Решение по делу № 2-810/2023 от 16.03.2023

Дело № 2-810/2023 16 марта 2023 года

49RS0001-01-2023-000383-15

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Магаданский городской суд Магаданской области в составе:

председательствующего судьи Пановой Н.А.,

при секретаре Кузиной А.Ю.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда Магаданской области посредством систем видеоконференц-связи гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Акционерному обществу «Рудник Каральвеем» о признании незаконным приказа о вынесении дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Магаданский городской суд с названым иском.

В обоснование заявленных требований истцом указано, что он состоит в трудовых отношениях с Акционерным обществом «Рудник Каральвеем» (далее - АО «Рудник Каральвеем», Общество) с 18 октября 2016 года в должности машиниста самоходной буровой установки, а с 1 ноября 2021 года - в должности слесаря по ремонту автомобилей 3 разряда.

Сообщает, что приказом Общества от 28 октября 2022 года к нему было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за нарушение трудовой и производственной дисциплины, внутренних локальных нормативных актов, выразившееся в том, что 12 октября 2022 года в ходе осмотра убывающих лиц и 15 октября 2022 года в ходе осмотра прибывающих лиц на территорию АО «Рудник Каральвеем» сотрудниками охраны у него был выявлен оборудованный фото- и видеокамерой мобильный телефон, разрешение на ввоз - вывоз которого на 2022 год у него отсутствовало.

С дисциплинарным взысканием истец не согласен.

Считает, что неоднократность, указанная работодателем в оспариваемом приказе, является недоказанной, поскольку предыдущий приказ, которым он привлечен к дисциплинарной ответственности за аналогичное нарушение, признан незаконным Магаданским городским судом (дело № 2-3063/2022).

Настаивает, что при установлении степени ответственности работодателем не учтено поведение работника, предшествующее совершению дисциплинарного проступка, его тяжесть и т.д.

Обращает внимание, что 7 октября 2022 года им написано заявление о выдаче разрешения на ввоз и вывоз мобильного устройства, в удовлетворении которого ему было отказано.

Указывает, что им неоднократно подавались работодателю заявления о предоставлении документов, которые вследствие отсутствия кадров делопроизводства пропадали и оставались без ответа, в связи с чем он не получал запрашиваемые документы, при этом секретариат работодателя не оборудован видеокамерами, которые могли бы подтвердить факт подачи им заявлений, в связи с чем оборудованный фото- и видеокамерой телефон необходим ему исключительно для защиты свои законных прав, как работника.

Отмечает, что он неоднократно предлагал работодателю пригласить сотрудников полиции для осмотра его мобильного телефона на наличие фото- и видеофиксации коммерческой тайны работодателя, однако его предложения оставались без удовлетворения.

Утверждает, что лист ознакомления не является доказательством ознакомления его с Инструкцией, поскольку текста самой инструкции он не видел, а представленная для ознакомления ее копия, которую он видел впервые и лист ознакомления, подписанный им ранее, не подтверждает, что именно с указанным документом он был ознакомлен, поскольку никакой информации об этом в листе ознакомления не указано.

Полагает, что у управляющего директора АО «Рудник Кральвеем» к нему предвзятое отношение, поскольку он защищает свои трудовые права путем судебной системы, в том числе право на получение заработной платы, которую работодатель отказывался выплачивать.

Считает, что привлечение его к дисциплинарным взысканиям по необоснованным причинам является средством воздействия на него как на работника, поскольку этим работодатель хочет подвести его к увольнению.

По мнению истца, работодатель допускает в отношении него дискриминацию, так как не предоставляет ему разрешения на ввоз и вывоз мобильного устройства на территорию рудника, не давая этому правового основания.

Настаивает, что незаконными действиями работодателя ему причинен моральный вред, который выразился стрессом и бессонницей, при этом отмечает, что он является пенсионером и продолжает добросовестно осуществлять трудовую деятельность.

