УИД 19RS0007-01-2023-000055-73

Дело № 33-2210/2023

Судья первой инстанции Асеева Ю.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Топоева А.С.,

судей Морозовой В.Н., Хлыстак Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Чебодаевой И.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании от 5 сентября 2023 года гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Боградского районного суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ по делу по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении имущественного вреда, компенсации морального вреда, судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Топоева А.С., объяснения истца ФИО1 и его представителя ФИО3, поддержавших требования апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о возмещении имущественного вреда, компенсации морального вреда, судебных расходов.

В основание иска указано, что в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП), произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на автодороге Абакан – Шира истец ФИО1, управляя транспортным средством Lada Priora с государственным регистрационным номером № (далее - Lada Priora) допустил наезд на стоящую на проезжей части корову. В результате ДТП транспортное средство истца получило механические повреждения. Полагал, что ответчик, осуществляя выпас коровы в неположенном месте, является виновным в ДТП. Просит взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 имущественный вред в размере № руб., компенсацию морального вреда - № рублей, возместить судебные расходы - № рублей.

В судебном заседании представители истца ФИО1 – ФИО3, ФИО4 исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО5 исковые требования не признала, просила отказать в иске в полном объеме.

Дело на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, ответчика ФИО2, извещенных о времени и месте судебного заседания.

Суд постановил решение, которым исковые требования удовлетворил частично, взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения имущественного вреда денежные средства в размере № коп., присудил возмещение расходов на эвакуатор - № руб., на проведение экспертизы - № руб., судебных расходов - № коп., в остальной части исковых требований отказал.

С решением не согласился истец ФИО1, просил решение отменить, принять решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование требований апелляционной жалобы указал, что не согласен с определением степени его вины, судом не учтено то, что он (ФИО1) двигался в темное время суток, не мог предполагать и видеть корову, которая находилась в затемнении и на проезжей части ввиду ненадлежащего исполнения своих обязанностей ответчиком, в связи с чем, он не мог избежать столкновения. Также полагал, что суд необоснованно отказал во взыскании компенсации морального вреда, поскольку после ДТП он испытывал стресс.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО2 выразил согласие с решением суда, просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления (ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ). В случае если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части. Суд апелляционной инстанции в интересах законности вправе проверить решение суда первой инстанции в полном объеме (ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ).

Рассмотрев дело по доводам и требованиям апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в обжалуемой части, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

Статьей 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Кроме того, в силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

Таким образом, при взаимодействии источника повышенной опасности с объектом, не являющимся таковым, ответственность их владельцев за причиненный друг другу в результате такого взаимодействия вред наступает по разным правилам - на основании статей 1079 ГК РФ в отсутствие вины (в отношении истца) и 1064 ГК РФ при наличии вины (в отношении владельца животного).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 50 мин. на 13 км автодороги <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля Lada Priora под управлением ФИО1 который совершил наезд на домашнее животное (корова) стоящей на проезжей части. В результате ДТП автомобиль получил механические повреждения: лобовое стекло, бампер передний, передние блок фары, крыша, передние правое и левой крыло, правое зеркало заднего вида, скрытые механические повреждения (л.д. 9, 88).

Обстоятельства ДТП так же подтверждается схемой ДТП от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8, 90).

Доводы представителя ответчика ФИО5 об исключении схемы места дорожно-транспортного происшествия из числа доказательств, суд во внимание не принимает и отклоняет, поскольку схема составлена сотрудниками ГИБДД Отд МВР России по <адрес> в присутствии понятых, какие-либо замечания к схеме не поступили.

Определением госинспектора БДД Отд МВД России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении дела об административном правонарушении было отказано в связи отсутствием состава административного правонарушения (л.д. 11, 89).

Собственником автомобиля Lada Priora является ФИО1, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства 1917 № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 7).

Согласно рапорту дежурного КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 час. 31 мин. поступило сообщение от оператора 112 о том, что ФИО1 сбил корову, сразу за <адрес>, ехал из <адрес> просит ГИБДД зафиксировать ущерб (л.д. 87).

