласие с заявленными требованиями, поддержав доводы, изложенные в отзыве. Карантинное отделение действительно на момент прибытия ФИО1 находилось в здании СУОН. Общая площадь жилых помещений – 68 кв. м, лимит наполняемости 20 человек, в туалете установлены 2 раковины со смесителями, поддон для мытья ног, два унитаза, обеспечение горячей воды от электрических бойлеров в душевой, 20 спальных мест из двухъярусных кроватей, прогулочный дворик размерами 11 х 4,5 м, наличие спортивного инвентаря.

После 25.09.2018 истец переведен в отряд № 3, общей площадью 629 кв. м при жилой – 347 кв. м и наполняемости 120 человек. Фактически в отряде проживало в 2018 году 62 человека, 2019 году – 65 человек, 2020 году – 66 человек. В отряде имелась раздевалка, исполнявшая функции сушилки. Комната для подогрева пищи оборудована столом со стульями, холодильником, в туалете – 8 унитазов и 12 умывальников, здание обеспечено центральным водоснабжением и водоотведением. Обеспечение горячей воды от 2 электрических бойлеров, ежегодное проведение косметических ремонтов.

Средняя численность отряда № 1 в 2020 году – 88 осужденных, общая площадь 641 кв. м при жилой – 274,2 кв. м и наполняемости 120 человек. В отряде имелась раздевалка, сушилка. Комната для подогрева пищи оборудована столом, стульями, электроплиткой, чайником, холодильником. В туалете 7 унитазов, 12 умывальников. Обеспечение горячей воды от 2 электрических бойлеров, ежегодное проведение косметических ремонтов.

С 13.10.2020 ФИО2 за нарушения пребывал в ШИЗО или в ПКТ.

Кровля здания отряда № 2 крутая, выполнена из металлопрофиля, поэтому снег сходит с кровли сразу, осужденные не находятся под выступающей частью крыши, и в локальном участке достаточно места для выполнения зарядки и прохождения проверки. ФИО2 пропустил установленный срок для оспаривания условий содержания в учреждении.

Суд, заслушав стороны, исследовав представленные доказательства по делу, приходит к следующему.

В силу положений статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (часть 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее – Постановление Пленума № 47), под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на охрану здоровья, на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием.

Судом установлено и из материалов дела следует, что административный истец ФИО2 был осужден приговором суда к уголовному наказанию в виде лишения свободы и прибыл в ФКУ ИК-42 10.09.2018, где отбывает наказание до настоящего времени. С 25.09.2018 истец переведен в отряд № 3.

Суд полагает, что когда имело место нарушение условий содержания лишенных свободы лиц, не подпадающих под действие Федерального закона от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», возможно применение общих положений (в том числе закрепленных статьями 151, 1069, 1070 и 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации) об ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов, должностных лиц, иных публичных образований, что не исключает возможности взыскания вреда в общем порядке за допущенные виновные действия (бездействие).

Поскольку статья 227.1 КАС РФ, регламентирующая особенности подачи и рассмотрения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, введена в действие Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ после начала возникновения спорных правоотношений, суд при разрешении настоящего дела исходит из положений статьи 151 и главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации, включающей помимо общих положений параграф 4 «Компенсация морального вреда», где не предусмотрен срок для обращения в суд, в связи с чем осужденным не пропущен срок обращения в суд.

Вместе с тем, учитывая, что допущенные в отношении ФИО2 нарушения носили длящийся характер, который в настоящее время продолжает находиться в местах лишения свободы, и его требования подлежат рассмотрению в порядке, установленном статьей 227.1 КАС РФ.

Разрешая административное исковое заявление по существу, суд исходит из следующего.

В силу части 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Согласно части 2 статьи 10 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Из ответа УФСИН России по РК следует, что вместе с ФИО2 прибыло 30 осужденных, что с учетом вмещаемости карантинного отделения подтверждает тот факт, что административный истец в период карантина размещался в здании СУОН.

Проверяя доводы административного истца в части нарушений условий содержания, выразившихся в несоответствии площади камеры установленным стандартам и отсутствия места для свободного перемещения по камере, суд приходит к выводу об оснований для признания нарушения. Согласно экспликации здания, площадь жилого помещения составляет 42,8 кв. м, тогда как в помещении содержалось 20 осужденных, в связи с чем суд находит установленным соблюдение административными ответчиками нормы жилой площади.

Частью 2 статьи 99 УИК РФ предусмотрено, что осужденным предоставляются индивидуальные спальные места. Административными ответчиками не опровергнут довод ФИО2 о том, что фактически стоявшие вплотную друг к другу двухъярусные кровати в период содержания в общежитии фактически лишали его права на индивидуальное спальное место, в связи с чем признается судом обоснованным и в соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 2 пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47, свидетельствует о наличии нарушений условий содержания административного истца.

