РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 августа 2022 г. г. Лихославль
Лихославльский районный суд Тверской области в составе
председательствующего судьи Рубан Н.Н.
при секретаре судебного заседания Мартыновой Е.В.,
с участием истца ФИО1,
ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с названным выше иском, указав в обоснование, что 28.06.2021 он совместно с работниками администрации Кавского сельского поселения производили обход принадлежащего ему земельного участка и смотрели как ведется борьба с борщевиком на соседнем земельном участке ФИО3 В какое-то время ФИО3 без его согласия проникла на его участок, на его законные требования покинуть участок ответила отказом, а когда он её выпроводил со своего участка, она, в присутствии работников администрации, оскорбила и унизила его, обозвав «придурком», «совсем больным».
В результате нападок ему был причинен моральный вред, что выразилось в физических и нравственных страданиях, обострились хронические заболевания, повысилась глюкоза в крови, мучила бессонница.
Просит взыскать с ФИО3 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, дополнительно пояснил, что диктофон он включил, поскольку с ФИО3 у них давние конфликтные отношения, она неоднократно его оскорбляла, в связи с чем он хотел, в случае её нападок, зафиксировать это. Пояснил, что следователю он предоставил фрагмент записи, обрезав начало записи.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, просила в его удовлетворении отказать, представила письменные возражения, согласно которым в конце июня 2021 года по неоднократным заявлениям ФИО1 для проверки её земельного участка на предмет скоса борщевика, пришли работники администрации Кавского сельского поселения, истец повел их по своему земельному участку, работники администрации позвали её, поскольку обследовалась граница её земельного участка, она подошла, но в это время ФИО1 начал с силой выталкивать её животом, от чего она чуть не упала, тем самым применил к ней физическое насилие. Работники администрации стали кричать ФИО1, что бы он прекратил это безобразие, но он продолжал её толкать, в связи с чем она подумала, что у него что-то произошло со здоровьем, и в вопросительной форме поинтересовалась его здоровьем, при этом не оскорбляла. Полагает, что указанные действия ФИО1 являлись специально подготовленной провокацией, запись смонтированной, поскольку ранее он был привлечен к административной ответственности за принесение ей оскорблений, а также по решению суда ему пришлось выплатить ей моральный вред. Обращает внимание, что работник администрации, как очевидец происшествия, приглашалась в прокуратуру, которая пояснила, что слов оскорблений не слышала. Просила признать аудиозапись подложным доказательством.
Считает, что действия истца обусловлены тем, что ранее в 2020 году он был привлечен к административной ответственности по её заявлению об оскорблении, а также с него взыскан моральный вред в её пользу, и желая ей отомстить, ФИО1 спровоцировал конфликт, заранее включив диктофон.
Дополнительно пояснила, что неприязни к истцу она не испытывает, намерений его оскорбить у нее не было, указанные в иске были произнесены ею непроизвольно, поскольку она чуть не упала из-за действий ФИО1
Заслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства и обстоятельства дела, суд приходит к следующему.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.
Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. ст. 150, 151 ГК РФ).
Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.
В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а так же достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Как установлено в судебном заседании и не отрицалось сторонами, ФИО1 и ФИО3 являются собственниками смежных земельных участков, расположенных по . 28.06.2021 на земельном участке около между истцом и ответчиком, в присутствии представителей администрации Кавского сельского поселения, произошел конфликт.
Согласно материалу проверки КУСП № 2118 от 05.07.2021 прокуратурой Лихославльского района проведена проверка по заявлению ФИО1 по факту его оскорбления ФИО3 от 01.07.2021.
Согласно пояснениям ФИО7, являющейся главой администрации Кавского с/п о том, что она 28.06.2021 находилась на земельном участкеФИО1 для проверки выполнения работ по скосу борщевика на соседнем земельном участке ФИО3 Земельные участки между ФИО3 и ФИО1 не огорожены, к ним подошла ФИО3, а ФИО1 стал её выпроваживать, слов оскорблений в адрес ФИО1 она не слышала, находились от них на расстоянии около 5 метров.
Согласно выводам заключения специалиста от 11.08.2021 по результатам этико-лингвистического исследования, слово «придурок» при обращении к любому человеку являются по своему назначению оскорбительными в любом контексте, поэтому использование данного словосочетания по отношению к ФИО1 не может рассматриваться иначе, как оскорбительное и неприличное.
