Решение по делу № 2-2548/2023 от 30.08.2023

Дело № 2-2548/2023

(УИД 73RS0004-01-2023-003233-18)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 августа 2023 года город Ульяновск

Заволжский районный суд города Ульяновска

в составе председательствующего судьи Кузнецовой Э.Р.,

с участием прокурора Алексеевой М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Грибовой М.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении морального вреда и материального ущерба от преступления,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО3 о возмещении морального вреда и материального ущерба от преступления.

В обоснование иска указал, что 25 декабря 2020 года ответчик ФИО3 совершил в отношении него преступление, предусмотренное ч.2 п. а, ст.115 УК РФ, т.е. умышленное причинение лёгкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, из хулиганских побуждений.

По данному факту было возбуждено уголовное дело №, которое на основании постановления от 09 марта 2023 года прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 части 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с истечением срока давности привлечения лица к уголовной ответственности.

Находясь около подъезда №4 дома № 27 по пр. Генерала ФИО4 в Заволжском районе г. Ульяновска, ответчик нанес истцу <данные изъяты>.

С 25.12.2020 по 12.01.2021 истец находился на стационарном лечении в ГУЗ «<адрес>» с диагнозом: <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжил стационарное лечение, диагноз: <данные изъяты>

С 11.03.2021 по 19.03.2021 находился на стационарном лечении в ГУЗ «<адрес>» с диагнозом: <данные изъяты>

В результате действий ответчика ему причинен моральный вред, который выразился в нравственных и физических страданиях в связи с причинением вреда здоровью.

До причинения повреждений работал индивидуальным предпринимателем в сфере торговли продуктами, вёл активный образ жизни, управлял автомобилем.

После причинённых повреждений пропала <данные изъяты>

Причиненные повреждения сказались на здоровье очень тяжело и отрицательно, психическое и эмоциональное состояние нарушилось, беспокоят боли, в результате чего вынужден принимать лекарственные препараты, очень сильны душевные страдания. Медикаментозное лечение продолжается до настоящего времени, здоровье не восстановилось.

Кроме того, причинен материальный ущерб. Согласно выписных эпикризов №, №, №, рекомендаций лечения невролога ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, консультации врача-невролога от ДД.ММ.ГГГГ ему рекомендованы лекарственные препараты, ЛФК, массаж, индивидуальная коррекционная гимнастика.

На приобретение рекомендованных лекарственных препаратов, процедур, приём специалистов затрачено 49 799,30 руб.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в ФГБУ «<адрес>» в <адрес> с сопровождающим ФИО8 согласно проездным билетам, затрачено 14329 руб. 20 коп.

Итого за процедуры, лекарственные препараты, консультации врачей оплачено 71296,40 руб.

Просит взыскать с ФИО3 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., материальный ущерб в размере 54 428,60 руб., а также расходы на оплату услуг адвоката 37 000 руб., в том числе: 5 000 руб. – за составление искового заявления, 32 000 руб. – за участие в суде (4 судебных заседания).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, ранее в судебном заседании исковые требования поддержал, объяснения дать не мог ввиду нарушения речи.

Представитель истца – адвокат Капкаева Е.Н. в судебном заседании уточненные исковые требования и доводы иска поддержала, дополнительно поясняла, что из-за полученных повреждений, причинённых ответчиком, истец не может вести полноценную жизнь: <данные изъяты>

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании иск не признал, пояснил, что проживает на первом этаже, истец раньше жил в данном подъезде. Никогда с ним не общались, но и конфликтов никаких между ними не было. 25.12.2020 с 16.00 часов был дома с дочерью и супругой, никуда не выходил. Вечером в подъезде начался какой-то шум, услышали детский плач, поэтому супруга вышла посмотреть, что происходит. Он открыл дверь, спросил у супруги, что происходит и больше из дома не выходил. Телесных повреждений истцу не причинял. Истец и до этого случая был неадекватный, больной, с непонятными движениями.

Представитель ответчика – адвокат Кузьмин В.А. в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании с иском не согласился, пояснил, что при расследовании уголовного дела были допущены многочисленные нарушения УПК РФ, намерены обжаловать постановление о прекращении уголовного преследования.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, ответчика и его представителя, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав письменные материалы дела, выслушав объяснения представителя истца, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылался на то, что 25 декабря 2020 года ответчик ФИО3 около подъезда №4 дома № 27 по пр. Генерала ФИО4 в г. Ульяновске, нанес ему со значительной силой удар кулаком в область носа. От удара он упал, ударился головой об асфальт, потерял сознание. В результате удара и падения он получил телесные повреждения.

