УИД 57RS0001-01-2025-000301-93
дело № 2-281/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
23 июля 2025 года город Болхов
Болховский районный суд Орловской области в составе:
председательствующего судьи Воропаевой Н.А.,
при секретаре Моисеевой Т.Н.,
с участием истца ФИО1,
её представителя адвоката Сурина В.В.,
ответчика ФИО2,
его представителя адвоката Пищалова М.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом от ДД.ММ.ГГГГ и о применении последствий недействительности сделки путем возврата указанного имущества в собственность ФИО1
Иск мотивирован тем, что 25.10.2024 стороны заключили договор дарения доли в праве общей долевой собственности на 1/2 долю земельного участка с кадастровым номером № площадью 1644 кв.м. и 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом, находящийся на данном земельном участке, расположенные по адресу: <адрес>. Истец указывает, что подарила доли земельного участка и жилого дома ответчику, так как ей в силу возраста, 84 года, требуется постоянная помощь и уход, она исспытывает трудности по содержанию жилого дома и земельного участка, ей необходимо вовремя оплачивать коммунальные услуги. ФИО2 согласился фактически ухаживать за ней, повседневно заботиться. После совершения сделки ответчик выехал из дома и не выполнял действия, которые должны были быть направлены на то, чтобы она могла спокойно доживать свою жизнь. В результате нарушения ответчиком достигнутых договорённостей, она вынуждена была обратиться к соседям, которые стали за ней ухаживать.
При обращении к юристам она узнала, что сделка заключена неправильно, так как договор дарения подразумевает безвозмездность, а не обмен на что-то. Фактически между сторонами был заключён договор ренты.
В судебном заседании истица ФИО1, её представитель адвокат Сурин В.В. иск поддержали. Представитель истицы адвокат Сурин В.В. пояснял в судебном заседании, что истица подразумевала, что заключает договор ренты, так как ответчик обещал ухаживать за ней до конца её жизни.
В судебном заседании ответчика ФИО2, его представитель адвокат Пищалов М.С. возражали против удовлетворения иска.
Выслушав участников процесса, обозрев гражданское дело № 2-86/202 по иску ФИО1 к администрации муниципального образования Город Болхов о признании права собственности в порядке наследования, обозрев гражданское дело № 2-143/2021 по исковому заявлению ФИО1 к Администрации муниципального образования город Болхов Орловской области о признании права собственности в порядке наследования, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно части 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
В соответствии с ч. 2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).
По смыслу приведенной статьи сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.
Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки. Внешнее выражение воли в таких случаях не соответствует ее подлинному содержанию.
Заблуждение может влиять на юридическую силу сделки только в тех случаях, когда оно настолько существенно, что обнаруживает полное несоответствие между тем, что желало лицо, и тем, на что действительно была обращена его воля. Таким образом, существенным заблуждение будет в том случае, когда есть основание полагать, что совершивший сделку не заключил бы ее, если бы знал обстоятельства дела.
В судебном заседании установлено, что 25.10.2024 между ФИО1 (дарителем) и ФИО2 (одаряемым) заключен договор дарения 1/2 доли жилого дома и 1/2 доли земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, принадлежащих ФИО1 на праве собственности. Договор дарения удостоверен нотариусом. Право собственности ФИО2 на указанное имущество зарегистрировано в ЕГРН 29.10.2024.
В качестве обоснования исковых требований истица и ее представитель ссылались на то обстоятельств, что ФИО1 заблуждалась относительно природы сделки, поскольку в силу преклонного возраста имела намерение заключить договор ренты с целью получения материальной и физической поддержки, была введена в заблуждение ФИО2, обещавшим ей оказывать такую помощь и ухаживать за ней, но изменившего отношений к ней после заключения договора дарения. Истица указывала, что договор дарения заключён в результате обмана, заблуждения относительно совершаемой сделки, непонимания значения характера совершаемых действий истцом.
В судебном заседании истица пояснила, что ответчик обивал ей дом пластиком. Так они познакомились. Он у неё жил почти 7 лет. Она написала на его имя завещание, а затем заключила договор дарения, так как ответчик обещал за ней ухаживать.
В судебном заседании ответчик ФИО2 пояснил, что проживал в доме, принадлежащем ФИО1, помогал ей по дому. У них были обычные, нормальные отношения. Она добровольно подарила ему долю дома и долю земельного участка.
