№2-107/2023

УИД 10RS0008-01-2022-002052-58

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 марта 2023 года г.Медвежьегорск

Медвежьегорский районный суд Республики Карелия в составе

председательствующего судьи Свинкиной М.Л.,

при секретаре Дорофеевой Н.Н.,

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ОМВД России по Медвежьегорскому району ФИО3,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Республики Карелия, ФИО4,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственного казенного учреждения Республики Карелия «Центр занятости населения Республики Карелия» ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

установил :

ФИО1 обратилась в суд по тем основаниям, что 28.06.2019 дознавателем ОД ОМВД России по Медвежьегорскому району в отношении нее было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 159.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту совершения неправомерных действий, в результате которых она получила от Государственного казенного учреждения Республики Карелия «Центр занятости населения Республики Карелия» (далее – ГКУ «Центр занятости) выплаты на сумму 6 479 руб. 52 коп. В ходе проведенного дознания было установлено, что какие-либо неправомерные действия ФИО1 не совершала, в связи с чем постановлением дознавателя ОД ОМВД России по Медвежьегорскому району от 27.12.2019 уголовное дело было прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, т.е. в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Этим же постановлением за истицей в соответствии со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с незаконным преследованием. В период производства дознания в отношении ФИО1 была применена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которую отменили 27.12.2019. ФИО1 указывает, что в результате незаконного уголовного преследования ей были причинены физические и нравственные страдания, подорваны ее честь и достоинство, поскольку она проживает в маленьком поселке, многие жители которого стали относиться к ней с презрением. До настоящего времени в нарушение требований части 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прокурором не принесено официальное извинение, кроме того, ГКУ «Центр занятости» направляет ей уведомления-предупреждения о том, что она незаконно получила пособие и обязана возместить его. Кроме того, ФИО1 указывает, что в связи с возбуждением уголовного дела была вынуждена уволиться с работы в г.Кировске и вернуться домой, где не могла трудоустроиться до окончания расследования. Несмотря на то, что в отношении нее была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, не могла выехать за пределы Республики Карелия, поскольку в любое время могла быть вызвана в отдел дознания для производства следственных и процессуальных действий. Незаконная угроза привлечения к уголовной ответственности сказалась на ее психоэмоциональном состоянии, длительное время она подвергалась чрезмерным эмоциональным нагрузкам. Вышеуказанные обстоятельства, по мнению истицы, свидетельствуют о причинении ей морального вреда, для целей компенсации которого, ссылаясь на положения статей 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации денежные средства в размере 200 000 руб. Кроме того, в соответствии со статьями 89, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просит взыскать в свою пользу понесенные расходы на оплату услуг представителя в сумме 25 000 руб.

С учетом характера спорного правоотношения судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены прокуратура Республики Карелия, Министерство внутренних дел по Республике Карелия, ГКУ «Центр занятости», дознаватели ОД ОМВД России по Медвежьегорскому району ФИО6 и ФИО7

В судебное заседание истица ФИО1 не явилась, в деле участвует ее представитель по доверенности ФИО2, который просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме, поддержал доводы, изложенные в иске, а также отметил, что заявленная ко взысканию сумма соответствует уровню страданий, перенесенных ФИО1 в связи с незаконным уголовным преследованием, которые подтверждены имеющимися по делу доказательствами, в том числе показаниями допрошенного ранее судом свидетеля. Кроме того, полагал, что независимо от суммы присужденной компенсации морального вреда, понесенные ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в силу пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» подлежат возмещению в полном объеме, чрезмерными не являются, соответствуют объему проделанной представителем работы.

Ранее в судебном заседании ФИО1 пояснила суду, что на дату возбуждения в отношении нее уголовного дела работала у ИП ФИО8 в г.Кировске Ленинградской области, уволилась и вернулась в с.Сосновку, поскольку ей позвонила дознаватель и сообщила о необходимости явки к ней, увольняться с работы дознаватель ее не просила, но иначе она не смогла бы являться по вызову дознавателя. После того, как жители с.Сосновки узнали, что в отношении нее возбудили уголовное дело, к ней стали относиться пренебрежительно, смеялись над ней, допускали нелицеприятные высказывания, в том числе в присутствии ее внучки. К дознавателю с заявлениями о разрешении выехать за пределы с.Сосновки не обращалась. Из-за переживаний о своей судьбе испытывала проблемы со здоровьем (повышалось давление). Поскольку не смогла найти работу в селе, испытывала денежные затруднения, у нее не было денежных средств, что бы восстановить полы и печь в доме, из-за чего у нее развилась подагра. Перед вызовами к дознавателю и проведением следственных действий сильно волновалась, не могла нормально спать, плакала. Из-за уголовного преследования не выходила из дома, поскольку ей было неприятно и обидно. Ранее к уголовной ответственности не привлекалась. Отказов в трудоустройстве, обусловленных уголовным преследованием, не было, не работала по состоянию здоровья.

