Дело № 2 - 948/2022
42RS0014-01-2022-001149-97
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
Мысковский городской суд Кемеровской области в составе судьи Ульяновой О.А.,
с участием прокурора Ушковой И.В.,
истца ФИО4,
его представителя ФИО5, действующей на основании определения суда о допуске к участию в деле,
представителя ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО6, действующей на основании доверенности,
представителя ответчика АО «Междуречье» ФИО7, действующей на основании доверенности,
при секретаре судебного заседания Караевой Ю.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Мыски
21 ноября 2022 г.
гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 ича к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс», Акционерному обществу «Междуречье» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,
установил:
ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением к АО «Междуречье», ПАО «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, согласно которому с учетом изменений в порядке ст. 39 ГПК РФ просит взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу истца компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием: в размере 196251,78 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей, расходы по оплате выписки из амбулаторной карты в размере 290,50 рублей; взыскать с АО «Междуречье» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием: в размере 21644,40 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей, расходы по оплате выписки из амбулаторной карты в размере 290,50 рублей.
В исковом заявлении в обоснование заявленных требований ФИО4 указал следующее. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4 принят подземным горнорабочим 1 разряда с полным рабочим днем на шахту «Томская». ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят электрослесарем 3 разряда по ремонту оборудована на шахту «Томская». ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят подземным электрослесарем с полным рабочим днем в АО «Урегол» шахта «Урегольска». ДД.ММ.ГГГГ уволен переводом в ПКФ «Триада». ДД.ММ.ГГГГ принят переводом подземным электрослесарем 3 разряда с полным рабочим днем на шахтоучасток «Урегольский». ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с ликвидацией предприятия. ДД.ММ.ГГГГ принят учеником монтера пути на период ремонтных путевых работ. ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят подземным электрослесарем с полным рабочим днем под землей в ЗАО шахта «Углекоп». ДД.ММ.ГГГГ уволен переводом в ОАО «Разрез Сибиргинский». ДД.ММ.ГГГГ принят переводом подземным горнорабочим очистного забоя 4 разряда на шахту с полным рабочим днем под землей в ОАО «Южный Кузбасс». ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с отказом работника от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением. В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессиях проходчик, горнорабочий, электрослесарь, ГРОЗ, монтер пути у ФИО4 возникло профессиональное заболевание. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где ему впервые было установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты>. Было рекомендовано СКЛ, медикаментозная реабилитация, диспансерный учет 3 группы, контрольная госпитализация через год. В профессии был признан трудоспособным. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находился на контрольном обследовании в стационарном отделения ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где было подтверждено повторно профессиональное заболевание и ухудшилось состояние здоровья: <данные изъяты>. Тяжелый труд был противопоказан. Был направлен на БМСЭ, переведен в 4 группу диспансерного наблюдения. Заключением МСЭ №.27.42/2017 от ДД.ММ.ГГГГ ему впервые было установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. По результатам стационарного обследования в ФГБУ «НИИ КПГиПЗ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ решением врачебной комиссии было отмечено частая обращаемость в лечебные учреждения в связи с обострением заболевания и было рекомендовано усилить реабилитацию. Заключением МСЭ № 853.27.42/2018 от ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере 10% был продлен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на контрольном обследовании в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где было установлено прогрессия заболевания: <данные изъяты>. Был направлен на очередное переосвидетельствование в БМСЭ, рекомендована медикаментозная реабилитация, поставлен на диспансерный учет в 4 группу. Тяжелый труд противопоказан. Рекомендовано наблюдение у терапевта, невролога и профпатолога по месту работы. Заключением МСЭ № 880.9.42/2020 от ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием был установлен в размере 30% на период с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно. Согласно санитарно-гигиенической характеристики от ДД.