Третье лицо -нотариус Болховского нотариального округа Орловской области ФИО3 в судебном заседании пояснил, что в октябре месяце 2024 года к нему пришла ФИО1, сказала, что хочет подарить дом и земельный участок ФИО2 Он спросил ФИО1, кем приходится ей ФИО2, разъяснил, что после того, как она подарит дом, она будет проживать в чужом доме. Дал разъяснения о договоре пожизненной ренты. Он ФИО1 три раза разъяснял, что такое дарение. Она настаивала на дарении. Он порекомендовал в таком случае подарить долю. В итоге после обдумывания стороны пришли к нему и заключили договор дарения доли дома и доли земельного участка. Ранее ФИО1 оформляла завещание на ФИО2 Потом его отменила. Был заключён договор дарения доли.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО9 суду пояснила, что со слов ФИО1 знает о том, что она подарила долю дома и земельного участка ФИО2, который обещал за ней ухаживать.
Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснила, что ФИО2 проживает в спорном доме лет 6. Первые три года взаимоотношения между ФИО1 и ФИО2 были нормальные. Ответчик говорил ей, что он просил ФИО1 оформить на него завещание, что она и сделала. Потом он стал требовать от ФИО1, чтобы она подарила ему дом и земельный участок. Он говорил, что если ФИО1 подпишет договор дарения, он досмотрит за ней, похоронит её.
Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснила, что ФИО2 проживал в доме ФИО1 ФИО1 говорила ей, что ФИО2 помогал ей, продукты привозил. Это было первые года три с начала проживания. ФИО1 оформила на имя ФИО2 завещание, а потом дарственную. Он обещал за ней ухаживать, но уехал на Украину.
Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснил, что ФИО2 говорил ему о том, что хочет, чтобы ФИО1 подписала на него завещание на дом, что он будет за ней ухаживать до конца её жизни. Однако, ФИО2 уехал. С декабря 2024 года он с женой стал ухаживать за ФИО1
Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что ФИО9 говорила ей, что ФИО2 перестал исполнять свои обязанности по уходу за ФИО1 после оформления договора дарения.
Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснила, что ФИО1 говорила ей о дарении половины дома ФИО2 Ей, как соседке, хорошо известно, что у ФИО1 и ФИО2 были прекрасные отношения. Он к ФИО1. относился, как к матери: ухаживал за ней, по хозяйству помогал.
Свидетель ФИО15 в судебном заседании пояснила, что ФИО2 на их улице делал ремонты, подружился в ФИО1, помогал ей по хозяйству, в доме. ФИО1 предложила ему проживать в её доме, его всегда хвалила. От соседки ФИО16 свидетель узнала о состоявшемся дарении.
Свидетель ФИО17 в судебном заседании пояснила, что о дарении ФИО1 половины дома и участка, она узнала от соседки ФИО16, которая всегда говорила ФИО1 о том, что ФИО2 столько для неё сделал и что ФИО1 обязана просто его отблагодарить.
Анализируя показания свидетелей со стороны истца ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО11, ФИО13 суд приходит к выводу о том, что они бесспорно не подтверждают факт того, что договор дарения ФИО1 заключён под влиянием заблуждения. Из показаний свидетелей лишь усматривается, что ФИО1 им рассказывала о том, что состоялось дарение, что между ФИО2 и ФИО1 обсуждались вопросы по дарению дома, земельного участка, что у ФИО2 имеется намерение помогать ФИО1 Однако, никто из свидетелей не пояснил, что речь шла о пожизненной ренте. В связи с чем, суд критически оценивает показания данных свидетелей о том, что у ФИО2 были какие-либо обязанности по уходу за истицей. Данные действия ответчика, как следует из показаний свидетелей и материалов дела, являлись его добровольным волеизъявлением.
Напротив показания свидетелей со стороны ответчика - ФИО14, ФИО15, ФИО17 согласуются с письменными доказательствами, имеющимися в деле, показаниями третьего лица. В связи с чем суд находит их более объективными.