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Карелия о времени и месте судебного разбирательства извещено надлежащим образом, представителя для участия в судебном заседании не направило, в материалы дела представило отзыв относительно заявленных требований, в котором указало, что заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда является необоснованно завышенной, поскольку ФИО1 лишь подозревалась в совершении преступления, в соответствии с избранной мерой пресечения у нее не имелось оснований для увольнения с работы, за период расследования ФИО1 участвовала в следственных действиях всего два раза – была допрошена в качестве подозреваемой. Доказательств, подтверждающих причинение ФИО1 незаконным уголовным преследованием физических страданий, нарушения ее личной неприкосновенности, неприкосновенности частной жизни, личной и семейной тайны, права на труд, не имеется. Обязательство о явке в силу статьи 112 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации состоит в письменном обязательстве лица своевременно являться по вызовам дознавателя, следователя или в суд, а в случае перемены места жительства незамедлительно сообщать об этом. В данной связи препятствий для выезда истца за пределы Республики Карелия не имелось, в связи с чем избрание меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке не свидетельствует об ограничении прав истца и не подлежат учету при определении компенсации морального вреда. Довод истца о причинении ей вреда в связи с непринесением прокурором от имени государства официального извинения за причиненный вред, не основан на законе, поскольку принесение прокурором извинений является восстановлением права реабилитированного лица на защиту чести и доброго имени, бездействие прокурора в данной части истица вправе обжаловать в установленном для этого порядке. Заявленные ко взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя полагает неразумными (чрезмерными), не соответствующими сложившейся судебном практики. В данной связи просит суд вынести решение с учетом конкретных обстоятельств дела, допустимости имеющихся в деле доказательства, требований разумности и справедливости.

В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ОМВД России по Медвежьегорскому району ФИО3, заявленные требования не признал, подержав доводы, приведенные в отзыве на иск. Полагал, что заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда является завышенной, поскольку ФИО1 привлекалась к уголовной ответственности за преступление небольшой тяжести, сумма ущерба составляла немногим более 6 000 руб., в рамках дознания ФИО1 был предоставлен адвокат, который разъяснял истице положение дел и то, что ей не грозит строгое наказание. В отзыве на исковое заявление указывает, что уголовное дело в отношении ФИО1 было возбуждено 28.06.2019 по результатам проведения доследственной проверки по материалам КУСП от 14.06.2019 дознавателем отделения дознания ОМВД России по Медвежьегорскому району по признакам преступления, предусмотренным частью 1 статьи 159.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту получения ФИО1 пособия по безработице в сумме 6 479 руб. 59 коп. в период трудоустройства в ООО «Медвежьегорский молокозавод». Срок дознания по уголовному делу неоднократно продлевался, что было обусловлено необходимостью большого количества следственных и процессуальных действий, назначения экспертизы. 30.07.2019 ФИО1 была допрошена в качестве подозреваемой, при проведении допроса участвовал защитник, назначенный ФИО1, время проведения допроса – 45 минут. В отношении ФИО1 была избрана мера процессуального принуждения – обязательство о явке. 08.10.2019 ФИО1 в присутствии своего защитника была дополнительно допрошена в качестве подозреваемого, время проведения допроса – 20 минут. 18.11.2019 подозреваемая ФИО1 была ознакомлена с постановлением о назначении почерковедческой экспертизы, время ознакомления – 05 минут. 26.12.2019 подозреваемая ФИО1 была ознакомлена с заключением почерковедческой экспертизы, время ознакомления – 08 минут. Более следственных и процессуальных действий с ФИО1 не проводилось. 27.12.2019 уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за ней признано право на реабилитацию в соответствии со статьей 16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. ФИО1 не представлено доказательств того, что уголовное преследование негативно сказалось на отношении к ней жителей с.Сосновка. Какая-либо информация о факте возбуждения в отношении ФИО1 уголовного дела в средствах массовой информации или иным способами не распространялась. Доводы ФИО1 о лишении ее возможности выехать за пределы Республики Карелия по причине возможного вызова к дознавателю, не соответствуют существу избранной в отношении нее меры процессуального принуждения (обязательства о явке). С уведомлениями о выезде или заявлениями о разрешении выезда за пределы места жительства ФИО1 не обращалась. В данной связи полагает, что заявленная ко взысканию ФИО1 сумма компенсации морального вреда должным образом не обоснована, является завышенной. Понесенные расходы на оплату услуг представителя должным образом не подтверждены. В удовлетворении иска просит отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Республики Карелия, ФИО4, представляющий также интересы прокуратуры Медвежьегорского района, просил суд отказать в удовлетворении заявленных требований, поскольку истицей не доказано причинение ей физических и нравственных страданий незаконным уголовным преследованием, сам по себе факт прекращения уголовного преследования обязанности компенсации морального вреда не порождает. Отзывы на иск представлены в материалы дела в письменном виде.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ГКУ «Центр занятости» ФИО5 поддержала доводы, изложенные в отзыве на иск, представленном в материалы дела. Из представленного отзыва следует, что 19.06.2019 в адрес учреждения поступил запрос из ОМВД России по Медвежьегорскому району о размере выплаченного ФИО1 пособия по безработице за период с 17.05.2017 по 07.11.2017 в связи с проводимой проверкой по факту сообщения прокуратуры Медвежьегорского района об отнесении ФИО1 к категории занятых граждан в период получения пособия по безработице. По данным прокуратуры Медвежьегорского района между ФИО1 и ООО «Медвежьегорский молокозавод» были заключены и оплачены договоры подряда с 01.05.2017 по 31.05.2017, с 01.06.2017 по 09.06.2019, с 01.11.2017 по 15.11.2017, по которым производились отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. В адрес ФИО1 были направлены уведомления о добровольном возврате незаконно полученной суммы пособия по безработице в размере 36 418 руб. 58 коп. В связи с неисполнением ФИО1 требования добровольно, ГКУ «Центр занятости» обратилось с исковым заявлением к мировому судье, 11.04.2022 мировым судьей Судебного участка №1 Медвежьегорского района Республики Карелия вынесено заочное решение об удовлетворении заявленных требований и взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения в сумме 36 418 руб. 58 коп. В данной связи полагает, что иск ФИО1 удовлетворению не подлежит.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство внутренних дел по Республике Карелия о времени и месте судебного разбирательства извещено надлежащим образом, представителя для участия в судебном заседании не направило, представило в материалы дела возражения на иск, содержание которых аналогично письменному отзыву ОМВД России по Медвежьегорскому району.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, дознаватели отдела дознания ОМВД России по Медвежьегорскому району ФИО6 и ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, позицию относительно заявленных требований не выразили.

С учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается при имеющейся явке.

Выслушав лиц, участвующих в деле, приняв во внимание показания допрошенного ранее в судебном заседании свидетеля, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В случае причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьи 133 - 139, 397 и 399).

Частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Как установлено судом, 28.06.2019 дознавателем ОД ОМВД России по Медвежьегорскому району в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 159.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с незаконным получением ФИО1 от ГКУ «Центр занятости» выплаты в сумме 6 479 руб. 59 коп.

В период производства дознания в отношении ФИО1 была применена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которая отменена 27.12.2019.

Процессуальные действия с участием ФИО1 проводились 30.07.2019 -ФИО1 была допрошена в качестве подозреваемой, при проведении допроса участвовал защитник, назначенный ФИО1, время проведения допроса – 45 минут; 08.10.2019 ФИО1 в присутствии своего защитника была дополнительно допрошена в качестве подозреваемого, время проведения допроса – 20 минут; 18.11.2019 подозреваемая ФИО1 была ознакомлена с постановлением о назначении почерковедческой экспертизы, время ознакомления – 05 минут; 26.12.2019 подозреваемая ФИО1 была ознакомлена с заключением почерковедческой экспертизы, время ознакомления – 08 минут.

27.12.2019 уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за ней признано право на реабилитацию в соответствии со статьей 16 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении дела суд исходит из того, что незаконное уголовное преследование гражданина умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации. Лица, имеющие право на реабилитацию, во всех случаях испытывают нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения им морального вреда предполагается.

В этой связи, суд с учетом вышеприведенных норм права и установленных обстоятельств, приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием по факту получения ФИО1 от ГКУ «Центр занятости» выплаты в сумме 6 479 руб. 59 коп.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

При этом обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

ФИО1 ранее судима не была.

Продолжительность уголовного преследования ФИО1 составила 6 месяцев, в течение которых она подозревалась в совершении преступления небольшой тяжести.

Избранная в отношении ФИО1 мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке объективно влияет на реализацию личных неимущественных прав, поскольку на протяжении всего периода времени, в течение которого такое преследование осуществлялось, ФИО1 была вынуждена участвовать в процессуальных действиях по уголовному делу, в том числе в допросах, и являться по вызову дознавателя.