Ссылаясь на приведенные обстоятельства, просит суд признать приказ от 28 октября 2022 года № 99-ЛСД о вынесении дисциплинарного взыскания незаконным; взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Истец для участия в судебном заседании не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, в связи с чем суд на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) полагает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебном заседании представитель истца требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, дополнительно указав, что телефон истец проносил на территорию Общества для возможности осуществить фотофиксацию документов, связанных с работой, поскольку работодателем, несмотря на его неоднократные запросы, такие документы не предоставляются, а его заявления зачастую теряются. Отметила, что с 17 октября 2022 года в секретариат был принят работник, в связи с чем заявления истца стали регистрироваться, поэтому с указанного времени случаев проноса телефона на территорию рудника не имелось. Указала, что какую-либо секретную информацию истец не фотографировал, более того таковая в автотранспортном цехе отсутствует. Считает, что работодатель по отношению к истцу допускает дискриминацию, поскольку многим работникам автотранспортного цеха дано разрешение на пронос телефона, оборудованного фото- и видеокамерами, в то время как истцу это запрещается. Настаивает, что после выявления у истца профзаболевания работодатель принимает все меры к его увольнению, поэтому истец в судебном порядке вынужден защищать свои нарушенные права.

Представитель ответчика требования не признал, указав, что в ходе осмотра убывающих лиц с территории рудника и прибывающих на территорию рудника сотрудниками охраны объекта у истца 12 и 15 октября 2022 года был выявлен оборудованный фото- и видеокамерами мобильный телефон, разрешения на ввоз которого истец на 2022 год не имеет. По данному факту заместителем управляющего директора по сохранности ТМЦ были составлены служебные записки, запрошены и получены объяснительные. На основании данных документов истец приказом от 28 октября 2022 года был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора, при вынесении которого работодателем учитывались тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника (неоднократное нарушение п. 1.13 Инструкции по пропускному и внутриобъектовому режимам, п. 2.2.2 трудового договора). Отмечает, что истец неоднократно не выполнял правила пропускного и внутриобъектового режимов Общества, проносил сотовый телефон, имеющий фото- и видеокамеру, производил фотофиксацию техники, горных выработок, документов, отказывается соблюдать правила и инструкции, выражая свое несогласие с ними. Утверждает, что при приеме на работу истец был ознакомлен с Инструкцией по пропускному и внутриобъектовому режимам на территории ОАО «Рудник Каральвеем», о чем свидетельствует его собственноручная подпись. Кроме того, при переводе истца на новое место работы и должность он дополнительно был ознакомлен с правилами соблюдения пропускного и внутриобъектового режимов на территории АО «Рудник Каральвеем», а 3 августа 2022 года в связи с систематическими нарушениями истец в третий раз был ознакомлен с указанными правилами. Отмечает, что решением Магаданского городского суда от 29 сентября 2022 года установлены факты ознакомления истца с Инструкцией и нарушения им трудовой дисциплины, выразившиеся в неисполнении установленного запрета на пронос телефона, оборудованного фото- и видеокамерой, на территорию рудника без соответствующего разрешения. Настаивает, что никаких согласований и разрешений на провоз на территорию АО «Рудник Каральвеем» и вывоз ФИО3 сотового телефона, оборудованного фото- и видеокамерами, управляющим директором Общества либо его заместителем не выдавалось. Указывает, что запрет связан не только с сохранностью конфиденциальной информации работодателя, но и предотвращением хищений драгоценных металлов, так как он может быть использован как контейнер в целях хищения. Предприятие находится на значительном удалении от г. Билибино и по этой причине отсутствует возможность при каждом провозе и вывозе истцом сотового телефона вызывать сотрудников полиции для проверки наличия в телефоне конфиденциальной информации или скрытых драгоценных металлов. Сообщает, что на предприятии имеется секретариат и отдел кадров, налажен документооборот, на всех документах ставятся входящие и исходящие номера, никакого предвзятого отношения к истцу у руководства не имеется, работодателем соблюдается обязанность по охране здоровья работников, нарушений не допускается, в соответствии с законодательством проводится специальная оценка условий труда. Отметил, что истец находится у ответчика на особом счету, поскольку не желает соблюдать локальные нормативные акты работодателя. Считает, что заявленный истцом моральный вред несоразмерен и не может быть взыскан в его пользу, так как ответчиком не допускалось нарушений трудового законодательства.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу и оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

Основные права и обязанности работника и работодателя закреплены соответственно в ст. 21 и 22 ТК РФ, в том числе обязанность работника добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором и соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; и право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, а также право привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном указанным Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с указанным кодексом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 на основании трудового договора от 18 октября 2016 года работал в АО «Рудник Каральвеем» в должности машиниста самоходной буровой установки, а с 1 ноября 2021 года работает в должности слесаря по ремонту автомобилей 3 разряда в автотранспортном цехе.

