Решение по делу № 2-3312/2023 от 27.11.2023

№2-3312/2023

61RS0003-01-2023-002680-90

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2023г г.Ростов-на-Дону

Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Бабаковой А.В.

при секретаре Смаглиеве Д.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Мелик-Казарьянц ФИО15 к Половинко ФИО16, ФИО4 ФИО17, третьи лица Межрайонный отдел по особым исполнительным производствам ГУФССП по Ростовской области, Соболь ФИО18 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в Кировский районный суд <адрес> с исковым заявлением указав, что на основании исполнительного листа серии ВС №, выданного ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом по делу 1-7/13 было возбуждено исполнительное производство №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ о взыскании с ФИО1 материального ущерба в пользу ФИО3 в сумме 30 803 531,91 руб., которое было окончено ДД.ММ.ГГГГ на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона № «Об исполнительном производстве», в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание и все принятые судебным приставом – исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества – оказались безрезультатными. Впоследствии истцом повторно направлен исполнительный лист к принудительному исполнению и ДД.ММ.ГГГГ исполнительное производство № возбуждено. В ходе рассмотрения гражданского дела Ленинским районным судом <адрес> № по иску ФИО3 к ФИО1 о принудительной регистрации имущества за должником было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 на основании Договора дарения подарила ФИО1 82/162 доли в праве собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>, общей площадью 59,3 кв. м, а также ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 подарила ФИО1 в этом <адрес> доли. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подарил ФИО4 117/162 доли в праве собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>, общей площадью 59,3 кв. м. Таким образом, ФИО1 с целью вывести имущество, подлежащее реализации в рамках исполнительного производства, осуществил отчуждение 117/162 доли в праве собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес> общей площадью 59,3 кв. м. путем дарения, принадлежащего имущества своей родственнице ФИО4, чем нарушил права истца, как кредитора и взыскателя по исполнительному производству. Сделка заключена с целью избежать обращения взыскания на принадлежащее должнику имущество, поскольку была совершена во время исполнительного производства, возбужденного в отношении ФИО1 о принудительном взыскании по исполнительному листу в пользу ФИО3 в сумме 30 803 531,91 рублей, о чем ФИО1 было известно. Сделки, заключенные с целью избежать возможного обращения взыскания на принадлежащее должнику имущество, могут быть признаны мнимыми. Таким образом, должник, зная, что у него есть неисполненное обязательство, совершает сделки, направленные на уменьшение его активов, при этом должник не рассчитывается со своим кредитором, чем причиняет ему вред, то есть ведет себя недобросовестно. Сделка должника по выводу имущества является недействительной, ничтожной так как при ее совершении нарушен закон (пункт 2 статьи 168 ГК РФ). Нарушенным законом в данном случае является статья 10 ГК РФ, которая обязывает любого участника гражданского оборота вести себя добросовестно, не причиняя вред другим лицам. Частью 3 статьи 17 Конституции России установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Несмотря на то, что кредитор в данном случае не является стороной договора, право оспаривать подобную сделку за ним сохраняется. Это обусловлено тем, что кредитор вправе получить удовлетворение своих требований к должнику, в том числе путем обращения взыскания на имущество должника, которое должно направляться на погашение реальных, а не мнимых обязательств. Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, т.е. значение будет иметь субъективный фактор: момент осведомленности кредитора. По правилам ст. 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. ФИО1 до настоящего времени проживает в данном доме, рядом построил еще один дом, что свидетельствует о том, что сделка по договору дарения была совершена для сокрытия имущества ФИО1

На основании изложенного, истец в окончательной редакции, с учетом уточненных в порядке ст.39 ГПК РФ, просит суд: признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО4 117/162 доли в праве собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>, общей площадью 59,3 кв.м. кадастровый №, недействительной сделкой и применить последствия признания недействительности сделки, путем возврата сторон в первоначальное положение; аннулировать из Единого государственного реестра недвижимости запись ДД.ММ.ГГГГ № о регистрации права общей долевой собственности 117/162 за ФИО4 кадастровый №, запись зарегистрированного права общая долевая собственности 117/162 от ДД.ММ.ГГГГ № за ФИО1 – восстановить.

Истец в судебное заседание явился, исковые требования поддержал в полном объеме, просил суд их удовлетворить.

Представитель истца по доверенности - ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала, настаивала на их полном удовлетворении.

Ответчики в судебное заседание не явились, извещены о месте и времени судебного заседания надлежащим образом.

В судебное заседание явился представитель ответчика ФИО1 по доверенности – ФИО6, который исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении в полном объеме, представил письменные дополнительные пояснения по делу в которых указал, что довод мнимости сделки является необоснованным, так как при заключении оспариваемого договора дарения ответчик никак не мог преследовать цель избежания обращения взыскания на указанное имущество, так как на него взыскание не могло быть обращено.