ФИО3, возражая против требований истца, пояснял в ходе судебного разбирательства, что не наносил истцу удара при заявленных ФИО1 обстоятельствах.

По смыслу норм ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на ФИО3 лежит обязанность по доказыванию обстоятельств отсутствия его вины в причинении вреда здоровью истца. Вместе с тем, ФИО3 не представил суду допустимых, относимых и достаточных доказательств в обоснование своей позиции.

По факту причинения ФИО1 <данные изъяты> вреда здоровью при обстоятельствах, заявленных в иске, следственными органами в отношении ФИО3 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>

09.03.2023 уголовное дело № в отношении ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, постановлением следователя СО ОМВД России по Заволжскому району г.Ульяновска было прекращено на основании <данные изъяты>).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 19.05.2022 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3 части первой статьи 24 и части второй статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5", соглашаясь с таким нереабилитирующим основанием прекращения уголовного дела (уголовного преследования), как истечение срока давности, лицо осознанно принимает возможные связанные с этим неблагоприятные последствия (например формирование дополнительной доказательственной базы для взыскания с него ущерба в гражданско-правовом порядке).

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3.4 постановления от 8 декабря 2017 г. N 39-П по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО6 и С.А. отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.

Также Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3.1 постановления от 2 марта 2017 г. N 4-П, касаясь вопросов, связанных с последствиями истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности, с учетом постановления от 28 октября 1996 г. N 18-П, а также определений от 2 ноября 2006 г. N 488-О и от 15 января 2008 г. N 292-О-О пришел к выводу о том, что отказ в возбуждении уголовного дела или его прекращение в связи с освобождением лица от уголовной ответственности и наказания по нереабилитирующему основанию не влекут признание лица виновным или невиновным в совершении преступления. Принимаемое в таких случаях процессуальное решение не подменяет собой приговор суда и по своему содержанию и правовым последствиям не является актом, которым устанавливается виновность подозреваемого или обвиняемого (подсудимого) в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации. Подобного рода решения констатируют отказ от дальнейшего доказывания виновности лица, несмотря на то, что основания для осуществления в отношении него уголовного преследования сохраняются.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 г. N 1823-О, постановление о прекращении уголовного дела является письменным доказательством (часть первая статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

При этом не могут предрешать выводы суда о возможности привлечения к гражданско-правовой ответственности лица, в отношении которого по нереабилитирующим основаниям было отказано в возбуждении уголовного дела или уголовное преследование по обвинению в преступлении было прекращено, содержащиеся в процессуальном решении данные, включая сведения об установленных фактических обстоятельствах совершенного деяния, поскольку в деле о возмещении вреда они выступают письменными доказательствами и по отношению к иным доказательствам не обладают большей доказательственной силой.

Соответственно, при рассмотрении заявленного гражданского иска о возмещении причиненного преступлением вреда суд не связан решением соответствующего органа в части установления наличия состава гражданского правонарушения, однако обязан произвести всестороннее и полное исследование доказательств по делу и дать им надлежащую оценку.

Суд оценивает в совокупности собранные по делу доказательства и полагает доказанным факт причинения ответчиком истцу телесных повреждений.

Из материалов уголовного дела № следует, что 25.12.2020 в 20.38 часов поступил вызов скорой помощи к больному ФИО1, причина несчастного случая – криминальная. Со слов жены, неизвестные ударили мужа в 20.30 часов по голове у своего подъезда, после чего у него случился приступ <данные изъяты> сам пациент ничего не понял, что случилось, доставлен в больницу ГУЗ «<адрес>».

В тот же день, ФИО1, доставленный в <адрес>», пояснял, что избит неизвестным на улице около дома № 27 по пр.ФИО4. Выписан 12.01.2021, установлен диагноз: <данные изъяты>

Из протокола допроса несовершеннолетнего свидетеля ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения следует, что он и папа выходили от бабушки, папа шел впереди и шире раскрыл входную дверь в подъезд, чтобы легко прошел. И так оказалось, что с другой стороны на улице были дядя и тетя, а папа случайно дверью задел дядю. Когда с папой вышли, то увидел, как дядя ударил папу один раз кулаком в область носа, от чего папа упал на спину, ударившись при падении головой об асфальт. Папа лежал, не двигался и ничего не говорил. Вышеуказанный дядя – жилец из квартиры № 139 ФИО3 (Том 1 уголовного дела, л.д. 95-97).

