31RS0016-01-2023-002124-73 № 2-3113/2023
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Белгород 08.06.2023
Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:
председательствующего судьи Вавиловой Н.В.
при секретаре Красниковой В.И.
с участием ответчика ФИО1, его представителей ФИО2, ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,
установил:
ФИО4 обратилась в суд с иском о взыскании с ФИО1 1 000 000 руб. неосновательного обогащения, компенсацию морального вреда – 200 000 руб., затраты на лечение – 100 000 руб.
В обоснование заявленных требований истица указала, что имела с ФИО5 договоренность о покупке принадлежавшего тому жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, в счет чего передала тому 500 000 руб., также за ее счет при жизни собственника производились строительные работы, значительно увеличившие стоимость имущества. Денежные средства вкладывались ею, поскольку в дальнейшем, после заключения сделки и оформления на нее права собственности, она предполагала там проживать. 23.01.2019 ФИО5 умер. Наследником по завещанию, принявшим наследство, является ФИО1, который зарегистрировал за собой право собственности на указанный жилой дом. Полагает, что на стороне наследника возникло неосновательное обогащение в виде стоимости произведенных работ, определенной экспертом в заключении от 04.07.2022, с учетом индексации по состоянию на время рассмотрения спора. Также указала, что действиями ФИО1, потворствующего ведению ФИО5 аморального образа жизни, злоупотреблявшего вместе с умершим алкоголем, а впоследствии завладевшего спорным домом, ей причинен моральный вред, который она оценивает в 200 000 руб. Из-за перенесенных страданий, переживаний на протяжении длительного времени, вызванных поведением ФИО1 и ухудшающимся на этом фоне состоянием ФИО5, с которым она планировала вступить в брак, состояние ее здоровья также ухудшилось, она вынуждена была обратиться к врачам и нести расходы на лечение в размере 100 000 руб., которые, по ее мнению, так же подлежат взысканию с ответчика.
В судебное заседание истица ФИО4 не явилась, о причинах неявки не сообщила, ее ходатайство об отложении рассмотрения дела оставлено без удовлетворения по причине отсутствия уважительности причин неявки, тем более, что судебное заседание ранее уже откладывалось по просьбе истицы для обеспечения явки свидетелей с ее стороны.
Ответчик ФИО1, его представители ФИО2, ФИО3 возражали против удовлетворения заявленных требований, указали, что никаких работ ФИО4 в спорном домовладении не производилось, ее ответчик не знает, у ФИО5 не видел, никаких денег, в том числе по расписке, умерший не получал; кроме того, заявили о пропуске срока исковой давности.
Суд, выслушав доводы сторон, исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, приходит к следующему.
Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1).
Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
В силу пункта 1 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.
Установлено, что 23.01.2019 умер ФИО6, которому принадлежал жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.
Указанным имуществом на случай своей смерти ФИО5 распорядился путем составления завещания в пользу ФИО1, который принял наследство и зарегистрировал за собой право собственности.
Как следует из процессуальной позиции истицы, с 2017 года она проживала в спорном доме вместе с ФИО5, имела намерение приобрести этот дом, в счет чего передала ФИО5 500 000 руб. Кроме того, с 2017 года за ее счет произведены строительные работы на общую сумму 893 815,2 руб., определенную экспертом «Центра судебной строительно-технической экспертизы и проектирования» по состоянию на 2 квартал 2022 года.
Суд признает указанные доводы несостоятельными.
В соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.
Для подтверждения факта возникновения обязательства из неосновательного обогащения истец должен доказать наличие в совокупности следующих обстоятельств: сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя; возникновение убытков на стороне потерпевшего, являющихся источником обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего); отсутствие надлежащего правового основания для наступления указанных имущественных последствий.
Недоказанность хотя бы одного из перечисленных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.
Факт проведения каких-либо строительных работ в домовладении №, принадлежавшем ФИО5, истицей не доказан, никаких допустимых доказательств в обоснование своих доводов ею не представлено.
Заключение эксперта, представленное истицей, таковым доказательством не является, поскольку все работы поименованы там со слов самой истицы, документально не подтверждены. В разъяснении к заключению экспертом-оценщиком указано на предоставление строительных материалов, а также трудовых договоров на выполнение ремонтно-строительных работ, однако суду такие документы не предоставлялись.
Напротив, опрошенные в судебном заседании свидетели ФИО7 и ФИО8 указали, что никогда ФИО4 у ФИО5 не видели, каких-либо работ в доме после смерти супруги ФИО5 не производилось, дом находится в запущенном состоянии, крышу перекрывали еще при жизни супруги наследодателя.
Свидетель ФИО9 являлся соседом ФИО5, часто заходил к нему в гости, денег у умершего не хватало даже на оплату коммунальных платежей, он часто давал денег в долг по-соседски, о наличии у ФИО5 каких-либо денежных средств в размере 500 000 руб. не знал, когда ФИО5 почти перестал вставать с кровати, за ним никто из посторонних лиц не ухаживал.
Свидетель ФИО8 проживал по соседству с ФИО10 (прежняя фамилия ФИО4) Валентиной (истица до перемены имени), пояснил, что она снимала жилье у прежнего собственника его части дома примерно недели три; в октябре 2017 года он отвез ФИО10 на вокзал, когда она съехала со съемного помещения, не оплатив свое проживание. К ФИО5 он заходил пару раз в 2018 году с целью узнать, не продает ли собственник его, и в 2022 году, дом находился в запущенном состоянии, от покупки отказался.
Доказательств наличия у ФИО4 денежных средств для приобретения жилого помещения, осуществления строительных работ, с учетом ее же пояснений о тяжелом материальном положении, также не представлено.
Кроме того, суд соглашается с аргументом ответчика о пропуске срока исковой давности.
Для требований о взыскании неосновательного обогащения срок исковой давности установлен общий - продолжительностью 3 года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Расписка датирована 01.11.2018. При этом в расписке отражено, что передать имущество ФИО5 должен в течение месяца. По каким причинам этого не произошло, истица не пояснила, почему с того времени она не обратилась за взысканием денежных средств, не указала. Кроме того, в расписке указано на предоставление доступа истице и ее сыну для проживания в спорном доме. Истица при даче пояснений ссылалась на нуждаемость в этом, однако из свидетельских показаний следует, что ни она, ни ее сын в доме никогда не проживали.
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Суд полагает необходимым отметить, что истица настаивала на проведении строительных работ с 2017 года. Вместе с тем, расписка, в которой содержится упоминание на передачу спорного дома истице, датирована 01.11.2018.
Во всяком случае, в соответствии с пунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
По смыслу указанного подпункта, содержащаяся в нем норма подлежит применению в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего.
Доказательств оплаты ремонтных работ в доме ФИО5, даже при наличии таковых, в своих интересах ФИО4, в том числе с учетом ее неоднократных упоминаний о близких отношениях с умершим, поступлением от него предложения создать семью, не подтверждено.
Что касается иных требований о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение, то суд также находит их не подлежащими удовлетворению.
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Факт причинения ФИО1 истице своими действиями морального вреда не доказан, как и размер убытков на лечение в размере 100 000 руб. и из взаимосвязь с действиями ответчика.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
в удовлетворении иска ФИО4, <данные изъяты>, к ФИО1, <данные изъяты>, о взыскании неосновательного обогащения отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Белгорода.
Судья
Мотивированное решение составлено 09.06.2023.