Третье лицо Межрайонный отдел по особым исполнительным производствам ГУФССП по Ростовской области, извещенное о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, своего представителя не направил.

Третье лицо Соболь ФИО19 в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом.

Дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав явившиеся стороны, изучив материалы гражданского дела и исследовав представленные доказательства суд приходит к следующему.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

По смыслу данной нормы собственник вправе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, если это не нарушает охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно пункту 1 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество, в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно п.1 ст.9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из материалов дела следует, что ФИО1 являлся собственником 117/162 доли в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу <адрес> на основании договора дарения доли жилого дома от 31.08.2007г., заключенного между ФИО21) и ФИО2, а также договора дарения доли жилого дома от 24.09.2007г. заключенного между ФИО20 и ФИО2

Право собственности на 117/162 доли в праве собственности на жилой дом расположенный по адресу <адрес>, было зарегистрировано в ЕГРН 01.11.2007г. за номером №

В соответствии с договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 в лице представителя ФИО12 (<данные изъяты> и ФИО4, обладающей 117/162 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу <адрес>, были подарены ФИО4 Указанное право было зарегистрировано в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ за номером №

Согласно ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В качестве сделок, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, могут быть квалифицированы сделки, которые не просто не соответствуют требованиям закона или иных правовых актов (статья 168 Кодекса), а нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей (статья 153 Кодекса) заведомо противоречили основам правопорядка и нравственности. При этом цель сделки может быть признана заведомо противной основам правопорядка и нравственности только в том случае, если в ходе судебного разбирательства будет установлено наличие умысла на это хотя бы у одной из сторон.

Согласно п. 85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с целью заведомо противной основам правопорядка или нравственности, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Согласно положениям статей 56, 67 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Недоказанность обстоятельств, на которые истица ссылается в обоснование своих требований, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Согласно ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пунктах 86 и 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

По смыслу указанной нормы мнимые сделки представляют собой, в том числе, действия, совершаемые для создания у лиц, не участвующих в этой сделке, ложное представление о намерениях участников сделки. В случае совершения мнимой сделки целью сторон является возникновение правовых последствий для каждой или для одной из них в отношении третьих лиц.

Мнимая сделка характеризуется тем, что воля сторон при ее заключении не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки. Мнимая сделка является таковой независимо от формы ее заключения и фактического исполнения сторонами своих обязательств.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Исходя из этого, истцом должны быть представлены доказательства, свидетельствующие, что при совершении договора дарения стороны не только не намеревались его исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно не была исполнена, совершена лишь для вида.

При этом, доводы истцовой стороны о мнимости сделки сводятся к тому, что ФИО1 до настоящего времени проживает в данном доме, рядом построил еще один дом, не передал фактически одаряемому имущество.

Однако, в силу условий договора дарения от 20.11.2015г., на дарителя обязанность выселиться или сняться с регистрационного учета не возлагалась. То обстоятельство, что ФИО1 остался проживать в жилом доме после того, как подарил часть своей доли в праве собственности ФИО4, само по себе не свидетельствует о том, что доля в праве собственности не была ей подарена.

Истец указывает о том, что также не оспаривалось и стороной ответчика, что ФИО1 является супругом дочери ФИО4, а в силу ч. 2 ст. 31 ЖК РФ члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи. Члены семьи собственника жилого помещения обязаны использовать данное жилое помещение по назначению, обеспечивать его сохранность.

Таким образом, истец не представил доказательств, свидетельствующих о мнимом характере дарения, и доказательств того, что сделка совершена лишь для вида и не связана с реальным переходом доли в праве собственности.

Напротив, в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие действительный характер сделки. Так, ФИО4, реализуя правомочия собственника объекта недвижимого имущества - жилой дом, расположенный по адресу <адрес>, обращалась с исковым заявлением к <адрес> о сохранении жилого дома в реконструированном (перепланированном) состоянии, признании права собственности. По результатам рассмотрения данного заявления, было вынесено решение Кировского районного суда <адрес> по делу № от ДД.ММ.ГГГГ. Ответчиком в материалы дела представлены чеки об оплате жилищно-коммунальных услуг, что подтверждает несение ФИО4 расходов по содержанию имущества, принадлежащего ей на праве собственности.

Также истец ссылается в своем иске на то, что ответчик целенаправленно заключил договор дарения с целью избежать обращения взыскания на подаренное им имущество.

При этом, суд также не может согласиться с данной позицией, поскольку согласно материалам дела, приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ арест с имущества ФИО1 в виде жилого дома по адресу: <адрес>, был снят ввиду того, что данное домовладение являлось для него единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

В соответствии с ч.1 ст.446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Согласно ч.3 ст. 69 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №229-ФЗ «Об исполнительном производстве», при отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, хозяйственного ведения и (или) оперативного управления, за исключением имущества, изъятого из оборота, и имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание, независимо от того, где и в чьем фактическом владении и (или) пользовании оно находится.

