УИД 61RS0006-01-2023-001603-58
Дело № 2-2070/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
16 июня 2023 года г. Ростов-на-Дону
Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:
председательствующего Евстефеевой Д.С.
при секретаре Мартиросян А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Г.Е.Э. к министерству здравоохранения <адрес> о признании незаконным и отмене приказа, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истец Г.Е.Э. обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что он состоит в трудовых отношениях с министерством здравоохранения <адрес> – занимает должность главного врача ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер».
Истец указывает, что 21 марта 2023 года ответчиком издан приказ №, которым к нему применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. По мнению Г.Е.Э., данное дисциплинарное взыскание является незаконным.
Истец указывает на отсутствие оснований для применения к нему дисциплинарного взыскания в виде выговора; применение дисциплинарного взыскания без учета тяжести совершенного проступка и обстоятельств, при которых он был совершен. Г.Е.Э. ссылается на наличие учреждений, размер кредиторской задолженности которых значительно выше размера кредиторской задолженности, образовавшейся у ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер».
Также в обоснование требования о незаконности указанного приказа министерства здравоохранения <адрес> Г.Е.Э. отмечает отсутствие в приказе указаний на допущенные истцом нарушения, явившиеся правовым основанием для применения дисциплинарного взыскания. В частности, истец обращает внимание на отсутствие в приказе указания на то, в чем конкретно выразилось неисполнением или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей со ссылками на конкретные пункты трудового договора, должностной инструкции, которые были нарушены.
Одновременно истец указывает, что действиями министерства здравоохранения <адрес> ему причинен моральный вред, размер компенсации которого Г.Е.Э. оценивает в размере 50000 рублей. Истец обращает внимание, что продолжительное время работает в должности главного врача, имеет большой опыт работы, тогда как объявление выговора причинило ему нравственные страдания и повлияло на его репутацию.
Кроме того, в рамках дополнительного обоснования заявленных требований истцом в ходе судебного разбирательства по делу также указано на несоблюдение министерством здравоохранения <адрес> порядка применения к нему дисциплинарного взыскания, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации. В частности, Г.Е.Э. указывает, что ответчиком у него не были затребованы письменные объяснения.
На основании изложенного истец Г.Е.Э. просит суд признать незаконным и отменить приказ № от 21 марта 2023 года; взыскать с ответчика министерства здравоохранения Ростовской области в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.
Истец Г.Е.Э. в судебное заседание не явился, извещен о дне, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в связи с чем в отношении него дело рассмотрено судом в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Представители истца Г.Е.Э. – З.А.В. и Т.А.Д., действующие на основании доверенности, а также адвокат Б.С.В., действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить. Дали пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении и дополнении к нему.
Представители ответчика министерства здравоохранения <адрес> – К.К.А. и Ж.И.С., действующие на основании доверенностей, в судебном заседании исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении в полном объеме. Дали пояснения, аналогичные изложенным в письменных возражениях на исковое заявление (л.д. 48-52).
Суд, выслушав представителей истца Г.Е.Э. – З.А.В., Т.А.Д. и адвоката Б.С.В., а также представителей ответчика министерства здравоохранения <адрес> – К.К.А. и Ж.И.С., исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.
На основании части 1 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения представляют собой отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
В силу абзаца второго части 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.
Указанной обязанности работника корреспондирует право работодателя привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (абзац шестой части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.
В силу части 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Порядок применения дисциплинарных взысканий закреплен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки – позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт. Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.
Судом установлено, что Г.Е.Э. и министерство здравоохранения <адрес> состоят в трудовых отношениях, оформленных трудовым договором от 13 января 2009 года (л.д. 72-80) и последующими дополнительными соглашениями к таковому от 19 января 2018 года (л.д. 81-92), от 25 сентября 2019 года (л.д. 93-95), от 27 октября 2020 года (л.д. 96) от 1 октября 2022 года (л.д. 97).