ММ.ГГГГ № 70 во время работы ФИО4 подвергался воздействию вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса, усугубляющим действием вибрации и неблагоприятным микроклиматом (пункт 24 СГХ). Комплекс защитных мероприятий (организационных, санитарно-гигиенических, ограничения по времени воздействия фактора на работника – рациональные режимы труда и отдыха, средства индивидуальной защиты и т.д.), обеспечивающий безопасность для здоровья человека выполняемых работ, работодателем выполнены не были. Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № 3 зафиксировано, что профессиональное заболевание возникло и развивалось при отсутствии безопасных режимов отдыха; нарушение правил производственной санитарии; неэффективность работы индивидуальной защиты; несовершенстве технологического оборудования и механизмов рабочего инструментария. Вина истца в возникновении и развитии профессиональных заболеваний отсутствует. Заключением Клиники НИИ КПГиПЗ от ДД.ММ.ГГГГ № установлена вина предприятий: ПАО «Южный Кузбасс» - 64,8%, АО «Междуречье» - 6,0%, Шахта Томская – 9,0%, АО «Урегол»-1,9%, ПФК «Триада» - 7,8 %, ЗАО шахта «Углекоп» -- 10,5%. ПАО «Южный Кузбасс» в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ ФИО4 была выплачена компенсация морального вреда за 10 % утраты профессиональной трудоспособности в размере 62948,22 руб., АО «Междуречье» в размере 2355,60 руб. Истец считает, что выплаченные ответчика суммы компенсации морального вреда не соответствуют степени его физических и нравственных страданий. На протяжении всей трудовой деятельности истец подвергалась воздействию вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса, вибрация, неблагоприятные микроклиматические условия при несоблюдении работодателем правил производственной санитарии, несовершенстве технологического оборудования и механизмов, рабочего инструментария, отсутствие безопасных режимов труда и отдыха. Стаж работы с воздействием вредного фактора составил 29 лет. В результате полученного профессионального заболевания состояние здоровья истца резко ухудшилось. ФИО4 постоянно испытывает ноющие боли, которые распространяются на область рук, шеи, спины и поясницы. Резкая боль возникает при обычных бытовых движениях: причёсывание, одевание, умывание, то есть любые действия, связанные с поднятием рук вверх, отведением и вращением назад, в стороны. Боль в руках возникает остро, усиливается ночью и не всегда боль можно устранить приемом анальгетиков и растираний мазями. Нарушен сон. Постоянно чувствует недомогание, которое усугубляется болевыми ощущениями и бессонницей. Заболевание постоянно прогрессирует, плечи и руки становятся тугоподвижным. Соответственно у истца утрачено чувство моторики, он не может работать не только с мелкими предметами, в руках отсутствует чувствительность, предметы выпадают из рук. Боль отдает в шею, что вызывает постоянные головные боли и головокружение. Значительно снижена работоспособность. Слабость в руках, при сильных болях и онемении, не дают истцу возможности выполнять даже посильную домашнюю работу. Всю домашнюю работу выполняют родственники или посторонние люди. От этого ФИО4 испытывает особые нравственные страдания и дискомфорт. Постоянные болевые ощущения, которые невозможно ничем снять, приводят к апатии, раздражительности, а иногда и к депрессии и потери интереса к жизни. Он постоянно испытывает чувство общего недомогания, с которым старается приспособиться жить. Истец постоянно обращается за медицинской помощью в лечебные учреждения, принимает препараты, но улучшений не ощущает. Санаторно-курортное лечение приносит незначительный эффект. В денежном выражении истец оценивает моральный вред в 400000 руб. Размер предъявленных к взысканию с ответчиков сумм определен с учетом степени вины каждого ответчика и выплаченных им по Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности сумм.
В судебном заседании ФИО4, его представитель настаивали на удовлетворении требований по изложенным в исковом заявлении основаниям.
Ответчики не признали требования истца в полном объёме, обосновав свои возражения следующими доводами.
