УИД 74RS0002-01-2023-008413-79
Дело № 2 – 1939/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
«24»февраля 2025 года г. Челябинск
Советский районный суд г. Челябинска Челябинской области в составе:
Председательствующего судьи: Хабиной И.С.,
при секретаре: Макаровой В.К.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. в должности водителя крана-манипулятора. Об обязании ИП ФИО2 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме истца на должность водителя крана-манипулятора с ДД.ММ.ГГГГ. об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ., взыскании компенсации морального вреда 50 000 руб.
В обоснование исковых требований истец указал, что с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. работал у ответчика в должности водителя крана-манипулятора. Вместе с тем, трудовой договор оформлен не был, приказы о приеме на работу и об увольнении не оформлялись, сведения о трудовой деятельности в компетентные органы не представлялись, налоги и взносы не уплачивались, заработная плата выплачивалась наличными денежными средствами либо переводом со счета ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. произошло дорожно-транспортное происшествие после которого фактически свои обязанности в интересах ИП ФИО2 не выполнял, ДД.ММ.ГГГГ. написал заявление об увольнении по собственному желанию.
Истец ФИО1 и его представитель ФИО3 действующий по устному ходатайству в судебном заседании поддержали заявленные требования по доводам искового заявления с учетом уточнений.
Ответчик ФИО2 извещен надлежаще, в судебное заседание не явился. Ходатайств об отложении не заявлял.
Представитель ИП ФИО2, действующая по доверенности ФИО4 требования истца не признала. Полагала, что основания для установления факта трудовых отношений между истцом и ответчиком отсутствуют.
Суд, выслушав истца, его представителя, представителя ответчика свидетеля, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, считает требования истца подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с данным кодексом. Трудовые отношения возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на то представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
В силу ст. 61 Трудового кодекса РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено данным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.
В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.
Согласно ст. 56.1 Трудового кодекса РФ наемный труд, под которым понимается труд, осуществляемый работником по распоряжению работодателя в интересах, под управлением и контролем физического лица или юридического лица, не являющегося работодателем данного работника, запрещен.
Согласно ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.
К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со ст.ст. 15 и 56 Трудового кодекса РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года( (п. 17).
При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд, в силу ст.ст. 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса РФ, вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.
К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (п. 19).
Судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу ч. 1 ст. 67 и ч. 3 ст. 303 Трудового кодекса РФ возлагается на работодателя.
При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора – заключенным при наличии в этих отношениях признаком трудового правоотношения, поскольку из содержания ст.ст. 11, 15, ч. 3 ст. 16 и ст. 56 Трудового кодекса РФ во взаимосвязи с положениями ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.
Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный ст. 67 Трудового кодекса РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст. 22 Трудового кодекса РФ) (п. 20).
При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст.ст. 2, 67 Трудового кодекса РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель (п. 21).
В силу изложенного, если истец утверждает, что трудовой договор имел место, однако работодателем нарушены его права, связанные с оформлением трудового договора, или допущены иные нарушения трудового договора, и в подтверждение своих доводов представляет доказательства, то обязанность доказать обратное лежит на ответчике.
Как следует из материалов дела и установлено судом, истец осуществлял трудовую деятельность по согласованию ИП ФИО2 При трудоустройстве истец трудовую книжку не передавал, заявление о приеме на работу написал, трудовой договор ему не был вручен, устно было согласовано, что он будет осуществлять деятельность по осуществлению перевозки грузов на автомобиле принадлежащем ответчику «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, за что была согласована оплата 20% от стоимости выполненной заявки. Для приобретения топлива ИП ФИО2 истцу была передана топливная карта. При передачи данной карты был составлен акт, в котором стороны именуют себя работником и работодателем. Работал по режиму пятидневной рабочей недели с 08.00 до 17.00, заработная плата перечислялась частично на карту истца, частично передавалась наличными денежными средствами.
ДД.ММ.ГГГГ., выполняя по поручению работодателя заявку на автомобиле «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № принадлежащем ФИО2 не застрахованным по ОСАГО, ФИО1 совершил столкновение с автомобилем Газель под управлением ФИО9.
В подтверждение трудовых отношений истцом ФИО1 предоставлены: путевые листы, подтверждающие выполнение им заявок по поручению работодателя, принт-скрины переписки, справки о переводе денежных средств ответчиком акт о передаче топливной карты.