Указанный выше трудовой договор заключен на основании приказа министра здравоохранения <адрес> от 12 января 2009 года № о назначении Г.Е.Э. главным врачом ГОУЗ «Онкологический диспансер» <адрес> (л.д. 98) (в настоящее время (с 19 августа 2011 года) – ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер»).
Также судом установлено, что 6 марта 2023 года заместителем прокурора <адрес> заместителю <адрес> ФИО1 внесено представление № № об устранении нарушений законодательства о контрактной системе в сфере закупок.
Согласно указанному представлению, по результатам проведенного <адрес> анализа состояния законности в сфере закупок, установлены многочисленные нарушения медицинскими учреждениями региона сроков оплаты исполненных государственных (муниципальных) контрактов. В частности, обращено внимание на то, что по результатам проверочных мероприятий в учреждениях здравоохранения <адрес> в 2023 году выявлены многочисленные нарушения пункта 2 части 1 статьи 94 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», выразившиеся в неоплате исполненных подрядными организациями контрактов. Размер долга перед поставщиками составил более 75 млн. рублей.
С учетом изложенного заместитель <адрес> требовал рассмотреть представление; принять конкретные меры по устранению указанных нарушений законодательства, а также причин и условий, им способствующих; по фактам допущенных нарушений законодательства провести служебную проверку, по итогам которой решить вопрос об ответственности виновных должностных лиц (л.д. 70-71).
Как следует из информации об объемах просроченной кредиторской задолженности по государственным контрактам по состоянию на 1 марта 2023 года, представленной руководителем и главным бухгалтером ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер» в министерство здравоохранения <адрес>, размер кредиторской задолженности соответствующего учреждения по состоянию на отчетную дату составляет 508887 рублей 59 копеек (л.д. 57).
В связи с наличием кредиторской задолженности ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер» поименовано в списке учреждений, имеющих просроченную кредиторскую задолженность по состоянию на 1 марта 2023 года (л.д. 56), представленном заместителем <адрес> ФИО2 <адрес> ФИО3 со служебной запиской от 17 марта 2023 года (л.д. 55).
Согласно Положению о министерстве здравоохранения <адрес>, утвержденному постановлением <адрес> от 18 ноября 2011 года №, к полномочиям министерства относится, в том числе, принятие в случае необходимости мер дисциплинарного воздействия к руководителям ГАУ РО, ГБУ РО, ГКУ РО, ГУП РО (подпункт 2.1.40).
Как усматривается из резолюции уполномоченному должностному лицу на указанной служебной записке, министром здравоохранения <адрес> дано указание применить к руководителям ЛПУ в соответствии с трудовыми договорами дисциплинарное взыскание в виде выговора при сумме задолженности более 7 млн. рублей, и по ГБУ <адрес> до 2023 года – при сумме выше и равной «0».
Приказом министерства здравоохранения <адрес> № от 21 марта 2023 года «О дисциплинарном взыскании» главному врачу ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер» Г.Е.Э. объявлено дисциплинарное взыскание – выговор (л.д. 54).
Из описательно-мотивировочной части приказа следует, что дисциплинарное взыскание применено по результатам проведенного анализа финансово-хозяйственной деятельности ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер», на основании представленного отчета (служебная записка заместителя министра ФИО2 от 17 марта 2023 года), в связи с образовавшейся просроченной кредиторской задолженностью на 1 марта 2023 года в размере 508887 рублей 59 копеек.
С соответствующим приказом Г.Е.Э. ознакомлен 23 марта 2023 года (л.д. 54). Несогласие его с данным приказом явилось поводом для предъявления настоящего иска.
В обоснование заявленных требований Г.Е.Э. указывает, в том числе на отсутствие оснований для применения к нему дисциплинарного взыскания. Проверяя соответствующие доводы, суд установил следующее.
Как указано ранее, основанием для применения к Г.Е.Э. дисциплинарного взыскания явилось образование в возглавляемом им учреждении – ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер» кредиторской задолженности.