Истцом представлена фототаблица с изображением трупа коровы имеющей бирку № и поврежденного автомобиля Lada Priora (л.д. 51-53, 93-95).

Из объяснений водителя ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он выехал из <адрес> в сторону <адрес>, спиртное не употреблял, усталости не чувствовал, ехал один, был пристегнут ремнем безопасности. Проехав <адрес> он немного сбросил скорость ехал примерно со скоростью около 70 км/ч, во встречном направлении ехал автомобиль, он переключил свет на ближний, автомобиль проехал и тогда он увидел стоящую на проезжей части корову, стал тормозить, но среагировать не успел совершил столкновение с животным. В результате ДТП он не пострадал, автомобиль получил механические повреждения, корова осталась лежать на месте. У коровы имелась бирка зеленого цвета с номером 565 (л.д. 91).

Определением от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении дела об административном правонарушении было отказано в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности (л.д. 50).

Согласно справке администрации Большеербинского сельсовета от ДД.ММ.ГГГГ, корова с номером бирки № принадлежит ФИО6, проживающей по адресу: д. Верх Ерба, <адрес> (л.д. 12).

Согласно справке администрации Большеербинского сельсовета от ДД.ММ.ГГГГ, корова с номером бирки № принадлежит ФИО2, проживающего д. <адрес> Республики Хакасия (л.д. 13).

В судебном заседании ответчик ФИО2 не оспаривал, что корова с биркой № принадлежит ему.

Распоряжением главы Большеербинского сельсовета от ДД.ММ.ГГГГ №-Р установлено места частного выпаса скота: <адрес> (л.д. 14).

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывает на то, что виновным в произошедшем ДД.ММ.ГГГГ ДТП является собственник коровы ФИО2, который допустил нахождение коровы на проезжей части без надзора, в связи с чем он обязан возместить причиненный имущественный вред.

В качестве доказательств причиненного имущественного вреда представлено экспертное заключение ИП ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта, без учета износа запасных частей, округленно до целых рублей, составила: № руб., с учетом износа запасных частей, округленно до целых рублей, составила: № рублей (л.д. 16-46).

Возражая против иска, сторона ответчика, не оспаривая факт принадлежности ответчику ФИО2 коровы, наезд на которую совершил ФИО1, ходатайствовала о проведении судебно-технической экспертизы.

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что проведенный комплексный анализ информации, полученной при изучении представленных материалов гражданского дела и исследования повреждений элементов конструкции ТС, с учетом просматриваемых повреждений автомобиля позволяет определить механизм развития ДТП следующим образом:

На первом этапе (начальная фаза) механизма столкновения на стадии сближения автомобиль Lada Priora двигался по автодороге <адрес> в направлении <адрес> прямом направлении по правой полосе движения. После проезда <адрес> автодороги и выезда из населенного пункта на № м произошло столкновение с вышедшей на проезжую часть коровой. При этом корова располагалась правой стороной к автомобилю. Перед столкновением автомобиль Lada Priora не тормозил.

Вторая стадия механизма ДТП (кульминационная) характеризуется блокирующим прямым столкновением, при котором взаимодействовали капот, передний бампер, решетка радиатора и платина государственного регистрационного знака, ветровое стекло и правая сторона коровы. При этом угол между продольными осями автомобиля и коровы составлял около 90±10 градусов. В процессе контактирования произошел заброс коровы на капот, ветровое стекло и крышу. Затем произошел сброс коровы на правую обочину.

Третий этап (финальная, конечная фаза) механизма дорожно-транспортного происшествия процесс (движения после столкновения) - начинается с момента прекращения взаимодействия между ТС и коровой и начало их свободного движения, а заканчивается в момент завершения движения под воздействием сил сопротивления. После столкновения автомобиль Lada Priora смещается вперед в продольном направлении и вправо на обочину до положения, зафиксированного в схеме ДТП. А корова от приложенной силы после столкновения перемещается вперед и вправо, после чего занимает положение, указанное на схеме ДТП.

