Дело № 2-519/2023
УИД 37RS0007-01-2023-000317-98
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
город Заволжск Ивановской области 19 мая 2023 года
Кинешемский городской суд Ивановской области в составе
председательствующего судьи Румянцевой Ю.А.
при секретаре Бариновой Е.П.
с участием истца ФИО1 посредством видео-конференц-связи,
помощника прокурора Заволжского района Ивановской области Полетаевой Т.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-519/2023 по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области, Федеральному казённому учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ивановской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, руководителю Бюро № 12 – филиал Федерального казённого учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ивановской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации ФИО2 о возмещении морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству труда и социальной защиты Российской Федерации в лице руководителя Бюро № 12 – филиал Федерального казённого учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ивановской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (далее – Бюро № 12) ФИО2 о компенсации морального вреда.
В обоснование иска указано, что в целях проведения медико-социальной экспертизы 14 января 2022 года истец направил в адрес ответчика документы, содержащие охраняемую законом информацию о состоянии его здоровья. При этом согласия на передачу этих документов кому-либо кроме лиц, проводивших медико-социальную экспертизу, истец не давал, просил вернуть указанные документы. Однако в нарушение требований действующего законодательства ответчик ФИО2 передала документы истца третьим лицам – ФИО3 и ФИО4 Копии документов так и не были возвращены истцу. Кроме того, в ходе медико-социальной экспертизы, проводившейся в отношении истца в феврале и июле 2022 года, ответчиком составлялись ведомственные документы, с которыми истец просил его ознакомить для дальнейшего обжалования. Данные требования истца также не были надлежащим образом исполнены. До настоящего времени он не ознакомлен с документами, касающимися проведённых в отношении него экспертиз, с результатом от 27 июля 2022 года, о котором ему стало известно из ответа Кинешемского городского прокурора от 03 ноября 2022 года. Таким образом, истец полагает, что действиями (бездействием) ответчика ФИО2 ему ограничен доступ к правосудию, нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права, он лишился возможности своевременно обжаловать принятые ответчиком решения. Данные действия со стороны ответчика истец расценивает как оскорбление, которое вызывает у него сильное душевное волнение. Названные обстоятельства привели к тому, что у истца ухудшилось состояние здоровья, обострились хронические заболевания. В связи с этим истец просил взыскать с ФИО2 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 100000 руб., обязать принести извинения за оскорбление чести и достоинства, нарушение прав; выплату компенсации морального вреда произвести за счёт бюджетных средств с возложением обязанности по её возмещению в порядке регресса на ФИО2
Исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, определением судьи от 01 марта 2023 года к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Российская Федерация в лице Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (далее – Минтруд России), Федеральное казённое учреждение «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ивановской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (далее – ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области»), в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Федеральное казённое учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 37 Федеральной службы исполнения наказаний» (далее – ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России»), начальник Медицинской части № 3 ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» ФИО4
Протокольным определением суда от 23 марта 2023 года к участию в деле для дачи заключения в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) привлечён прокурор.
Протокольным определением суда от 07 апреля 2023 года к участию в деле в качестве соответчика по ходатайству истца привлечено Министерство Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области.
В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объёме по изложенным выше основаниям, объяснил, что отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области. В январе 2022 года он направил в Бюро № 12 заявление об установлении инвалидности, приложив копии медицинских документов, полученных ранее из материалов уголовных дел. Данные документы содержали сведения, составляющие охраняемую законом тайну. Точный перечень документов назвать не может, также не может вспомнить в каком виде документы были направлены в Бюро № 12. При этом он достоверно помнит, что не давал согласия на возвращение этих документов через третьих лиц. Несмотря на это, как стало известно впоследствии, руководитель Бюро № 12 ФИО2 отдала его медицинскую документацию сторонним лицам. Данные действия ответчика являются прямым нарушением закона, могут повлечь либо уже повлекли распространение в отношении истца персональных сведений, составляющих медицинскую тайну. Кроме того, он неоднократно обращался к ответчику по вопросу предоставления ему документов, касающихся проводимых в отношении него медико-социальных экспертиз, но никаких ответов не получил. Данное обстоятельство лишило его возможности в установленном законом порядке обжаловать решения и заключения медико-социальной экспертизы. Факт нарушения его прав установлен в ходе прокурорской проверки, проведённой по его обращениям. Действиями (бездействием) ответчика ФИО2 ему причинены нравственные страдания, он переживает случившееся, испытывает сильное душевное волнение, что при наличии у него ряда хронических тяжёлых заболеваний влечёт ухудшение его здоровья. Полагает, что ФИО2 должна принести ему извинения от имени государства, также ему должен быть компенсирован моральный вред, которые подлежит выплате из казны Российской Федерации.