В рамках представления информации об объемах просроченной кредиторской задолженности по государственным контрактам по состоянию на 1 марта 2023 года, Г.Е.Э. как руководителем ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер» в качестве причин образования кредиторской задолженности указано:
кредиторская задолженность перед ООО «Газпром межрегионгаз Ростов-на-Дону» (поставка газа) – непредоставление контрагентом дополнительного соглашения для оплаты задолженности. 20 марта 2023 года направлен документ поставщику на перерегистрацию контракта;
кредиторская задолженность перед ПАО «ТНС энерго Ростов-на-Дону» (поставка электроэнергии) – отсутствие денежных средств, так как денежные средства предусмотрены на выплату заработной платы сотрудникам;
кредиторская задолженность перед Филиалом ФГУП «Охрана» Росгвардии по <адрес> (техническое обслуживание) – 31 марта 2023 года дополнительное соглашение передано на подписание поставщику. 2 февраля 2023 года ФГУП «Охрана» Росгвардии по <адрес> возвратило неподписанное дополнительное соглашение, в связи с изменением подписанта. 6 февраля 2023 года повторно направлено дополнительное соглашение на подпись.
Согласно пункту 2.1 трудового договора от 13 января 2009 года, руководитель действует на основе единоначалия. Осуществляет руководство деятельностью учреждения на основании действующего законодательства Российской Федерации.
При этом в пункте 3.1 трудового договора от 13 января 2009 года закреплены обязанности руководителя: добросовестно и разумно руководить учреждением, обеспечивать соблюдение действующего законодательства, устава учреждения в своей деятельности и деятельности учреждения (подпункт 3.1.1); обеспечивать рациональное использование средств и основных фондов, своевременное и качественное выполнение обязательств учреждения (подпункт 3.1.3).
Однако истцом, не оспаривавшим в ходе судебного разбирательства по делу наличие кредиторской задолженности, но полагающим отсутствие в данном случае оснований для применения к нему дисциплинарного взыскания, никаких доказательств принятия своевременных и достаточных мер, направленных на недопущение образования соответствующей кредиторской задолженности перед поставщиками, суду не представлено, тогда как в силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Доводы истца о недостаточности финансирования деятельности возглавляемого им учреждения, равно как и представленные в подтверждение таких доводов письма Г.Е.Э. по данному вопросу такими доказательствами не являются, принимая во внимание характер конкретных обстоятельств, с которыми истец связывал образование кредиторской задолженности перед поставщиками услуг.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что у работодателя имелись фактические основания для применения к Г.Е.Э. дисциплинарного взыскания.
Выбор конкретного вида примененного дисциплинарного взыскания сделан работодателем с учетом характера допущенного Г.Е.Э. нарушения. При этом дисциплинарное взыскание назначено Г.Е.Э. из числа предусмотренных статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации.
Довод истцовой стороны о несоразмерности примененного дисциплинарного взыскания допущенному нарушению со ссылкой на применение аналогичных дисциплинарных взысканий к руководителям иных учреждений, размер кредиторской задолженности в которых в несколько раз превышает размер кредиторской задолженности ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер», суд находит неубедительным, притом что обстоятельства привлечения к дисциплинарной ответственности иных лиц, допустивших аналогичные нарушения, предметом проверки в рамках настоящего дела не является.
Напротив, доводы истцовой стороны в обоснование заявленных требований о нарушении работодателем процедуры применения к Г.Е.Э. дисциплинарного взыскания, заслуживают внимания.
Из содержания приведенной выше статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующей процедуру применения дисциплинарного взыскания, следует, что для обеспечения объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для применения к работнику дисциплинарного взыскания, и для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания работодателю необходимо соблюсти установленный законом порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, в том числе, затребовать у работника письменное объяснение.