Осуществление ФИО1 деятельности по перевозке грузов от имени ФИО2 подтвердил допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО10. Факт проезда Бадулиным П.П на территорию АО «ЧТПЗ» на автомобиле, принадлежащем ФИО2 подтверждается справкой АО «ЧТПЗ». Автомобиль «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № принадлежащий ФИО2 был предоставлен истцу ответчиком в пользование для выполнения работ по доставке грузов. Суд также принимает во внимание обстоятельства передачи топливной карты ответчиком истцу при которых ФИО1 поименован как работник, а ФИО2 как работодатель. Доказательств обратного ответчиком суду не представлено.
Доводы представителя ответчика о том, что фактически трудовую деятельность ФИО1 осуществлял в интересах ИП ФИО5 голословны и какими-либо доказательствами не подтверждены.
Таким образом, поскольку уполномоченное лицо ФИО2 фактически допустил ФИО1 к работе в должности водителя крана-манипулятора и истец фактически исполнял трудовые обязанности с ДД.ММ.ГГГГ., а доказательств обратного ответчиком суду не представлено, требование истца об установлении факта трудовых отношений подлежит удовлетворению. Вместе с тем, стороны не оспаривали в судебном заседании того обстоятельств, что фактически трудовые отношения между ними завершились ДД.ММ.ГГГГ., в день дорожно-транспортного происшествия, а также то обстоятельство, что истец утверждал об отсутствии задолженности по заработной плате, поэтому суд приходит к выводу об установлении факта трудовых отношений между сторонами до ДД.ММ.ГГГГ.
Таким образом, в отсутствие опровергающих доводы истца доказательств, суд приходит к выводу о наличии оснований для установления факта трудовых отношений между ФИО1 и ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.
Поскольку судом установлен факт трудовых отношений между ФИО1 и ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., то и вытекающее требование о возложении на работодателя обязанности заключить трудовой договор и внести сведения о его трудоустройстве в трудовую книжку истца подлежит удовлетворению.
В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Таким образом, статья 237 ТК РФ предусматривает возмещение морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, без указания конкретных видов правонарушений. Это означает, что право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями. При этом отсутствие факта нравственных страданий работника обязан доказать работодатель.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в случае нарушения трудовых прав работников суд в силу статей 21 и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 46, 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, зависит от объема представленных доказательств, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормативные положения, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела и представленных доказательств.
В судебном заседании установлено, незаконный отказ работодателя от оформления трудовых отношений привела к причинению истцу нравственных страданий. Ответчиком не представлено достоверных и допустимых доказательств отсутствия факта нравственных страданий истца.
Суд исходит из того, что ненадлежащее оформление трудовых отношений вызвала неуверенность истца в будущем, учитывает, неопределенность и вызвала опасение относительно продолжения трудовых отношений у ответчика.
В результате переживаний относительно оформления трудовых отношений на которое истец рассчитывал, он испытывал стресс, волнение, несмотря на то, что ему не потребовалось обращаться за медицинской помощью, он испытывал тревогу.
Суд также принимает во внимание объем нарушенных трудовых прав, длительность нарушения прав истца, характер его нравственных страданий, период переживаний по факту отсутствия надлежащего оформления трудовых отношений.
Доводы ответчика относительно недоказанности и необоснованности размера компенсации морального вреда, суд не принимает. Объем нравственных страданий определяется в том числе степенью вины работодателя, который необоснованно, без наличия на то оснований, при принял решение о неоформлении трудовых отношений с работником.
В связи с чем, исходя из требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации причиненного вреда в размере 30 000 руб., что соответствует объему нарушения трудовых прав работников, степени вины работодателя.
В соответствии со ст.103 ГПК РФ, с пп.1 п.1 ст.333.19 НК РФ, исходя из удовлетворенных судом исковых требований суд считает возможным взыскать с ответчика в доход местного бюджета судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 300 руб. с ФИО2
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 55-57, 103, 194-, руководствуясь ст.ст. 12, 55-57, 103, 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворить.
Установить факт трудовых отношений между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, выдан <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ и ИП ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> в должности водителя крана-манипулятора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.,
Обязать ИП ФИО2 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме истца на должность водителя крана-манипулятора с ДД.ММ.ГГГГ., об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 30 000 руб.
Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через суд, принявший решение.
Председательствующий: Хабина И.С.
Мотивированное решение изготовлено 25.02.2025г.