По пояснению представителя ПАО «Южный Кузбасс», коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2014-2019 годы установлено, что в случае установления впервые работнику Общества утраты профессиональной травмы или профессионального заболевания работодатель выплачивает в счет возмещения морального вреда единовременную компенсацию из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ). На основании заявления ФИО4, ФОС по угольной промышленности, Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2014-2019 гг. приказом № Пр/ЮК- УПДУ/1435/ОРГ от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» добровольно выплатило ФИО4 компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 62948,22 руб. Таким образом, указанная сумма компенсации морального вреда, исчисленная в соответствии с нормами ФОС, соразмерна понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости. Оснований довзыскивать компенсацию не имеется, так как стороны в соответствии со ст. 237 ТК РФ достигли Соглашения о сумме компенсации. Кроме этого, по мнению представителя, положения ч. 1 ст. 100 ГПК РФ предоставляют суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя. Сумма вознаграждения, в частности, зависит от продолжительности и сложности дела, квалификации и опыта представителя, обусловлена достижением юридически значимого для доверителя результата, должна соотноситься со средним уровнем оплаты аналогичных услуг. Неразумными при этом могут быть сочтены расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права, либо несложностью дела. Дело № по иску ФИО4 к ПАО «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда не относится к категории сложных, и не требует специальных познаний, правовой оценки спорной ситуации, проведения дополнительной правовой экспертизы документов, имеющихся у истца, не требует совершения представителем дополнительных действий по сбору доказательств, значительных временных затрат на составление искового заявления. Полагает заявленные судебные расходы завышенными и не соответствующими принципам разумности и справедливости.
Возражения АО «Междуречье» обоснованы следующими доводами. При определении размера компенсации морального вреда необходимо учесть, что работодателем принимались все необходимые меры для снижения воздействия на истца вредных условий труда в целях предупреждения профессионального заболевания, в том числе, путем обеспечения средствами индивидуальной защиты, баланса рабочего времени и времени отдыха для восстановления организма. Истцу предоставлялись гарантии, предусмотренные законодательством и локальными нормативными актами за работу во вредных условиях труда, а именно: применение повышающего коэффициента к тарифной ставке, дополнительный оплачиваемый отпуск за работу во вредных условиях труда, льготный стаж для реализации права на досрочную пенсию.
Кроме этого, полагает, что истцом не доказано осуществление расходов по оплате услуг представителя. К заявлению о взыскании судебных расходов истцом приложены: договор об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между истцом и индивидуальным предпринимателем ФИО5; акт выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ по договору об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ. Условиями договора предусмотрена оплата услуг наличным способом. В акте выполненных работ по договору об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ указано, что одновременно с подписанием данного акта истцом, якобы, оплачены услуги в размере 10000 рублей путем передачи денежных средств исполнителю. Документы, подтверждающие факт получения исполнения в заявленном истцом объеме, и, как следствие, отражающие фактическое несение истцом судебных расходов в размере 10000 рублей, по мнению ответчика, материалы дела не содержат. При этом, представленный истцом акт выполненных работ не соответствует требованиям, предъявляемым к платежным или иным расчетно-кассовым документам, что с очевидностью не может свидетельствовать о передаче денежных средств исполнителю в соответствующем размере по договору оказания юридических услуг. Следовательно, правовые основания для взыскания с ответчика судебных расходов в размере 5000 рублей, фактически не оплаченных истцом, отсутствуют. Кроме этого, истцом заявлено единственное требование - о взыскании компенсации морального вреда. Дело не является сложным, поскольку имеется стабильная сформированная судебная практика по аналогичной категории дел. Разумный размер судебных издержек за фактическое участие представителя в 1 судебном заседании, по мнению ответчика, должен составлять 1000 рублей. Также АО «Междуречье» обращает внимание на то, что в материалах гражданского дела имеется исковое заявление, подписанное ФИО4, а не ФИО5, то есть правовые основания для взыскания с ответчика чрезмерно завышенной суммы судебный расходов, якобы, понесенных истцом за его составление согласно договору от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют.
Объем оказанных услуг: выписка из амбулаторной карты ФИО4 за период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, выданная ДД.ММ.ГГГГ врачом профпатологом ФИО1, на основании, как указано, заявления, составленного ФИО5 (дата составления которого не известна), что не позволяет установить, в какой именно период была оказана данная услуга: до заключения Договора оказания юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, либо после заключения Договора. Полагает, что основания для взыскания судебных расходов за подготовку документов и совершение процессуальных действий, указанных в п. 2-4 акта выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют.