Доводы о недостаточном оснащении комнаты для приема пищи допустимыми доказательствами со стороны административных ответчиков не опровергнуты, в связи с чем признаются судом состоятельными и свидетельствующими о нарушении условий содержания, поскольку недостаточность исправной бытовой техники для хранения и приготовления пищи, а также количества мест для приема пищи непосредственно нарушали права административного истца на охрану здоровья.

Доводы административного истца об отсутствии горячего водоснабжения в период содержания в карантине и в общежитиях отрядов не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения материалов дела, поскольку опровергаются представленными фотографиями установленных в душевых электрических бойлеров, справками старшего инспектора ОКБИ и ХОФКУ ФКУ ИК-42, а также не нашли свое отражение в проверках со стороны прокуратуры по надзору за содержанием в исправительных учреждениях. Каких-либо иных источников доказательств об указанных нарушениях, подтверждающих документов административным истцом не представлено, ходатайства о допросе свидетелей не заявлено, жалоб согласно материалам личного дела административный истец не предъявлял.

При разрешении требований ФИО2 в части нарушения его прав необеспечением возможности поддержания необходимого уровня гигиены суд исходит из следующего.

Пункт 15 Минимальных стандартных Правил обращения с заключенными предусматривает, что от заключенных нужно требовать, чтобы они содержали себя в чистоте. Для этого их нужно снабжать водой и туалетными принадлежностями, необходимыми для поддержания чистоты и здоровья.

Раскрывая содержание данных рекомендаций, ЕСПЧ исходит из того, что доступ к надлежащему туалетному оборудованию и поддержание удовлетворительных стандартов гигиены имеют первостепенное значение для поддержания у заключенных чувства собственного достоинства. Гигиена и чистота не только являются неотъемлемой частью уважительного отношения к себе и своим соседям, с которыми лица делят помещения в течение долгого времени, но и создают условие необходимости сохранения здоровья.

Журналы помывки как доказательства достаточного посещения душевой, иные сведения, что опровергало бы возможность принятия предусмотренного количества гигиенических процедур ФИО2, как указано им в административном иске, суду не представлено.

В этой связи суд исходит из того, что необеспечение доступа к горячей воде с частотой, позволяющей поддерживать надлежащий уровень личной гигиены, образует нарушение прав истца, защищаемых статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Суд признает заслуживающими внимание доводы административного искового заявления о недостаточной площади прогулочных дворов здании СУОН.

Согласно требованиям, приведенным в таблице 14.3 «СП 308.1325800.2017. Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» на одного осужденного должно приходиться не менее 6 кв. м, площади прогулочного двора, в свою очередь суммарная площадь которого не может быть менее 20 кв. м.

Из пояснений представителя административных ответчиков следует, что в здании СУС (СУОН) оборудован прогулочный двор общей площадью 49,5 кв. м.

Учитывая площадь локального участка, а также сведения о содержании 20 осужденных, суд полагает, что предусмотренная нормативная площадь прогулочного двора здания СУС (СУОН), где в период карантина содержался ФИО2, не соблюдалась и не была достаточно просторной для приведенного количества осужденных, пользовавшихся прогулочным двориком одновременно с административным истцом.

Доводы ФИО2 на недостаточную площадь комнаты для приема пищи административными ответчиками не опровергнуты. В силу пункта 13.5 «Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)» (утв. и введен в действие Приказом Минстроя России от 20 октября 2017 года № 1454/пр, далее – СП 308.1325800.2017) площадь комнаты для приема пищи должна составлять не менее 1,2 кв. м на одного осужденного.

Доводы административного искового заявления о проживании в зданиях, где длительное время не проводился капитальный ремонт или реконструкция, а также недостаточном количестве посадочных мест (скамеек) в комнате просмотра телевизора суд находит несущественными нарушениями, поскольку обстоятельства необходимости косметического ремонта зданий исправительной колонии и о возможности просмотра телевизора стоя не принижают достоинство личности и не свидетельствуют о бесчеловечных условиях содержания административного истца.

Недостаточность умывальников и унитазов не нашло своего подтверждения. Так, согласно приложениям 3 и 5 пункта 13.5 «Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)» (утв. и введен в действие Приказом Минстроя России от 20 октября 2017 года № 1454/пр, далее – СП 308.1325800.2017) умывальная оборудуется из расчета один умывальник на 15 осужденных, а уборные в мужских исправительных учреждениях - один унитаз и один писсуар на 15 осужденных. Количество умывальников и унитазов соответствовало указанным нормам.