Анализируя в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что, заключая договор дарения, стороны достигли правового результата, характерного для данной сделки, а именно: доля в праве собственности истца в спорном доме и земельном участке перешла ответчику, доказательства, подтверждающие, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий, отсутствуют; доказательства того, что ответчик своими действиями намеренно ввел в заблуждение истца относительно характера сделки, ее условий, предмета, других обстоятельств, влияющих на решение истца о заключении сделки, истцом также не представлены. Договор реально исполнен сторонами: состоялась передача дарителем в собственность одаряемого доли дома и земельного участка и принятие последним недвижимого имущества. После оформления сделки ответчик в доме проживает. При этом для регистрации перехода права собственности на спорные долю дома и долю земельного участка по договору дарения стороны лично (либо их представители) обращаются в регистрирующий орган, Такое обращение имело место со стороны истицы, так как в ЕГРП внесена запись о праве собственности ответчика на спорные доли дома и земельного участка.
Довод истицы и её представителя о том, что истица заблуждалась относительно природы сделки, так как считала, что заключает договор отчуждения половины дома и земельного участка взамен на помощь, то есть договор ренты, является несостоятельным. Оспариваемый договор дарения содержит все существенные условия дарения, его содержание является четким и понятным, каких-либо иных условий, касающихся пожизненного содержания не содержит.
Ссылка истицы и её представителя на возраст истицы, нуждаемость в постоянной помощи, и что свидетельствует об уверенности истицы в заключении договора ренты, является несостоятельной, поскольку сама по себе не свидетельствуе о том, что оспариваемая сделка дарения совершена истицей под влиянием заблуждения. В данном случае, истица заблуждалась относительно взаимоотношений с ответчиком ФИО2, то есть относительно мотивов сделки, а не ее существа.
При таких обстоятельствах, оценивая оспариваемый договор дарения, суд приходит к выводу о том, что иск не подлежит удовлетворению по заявленному истцом основанию (заключение договора дарения под влиянием заблуждения), поскольку отсутствует порочность воли и волеизъявления сторон при заключении договора дарения, стороной истца не доказано совершение сделки под влиянием заблуждения, а возможность заблуждения ФИО1 относительно обещания ответчика ухаживать за ней не влияет на правовую природу совершенной сделки. Оспариваемая истцом сделка по форме и содержанию соответствует требованиям закона, согласованы все существенные условия договора, четко выражены его предмет и воля сторон. Сделка исполнена и повлекла правовые последствия в виде перехода права собственности на отчужденные доли в объектах недвижимости. ФИО1 была поставлена в известность о правилах и последствиях такой сделки при ее нотариальном удостоверении. Истица при заключении спорного договора дарения действовала добровольно, осознавала характер совершенных ею действий и наступившие последствия, под влиянием заблуждения не находилась, договор заключен в присутствии нотариуса, договор истица подписывала лично. Ответчик настаивает на законности сделки и подтверждает свою волю на ее совершение. в судебном заседании истицей признавался и не оспаривались факт и право проживания ответчика в спорном доме.
Истицей и её представителем в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемый договор совершен под влиянием существенного заблуждения в отношении природы сделки.
В соответствии со статьей 583 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.
Исходя из анализа главы 33 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержащей общие положения о ренте и пожизненном содержании с иждивением, подписывая такой договор, стороны выражают друг другу свое желание установить определенное правоотношение, принять на себя взаимные права и обязанности, то есть они добровольно, по своей инициативе, связывают себя достигнутым соглашением.
Из материалов дела не следует, что сторонами сделки обсуждались условия возмездности приобретения ответчиком доли жилого дома и доли земельного участка. Допустимых и достоверных доказательств тому, что между сторонами имелась договоренность о заключении договора ренты и пожизненного содержания с иждивением суду предоставлено не было. Как заключенный договор дарения доли земельного участка и доли жилого дома, так и доказательства, исследованные в ходе рассмотрения дела, не содержат указания на предоставление встречного обязательства ответчика по осуществлению ухода за истицей, в связи с чем ФИО1 не могла рассчитывать на оказание данных услуг ФИО2 после заключения договора дарения, который в силу закона является односторонней, безвозмездной сделкой.
С учетом изложенного суд считает несостоятельным довод истца о том, что сторонами договора оговаривалось оказание ответчиком истице пожизненной помощи и поддержки.
Анализ исследованных в судебном заседании доказательств позволяет сделать вывод о том, что, заключая договор дарения доли земельного участка и доли жилого дома от 25.10.2024, стороны достигли правового результата, соответствующего договору дарения, договор исполнен, право собственности зарегистрировано.
Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с долей в праве общей собственности на жилой дом ь от 25.10.2024 оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Орловский областной суд через Болховский районный суд Орловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Мотивированное решение суда изготовлено 25 июля 2025 года.
Судья: Н.А. Воропаева