Решение по делу № 2-4345/2022 от 07.09.2023

Дело №2-620/2023

УИД: №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 сентября 2023 года Кировский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Каменщиковой А.А.,

при секретаре Балабаш Н.В.,

с участием представителя истца ФИО1, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, действующей в интересах недееспособного К., к администрации города Перми о признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действующая в интересах недееспособного К., с учетом уточнения в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обратилась в суд с иском к администрации г.Перми о признании за К. в порядке приобретательной давности права собственности на земельный участок по <адрес>

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ умер К.1.. Его единственным наследником является его сын – К., опекуном которого является ФИО2 В установленном законом порядке К. принял наследство, открывшееся после смерти своего отца. В рамках наследственного дела к имуществу К.1. нотариус в целях определения состава наследственного имущества и оформления прав наследников направляла запрос в департамент земельных отношений администрации г.Перми, в котором просила представить копию правоустанавливающего документа, подтверждающего вещное право наследодателя – то есть К. на земельный участок по <адрес>. Ответа не последовало. Вместе с тем, К.1. и его правопреемник пользовались земельным участком по <адрес> с 1976 года. В 1976 году К.1. на данном земельном участке завершен строительством и сдан в эксплуатацию жилой дом. К.1. и члены его семьи были зарегистрированы по месту жительства в жилом доме по <адрес>, что подтверждается домовой книгой. В 1992 года в результате пожара дом сгорел и после пожара возведен иной дом. К.1. оплачивал земельный налог за спорный участок. В технической документации на домовладение, представленной ЦТИ за период с 1977 года, К.1. указан владельцем домовладения по <адрес>. В 1997 году была проведена инвентаризация и затем утверждено решение комиссии по установлению границ землепользований в черте города Перми по результатам инвентаризации земель, предоставленных для ИЖС: в <адрес>. По запросу истца ей были предоставлены координаты поворотных точек границ земельного участка и план расположения земельного участка по <адрес> из земельного дела по инвентаризации земель. Спорный земельный участок расположен в квартале № – то есть, включен в инвентаризацию по постановлению администрации г.Перми от 10 июня 1998 года №1601 «Об утверждении результатов инвентаризации земель в Кировском районе». Землепользователем искомого земельного участка указан К.1., назначение земельного участка ИЖС, площадь 1283,9 кв.м., документы отсутствуют. В 2008 году (после смерти К.1.) дом по <адрес> вновь сгорел и в 2009 году на данном земельном участке был возведен новый дом, расположенный по указанному выше адресу и в настоящее время. Таким образом, К.1. с 1976 года по 2006 год открыто, добросовестно владел домовладением (земельным участком и домом) по <адрес>, после его смерти – с 2006 года по настоящее время (более 16 лет) его сын (то есть правопреемник) К. владеет спорным земельным участком, в 2009 году силами семьи на данном земельном участке вновь возведен дом. Согласно схеме расположения спорного земельного участка, составленной до уточнения иска в процессе рассмотрения дела, площадь земельного участка составляет 1190 кв.м., характерные точки границ земельного участка обозначены в данной схеме. Спорный земельный участок по <адрес> включен в проект межевания, утвержденный постановлением администрации города Перми от 17 декабря 2018 года №986 неправомерно (на момент его утверждения давностное открытое непрерывное владение К-выми спорным земельным участком составляло более 42 лет).

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате и времени судебного заседания извещена, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие, на заявленных требованиях настаивала по доводам, изложенным в уточненном иске.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в уточненном иске доводам. Дополнительно пояснила, что согласно информации, имеющейся в семье К.1., изначально спорный земельный участок был выделен К.1. его работодателем (в настоящее время АО «......., ранее – завод «.......») в конце 1960 годов за участие в помощи в <адрес>. Однако какие-либо документы в данной части не сохранились. В 1976 году К.1. построил на данном земельном участке дом, в котором по месту жительства, согласно действующему в тот период законодательству, был зарегистрирован он и члены его семьи. Там же они и проживали. В 1997 году была проведена инвентаризация земель в <адрес>, в том числе, искомого земельного участка. Данная инвентаризация проводилась с целью последующей постановки земель на кадастровый учет и оформления правоустанавливающих документов. К.1. был указан владельцем земельного участка, однако, документы оформлены в результате инвентаризации по какой-то причине не были. За весь период с 1976 года органы власти каких-либо претензий в части владения и пользования земельным участком семье К.1. не предъявляли. Владение являлось непрерывным, открытым и добросовестным. Жилые дома, которые возводились на данном земельном участке, проходили технический и инвентаризационный учет. В настоящее время спорный земельный участок не выходит за те границы, которые определены инвентаризацией в 1997 году; его площадь наоборот уменьшилась.