Ответчик ФИО2 – руководитель Бюро № 12 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена, об отложении слушания дела не просила. Принимая участие в ранее состоявшихся судебных заседаниях, ответчик возражала против удовлетворения исковых требований, объяснила, что действительно в январе 2022 года в Бюро № 12 поступило заявление ФИО5 об установлении инвалидности, к которому были приложены копии медицинских документов. Оснований для проведения медико-социальной экспертизы в отношении истца не имелось, поскольку медико-социальная экспертиза проводится по направлению медучреждения либо при наличии документов об отказе в выдаче такого направления. Данные положения были разъяснены ФИО1 письмом, которое вместе с представленными им документами в соответствии со сложившимся порядком в закрытом виде передано сотруднику медчасти исправительного учреждения. В дальнейшем на рассмотрение в Бюро № 12 поступали отказы в направлении ФИО1 на медико-социальную экспертизу, на основании которых в отношении истца проводилась экспертиза, решался вопрос об установлении инвалидности. Несколько раз в установлении инвалидности истцу было отказано. Законом не предусмотрено направление каких-либо документов лицу, в отношении которого инвалидность не установлена. ФИО1 с соответствующими заявлениями в Бюро № 12 не обращался. На все иные обращения ФИО1, касающиеся вопроса передачи документов, были даны ответы.
Представители ответчика ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области» ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены, об отложении слушания дела не просили. Принимая участие в ранее состоявшихся по делу судебных заседаниях, представители ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области» ФИО6 и ФИО7 возражали против удовлетворения исковых требований, объяснили, что при передаче медицинских документов, а также при рассмотрении обращений истца по вопросам, касающимся проведения медико-социальной экспертизы, каких-либо нарушений действующего законодательства не допущено. Факт передачи медицинских документов ФИО1, поступивших в Бюро № 12 в январе 2022 года, представителю медицинской части исправительного учреждения не свидетельствует о распространении руководителем Бюро № 12 сведений, составляющих медицинскую тайну. Обмен документами между медицинскими организациями предусмотрен законом, осуществляется в интересах лица, обратившегося за оказанием медицинских услуг. Вопреки доводам истца действующее законодательство не предусматривает выдачу лицу, которому отказано в установлении инвалидности, каких-либо справок и документов без соответствующего заявления. Такие заявления, содержащие требования истца о выдаче ему документов по результатам проведённых медико-социальных экспертиз, от ФИО1 в Бюро № 12 и в ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области» не поступали. Несмотря на это, ФИО1 были направлены справки об отказе в установлении инвалидности. Все обращения ФИО1 рассмотрены, на них даны ответы. Каких-либо препятствий в обжаловании решений медико-социальной экспертизы истцу не создавалось. Нарушений его прав со стороны ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области» и Бюро № 12 не имеется.
Представитель ответчика Российской Федерации в лице Минтруда России в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещён, в письменных возражениях на иск просил рассмотреть дело в своё отсутствие, отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что истцом не приведено доказательств нарушения его неимущественных прав со стороны Минтруда России.
Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещён, об отложении слушания дела не просил, возражений по заявленным требованиям не представил.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, начальник Медицинской части № 3 ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена, об отложении судебного разбирательства не просила. Принимая участие в ранее состоявшихся по делу судебных заседаниях ФИО4 возражала против удовлетворения исковых требований, объяснила, что в январе 2022 года ФИО1 самостоятельно обращался в Бюро № 12 по вопросу установления ему инвалидности. Его заявление было возвращено, а также возвращены документы, прилагаемые к этому заявлению. По сложившейся практике вся документация была передана через сотрудника медицинской части ФИО3 В настоящее время данный сотрудник уволен. Должностная инструкция сотрудника медицинской части предусматривает обязанность хранить медицинскую тайну, распространение персональных данных в указанном случае исключено. Более того, все медицинские документы, в которых отражены сведения о диагностированных у ФИО1 заболеваниях, имелись в его медицинской карте. Истец получал и получает соответствующую терапию. В дальнейшем после подготовки всех необходимых документов истцу была установлена группа инвалидности.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен, просил о рассмотрении дела в своё отсутствие
В соответствии с требованиями ст. 167 ГПК РФ суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности с учётом требований ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.
Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями или бездействием органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53 Конституции Российской Федерации).
В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счёт соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
По тем же правилам возмещается и причиненный гражданину моральный вред.
На основании ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни отнесены к нематериальным благам, которые защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
В ст. 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Компенсация морального вреда является особым публично-правовым способом исполнения государством обязанности возмещения вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления и должностных лиц этих органов.
В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, её размер определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Исходя из положений, приведённых в п.п. 25-30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав; установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинён вред, последствия причинения потерпевшему страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
В п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причинённый гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм ст. 1069 и п. 2 ст. 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.
Из совокупного анализа приведённых выше требований закона и разъяснений относительно порядка их применения следует, что государство несёт ответственность за действия (бездействие) органов государственной власти и их должностных лиц по правилам ответственности, закреплённым в ст. 1069 ГК РФ. Тем самым государство принимает на себя ответственность за незаконные действия каждого должностного лица, с наличием которых закон связывает возникновение права на возмещение вреда, включая фактические действия (противоправное поведение) либо бездействие, в частности несовершение государственным органом или должностным лицом тех действий, относящихся к сфере их публично-правовых (властных) обязанностей, которые они должны были совершить в соответствии с законом.
При этом обязательными условиями наступления ответственности за причинение вреда являются: факт причинения вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействия) причинителя вреда, вина причинителя вреда, а также причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом. Недоказанность одного из названных условий влечёт за собой отказ в удовлетворении исковых требований.
Исходя из смысла ст.ст. 150, 151, 1069 ГК РФ, ст.ст. 12, 56 ГПК РФ, обязанность доказать факт наступления вреда, вину и противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими для истца неблагоприятными последствиями возлагается на сторону истца.
Судом установлено, что истец ФИО1 отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области.
14 января 2022 года в адрес Бюро № 12 поступило письменное заявление ФИО1, в котором он просил провести в отношении него медико-социальную экспертизу для установления инвалидности. В своём заявлении истец также просил запросить все необходимые документы в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области и указал, что прилагает копии документов, которые были предметом судебного исследования и содержат сведения о наличии заболеваний (т. 1 л.д. 134).
Из объяснений истца следует, что направленные в Бюро № 12 копии документов, содержащие охраняемую законом врачебную тайну, были получены им из материалов уголовных дел. При этом назвать конкретный перечень документов и содержащиеся в них сведения истец затруднился.
Письмом от 14 января 2022 года на имя ФИО1 руководитель Бюро № 12 ФИО2 сообщила, что медико-социальная экспертиза проводится по направлению медицинской организации либо по заявлению гражданина в случае, если в направлении на медико-социальную экспертизу было отказано. Одновременно заявителю разъяснено, что ему необходимо обратиться в медицинскую часть по месту отбывания наказания с целью решения вопроса об обследовании и направлении на медико-социальную экспертизу либо выдаче справки с отказом в направлении на медико-социальную экспертизу (т. 1 л.д. 135).
Судом также установлено, что все представленные одновременно с заявлением об установлении инвалидности копии документов были переданы сотруднику Медицинской части № 3 ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» ФИО8, которая в настоящее время уволена со службы. Данное обстоятельство подтверждается ответами руководителя Бюро № 12 ФИО2 от 05 мая 2022 года и от 29 июня 2022 года на обращения ФИО1 (т. 1 л.д. 138, 143).
Согласно данным медицинской карты ФИО1 в рассматриваемый период времени из Бюро № 12 поступили копии следующих документов: ответов ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» от 30 апреля 2020 года, УФСИН России по Ивановской области от 03 декабря 2020 года на обращения ФИО1 по вопросам ненадлежащего оказания медицинской помощи; справок Медицинской части № 9 ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» от 14 октября 2015 года, 07 декабря 2015 года, 27 ноября 2019 года, 01 октября 2020 года о диагностированных заболеваниях; сообщений Медицинской части № 9 ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» от 12 октября 2020 года и от 14 мая 2021 года о нуждаемости в медицинской помощи, наличии заболеваний, препятствующих содержанию под стражей; справки Медицинской части № 3 ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» от 10 декабря 2021 года о результатах анализов; выписки из истории болезни № (т. 2 л.д. 53-57).