Приказом Общества от 28 октября 2022 года № 99-ЛСД к ФИО3 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за нарушение работником трудовой дисциплины, внутренних локальных нормативных актов АО «Рудник Каральвеем», выразившееся в том, что 12 октября 2022 года в ходе осмотра убывающих лиц и 15 октября 2022 года в ходе осмотра прибывающих лиц на территорию АО «Рудник Каральвеем» у него сотрудниками охраны был выявлен оборудованный фото- и видеокамерой мобильный телефон, разрешение на ввоз - вывоз которого на (с) территорию рудника на 2022 год отсутствует, что является нарушением п. 1.13 Инструкции по пропускному и внутриобъектовому режимам ОАО «Рудник Каральвеем» и п. 2.2.2 трудового договора от 18 октября 2016 года.

С названным приказом истец был ознакомлен 31 октября 2022 года, с которым выразил несогласие.

Полагая, что данный приказ является незаконным, истец обратился в суд с вышеназванным иском.

Проверяя обоснованность применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 ТК РФ, которой предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение.

Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч. 1 - 6 данной статьи).

В п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации ТК РФ» (далее - постановление Пленума № 2) разъяснено, что при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

При этом в силу действующего законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению выговора, в действительности имело место; работодателем были соблюдены сроки для применения дисциплинарного взыскания и учтена тяжесть совершенного проступка, а также поведение работника, предшествующее совершению дисциплинарного проступка.

Из материалов дела усматривается, что в служебных записках от 14 и 15 октября 2022 года заместитель управляющего директора по сохранности драгметалла сообщил управляющему директору АО «Рудник Каральвеем» о том, что по данным, представленным начальником охраны объектов 12 октября 2022 года в 18 час. 15 мин., 14 октября 2022 года в 20 час. 45 мин. в ходе осмотра убывающих лиц с территории рудника, а также 15 октября 2022 года в 07 час. 27 мин. в ходе осмотра прибывающих лиц на территорию рудника у ФИО3 был выявлен оборудованный фото- и видеокамерами мобильный телефон. Разрешение на ввоз - вывоз на (с) территорию рудника телефона на 2022 год у данного работника отсутствовало.

14 и 24 октября 2022 года управляющий директор уведомил ФИО3 о необходимости представить письменное объяснение по факту наличия оборудованного фото- и видеокамерами мобильного телефона в ходе осмотра убывающих лиц с территории рудника 12 октября 2022 года в 18 час. 50 мин.

В свое объяснение ФИО3 (в объяснительных от 16, 20 и 27 октября 2022 года) указал, что он неоднократно подавал работодателю заявления на выдачу разрешения на ввоз и вывоз телефона «Самсунг», в чем ему было отказано со ссылкой на нормативный правовой акт рудника, в то время как телефон ему необходим для защиты своих трудовых и конституционных прав, а именно, для фотографирования заявлений, объяснительных и журналов, заполняемых с нарушениями. Кроме того, сообщал, что в августе 2022 года механиком АТЦ была сделана попытка заставить его выполнить наряд механика, который не связан с его разрядом, но связан с угрозой для его здоровья. Отмечал, что он является работником транспортного цеха, в котором какой-либо секретной техники и документации, данных о залежах рудных тел и месторождений не имеется. Полагал, что работодатель проявляет в отношении него дискриминацию, так как у большинства работников имеется при себе сотовый телефон, оборудованный фото- и видеокамерами. Кроме того, указал, что он имеет профессиональное заболевание, полученное на руднике, что, по его мнению, и является причиной всех действий работодателя в последнее время.

Оценивая законность проноса истцом оборудованного фото- и видеокамерами мобильного телефона на территорию рудника, суд принимает во внимание требования п. 1.13 Инструкции по пропускному и внутриобъектовому режимам ОАО «Рудник Каральвеем», которым предусмотрен запрет всем работникам предприятия, сторонних организаций и посетителям без письменного разрешения управляющего директора предприятием провозить и проносить на территорию объектов фото-и видеозаписывающую аппаратуру и производить фото- или видеосъемку.