Кроме того, доводы ФИО2 о нарушении административным ответчиком санитарно-эпидемиологического законодательства, выразившегося в отсутствии приточно-вытяжной вентиляции в камерах и помещениях исправительного учреждения, основаны на неверном толковании норм закона, а также не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с пунктами 19.3.5, 19.3.6 Свода правил приточная вентиляция с механическим или естественным побуждением предусматривается во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием.

В соответствии с абзацем 4.7 СанПиН 2.1.2.2645-10. «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», действовавших в период спорных правоотношений, естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы. Вытяжные отверстия каналов должны предусматриваться на кухнях, в ванных комнатах, туалетах и сушильных шкафах.

Таким образом, указанными санитарными нормами обязательной приточно-вытяжной вентиляционной системы в камерах штрафного изолятора и помещений отрядов не предусмотрено. Вентиляция указанных помещений осуществляется путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках. Отсутствие принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется.

Разрешая довод о нарушении условий содержания отбывания наказания в общежитии отряда № 1, где не установлено снегоудерживающих устройств на крыше здания, суд принимает во внимание следующее.

Согласно статье 11 Федерального закона от 30 декабря 2009 года № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям - пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

Пунктом 9.11 Свода правил «СП 17.13330.2017 Кровли. Актуализированная редакция СНиП II-26-76» предусмотрено, что на кровлях зданий с наружным неорганизованным и организованным водостоком следует предусматривать снегозадерживающие устройства, которые должны быть закреплены к фальцам кровли (не нарушая их целостность), обрешетке, прогонам или несущим конструкциям крыши. Снегозадерживающие устройства устанавливают на карнизном участке над несущей стеной (0,6-1,0м от карнизного свеса), выше мансардных окон, а также, при необходимости, на других участках крыши.

Судом установлено и ответчиком не оспаривается, что кровля отряда № 1, в который распределен административный истец, четырехскатная, край кровли вдоль здания со стороны входа в отряд и локального участка не оборудован снегозадерживающими устройствами.

Административный истец указал на угрозу схода снега при нахождении в локальном участке, что относится к нарушению надлежащих условий отбывания наказания.

В силу пункта 2 статьи 227 КАС РФ суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действий (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что оспариваемое бездействие ФКУ ИК-42, выразившееся в необорудовании кровли здания отряда снегозадерживающим устройством, является нарушением эксплуатации здания, но при этом оно не повлекло к нарушению прав административного истца, поскольку в результате установленного бездействия административного ответчика не наступили негативные последствия для административного истца.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что условия содержания административного истца в виде отсутствия снегоудерживающих устройств на крыше здания общежития отряда № 1 не были настолько неудовлетворительными, что могли бы повлечь взыскание компенсации в определенной судом сумме. Доказательств, что такие условия содержания истца в исправительном учреждении достигли порога суровости, позволяющего характеризовать обращение как бесчеловечное и унижающее достоинство в значении статьи 3 Конвенции, не представлено. Условия содержания административного истца не свидетельствуют о том, что он подвергся со стороны государства жестокому обращению. Административным истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что в результате действий (бездействия) административных ответчиков он испытывал физические и нравственные страдания, кроме того с жалобами в администрацию исправительного учреждения он не обращался.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд находит заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению о взыскании компенсации за нарушение условия содержания, которые свидетельствуют о допущенном со стороны ФКУ ИК-42 бездействии, непосредственно нарушающем права административного истца на охрану здоровья, на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых условий и прогулки.

Учитывая, что нарушения условий содержания административного истца в исправительном учреждении частично нашли свое подтверждение, принимая во внимание продолжительность данных нарушений, обстоятельства, при которых допускались нарушения, их последствия для административного истца, который претерпевал нравственные страдания, выражающиеся в чувстве несправедливости и незащищенности от неправомерных действий администрации исправительного учреждения, физические страдания, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований о признании незаконными условий содержания административного истца в исправительном учреждении и взыскании в его пользу с Российской Федерации в лице ФСИН РФ компенсации в размере 10 000 рублей.

Руководствуясь статьями 175-180, 227, 227.1, 228 КАС РФ, суд

решил:

административное исковое заявление ФИО2 удовлетворить частично.

Признать незаконными действия (бездействие) ФКУ ИК-42 ОУХД УФСИН России по Республике Коми, выразившиеся в нарушении условий содержания ФИО2 в исправительном учреждении.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 10 000 рублей.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Княжпогостский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня составления мотивированного решения 07 июля 2022 года.

Вступившее в законную силу решение суда при условии его обжалования в апелляционном порядке может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции (Санкт-Петербург) в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Княжпогостский районный суд Республики Коми.

Судья Д.Е. Закидальский