Учитывая, что перечисленные документы содержат сведения о наличии у истца ряда заболеваний, то вышеуказанный способ передачи документов, как полагает истец, не отвечает требованиям закона, поскольку позволяет неограниченному кругу лиц ознакомиться с персональными данными заявителя, со сведениями, составляющими врачебную тайну, влечёт распространение таких сведений.
В соответствии с положениями ч.ч. 1-3 ст. 13 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну. Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 настоящей статьи. Разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях допускается с письменного согласия гражданина или его законного представителя. Согласие на разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, может быть выражено также в информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство.
Исходя из действующего правового регулирования предоставление сведений, содержащих врачебную тайну, допускается только с согласия пациента или его законного представителя, а при отсутствии такого согласия - в специально оговоренных законом случаях, перечень которых является исчерпывающим.
В частности предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя допускается при обмене информацией медицинскими организациями, в том числе размещённой в медицинских информационных системах, в целях оказания медицинской помощи с учётом требований законодательства Российской Федерации о персональных данных (п. 8 ч. 4 ст. 13 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» предусмотрено, что обработка специальных категорий персональных данных, в том числе касающихся состояния здоровья, допускается в медико-профилактических целях, в целях установления медицинского диагноза, оказания медицинских и медико-социальных услуг при условии, что обработка персональных данных осуществляется лицом, профессионально занимающимся медицинской деятельностью и обязанным в соответствии с законодательством Российской Федерации сохранять врачебную тайну.
Согласно ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под медицинской организацией понимается юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, осуществляющее в качестве основного (уставного) вида деятельности медицинскую деятельность на основании лицензии, предоставленной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о лицензировании отдельных видов деятельности. Положения настоящего Федерального закона, регулирующие деятельность медицинских организаций, распространяются на иные юридические лица независимо от организационно-правовой формы, осуществляющие наряду с основной (уставной) деятельностью медицинскую деятельность, и применяются к таким организациям в части, касающейся медицинской деятельности. В целях настоящего Федерального закона к медицинским организациям приравниваются индивидуальные предприниматели, осуществляющие медицинскую деятельность.
Из материалов гражданского дела усматривается, что и ФКУ «ГБЭ МСЭ по Ивановской области», филиалом которого является Бюро № 12, и ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России», филиалом которого является Медицинская часть № 3, в установленном законом порядке зарегистрированы в качестве юридических лиц, осуществляют деятельность по оказанию социальных и медицинских услуг, имеют соответствующие лицензии на осуществление медицинской деятельности (т. 1 л.д. 27-41, 42-46).
Приказом Минтруда России № 80н, Минздрава России № 131н от 27 февраля 2020 утверждён Порядок информационного взаимодействия в целях проведения медико-социальной экспертизы между медицинскими организациями и бюро медико-социальной экспертизы в городах и районах.
В п. 3 Порядка предусмотрено, что информационное взаимодействие осуществляется на основе принципов обеспечения полноты и достоверности информации, представляемой и получаемой в рамках информационного взаимодействия, а также обеспечения конфиденциальности информации, доступ к которой ограничен в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Совокупный анализ приведённых норм и исследованных доказательств позволяет прийти к выводу о том, что передача медицинской документации, содержащей сведения о состоянии здоровья истца, от Бюро № 12 к Медицинской части № 3 ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» не может расцениваться как ненадлежащее обращение с медицинской документацией. Оснований полагать, что ответчик ФИО2, являясь руководителем Бюро № 12, не исполнила установленную законом обязанность по соблюдению врачебной тайны, не имеется.
Более того, как следует из объяснений начальника Медицинской части ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» ФИО4 все документы, представленные истцом на рассмотрение в Бюро № 12, имелись в распоряжении сотрудников медицинской части. По всем заболеваниям, которые перечислены в данных документах, истец получает необходимую терапию.
Также суд отмечает, что вопреки доводам истца, его заявление о проведении медико-социальной экспертизы, поступившее на рассмотрение в Бюро № 12 14 января 2022 года, не содержит требования о возврате представленных одновременно с таким заявлением документов. Равно данное заявление не содержит и прямого запрета на передачу документов третьим лицам, в том числе медицинским работникам.
При изложенных обстоятельствах суд полагает, что действия ответчиков, частности руководителя Бюро № 12 ФИО2, касающиеся порядка передачи медицинской документации, содержащей сведения о состоянии здоровья истца, являются законными, не влекут нарушения прав истца. Достаточных и достоверных доказательств того, что содержащиеся в документах сведения по вине ответчика ФИО2 стали доступны широкому кругу лиц, в ходе судебного разбирательства не добыто.