Согласно выводам <данные изъяты> в отношении несовершеннолетнего ФИО13, по своему психическому состоянию, ввиду естественной возрастной личностной незрелости, ФИО13 мог воспринимать внешнюю сторону обстоятельств, имеющих значение для дела, и мог давать правильные показания о внешней стороне значимых событий на момент, максимально приближенный к исследуемой ситуации. Уровень интеллектуального, и в целом психического развития несовершеннолетнего соответствует нормам его возрастного (младшего школьного) периода. У ФИО13 не обнаруживается таких нарушений внимания, восприятия, памяти и мышления, которые лишали бы его способности правильно воспринимать внешнюю сторону обстоятельств, имеющих значение для дела и давать о них показания (Том 2 уголовного дела, л.д. 11-13).

Истец ФИО1 в ходе предварительного расследования давал показания, согласно которым он, со своим сыном ФИО13 вышел из подъезда, при выходе он открыл рукой дверь, чтобы сын вышел из подъезда и дверью задел ФИО3, который находился со стороны улицы и хотел зайти - подъезд, с ним находилась его жена ФИО14 Далее ответчик ударил его один раз кулаком с силой в область носа, от данного удара он упал на спину, ударившись при падении затылком головы об асфальт (Том 1 уголовного дела, л.д. 125-134).

В ходе рассмотрения дела были допрошены свидетели, показания которых в совокупности подтверждают обстоятельства причинения ответчиком истцу телесных повреждений.

Так, свидетель ФИО15 пояснила, что супруг с 2002 года является <данные изъяты> из-за полученной травмы, но внешне заболевание никак не проявлялось: он разговаривал, водил машину, походка была обычная. В тот день супруг ушёл к матери забирать их несовершеннолетнего сына ФИО22. После того, как они вышли от неё в начале 21 часа, в домофон позвонили соседи и сказали, что Андрею плохо. Когда она приехала, то увидела, что у супруга <данные изъяты>. На улице нашла его шапку и окровавленную маску. Вызвали скорую помощь. Утром сын рассказал, что папу ударил пухлый дядя с первого этажа, у которого автомобиль «Нива». Муж рассказал, что они, когда выходили с сыном, он открывал дверь в подъезд и задел ФИО3, и тот его ударил один раз, от чего он упал и ударился головой об асфальт. После полученной травмы у мужа <данные изъяты>

Свидетель ФИО16 пояснила, что после 20.00 возвращалась домой, возле подъезда плакал ребёнок, а его отец крутился и не мог встать. С другой соседкой помогли ему встать и посадили. Потом позвонили тёще истца и довели до квартиры. Мальчик сказал, что дядя дверью ударил папу. На улице ещё была жена ФИО3.

Свидетель ФИО17 пояснила, что 25.12.2020 зять с сыном вышли от неё, а через какое-то время позвонили в домофон. Зять поднялся весь в крови. Внук сказал, что папу побил дядя, который ездит на машине.

Свидетель ФИО18 пояснила, что со слов сына ей известно о том, что сосед избил его. До этого времени сын разговаривал, работал водил автомобиль, нормально ходил, а потом перестал разговаривать, нет глотательных рефлексов.

Суд критически оценивает показания допрошенных в ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей ФИО14 и несовершеннолетней ФИО19, опровергавших факт нанесения удара ответчиком истцу, поскольку они являются лицами, заинтересованными в исходе дела, а именно, супругой и дочерью, соответственно.

Судом в ходе рассмотрения дела была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ГКУЗ «<данные изъяты>».

Согласно выводам комиссии экспертов (заключение № от 28.08.2023), при поступлении в стационар 25.12.2020 достоверно имелись следующие повреждения:

<данные изъяты>

Установленный ФИО1 диагноз «<данные изъяты>» объективными данными инструментальных методов исследования (компьютерной томографии) не подтверждается.

Анализ представленной медицинской документации свидетельствует о том, что большая часть симптомов, которая была установлена ФИО1 при нахождении на стационарном лечении в ГУЗ «<адрес>» имелась у него и ранее, как следствие перенесённой в 2002 году <данные изъяты> травмы.