Однако ответной стороной в ходе судебного разбирательства по делу суду не представлено доказательств соблюдения такой процедуры, в частности, доказательств отобрания у работника письменного объяснения по существу вменяемого ему дисциплинарного проступка.
Доводы представителей ответчика об обратном, мотивированные ссылками на письменные пояснения Г.Е.Э. в информации об объемах просроченной кредиторской задолженности по государственным контрактам по состоянию на 1 марта 2023 года, представленной в министерство здравоохранения <адрес> руководителем и главным бухгалтером ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер», отклоняются судом.
В ходе судебного разбирательства по делу установлено, что указанная информация предоставляется в министерство здравоохранения <адрес> всеми государственными учреждениями, подведомственными ему, в 2023 году ежемесячно в рамках осуществляемого министерством здравоохранения <адрес> контроля за состоянием просроченной кредиторской задолженности в целях мониторинга кредиторской задолженности.
В данном случае соответствующая информация, по сути, явилась источником сведений о размере кредиторской задолженности ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер», то есть источником обстоятельств, в которых работодатель усмотрел наличие признаков дисциплинарного проступка, совершенного главным врачом ГБУ <адрес> «Онкологический диспансер» Г.Е.Э. В связи с этим оснований расценивать соответствующую информацию как документ, содержащий письменное объяснение Г.Е.Э., данное в рамках процедуры применения к нему дисциплинарного взыскания, не имеется.
Не свидетельствуют о соблюдении процедуры применения к Г.Е.Э. дисциплинарного взыскания и утверждения представителей министерства здравоохранения <адрес> о том, что пояснениями, данными в судебном заседании, истец подтвердил письменные пояснения, изложенные в представленной им ранее информации об объеме просроченной кредиторской задолженности по государственным контрактам по состоянию на 1 марта 2023 года.
Указанные обстоятельства не опровергают установленного судом обстоятельства непредставления работнику возможности давать письменные объяснения по тем нарушениям, которые вменялись ему работодателем.
Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и каждое в отдельности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд на основании приведенных выше положений трудового законодательства, учитывая фактические обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства по делу, приходит к выводу о наличии в данном случае основания для признания незаконным и отмены оспариваемого Г.Е.Э. приказа министерства здравоохранения <адрес> о дисциплинарном взыскании от 21 марта 2023 года №, ввиду несоблюдения работодателем процедуры применения к работнику дисциплинарного взыскания, оформленного соответствующим приказом.
В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как разъяснено в абзаце первом пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя.
Истцом Г.Е.Э. заявлено требование о взыскании с ответчика в его пользу компенсации морального вреда в размере 50000 рублей. В обоснование соответствующего требования истец ссылался на то, что продолжительное время работает в должности главного врача, имеет большой опыт работы, тогда как объявление выговора причинило ему нравственные страдания и повлияло на его репутацию.
С учетом установленных судом фактических обстоятельств дела, объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, а также степени вины работодателя, суд приходит к выводу о том, что с министерства здравоохранения <адрес> в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда.
В то же время, суд полагает размер денежной компенсации, заявленный ко взысканию истцом, чрезмерно завышенным, в связи с чем приходит к выводу о частичном удовлетворении соответствующего требования, а именно, о взыскании с ответчика в пользу Г.Е.Э. компенсации морального вреда в размере 3 000 рублей.
Таким образом, исковые требования Г.Е.Э. подлежат частичному удовлетворению.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление Г.Е.Э. к министерству здравоохранения <адрес> о признании незаконным и отмене приказа, взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Признать незаконным и отменить приказ министерства здравоохранения <адрес> от 21 марта 2023 года № «О дисциплинарном взыскании» в отношении главного врача ГБУ РО «Онкологический диспансер» Г.Е.Э..
Взыскать с министерства здравоохранения <адрес> (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: <адрес>) в пользу Г.Е.Э. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации серия №) компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей.
В удовлетворении остальной части иска Г.Е.Э. отказать.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд через Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 23 июня 2023 года.
Судья Д.С. Евстефеева