Рассматривая доводы истца о нарушении ответчиками порядка рассмотрения его обращений, суд учитывает, что до 01 июля 2022 года порядок и условия признания лица инвалидом были регламентированы Правилами признания лица инвалидом, утверждёнными Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2006 года № 95 (далее – Правила признания лица инвалидом № 95).
В период с 02 октября 2020 года до 01 июля 2022 года данные Правила признания лица инвалидом № 95 подлежали применению с учётом особенностей, установленных Временным порядком признания лица инвалидом, утверждённым Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2020 года № 1697 (далее – Временный порядок признании лица инвалидом).
Исходя из положений п.п. 15, 19, 20 Правил признания лица инвалидом № 95 и п. 2 Временного порядка признания лица инвалидом, медико-социальная экспертиза гражданина проводится в бюро по месту его пребывания на основании направления на медико-социальную экспертизу, выданного медицинской организацией, либо справки об отказе в направлении на медико-социальную экспертизу. Медико-социальная экспертиза проводится федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы заочно.
По результатам медико-социальной экспертизы гражданина принимается решение о признании инвалидом либо об отказе в признании инвалидом.
В соответствии с п.п. 26, 29 Правил признания лица инвалидом № 95 при проведении медико-социальной экспертизы гражданина ведётся протокол, по результатам медико-социальной экспертизы составляется акт.
Согласно п. 29(1) Правил признания лица инвалидом № 95 гражданин имеет право на ознакомление с актом медико-социальной экспертизы и протоколом медико-социальной экспертизы. По заявлению гражданина (его законного представителя), поданному в бюро на бумажном носителе, ему в день подачи указанного заявления выдаются заверенные руководителем бюро (главного бюро, Федерального бюро) либо уполномоченным им должностным лицом в установленном законом порядке копии акта медико-социальной экспертизы гражданина и протокола проведения медико-социальной экспертизы гражданина.
В п. 84 Порядка организации и деятельности федеральных учреждений медико-социальной экспертизы, утверждённого Приказом Минтруда России от 30 декабря 2020 года № 979н, также предусмотрено, что специалисты бюро (экспертного состава главного бюро, экспертного состава Федерального бюро), проводившие медико-социальную экспертизу, выдают получателю услуги по проведению МСЭ, не признанному инвалидом (по его желанию), справку о результатах медико-социальной экспертизы в день обращения (при обращении за указанной справкой в день проведения медико-социальной экспертизы) или в течение 5 рабочих дней со дня обращения за ней, если оформление такой справки требует времени для запроса сформированных дел из архива. Справка о результатах медико-социальной экспертизы может быть оформлена на бумажном носителе и (или) в форме электронного документа.
С 01 июля 2022 года введены в действие Правила признания лица инвалидом, утверждённые Постановлением Правительства Российской Федерации от 05 апреля 2022 года № 588 (далее – Правила признания лица инвалидом № 588).
В соответствии с п. 47 Правил признания лица инвалидом № 588 гражданину, не признанному инвалидом, посредством использования информационной системы медико-социальной экспертизы из электронного дела медико-социальной экспертизы формируется выписка с результатами проведения медико-социальной экспертизы, подписывается усиленной квалифицированной электронной подписью руководителя бюро (главного бюро, Федерального бюро) либо усиленной квалифицированной электронной подписью уполномоченного им должностного лица и направляется гражданину (его законному или уполномоченному представителю) на бумажном носителе заказным почтовым отправлением и в личный кабинет на едином портале.
В случае проведения медико-социальной экспертизы с присутствием гражданина по его желанию либо по желанию его законного или уполномоченного представителя справка с результатами медико-социальной экспертизы может быть выдана на бумажном носителе на руки гражданину (его законному или уполномоченному представителю).
В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» ответ на поступившее в государственный орган или организацию, должностному лицу обращение гражданина направляется в форме электронного документа или в письменной форме по почтовому адресу, указанному в обращении.
В ходе судебного разбирательства установлено, что Бюро № 12 были проведены медико-социальные экспертизы в отношении ФИО1, по результатам которых 02 марта 2022 года и 28 апреля 2022 года приняты решения об отказе в установлении истцу инвалидности (т. 1 л.д. 153-178, 179-196).