Однако, комиссия экспертов отмечает, что данные симптомы со временем у ФИО1 регрессировали, т.е. степень выраженности их до 25.12.2020 и после, была различна.

Кроме того, появились симптомы, которые до 25.12.2020 не были установлены, а именно <данные изъяты> которая имеет место и в настоящее время.

Повторные травмирующие воздействия в область головы ФИО1 25.12.2020 могли привести к прогрессированию имевшихся у него последствий <данные изъяты> травмы от 2002 года в виде <данные изъяты> т.е. к ухудшению состояния его здоровья.

Причинно-следственная связь между повторными травмирующими воздействиями в область головы ФИО1 25.12.2020 и прогрессированием имевшихся у него последствий <данные изъяты> травмы от 2002 года в виде <данные изъяты>, если и имеется, то носит опосредованный (непрямой) характер.

В области носа, куда, как следует из пояснений ФИО1 ему был нанесён удар кулаком, согласно медицинской документации, повреждений у него не имелось.

В затылочной области, которой, как следует из пояснений ФИО1, он ударился головой об асфальтовое дорожное покрытие, согласно медицинской документации, повреждений у него не имелось.

В результате удара рукой, сжатой в кулак и последующего падения, из положения стоя, могли быть причинены следующие повреждения, обнаруженные у ФИО1:

<данные изъяты>

В результате падения ФИО1 из положения стоя и соударения с асфальтовым дорожным покрытием, комиссия экспертов также допускает возможность причинения <данные изъяты>

Как следует из выводов экспертной комиссии, ушибленная рана на <данные изъяты> (пункт 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека - приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №н.).

<данные изъяты> (пункт 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека - приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №н.).

В соответствии с пунктами 12, 13 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека (приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №194н.) степень тяжести вреда, причинённого здоровью человека, установленных у ФИО2 повреждений, определяется в отношении каждого из них в отдельности, а не по их совокупности.

В соответствии с пунктом 23 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека (приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №194н.) при производстве судебно-медицинской экспертизы в отношении живого лица, имеющего какое-либо предшествующее травме заболевание либо повреждение части тела с полностью или частично ранее утраченной функцией, учитывается только вред, причиненный здоровью человека, вызванный травмой и причинно с ней связанный.

Ввиду отсутствия прямой причинно-следственной связи между травмирующими воздействиями в область головы, полученными ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и имеющимися у него последствиями, то они судебно-медицинской экспертной оценке степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, не подлежат.

При ответе на вопрос о том, являются ли жалобы ФИО1 <данные изъяты> следствием полученных 25 декабря 2020 года телесных повреждений, экспертами указано следующее.

Нарушение речи у ФИО1 является следствием полученной им в 2002 году <данные изъяты> травмы, сопровождавшейся повреждениями обоих полушарий головного мозга с развитием <данные изъяты>

25.12.2020 ФИО1 были причинены только наружные повреждения <данные изъяты> в области головы, которые сами по себе, не могут явиться причиной нарушения речи.

Травмирующие воздействия в область головы, полученные ФИО1 25.12.2020, могли привести к нарушению <данные изъяты>

<данные изъяты>

У ФИО1 не были выявлены инструментальными методами исследования повреждения <данные изъяты>, которые могли быть получены 25.12.2020 и явиться причиной развития <данные изъяты>

Развитие данных последствий характерно для <данные изъяты> травмы, сопровождающейся ушибом и разрушением головного мозга.

Таким образом, причинно-следственная связь между повреждениями, полученными ФИО1 25.12.2020 и жалобами <данные изъяты> если и имеется, то носит опосредованный (непрямой) характер.

Нарушение <данные изъяты> является следствием полученной истцом в 2002 году <данные изъяты> травмы, в причинно-следственной связи (прямой, непрямой) с повреждениями, полученными <данные изъяты>

Таким образом, факт получения истцом телесных повреждений 25.12.2020 подтвержден, степень их тяжести установлена, как <данные изъяты> вред здоровью человека по признаку кратковременное расстройство здоровья, а также расценивающиеся как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Кроме того, экспертами установлено, что между ухудшением состояния здоровья после полученных 25.12.2020 повреждений и жалобами <данные изъяты> имеется причинно-следственная связь, хоть и носящая опосредованный (непрямой) характер.