Тот факт, что с указанным требованием работодателя истец был ознакомлен 1 ноября 2021 года и 3 августа 2022 года, стороной ответчика представлены листы ознакомления с правилами соблюдения пропускного и внутриобъектового режимов на территории АО «Рудник Каральвеем», содержащие подпись истца.

При этом в трудовом договоре истец обязался подчиняться правилам внутреннего трудового распорядка работодателя и иным локальным нормативным актам работодателя (п. 2.2.2).

Кроме того, суд учитывает положения ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, в соответствии с которой обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных указанным Кодексом.

В ходе рассмотрения гражданского дела № 2-3063/2022 по иску ФИО3 к АО «Рудник Каральвеем» о признании незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания, его отмене и взыскании компенсации морального вреда судом установлено, что истец был ознакомлен с локальным нормативным актом работодателя, запрещающим без разрешения управляющего директора предприятия проносить на территорию рудника телефон, оборудованный фото- и видеокамерами (решение от 29 сентября 2022 года, вступило в законную силу 27 декабря 2022 года).

Поскольку обстоятельства ознакомления истца с локальным нормативным актом работодателя, предусматривающим запрет всем работникам предприятия проносить на территорию рудника фото- и видеозаписывающую аппаратуру, установлены вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в котором участвовали те же лица, они являются обязательными для суда и не подлежат доказыванию вновь.

Факт проноса на территорию рудника телефона, оборудованного фото- и видеокамерами, в отсутствие разрешения управляющего директора АО «Рудник Каральвеем» не оспаривался истцом в ходе судебного разбирательства, ссылавшегося на необходимость фиксации документов, связанных с его работой и подачей заявлений работодателю, которые регулярно терялись.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу о нарушении истцом трудовой дисциплины, выразившейся в неисполнении установленного локальным нормативным актом работодателя запрета на пронос телефона, оборудованного фото- и видеокамерами, на территорию рудника без соответствующего разрешения.

Между тем суд учитывает положения ч. 5 ст. 192 ТК РФ, согласно которой при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания, вытекающих из ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (абз. 1, 2 п. 53 постановления Пленума № 2).

Оценивая оспариваемый приказ, суд усматривает, что работодатель учел тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника (неоднократное нарушение работником п. 1.13 Инструкции по пропускному и внутриобъектовому режимам ОАО «Рудник Каральвеем», п. 2.2.2 трудового договора, нежелание работника подчиняться локальным нормативным актам Общества).

Вместе с тем, в чем конкретно заключалась тяжесть совершенного работником проступка работодателем не указано, какие это повлекло для предприятия неблагоприятные последствия не приведено.

Доказательств того, что поведением работника работодателю причинен какой-либо ущерб, ответчиком не представлено.

Более того, работодателем не дана оценка доводам истца, приведенным в объяснении, о наличии у него профессионального заболевания, необходимости проноса оборудованного фото- и видеокамерами телефона для фиксации своих заявлений, объяснительных, журналов, заполняемых с нарушениями, и т.п. с целью соблюдения своих трудовых и конституционных прав, равно как и доводам о том, что работодатель проявляет в отношении него дискриминацию, выразившуюся в том, что у большинства работников имеется при себе сотовый телефон и т.д.

Указанное, по мнению суда, свидетельствует о том, что ответчиком не установлены причины проноса истцом телефона на территорию рудника, поскольку приведенные в свое объяснение работником доводы, работодателем не рассмотрены и не учтены при применении дисциплинарного взыскания.

При этом представленная стороной ответчика во второе судебное заседание служебная записка заместителя управляющего директора по режиму и сохранности драгметалла от 27 октября 2022 года, адресованная управляющему директору, не свидетельствует о том, что при принятии оспариваемого приказа работодателем были учтены доводы истца, изложенные в объяснительных относительно необходимости проноса телефона на территорию рудника, поскольку указанная записка не указана в качестве основания принятия оспариваемого приказа.

Суд также считает, что работодателем не в полной мере учтено предшествующее поведение работника и его отношение к труду, поскольку ссылаясь на неоднократное нарушение требований п. 1.13 Инструкции по пропускному и внутриобъектовому режимам ОАО «Рудник Каральвеем», п. 2.2.2 трудового договора, сведений о наличии (отсутствии) у истца в период работы дисциплинарных взысканий и поощрений оспариваемый приказ не содержит. Иных доказательств, свидетельствующих о том, что работодателем при применении к работнику дисциплинарного взыскания учитывалось наличие (отсутствие) у истца в период работы дисциплинарных взысканий и поощрений, также не представлено.