Отказ в установлении инвалидности являлся предметом проверки ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области», по итогам которой 27 июля 2022 года составлен акт медико-социальной экспертизы, подтвердивший отсутствие оснований для признания истца инвалидом (т. 1 л.д.197-204).
В дальнейшем истец вновь был освидетельствован в Бюро № 12 и решением медико-социальной экспертизы от 20 декабря 2022 года ему установлена третья группа инвалидности (т. 1 л.д. 205-235).
Из изложенного следует, что решения об отказе в признании ФИО1 инвалидом были приняты в период действия Правил признания лица инвалидом № 95, которые не предусматривали выдачу справок, копий актов и протоколов медико-социальной экспертизы иначе как по обращению гражданина либо его представителя.
Исследованные судом материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО1 обращался с соответствующими заявлениями о выдаче справок об отказе в признании инвалидом, о предоставлении копий актов и протоколов медико-социальной экспертизы. Данное обстоятельство подтверждено ответчиками в судебном заседании.
В свою очередь истцом каких-либо доказательств, подтверждающих факты его обращений в Бюро № 12, в ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области» с заявлениями, содержащим названные требования, не представлено.
Судом установлено, что 17 марта 2022 года ФИО1 направил в адрес ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области» обращение, в котором, ссылаясь на наличие заболеваний, дающих основание для признания инвалидом, просил истребовать медицинские документы из ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России» и установить инвалидность. Обращение зарегистрировано 04 апреля 2022 года за № (т. 1 л.д. 136-137).
Помимо этого, 02 июня 2022 года истец направил на имя руководителя Бюро № 12 обращение, где указал, что до настоящего времени ему не возвращены документы, ранее направленные в Бюро № 12 для проведения медико-социальной экспертизы, чем органичен доступ к правосудию, просил вернуть медицинские документы. Обращение зарегистрировано 28 июня 2022 года за № (т. 1 л.д. 139-142).
Иных обращений в учреждения медико-социальной экспертизы от ФИО1 не поступало.
Согласно материалам надзорного производства, представленным Кинешемской городской прокуратурой, истец направлял многочисленные обращения и жалобы на действия (бездействие) начальника Медицинской части № 3 ФКУЗ «МСЧ-37 ФСИН России», руководителя Бюро № 12, в которых ссылался на невозвращение медицинских документов, непредоставление информации, необоснованные отказы в признании инвалидом при наличии к тому оснований (т. 2 л.д. 1-52).
Однако обращения в органы прокуратуры не могут быть расценены в качестве заявлений о выдаче документов (справок, актов, протоколов) медико-социальных экспертиз.
Вместе с тем, суд отмечает, что, несмотря на отсутствие таких заявлений, справки о результатах медико-социальных экспертиз от 02 марта 2022 года и от 28 апреля 2022 года были направлены в адрес истца через представителя медицинской части исправительного учреждения и почтовой связью. Все иные обращения ФИО1 также не были оставлены без ответа.
Как изложено выше, 14 января 2022 года руководитель Бюро № 12 ФИО2 направила ФИО1 письмо с разъяснением порядка проведения медико-социальной экспертизы (т. 1 л.д. 135).
Письмом от 05 мая 2022 года руководитель Бюро № 12 ФИО2 направила в адрес ФИО1 справку о результатах медико-социальной экспертизы от 28 апреля 2022 года (т. 1 л.д. 138).
29 июня 2022 года истцу дан ответ о том, что истребуемые им документы отправлены в медицинскую часть ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области (т. 1 л.д. 143).
16 сентября 2022 года в адрес ФИО1 заказным почтовым отправлением направлены повторный ответ на обращение от 29 июня 2022 года и копии документов, предоставленных в январе 2022 года (т. 1 л.д. 146).
Факт направления истцу ответов по его обращениям подтверждается сведениями из книги регистрации входящей и исходящей корреспонденции Бюро № 12, кассовыми чеками почты России (т. 1 л.д. 236-245, 246-247).
Принимая во внимание, что нормами ст. 10 Федерального закона от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» не предусмотрено направление ответов по обращениям граждан заказной корреспонденцией, направление ответов истцу по обращениям, не связанным с выдачей справок об отказе в признании его инвалидом, вышеуказанным способом не противоречит закону.