Согласно объяснениям ФИО3 от 18.09.2021, данных ею в рамках материала проверки КСП № 2118 от 05.07.2021, в конце июня 2021 года представители администрации Кавского сельского поселения ФИО7 и еще двое специалистов по приглашению ФИО1 осматривали границу её земельного участка на предмет скоса борщевика. Она подошла к ним, ФИО1 стал выгонять её толкая животом, от толчков она чуть не упала и у нее непроизвольно вырвалось «ты что, придурок, совсем больной». Пояснила, что её слова звучали как вопрос, а не как оскорбление в адрес ФИО1, намерений оскорблять последнего у неё не было. Представители администрации находились от них на расстоянии около 7 метров и могли не слышать их разговор, но увидев, происходящее, стали делать ФИО1 замечания.
Согласно акту просмотра компакт-диска (флеш-карты) от 02.08.2021, содержание аудиозаписи, продолжительностью 05 минут 56 секунд: разговор мужского голоса и нескольких женских между собой, между мужчиной и женщиной происходит конфликтная ситуация. Звучат слова, указанные ФИО1 в заявлении как оскорбления, произнесены женским голосом; отсутствуют сведения, кто произнес данные слова, слова произнесены в форме которую невозможно однозначно оценить как обращение в адрес кого-то. В содержании аудиозаписи отсутствуют сведения о дате, времени, месте производства аудиозаписи, лицах, присутствующих при записи, обстоятельства при которых производилась запись.
Определением прокурора Лихославльского района от 03.08.2021 вынесено постановление об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава преступления, в ходе проверки не нашел своего подтверждения факт оскорбления ФИО3 ФИО1
Оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что правовых оснований для удовлетворения иска по ст. 152 ГК РФ не имеется.
Из правовых разъяснений, содержащихся в п. 7 указанного Постановления следует, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.
При отсутствии хотя бы одного их указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.
Поскольку только сведения, то есть факты могут быть проверены на соответствие их действительности, в то же время оценочные суждения, мнения, убеждения, как результат психофизической деятельности не могут быть проверены на предмет их соответствия действительности, так как являются выражением субъективного мнения и взглядов ответчика.
Таким образом, если существование фактов может быть доказано, что достоверность оценочных суждений доказыванию не подлежит. Требование доказать достоверность оценочного суждения неисполнимо.
Как указано в пункте 9 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абзац первый).
Таким образом, при рассмотрении дел о защите чести и достоинства суду следует установить, является ли распространенная ответчиком информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.
В абзаце 3 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.
Пределы свободы выражения мнения ставит ч. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, согласно которой достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления.
Любое выражение мнения имеет определенную форму и содержание. Содержанием служит умозаключение лица, и его выражение не подвержено никаким ограничениям, кроме установленных в ч. 2 ст. 29 Конституции Российской Федерации. Форма же выражения мнения не должна унижать честь и достоинство личности, должна исключать возможность заблуждения третьих лиц относительно изложенного факта. Если эти требования не выполняются, выразитель мнения должен нести связанные с их невыполнением отрицательные последствия.
Защита гражданских прав осуществляется путем: пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; компенсации морального вреда; иными способами, предусмотренными законом (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из текста искового заявления усматривается, что в качестве недостоверных сведений, порочащих честь и достоинство истца, последний расценивает фразу ответчика: «придурок, совсем больной», произнесенную в присутствии представителей администрации Кавского сельского поседения, записанную истцом на диктофон, между тем доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик распространял сведения об истце, которые умаляют его честь, достоинство, не нашла своего подтверждения.
Заслуживают внимание доводы представителя ответчика, что у неё не имелось намерений оскорбить истца, её высказывания явились результатом конфликтной ситуации, созданной самим истцом своими действиями, направленными на её устранение с его земельного участка, путем нарушения её личного пространства, и не являлись утверждением.
Оскорбление представляет собой разновидность психического насилия, которая выражается в отрицательной оценке виновным личности гражданина, подрывает репутацию последнего в глазах окружающих и наносит ущерб его самоуважению.
Объективная сторона оскорбления заключается в действиях, которые унижают честь и достоинства определенного лица в неприличной форме (циничной, противоречащей установленным правилам поведения, требованиям общечеловеческой морали). Признаки оскорбления налицо только в тех случаях, когда действия лица направлены против определенного человека и нет сомнений в том, что речь идет именно о нем.