В данной дорожной ситуации водитель автомобиля Lada Priora для предотвращения столкновения должен был руководствоваться требованиями п. 10.1. ПДД ч. 1 и 2: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства» а также требованиям и п. 10.2. ПДД; «В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч...».

Представленные материалы не содержат данные о характере перемещения автомобиля Lada Priora после столкновения с коровой (торможение, боковое скольжение, накат). Также отсутствуют данные о массе коровы. Следовательно, решить вопрос о скорости движения автомобиля Lada Priora перед столкновением экспертным путем не представляется возможным. Величина остановочного пути автомобиля Lada Priora в данных дорожных условиях при экстренном торможении и при скорости движения 70 км/ч составляет около 66 м.

Максимальная величина безопасной скорости движения автомобиля Lada Priora по условиям видимости в данных дорожных условиях не должна была превышать 66,7 км/ч.

В данных дорожных условиях водитель автомобиля Lada Priora не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с коровой путем экстренного торможения при движении с безопасной скоростью.

В данной дорожной ситуации превышение безопасной скорости движения водителем автомобиля Lada Priora ДД.ММ.ГГГГ в причинно-следственной связи с наездом на животное (корову) не состоит.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в совершении ДТП имеется вина как водителя ФИО1, нарушившей п. 10.1 ПДД РФ и проявившей неосторожность, содействовавшую возникновению вреда, так и владельца животного – ФИО2, не принявшего надлежащих мер к осуществлению присмотра за домашним животным, определив степень вины владельца автомобиля как источника повышенной опасности и владельца животного, не являющегося таковым, суд первой инстанции исходил из повышенной ответственности водителя, фактических обстоятельств дела, и определил степень вины истца равной 60%, а степень вины ответчика равной 40%.

Оснований не согласиться с такими выводами суда у судебной коллегии не имеется.

Пунктами 1.3, 1.5 Постановления Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 «О Правилах дорожного движения» (выше и далее - ПДД РФ) предусмотрено, что участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с пунктом 10.1 ПДД РФ скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно пункту 25.4 ПДД РФ животных по дороге следует перегонять, как правило, в светлое время суток. Погонщики должны направлять животных как можно ближе к правому краю дороги.

Пунктом 25.6 ПДД РФ водителям гужевых повозок (саней), погонщикам вьючных, верховых животных и скота запрещается: оставлять на дороге животных без надзора; прогонять животных через железнодорожные пути и дороги вне специально отведенных мест, а также в темное время суток и в условиях недостаточной видимости (кроме скотопрогонов на разных уровнях); вести животных по дороге с асфальто- и цементобетонным покрытием при наличии иных путей.

Судом первой инстанции установлено, что ДТП произошло вне зоны действия знака «Перегон скота».

Проанализировав дорожную ситуацию, объяснения сторон, материалы административного производства и схему ДТП, дав оценку действиям каждого из участников ДТП, судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что принадлежащее ответчику животное находилось на дороге без присмотра (без погонщика), что стало причиной ДТП. Данные обстоятельства, по мнению судебной коллегии, свидетельствуют о невыполнении ответчиками вышеуказанных требований пунктов 25.4 и 25.6 ПДД РФ.

Судом первой инстанции установлено и не оспаривается сторонами, что водитель ФИО1 двигавшийся в темное время суток и в зимний период времени года, с ограниченной видимостью в границах света фар автомобиля, что не позволило ему при возникновении опасности на дороге в виде стоящей коровы своевременно принять меры к недопущению столкновения с ней и остановить транспортное средство, учитывая, что ФИО1 двигался вне зоны действия знака «Перегон скота», при этом превышения скорости не установлено, тем не менее, не выбрал такую скорость движения, которая позволяла бы ему контролировать безопасность своего движения, предпринять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства при появлении животного на дороге, чем нарушил п. 10.1 ПДД РФ.

При этом, устанавливая соотношение вины для владельца автомобиля как источника повышенной опасности и для владельцев домашнего животного, не являющегося таковым, и возлагая наибольшую часть ответственности на водителя, суд учел, что при взаимодействии источника повышенной опасности с объектом, не являющимся таковым, ответственность их владельцев за причиненный друг другу в результате такого взаимодействия вред наступает по разным правилам - на основании статей 1079 и 1064 ГК РФ соответственно.