Как было установлено судом, имущество в виде жилого дома по адресу <адрес>, являлось единственным пригодным для постоянного проживания помещением в связи с чем, право собственности на него не подлежало обращению в рамках исполнительно производства.

С учетом изложенных обстоятельств, суд критически относится к доводам истца о том, что целью сделки было избежать обращение на взыскание должнику имущества.

Согласно ч. 3 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии с п. 1 ст. 11 ГК РФ защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет суд, арбитражный суд или третейский суд (далее - суд) в соответствии с их компетенцией.

Статья 446 ГПК РФ устанавливает иммунитет от притязаний кредиторов гражданина на жилое помещение, которое является единственно пригодным жилым помещением для гражданина и для членов его семьи, за исключением помещений, являющихся предметом ипотеки. Такой иммунитет является развитием конституционного права граждан на жилище.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учетом того, что доля 117/162 в праве собственности на жилой дом по адресу: <адрес>, пользовалась исполнительским (имущественным) иммунитетом сделка по ее дарению не нарушает права истца, так как на данную собственность не могло быть обращено взыскание в рамках исполнительного производства.

Также суд критически относится к доводам представителя истца о наличии спора в порядке наследования как на наличие иного вида имущества, так как решением Азовского суда РО от 21.11.2019г. по иску ФИО22 доля ФИО1 была признана незначительной и выплачена материальная компенсация.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о недоказанности истцом признаков мнимости совершенной сделки по дарению ответчиком ФИО1 в собственность ФИО4, 117/162 доли в праве собственности на жилой дом по адресу: <адрес>.

Представитель ответчика ФИО1 в ходе рассмотрения гражданского дела заявил о пропуске исковой давности по исковому заявлению.

Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Ответчик ссылается на ч. 5 ст. 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», согласно которой, сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, являются общедоступными в пределах, установленных законом, и указывает на то, что сведения о государственной регистрации права ФИО4 на долю в праве 117/162 на жилой дом по адресу <адрес>, были внесены в ЕГРН 02.12.2015г. Таким образом, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, истец мог узнать о совершении дарения с 02.12.2015г., поскольку данные сведения являются общедоступными.

Однако, суд не может согласиться с указанной позицией ответчика по началу исчисления срока исковой давности, поскольку для получения истцом сведений из ЕГРН ему необходимо было знать о самом факте существования договора дарения от 20.11.2015г., однако, в материалы дела не представлено таких достоверных доказательств, в связи с чем, суд соглашается с позицией истца о том, что ему стало известно об оспариваемом договоре дарения лишь в период рассмотрения дела № Ленинским районным судом <адрес>, в процессе рассмотрения которого, судом был сделан запрос от 15.12.2022г. о получении выписки из ЕГРН на спорное домовладение, из которой истец узнал о заключенном 20.11.2015г. договоре дарения.

Кроме того, представитель ответчика ФИО1 указывает на то, что в 2016 году Кировским районным судом было рассмотрено гражданское дело № по иску <адрес> к ФИО1, ФИО9, о сносе самовольной постройки на земельном участке по адресу: <адрес>, и в решении указано, что поводом для обращения с данным иском в суд явилось обращение ФИО3 И якобы указанным решением суда установлено, что на момент рассмотрения дела ФИО1 не являлся собственником имущества, расположенного на данном земельном участке.

При этом, стороной по делу № ФИО3 не являлся, в связи с чем, не мог ознакомиться с материалами гражданского дела, даже в случае наличия в нем сведений об отсутствии права собственности на жилое помещение у ФИО2, а размещенное на сайте суда решение является обезличенным, в связи с чем, в 2016 году ФИО3 не мог узнать данные о собственниках жилого дома по адресу <адрес>.

Исковое заявление подано в Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, суд приходит к выводу, что срок исковой давности для подачи настоящего искового заявления по признанию сделки недействительной, не истек.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Мелик-Казарьянц ФИО23 к Половинко ФИО24, ФИО4 ФИО25, третьи лица: Межрайонный отдел по особым исполнительным производствам ГУФССП по <адрес>, Соболь ФИО26 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО4, 117/162 доли в праве собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>, общей площадью 59,3 кв.м кадастровый №, недействительной сделкой и применении последствий признания недействительности сделки путем возврата сторон в первоначальное положение и об аннулировании из Единого государственного реестра недвижимости записи ДД.ММ.ГГГГ № о регистрации права общей долевой собственности 117/162 за ФИО4 ФИО27 кадастровый №, восстановлении записи зарегистрированного права общая долевая собственности 117/162 от ДД.ММ.ГГГГ № за Половинко ФИО28 - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Судья: Бабакова А.В.

Мотивированное решение изготовлено 04 декабря 2023 года.

<данные изъяты>