От привлеченного к участию в деле на основании определения суда третьего лица – шахта «Томская» поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя (л.д. 112), удовлетворенное определением суда.
Заслушав объяснения истца, его представителя, представителей ответчиков, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме, суд установил следующие обстоятельства.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО4 был принят подземным горнорабочим 1 разряда с полным рабочим днем на шахту «Томская». ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят электрослесарем 3 разряда по ремонту оборудована на шахту «Томская». ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят подземным электрослесарем с полным рабочим днем в АО «Урегол» шахта «Урегольская». ДД.ММ.ГГГГ уволен переводом в ПКФ «Триада». ДД.ММ.ГГГГ принят переводом подземным электрослесарем 3 разряда с полным рабочим днем на шахтоучасток «Урегольский». ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с ликвидацией предприятия. ДД.ММ.ГГГГ принят учеником монтера пути на период ремонтных путевых работ. ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию. ДД.ММ.ГГГГ принят подземным электрослесарем с полным рабочим днем под землей в ЗАО шахта «Углекоп». ДД.ММ.ГГГГ уволен переводом в ОАО «Разрез Сибиргинский». ДД.ММ.ГГГГ принят переводом подземным горнорабочим очистного забоя 4 разряда на шахту с полным рабочим днем под землей в ОАО «Южный Кузбасс». ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с отказом работника от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением, что подтверждается копией трудовой книжки на л.д. 14-19.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находился в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где ему впервые было установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты>. Было рекомендовано СКЛ, медикаментозная реабилитация, диспансерный учет 3 группы, контрольная госпитализация через год. В профессии был признан трудоспособным (л.д.24)
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находился на контрольном обследовании в стационарном отделения ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где было подтверждено повторно профессиональное заболевание и ухудшилось состояние здоровья: <данные изъяты>. Тяжелый труд был противопоказан. Был направлен на БМСЭ, переведен в 4 группу диспансерного наблюдения (л.д.25)
Заключением МСЭ № 1178.27.42/2017 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 впервые было установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11).
По результатам стационарного обследования в ФГБУ «НИИ КПГиПЗ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ решением врачебной комиссии было отмечено в объективном статусе и параклинических данных сохраняется клиника <данные изъяты> За экспертный период обращаемость частая, (3 случая=59 дней). Усилить реабилитацию (л.д.26).
Заключением МСЭ № 853.27.42/2018 от ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере 10% был продлен с ДД.ММ.ГГГГ по 01.05.2020(л.д.12)
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находился на контрольном обследовании в стационарном отделении ФГБУ «НИИ КПГиПЗ», где была подтверждена прогрессия заболевания в виде <данные изъяты> За год 2 обострения с ВУТ 46 дней. Нуждается в постоянном трудоустройстве и реабилитации, так как прогрессия за счет того, что пациент не трудоустроен постоянно. Был направлен на очередное переосвидетельствование в БМСЭ, рекомендована медикаментозная реабилитация, поставлен на диспансерный учет в 4 группу. Тяжелый труд противопоказан. Рекомендовано наблюдение у терапевта, невролога и профпатолога по месту работы (л.д.27).
Заключением МСЭ № 880.9.42/2020 от ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием был установлен в размере 30% на период с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно(л.д.13).
В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой № 70 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 во время работы подвергался воздействию вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса, усугубляющим действием вибрации и неблагоприятным микроклиматом (л.д.20-22).
В соответствии с актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ (на л.д.23) профессиональное заболевание: <данные изъяты>, возникло и развивалось при отсутствии безопасных режимов отдыха; нарушение правил производственной санитарии; неэффективность работы индивидуальной защиты; несовершенстве технологического оборудования и механизмов рабочего инструментария(пункт 17 Акта).
Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Тяжесть трудового процесса.
Условия труда по воздействию вибрации относятся к 3 классу 3 степени вредного труда (пункт 18 Акта).
Вины истца в возникновении и развитии профессиональных заболеваний не установлено (пункт 19 Акта).