Представленная стороной ответчика выборка нарушений ФИО3 признаками относимости и допустимости не обладает, поэтому во внимание судом не принимается.

Вместе с тем в ходе судебного разбирательства установлено, что истцу врио заместителя управляющего директора АО «Рудник Каральвеем» в 2021 году объявлена благодарность в связи с празднованием Дня Металлурга за добросовестный труд, большой личный вклад в развитие производства на благо предприятия, неравнодушное и ответственное выполнение своих обязанностей, а также активное участие в развитии рудника «Каральвеем».

В подтверждение своего довода о наличии у истца профессионального заболевания, в материалы дела представлен акт о случае профессионального заболевания от 17 марта 2022 года, из которого следует, что имеющееся у ФИО3 заболевание является профессиональным и возникло в результате воздействия вредных условий труда.

Между тем, наличие у работника профессионального заболевания, полученного в период работы на руднике, также не было учтено работодателем при принятии оспариваемого приказа.

В ходе судебного разбирательства представитель истца утверждала, что с 17 октября 2022 года в секретариат АО «Рудник Каральвеем» был принят работник, в связи с чем с указанного времени ФИО3 перестал проносить на территорию рудника телефон, так как у него появилась возможность фиксировать поданные заявления.

В ходе судебного разбирательства у ответчика были истребованы документы, касающиеся наличия на предприятии работника в секретариате.

Из представленных стороной ответчика сведений следует, что с 24 мая 2021 года в аппарат управления производством АО «Рудник Каральвеем» на должность секретаря-делопроизводителя была принята ФИО4, которая 4 июля 2022 года переведена на должность инспектора по кадрам, на которую дополнительным соглашением от 1 октября 2022 года возложено исполнение обязанностей временно отсутствующего работника по должности секретаря-делопроизводителя без освобождения от обязанностей по основному месту работы.

В судебном заседании представитель ответчика пояснил, что в период совмещения ФИО4 исполняла свои трудовые обязанности в отделе кадров.

При этом приказ АО «Рудник Каральвеем» от 17 октября 2022 года свидетельствует о том, что с 17 октября 2022 года в аппарат управления производством на должность секретаря-делопроизводителя была принята ФИО5

Принимая во внимание изложенное, суд находит заслуживающим внимания довод стороны истца о том, что у ответчика в период совершения истцом дисциплинарного проступка отсутствовал работник, занимающий должность секретаря-делопроизводителя по основному месту работы, указанную должность по совместительству занимала ФИО4 без освобождения от исполнения обязанностей, предусмотренных по основному месту работы.

Указанное, по мнению суда, могло создавать работнику препятствия в регистрации поданных им заявлений, поскольку основным местом работы ФИО4 являлся отдел кадров, а не секретариат, где и исполняла свои трудовые обязанности указанный работник.

При этом представленные стороной ответчика заявления ФИО3 в подтверждение регистрации его заявлений (от 22 июля 2022 года, от 2 августа 2022 года и от 8 августа 2022 года) с достоверностью не подтверждают принятие и регистрацию всех поданных им заявлений.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора работодателем не были учтены в полной мере предшествующее поведение работника и его отношение к труду, а также тяжесть дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, в то время как в своих неоднократных объяснительных, так и в ходе судебного разбирательства сторона истца настаивала на том, что телефон проносился на территорию рудника для возможности осуществить фотофиксацию документов, связанных с работой, поскольку работодателем регулярно нарушаются его трудовые права, которые он вынужден защищать в судебном порядке.

Кроме того, суд считает заслуживающим внимания довод истца о том, что в отношении него со стороны работодателя проявляется дискриминация в силу следующего.

В силу ст. 3 ТК РФ никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (ч. 2).

Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда (ч. 3).

В п. 10 постановления Пленума № 2 разъяснено, что под деловыми качествами работника следует, в частности, понимать способности физического лица выполнять определенную трудовую функцию с учетом имеющихся у него профессионально-квалификационных качеств (например, наличие определенной профессии, специальности, квалификации), личностных качеств работника (например, состояние здоровья, наличие определенного уровня образования, опыт работы по данной специальности, в данной отрасли).