В обоснование своих требований, ФИО1 представлена аудиозапись событий от 28.06.2021, прослушанная судом в судебном заседании.
Рассматривая заявление ответчика о подложности аудиозаписи, представленной ответчиком по обстоятельствам 28.06.2021, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства.
По смыслу приведенной нормы «подложными», или, что то же самое, фальсифицированными, могут быть только письменные или вещественные доказательства, которые в случае необходимости могут быть направлены на экспертизу.
При этом суд отмечает, что установленное статьей 186 ГПК РФ право, а не обязанность суда для проверки заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти, гарантированного статьей 10 Конституции РФ. При поступлении такого заявления суд оценивает его в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела, исходя из ответственности за принятие законного и обоснованного решения. Наделение суда названным правом, вместе с тем, не предполагает произвольного его применения, поскольку при наличии у суда обоснованных сомнений в подлинности и достоверности доказательства он обязан принять меры, предусмотренные указанной статьей.
Оснований для признания подложным доказательством аудиозаписи событий 28.06.2021, на которую ссылается ФИО3 в своем заявлении о фальсификации доказательства, у суда не имеется. С учетом вышеизложенного, суд находит вышеуказанное заявление ФИО3 подлежащим отклонению.
Ходатайств о назначении судебной экспертизы сторонами не заявлено.
Давая оценку представленному доказательству, запись которой была воспроизведена и исследована в судебном заседании, следует отметить, что данная запись не может быть принята судом как бесспорный факт подтверждения доводов истца, так как произведенная запись не отражает полной картины произошедших событий, однозначно утверждать, что высказывание ответчика отнесено к истцу не представляется возможным.
Доказательств, бесспорно свидетельствующих, что слова ответчика продиктованы намерением распространить сведения порочащего характера об истце, учитывая, пояснения главы администрации Кавского с/п о том, что она не слышала оскорблений в адрес ФИО1, материалы дела не содержат.
При этом, из прослушанной аудиозаписи следует, что фраза «придурок, совсем больной» произнесена ФИО3 в ходе конфликта, однозначно оценить, что данные фразы непосредственно адресованы ФИО1 и высказаны в утвердительной форме, не представляется возможным.
Согласно Толковому словарю русского языка ФИО4 слово «придурок» означает придурковатого человека. В данном речевом обороте высказывание в экспрессионной форме «придурок» противоречит элементарным моральным нормам поведения в обществе, между тем смысловое значение в данной сложившейся ситуации высказанному ФИО3 суждению нельзя отнести непосредственно к оценке личности ФИО1
Из исследуемой аудиозаписи также не следует, что ответчик своей фразой «совсем больной», сообщала недостоверную порочащую информацию о наличии у истца какого-либо заболевания, которая могла быть проверена судом на предмет ее достоверности.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что выше приведенные спорные фразы не содержат какой-либо фактической информации, не являются утверждением о каких-либо фактах, а представляют собой оценочные суждения ответчика.
Данные оценочные суждения не могут быть предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ и не могут быть опровергнуты по решению суда как не соответствующие действительности, поскольку любое мнение, в том числе, негативное, может быть только оспорено, но не опровергнуто. Достаточных доказательств, что указанное субъективное мнение ответчика было выражено ответчиком в утвердительной форме, характеризующей истца, не представлено, в связи с чем данное высказывание, не может быть предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ.
Кроме того, истцом не представлено достоверных и бесспорных доказательств причинения ему физических или нравственных страданий в результате данных действий ответчика, которые бы нарушали его личные неимущественные права.
С учетом вышеизложенного, суд считает, что в отношении истца со стороны ответчика не было допущено распространения сведений, порочащих его честь, достоинство, как это следует по смыслу из положений ст. 152 ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», при таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требований о компенсации морального вреда не имеется, в иске истцу следует отказать.
Поскольку требования о взыскании судебных расходах являются производными от требований о компенсации морального вреда, суд также приходит к выводу об отказе в их удовлетворении.
Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о компенсации морального вреда, судебных расходов – отказать в полном объеме.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Тверской областной суд через Лихославльский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.
Председательствующий судья Н.Н. Рубан
Мотивированное решение изготовлено 12.08.2022
Председательствующий судья Н.Н. Рубан
1версия для печати