Согласно Заключению Клиники НИИ КПГиПЗ по определению степени вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональными заболеваниями № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 59) установлено:
64,8 % вины предприятий, входящий в ПАО «Южный Кузбасс» (разрез «Сибиргинский» - 13,5%, шахта «Сибиргинская» - 7,8%, Управление по подземной добыче угля – 43,5%).
6% вины АО «Междуречье».
Порядок расчёта размера компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием предусмотрен пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности (л.д. 85 – 88) и пунктом 10.2.2. коллективного договора ПАО "Южный Кузбасс" (л.д. 83 – 84), согласно которым в случае установления впервые работнику Общества утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель выплачивает в счет возмещения морального вреда единовременную компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации). В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несёт долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателя в возникновении и развитии профессионального заболевания. В случае установления вины работника размер единовременной компенсации, выплачиваемой работодателем, уменьшается пропорционально степени вины работника.
Приказом ПАО «Южный Кузбасс» № ПР/ЮК-УПДУ/1435/орг от ДД.ММ.ГГГГ истцу была выплачена единовременная компенсация морального в размере 62948,22 руб. (л.д. 36).
На основании соглашения о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ АО «Междуречье» ФИО4 выплачена компенсация морального вреда в размере 2355,60 руб.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ч. 1 ст. 212 ТК РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 ТК РФ).
Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абз. 14 ч. 1 ст. 21абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.
Исходя из приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли (промышленности), подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре.
Как уже указано выше, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности и коллективным договором ПАО "Южный Кузбасс" определены условия, гарантирующие работнику в случае наступления профессионального заболевания выплату единовременной компенсации морального вреда.
Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Соответственно, работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора.
В настоящем случае такой спор о размере компенсации морального вреда возник между работником ФИО4 и работодателями ПАО "Южный Кузбасс" и АО «Междуречье».
Как установлено материалами дела, ответчики при определении компенсации морального вреда руководствовались положениями ст. 237 ТК РФ, нормами Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности и коллективным договором из которых следует, что возмещение морального вреда производится в случае установления утраты профессиональной трудоспособности впервые. Работодатель рассчитал компенсацию морального вреда из расчета 20 % утраты профессиональной трудоспособности, установленной впервые, и среднего заработка истца.
При принятии решения суд учитывает, что по своему характеру данная выплата (единовременная компенсация в соответствии с Коллективным договором и п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации) является разовой, выплачивается работнику при установлении ему впервые степени утраты профессиональной трудоспособности и последующее изменение степени утраты профессиональной трудоспособности не влечет повторное взыскание такого вида компенсации в пользу работника.
Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Истец указывает, что компенсацию морального вреда с учетом его особенностей, физических и нравственных страданий, оценивает в сумму 400 000 руб. без учета степени вины ответчиков.
Суд считает довод истца о том, что выплата за полученное им профессиональное заболевание ПАО «Южный Кузбасс» компенсации морального вреда в размере 62948,22 руб., АО «Междуречье» в размере 2355,60 руб. недостаточна, является обоснованным.
Возражения ответчиков со ссылкой на Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности и коллективный договор, на достигнутое сторонами соглашение о выплате не может умалять права истца на полное возмещение вреда.
Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.
Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.
Пояснения ФИО4 о его физических и нравственных страданиях, обусловленных наличием профессионального заболевания, подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными доказательствами об обращении его за медицинской помощью и прохождения им лечения, сведениями из медицинских документов на л.д. 28-35, выпиской из амбулаторной карты пациента л.д.75-77, а также показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей.
По пояснению свидетеля ФИО2, приходящейся истцу супругой, ФИО4 в связи с профессиональным заболеванием не может выполнять домашнюю работу. Даже мужскую работу приходится выполнять ФИО2, или просить кого-то о помощи. На протяжении последних 5 лет ФИО4 лишен своих любимых увлечений: играть в футбол, кататься на горных лыжах. ФИО4 испытывает постоянные боли, из-за чего стал нервным, раздражительным. В связи с необходимостью обращаться за посторонней помощью испытывает дискомфорт и нравственные страдания.