Под дискриминацией в сфере труда по смыслу ст. 1 Конвенции Международной организации труда 1958 года № 111 относительно дискриминации в области труда и занятий и ст. 3 ТК РФ следует понимать различие, исключение или предпочтение, имеющее своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод или получение каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (в том числе не перечисленных в указанной ст. ТК РФ), помимо определяемых свойственными данному виду труда требованиями, установленными Федеральным законом, либо обусловленных особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите.

Как указывает в ходе судебного разбирательства истец, у управляющего директора АО «Рудник Кральвеем» к нему предвзятое отношение, поскольку он защищает свои трудовые права путем судебной системы, в том числе право на получение заработной платы, которую работодатель отказывался выплачивать в добровольном порядке.

С целью проверки указанного довода, судом запрошены в Билибинском районном суде Чукотского автономного округа и Магаданскойм городском суде судебные акты, принятые по искам ФИО3 в АО «Рудник Каральвеем».

Оценивая поступившие по запросу судебные акты, суд усматривает, что действительно с 2019 года ФИО3 обращается в суд за защитой своих трудовых прав, в частности:

- решением Билибинского районного суда Чукотского автономного округа от 21 января 2019 года частично удовлетворен иск ФИО3 к АО «Рудник Каральвеем» о признании незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания, возложении обязанностей, взыскании задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Чукотского автономного округа от 25 апреля 2019 года указанное решение в части удовлетворения требований отменено, принято новое решение об отказе в удовлетворении требований;

- решением Билибинского районного суда Чукотского автономного округа от 11 марта 2019 года признан незаконным приказ АО «Рудник Каральвеем» от 3 декабря 2018 года о применении к ФИО3 дисциплинарного взыскания в виде выговора;

- решением Билибинского районного суда Чукотского автономного округа от 21 февраля 2022 года в удовлетворении иска об оплате дней прохождения медицинского осмотра и взыскании компенсации морального вреда отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Чукотского автономного округа от 30 июня 2022 года указанное решение в части отказа в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда отменено и принято новое решение о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей;

- решением Билибинского районного суда Чукотского автономного округа от 13 сентября 2022 года иск ФИО3 удовлетворен частично, с АО «Рудник Каральвеем» в пользу ФИО3 взыскана недоплаченная заработная плата за ноябрь 2021 года в размере 62 378 руб. 97 коп., в остальной части требований отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Чукотского автономного округа от 22 декабря 2022 года указанное решение изменено, принято новое решение, которым с АО «Рудник Каральвеем» в пользу ФИО3 взыскана недоплаченная заработная плата за период с 1 ноября 2021 года по 10 августа 2022 года в размере 748 474 руб. 79 коп. и компенсация морального вреда в размере 20 000 руб.;

- решением Билибинского районного суда Чукотского автономного округа от 29 ноября 2022 года в удовлетворении иска ФИО3 к АО «Рудник Каральвеем» о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора от 14 марта 2022 года отказано. Решение не вступило в законную силу, в связи с его обжалованием истцом;

- решением Магаданского городского суда от 29 сентября 2022 года приказ АО «Рудник Каральвеем» от 3 августа 2022 года, которым к ФИО3 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора, признан незаконным. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Магаданского областного суда от 27 декабря 2022 года указанное решение оставлено без изменения.

Таким образом, суд считает установленным, что на протяжении длительного периода времени между истцом и ответчиком сложились неблагоприятные отношения, в результате нарушения работодателем трудовых прав работника, в частности, необоснованным привлечением к дисциплинарной ответственности и невыплатой в полном объеме заработной платы, в связи с чем последний вынужден был восстанавливать свои трудовые права в судебном порядке.

Более того, в ходе судебного разбирательства представитель не отрицал, что истец находится у руководства АО «Рудник Каральвеем» на «особом счету», что суд расценивает как предвзятое отношение работодателя к работнику.

Принимая во внимание изложенное, суд считает, что действия работодателя по наложению в отношении истца в короткий промежуток времени с 14 марта 2022 года по 28 октября 2022 года (приказ от 14 марта 2022 года, приказ от 3 августа 2022 года, приказ от 28 октября 2022 года) трех дисциплинарных взысканий, равно как и невыплата в значительном размере заработной платы (748 474 руб. 79 коп.) могут свидетельствовать о намеренных действиях работодателя по оказанию на работника воздействия с целью его последующего увольнения и злоупотреблении своим правом, как более сильной стороны в трудовых правоотношениях.