Совокупность исследованных судом доказательств, вопреки доводам ответчика, свидетельствует о том, что полученные истцом 25.12.2020 телесные повреждения являются следствием неправомерных действий ФИО3, нанесшего истцу удар, от которого произошло дальнейшее падение ФИО1 на асфальтовое покрытие.

Указанное обстоятельство является основанием для возмещения компенсации морального вреда ФИО1, в связи с причинением ему физических и нравственных страданий в результате полученных по вине ответчика телесных повреждений.

Ответчик не представил суду доказательств отсутствия его вины в причинении вреда здоровью истца.

Как разъяснено в пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" N 33 от 15.11.2022, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им нравственные страдания.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Решая вопрос о компенсации морального вреда, суд, учитывая все обстоятельства причинения вреда здоровью ФИО1, степень тяжести телесных повреждений, фактические обстоятельства, при которых причинен моральный вред, характер поведения ответчика, беспричинное нанесение удара, отсутствие противоправности поведения истца, требования разумности и справедливости.

Таким образом, суд полагает, что следует взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального в размере 300 000 руб.

Данную сумму компенсации морального вреда суд считает объективно обоснованной, соответствующей характеру и степени нравственных страданий, причиненных истцу, а также принимая во внимание ухудшение состояния здоровья ФИО1 после полученных 25.12.2020 повреждений.

В соответствии со статьей 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Истец заявил требования, в том числе о возмещении ему расходов на приобретение лекарств, оплату медицинских услуг.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 28.08.2023, ФИО1 в связи с полученными 25 декабря 2020 года телесными повреждениями нуждался в применении лекарственных препаратов и медикаментов, оказании медицинских услуг:

<данные изъяты>

Итого на сумму – 27 183,10 руб.

Кроме того, ФИО1 нуждался в <данные изъяты> (л.д. 115-116) в рамках динамического наблюдения в связи с последствиями <данные изъяты> травмы от 2002 года и ухудшением состояния здоровья, последовавшим после причинения телесных повреждений 25.12.2020 и консультации <данные изъяты> (л.д. 120-121, 131, 132-133) – 2 430 руб., 1 100 руб., 1 600 руб.

Экспертами установлено, что ФИО1 нуждался в прохождении стационарного лечения в период с 24.03.2023 по 17.04.2023 в ФГБУ «<адрес>» (<адрес>) в связи с последствиями <данные изъяты> травмы от 2002 года и ухудшением состояния здоровья, последовавшим после причинения телесных повреждений 25.12.2020 (л.д. 100-108), а также в его сопровождении на железнодорожном транспорте к месту лечения (<данные изъяты>) – общая стоимость билетов ФИО1 и сопровождающего лица составляет 14 329,20 руб. (л.д.54-57).

Поскольку установлено, что ФИО1 нуждался в применении вышеуказанных лекарственных препаратов, оказании медицинских услуг, сопровождении к месту лечения, то ответчик обязан компенсировать ему понесенные расходы на общую сумму 46 642,30 руб.

При таких обстоятельствах, иск ФИО1 подлежит частичному удовлетворению.

Согласно ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса РФ возмещение расходов на оплату услуг представителя производится по письменному заявлению стороны, в пользу которой состоялось решение суда, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Как указано в названном Постановлении Пленума Верховного Суда, лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Исходя из изложенного, принимая во внимание характер, сложность спора, в процессе разрешения которого были оказаны данные услуги, объем выполненной представителем истца работы, количество судебных заседаний с её участием, суд приходит к выводу о том, что заявленная сумма 37 000 руб. на оплату услуг представителя является завышенной и полагает необходимым взыскать в пользу истца с ФИО3 в качестве понесённых судебных расходов на оплату услуг представителя 25 000 руб.

В силу ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку истец от уплаты госпошлины освобожден, с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета пропорционально размеру удовлетворенных требований в размере 1 900 руб.

В соответствии со ст.85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов; на основании ст.94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

Поскольку ответчик возражал против заявленных требований, и проведение экспертизы явилось необходимым для правильного и объективного разрешения спора по существу, то суд полагает необходимым взыскать с него расходы по проведению экспертизы в размере 29 261 руб. в пользу ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

Руководствуясь ст. 12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., материальный ущерб в размере 46 642,30 руб., расходы на оплату услуг адвоката в размере 25 000 руб., в остальной части - отказать.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в пользу государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (№) расходы по оплате за производство судебной экспертизы в размере 29 261 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» госпошлину в размере 1 900 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Э.Р.Кузнецова