Как установлено судом из пояснения свидетеля ФИО3, она часто видится с ФИО4, наблюдает за его состояние. По причине болезни ФИО4 ничего не может делать по дому, ему помогают родственники. Со слов свидетеля, раньше ФИО4 любил ходить в походы, кататься на горных лыжах. Сейчас он не может этим заниматься, часто стал нервничать, переживать.
Учитывая фактически обстоятельства причинения вреда, то, что заболевание истец получил при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя, учитывая нравственные и физические страдания истца ФИО4, индивидуальные особенности истца, находящегося в зрелом возрасте, который в связи с полученным профессиональным заболеванием и вызываемым им болями имеет ограничения в физических движениях, осуществляемой деятельности, видах досуга, от чего ощущает свою ущербность, что свидетельствует о тяжести перенесенных им страданий, вместе с тем, истец, имея ограничения в 30% трудоспособности, не лишён возможности трудиться, в настоящее время осуществляет трудовую деятельность (л.д. 78), а также учитывая принцип разумности, который стимулирует участников гражданского оборота к ответственному и добросовестному поведению, принцип справедливости и соразмерности компенсации морального вреда последствиям нарушения прав ФИО4, суд считает, что суммы, выплаченные ответчиками истцу – 62948,22 руб. и 2355,60 руб. (соответственно), не достаточны для компенсации морального вреда, причиненного работодателями своему работнику. Оценивая в совокупности все доказательства по делу, суд приходит к выводу, что денежная компенсация морального вреда ФИО4 должна составлять 300000 рублей. С учётом установленного проценты вины ответчика ПАО «Южный Кузбасс» – 64,8 %, а также за вычетом выплаченной в счёт компенсации морального вреда денежной суммы – 62948,22 руб., подлежащая взысканию с ПАО «Южный Кузбасс» сумма составляет 131451,78 руб. (300000 х64,8%-62948,22 руб.); с учётом установленного проценты вины ответчика АО «Междуречье» – 6 %, а также за вычетом выплаченной в счёт компенсации морального вреда денежной суммы – 2355,60 руб., подлежащая взысканию с АО «Междуречье» сумма составляет 15644, 40 руб. (300000 х 6% - 2355,60 руб.), которые будут соответствовать балансу интересов сторон, являются достаточной компенсацией причиненных истцу нравственных и физических страданий.
Осуществление истцом расходов по оплате услуг представителя в размере 10000 руб. подтверждается договором об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 42), актом выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 43).
Исходя из принципов разумности и справедливости, с учётом положений ст. 100 ГПК РФ, суд считает подлежащей взысканию с ответчика расходов за участие в деле представителя в размере 10000 рублей. Согласно позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации N 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Кроме того, согласно п. п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).
По мнению суда, заявленная истцом сумма 10000 руб. позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц, учитывает соотношение расходов с объемом защищенного права истца, а также объем и характер предоставленных услуг.
Взысканию в ответчика также подлежат расходы по оформлению выписки из медицинской амбулаторной карты в размере 581 руб., осуществление которых ФИО4 подтверждается товарным чеком № 10876 (л.д. 74), так как считает названные расходы необходимыми, связанными с рассмотрением гражданского дела.
Судебные расходы подлежат взысканию в ответчиков в равных размерах - по 1/2 с каждого.
На основании положений статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.
Руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд
решил :
Иск ФИО4 ича удовлетворить.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс»
(ИНН <***>) в пользу ФИО4 ича, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца <адрес>, паспорт серии № №, компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 131451,78 руб., расходы по оплате услуг представителя – 5000 руб., расходы по составлению выписки из амбулаторной карты - 290, 50 руб.
Взыскать с Акционерного общества «Междуречье» (ИНН <***>) в пользу ФИО4 ича, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца <адрес>, паспорт серии № №, компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 15644,40 руб., расходы по оплате услуг представителя – 5000 руб., расходы по составлению выписки из амбулаторной карты - 290,50 руб.
Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 300 рублей.
Взыскать с Акционерного общества «Междуречье» в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 300 рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Кемеровского областного суда через Мысковский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Ульянова О.А.
Мотивированное решение изготовлено 25.11.2022 года.