Установленные по настоящему делу фактические обстоятельства приводят к выводу о том, что каких-либо нарушений порядка рассмотрения обращений истца ответчиками допущено не было. Все вышеуказанные ответы даны уполномоченным лицом в установленные законом сроки, в связи с чем доводы истца о нарушении его конституционных прав на получение ответов, права на своевременное обжалование решений медико-социальной экспертизы, суд считает несостоятельными.
Факт внесения прокурором представлений в адрес ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области» и Бюро № 12, не свидетельствуют об обратном. В ходе судебного разбирательства по настоящему гражданскому делу получены достаточные и достоверные доказательства отправки корреспонденции в адрес истца.
Более того, как следует из текстов обращений ФИО1, адресованных в прокуратуру Ивановской области и в Кинешемскую городскую прокуратуру, истцу было своевременно известно о фактах отказа в установлении инвалидности, о содержании ответов учреждений медико-социальной экспертизы, что свидетельствует о своевременном получении им ответов.
Доводы истца о том, что до настоящего времени ему не представлены документы, касающиеся проведения медико-социальной экспертизы от 27 июля 2022 года, отклоняются судом, поскольку с письменным заявлением в Бюро № 12 либо в ФКУ «ГБ МСЭ по Ивановской области» о выдаче копий таких документов ФИО1 не обращался.
Позиция истца о том, что все справки, акты, протоколы, иные документы, сформированные в ходе и по результатам медико-социальных экспертиз, должны быть предоставлены ему без каких-либо дополнительных обращений и запросов с его стороны, основана на ошибочном понимании правовых норм, действовавших в спорный период.
Положениями Правил признания лица инвалидом № 95, которые являются специальными по отношению к Федеральному закону от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», прямо предусмотрено, что перечисленные документы в случае отказа в установлении инвалидности выдаются исключительно по заявлению гражданина.
Ссылки истца на то, что он не был уведомлен о проведении экспертизы от 27 июля 2022 года, не могут быть приняты во внимание ввиду того, что данная медико-социальная экспертиза проводилась в порядке контроля решения Бюро № об отказе в установлении инвалидности.
С учётом изложенного у суда отсутствуют достаточные основания полагать, что со стороны ответчиков имеет место несоблюдение нормативных предписаний и незаконность действий (бездействия), нарушающие неимущественные права истца.
Доводы истца о нарушении порядка судебного разбирательства, выразившегося в рассмотрении дела в открытом судебном заседании при том, что в ходе судебного заседания были оглашены данные о состоянии здоровья истца, являются необоснованными.
В силу ч.ч. 1, 2 ст. 10 ГПК РФ Разбирательство дел во всех судах открытое. Разбирательство в закрытых судебных заседаниях осуществляется по делам, содержащим сведения, составляющие государственную тайну, тайну усыновления (удочерения) ребенка, а также по другим делам, если это предусмотрено федеральным законом. Разбирательство в закрытых судебных заседаниях допускается и при удовлетворении ходатайства лица, участвующего в деле и ссылающегося на необходимость сохранения коммерческой или иной охраняемой законом тайны, неприкосновенность частной жизни граждан или иные обстоятельства, гласное обсуждение которых способно помешать правильному разбирательству дела либо повлечь за собой разглашение указанных тайн или нарушение прав и законных интересов гражданина.
Дело о компенсации морального вреда не относится к категории дел, разбирательство по которым в обязательном порядке проводится в закрытом судебном заседании, ходатайств о проведении разбирательства дела в закрытом судебном заседании истец не заявлял.
Иные доводы ФИО1, приведенные в ходе судебного разбирательства, с учётом предмета и оснований заявленных требований отклоняются судом как несостоятельные.
Принимая во внимание установленные в ходе судебного заседания фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу об отсутствии в рассматриваемом случае необходимой совокупности элементов, порождающих обязательства по возмещению вреда на основании вышеуказанных норм закона.
Иных оснований для взыскания с ответчиков в пользу истца компенсации морального вреда, предусмотренной ст. 151 ГК РФ, ввиду отсутствия достаточных доказательств вины ответчиков в причинении нравственных страданий истцу, суд не усматривает.
В связи с этим правовых оснований для удовлетворения требований ФИО1 не имеется, суд полагает необходимым отказать истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объёме.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области, Федеральному казённому учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ивановской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, руководителю Бюро № 12 – филиал Федерального казённого учреждения «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ивановской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации ФИО2 о возмещении морального вреда отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Кинешемский городской суд Ивановской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий: Румянцева Ю.А.
Мотивированное решение составлено 24 мая 2023 года