Кроме того, суд принимает во внимание, что незаконное уголовное преследование причинило ФИО1 нравственные страдания, поскольку затрагивало ее честь и достоинство, нарушило ее право на доброе имя как положительную социальную оценку моральных и иных качеств личности, в условиях малочисленного населенного пункта она остро чувствовала негативное отношение к себе со стороны местных жителей, которое они выражали в ее адрес, в том числе в присутствии близких родственников ФИО1

Степень перенесенных ФИО1 нравственных и физических страданий с достаточной степенью достоверности подтверждена показаниями допрошенного по делу свидетеля Г.И.К., матери истицы, которая сообщила суду, что дочь после возбуждения уголовного дела была расстроена, угнетена, плакала, жаловалась на давление, плохой сон, рассказывала с обидой, что местные жители обсуждают, что ее осудили к лишению свободы и выплате большого штрафа, допускают в ее адрес нелицеприятные высказывания.

Показания свидетеля являются последовательными и непротиворечивыми, оснований не доверять им или ставить их под сомнение у суда не имеется.

Вместе с тем доказательств того, что незаконное уголовное преследование, в том числе в связи с избранием меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке привело к нарушению трудовых прав ФИО1, не имеется, поскольку увольнение ФИО1 с работы у ИП ФИО8 в г.Кировск Ленинградской области и возвращение в с.Сосновку являлось ее личным волеизъявлением.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства не нашла своего подтверждение причинно-следственная связь между уголовным преследованием и лишением ФИО1 возможности трудиться, более того, сама ФИО1 в судебном заседании сообщила суду, что отказов в трудоустройстве по причине ее уголовного преследования не было, она не трудоустраивалась по причине первоначально болезни (упала, сломала руку), а затем - введенных ограничительных мер в связи с COVID-2019.

Также суду не представлено доказательств причинно-следственной связи между незаконным уголовным преследованием ФИО1 и ухудшением состояния ее здоровья.

Правомерность взыскания с ФИО1 неосновательного обогащения в пользу ГКУ «Центр занятости» в сумме 36 418 руб. 58 коп. заочным решением 11.04.2022 мирового судьи Судебного участка №1 Медвежьегорского района Республики Карелия в соответствии со статьей 13 и частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не оценивается, ФИО1 не лишена возможности обжаловать вынесенное мировым судьей судебное постановление в установленном для этого порядке.

Доводы ФИО1 относительно нарушения прокурором требований части 1 статьи 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с непринесением длительное время официальных извинений (принесением их лишь 31.01.2023) основанием для возмещения морального вреда на основании статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не являются, поскольку согласно пункту 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» принесение официального извинения реабилитированному за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием по своей сути является восстановлением права реабилитированного на защиту чести и доброго имени.

В соответствии с позицией Президиума Верховного Суда Российской Федерации обязанность прокурора принести официальное извинение реабилитированному, исходя из положений статей 133, 134, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, возникает с момента признания за лицом права на реабилитацию. Согласно части 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прокурор от имени государства приносит официальное извинение за причиненный ему вред. Данная норма уголовно-процессуального закона в отличие от других его норм (статьи 135, 136, 138) не содержит предписаний о том, что суд при признании за осужденным права на реабилитацию должен одновременно с этим обязать прокурора принести извинения, поскольку такая обязанность возложена на прокурора законом. В то же время при неисполнении прокурором возложенной на него частью 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (постановление Верховного Суда Российской Федерации от 17.04.2013 №329-П12ПР).

Таким образом, неисполнение прокурором обязанности по принесению извинения реабилитированному лицу порождает у последнего право на обжалование бездействия прокурора, но не право на возмещение государством в этой связи морального вреда.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, степень и характер нравственных страданий, причиненных ФИО1, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд находит требования ФИО1 подлежащими удовлетворению частично, определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в ее пользу, в сумме 20 000 рублей.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (статья 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Материалами дела подтверждено, что за оказание правовой помощи в связи с рассмотрением настоящего дела ФИО1 понесены расходы по оплате услуг представителя в сумме 25 000 руб.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 3, 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статьи 2, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Ответчиком по делу и представителями третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, указывается на чрезмерность и необоснованность заявленных ко взысканию расходов.

Принимая во внимание характер заявленных требований, степень сложности рассмотренного дела, количество потраченного представителем времени на участие в судебных заседаниях (принимал участие в трех судебных заседаниях общей продолжительностью 1,5 часа) и объем оказанных юридических услуг, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд приходит к выводу о необходимости снижения заявленных ко взысканию расходов на оплату услуг представителя до 15 000 руб.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 №13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации). При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., а также судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 руб.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия через Медвежьегорский районный суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.Л. Свинкина

Полный текст решения изготовлен 28 марта 2023 года