Тот факт, что истец 7 октября 2022 года обращался к управляющему директору АО «Рудник Каральвеем» с просьбой дать ему разрешение на ввоз - вывоз с территории рудника мобильного телефона «Самсунг» для поддержания связи с семьей и соблюдения своих конституционных прав, в чем ему 10 октября 2022 года было отказано, подтверждается заявлением ФИО3 от 7 октября 2022 года и ответом управляющего директора Общества от 10 октября 2022 года.

В подтверждение своих доводов о том, что другим работникам работодатель дает свое согласие на пронос телефона на территорию рудника, истцом представлена копия служебной записки начальника АТЦ, в которой он у управляющего директора АО «Рудник Каральвеем» просит дать разрешение на ввоз-вывоз с территории рудника личного сотового телефона пятнадцати работников АТЦ.

Оценивая указанную копию служебной записки, суд усматривает, что управляющим директора АО «Рудник Каральвеем» временно согласовано разрешение на пронос телефона до 1 марта 2023 года пятнадцати работникам АТЦ.

Более того, ответчиком представлены суду сведения о том, что в 2022 году в подразделении автотранспортного цеха осуществляло трудовую деятельность 80 человек, из них имели разрешение на ношение сотовых телефонов, оборудованных фото- и видеокамерами 27 человек.

Как пояснил в ходе судебного заседания представитель ответчика, разрешение определенным работникам на пронос на территорию рудника телефона, оборудованного фото- и видеокамерами было связано с производственной необходимостью, в частности для возможности осуществлять звонки по тем или иным рабочим вопросам.

Вместе с тем к указанному утверждению суд относится критически, поскольку пронос телефона, не оборудованного фото- и видеокамерами, на территорию рудника не запрещен, следовательно, осуществлять звонки с целью производственной необходимости имеется у работников и с такого телефона.

При этом, отказывая истцу, в проносе телефона «Самсунг» на территорию рудника, ответчик не учел личностные качества работника (его состояние здоровья), который, имея профессиональное заболевание, полученное в результате работы, в том числе на руднике, нуждается в повышенной социальной и правовой защите, в частности со стороны работодателя.

Между тем, работодатель, разрешая другим работникам проносить на территорию рудника телефон, оборудованный фото- и видеокамерами, за эти же действия привлекает истца к дисциплинарной ответственности.

Принимая во внимание совокупность вышеприведенных обстоятельств, суд считает заслуживающими внимания доводы истца о предвзятом к нему отношении со стороны работодателя, поскольку предпочтение, имеющее своим результатом нарушение равенства возможностей в получении каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника, свидетельствует о наличии в действиях ответчика признаков дискриминации в отношении истца.

При таком положении суд приходит к выводу, что дисциплинарное взыскание в виде выговора применено к истцу незаконно, а потому требование о признании незаконным приказа АО «Рудник Каральвеем» от 28 октября 2022 года № 99-ЛСД заявлено обоснованно и подлежит удовлетворению.

Разрешая требования в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 63 постановления Пленума № 2, ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда, поэтому суд в силу ст. 21 и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Поскольку при рассмотрении настоящего гражданского дела судом установлено нарушение трудовых прав истца незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, у него возникло право требования с ответчика компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, длительность периода нарушения трудовых прав истца, характер и степень нравственных страданий, которые истец претерпевал в результате незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности, связанных с переживаниями, индивидуальные особенности истца: наличие профзаболевания, его возраст (51 год), в котором вероятность восстановления организма после пережитых нравственных страданий уже невелика, а также, принимая во внимание степень вины работодателя, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, что будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, то с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан в размере 600 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО3 к Акционерному обществу «Рудник Каральвеем» о признании незаконным приказа о вынесении дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Признать незаконным приказ Акционерного общества «Рудник Каральвеем» от 28 октября 2022 года № 99-ЛСД, которым к ФИО3 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Взыскать с Акционерного общества «Рудник Каральвеем» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Рудник Каральвеем» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственную пошлину в размере 600 (шестьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Магаданский городской суд Магаданской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить день составления мотивированного решения - 21 марта 2023 года.

Судья Н.А. Панова

<данные изъяты>