Данное различие в правовом регулировании обусловлено именно свойствами источника повышенной опасности, использование которого не только увеличивает риск причинения вреда окружающим, но и увеличивает риск повреждения самого источника повышенной опасности и размер имущественного вреда, причиненного его владельцу.

Судебная коллегия учитывает, что наезд на животное произошел в вне пределов населенного пункта, в условиях наступления темноты, дорога в месте столкновения ровная, рельеф местности достаточно открытый, не имеет высоких кустарников и деревьев, затрудняющих видимость, без поворотов, что следует из фото, имеющихся в административном материале, место остановки автомобиля находится в 28,5 м от место столкновения с коровой, при этом на схеме не обозначены следы торможения автомобиля.

При таких обстоятельствах, а также, принимая во внимание, заключение экспертизы, которая подтверждает отсутствие у водителя ФИО1 технической возможности предотвратить наезд на животное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что возникновению вреда содействовала небрежность водителя автомобиля, поскольку он не выбрал такую скорость движения, которая позволяла бы ему контролировать безопасность своего движения, предпринять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства при появлении животного на дороге.

Учитывая изложенное, судебная коллегия находит верным вывод суда первой инстанции об определении степени вины водителя ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии в размере 60 %, а владельца животного ФИО2 – 40%.

Каких-либо новых обстоятельств, которые не были учтены судом при определении степени вины, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, оснований для переоценки выводов суда в этой части судебная коллегия не усматривает.

Решение суда в части размера имущественного вреда, принадлежности животного не оспаривается, сторонами не обжалуется, а потому предметом проверки суда апелляционной инстанции в силу требования ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ не является, оснований для выхода за пределы требований апелляционных жалоб и проверки решения суда в полном объеме, судебная коллегия не находит.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что судом необоснованно отказано во взыскании компенсации морального вреда, поскольку ФИО1 после ДТП испытывал стресс, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в силу следующего.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, выбор места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановлением Пленума № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пунктах 3, 4 Постановления Пленума № 33 разъяснено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей", абзац шестой статьи 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации"). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.

Судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.).

Соглашаясь с решением суда первой инстанции, судебная коллегия исходит из того, что доказательств нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца, перечень которых указан в ст. 150 ГК РФ, не представлено, спор направлен на защиту имущественных прав истца, возможность восстановления которых путем компенсации морального вреда законом не предусмотрена.

Дорожно-транспортное происшествие даже при доказанности данного факта, само по себе бесспорно не свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав истца, причинении ему нравственных страданий и, соответственно, не является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Указанные в иске и в пояснениях истца обоснования данного требования (претерпевание нравственных страданий из-за повреждений причиненных транспортному средству, стресс) таковым нарушением личных неимущественных прав ФИО1 или посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага не являются.

Обстоятельства, на которые ссылался истец (отсутствие возможности передвижения) не свидетельствует о наличии нравственных переживаний, а свидетельствует о наличии неудобств, вызванных отсутствием машины, что основанием для удовлетворения иска не являются.

Таким образом, учитывая отсутствие доказательств о нравственных переживаниях после причинения вреда, суд первой инстанции правомерно отказал истцу ФИО1 во взыскании денежной суммы в счет возмещения компенсации морального вреда.

При принятии решения судом правильно установлены юридически значимые для дела обстоятельства, произведена полная и всесторонняя оценка исследованных в судебном заседании доказательств по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применены нормы материального права, подлежащие применению к возникшим спорным правоотношениям, и постановлено законное и обоснованное решение в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства.

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, а также к выражению несогласия с оценкой судом представленных по делу доказательств, и не могут быть удовлетворены.

Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену решения, при рассмотрении дела судом первой инстанции допущено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Боградского районного суда Республики Хакасия от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему делу оставить без изменения, а апелляционную жалобу истца ФИО1 , без удовлетворения.

Председательствующий А.С. Топоев

Судьи В.Н. Морозова

Е.В. Хлыстак

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 08.09.2023