Ответчик администрация города Перми в судебное заседание своего представителя не направила, о дате и времени судебного заседания извещена, ходатайствовала о рассмотрении дела в отсутствие представителя. В отзыва на иск представителем администрации г.Перми указано, что давностное владение К-выми спорным земельным участком не является добросовестным. Земельное законодательство не предусматривает в качестве основания для приобретения права собственности на земельный участок приобретательную давность, регламентированную положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации. Доводы ФИО2 о давностном, открытом, непрерывном владении К.1. спорным земельным участком более 42 лет не могут являться основанием для удовлетворения иска.

Третье лицо департамент земельных отношений администрации города Перми в судебное заседание своего представителя не направил, о дате и времени судебного заседания извещен, ходатайствовала о рассмотрении дела в отсутствие представителя. В отзыве на иск представителем департамента земельных отношений администрации г.Перми указано, что истцом не представлено доказательств того, что ему либо его предшественникам в пользование был предоставлен именно спорный земельный участок. Границы земельного участка не определены. Земельное законодательство не содержит положений, предусматривающих приобретение права собственности в силу приобретательной давности в отношении земельных участков, находящихся в государственной и муниципальной собственности. Принятие решения о распоряжении земельными участками, находящимися в ведении департамента земельных отношений администрации г.Перми, является исключительным полномочием указанного органа.

Суд, выслушав представителя истца, свидетеля, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом (статья 35, часть 1); граждане и их объединения вправе иметь в частной собственности землю (статья 36, часть 1).

Право собственности и иные имущественные права гарантируются посредством закрепленного статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации права на судебную защиту, которая в силу ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) должна быть полной и эффективной, отвечать критериям пропорциональности и соразмерности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота.

В приведенных конституционных положениях выражен один из основополагающих аспектов верховенства права – общепризнанный принцип неприкосновенности собственности, выступающий гарантией права собственности во всех его составляющих, таких как владение, пользование и распоряжение своим имуществом (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 апреля 2019 года № 18-П).

Согласно пункту 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо – гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

В силу статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Наследование, таким образом, относится к числу производных, т.е. основанных на правопреемстве, способов приобретения прав и обязанностей.

Согласно статье 11 Федерального закона от 30 ноября 1994 года №52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» действие статьи 234 Кодекса (приобретательная давность) распространяется и на случаи, когда владение имуществом началось до 1 января 1995 года, и продолжается в момент введения в действие части первой Кодекса.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владения. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; владение имуществом, как собственным, означает владение не по договору.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 указанного выше Постановления, по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же Постановления, возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.

По смыслу указанной выше статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации и Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», основополагающим условием для приобретения права собственности на имущество в порядке приобретательной давности является установление судом добросовестности владения, которое фактически обуславливает и иные его условия – открытость и владение имуществом, как своим собственным.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре. В том числе и в случае владения имуществом на основании недействительной сделки, когда по каким-либо причинам реституция не произведена, в случае отказа собственнику в истребовании у давностного владельца вещи по основаниям, предусмотренным статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо вследствие истечения срока исковой давности давностный владелец, как правило, может и должен знать об отсутствии у него законного основания права собственности, однако само по себе это не исключает возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Положения статьи 35 (часть 3) Конституции Российской Федерации, адресованные, прежде всего собственникам, во всяком случае не могут толковаться как отрицающие конституционные гарантии других имущественных прав граждан и умаляющие в какой-либо мере их возможности такой защиты.

Под действие указанных конституционных гарантий подпадают и имущественные интересы давностного владельца, поскольку только наличие подобных гарантий может обеспечить выполнение конституционно значимой цели института приобретательной давности, которой является возвращение имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п. (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20 марта 2018 года № 5-КГ18-3).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Статья 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязанность лиц, участвующих в деле, предоставить доказательства, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела (статья 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 67, части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении. В мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ умер К.1., его единственным наследником является его сын – К..

ФИО2 назначена опекуном недееспособного К. на основании постановления Главы администрации Кировского района г.Перми от 01 ноября 2016 года №.

Материалами дела установлено, что в установленном законом порядке К. принял наследство, открывшееся после смерти своего отца К.1. – ДД.ММ.ГГГГ нотариусом П, К. выдано свидетельство о праве на наследство по закону, согласно которому он унаследовал 4/9 доли в праве собственности на квартиру по <адрес> и денежные средства.

В рамках наследственного дела № к имуществу К.1. нотариус П, в целях определения состава наследственного имущества и оформления прав наследников направляла запрос в департамент земельных отношений администрации г.Перми, в котором просила представить копию правоустанавливающего документа, подтверждающего вещное право наследодателя К. на земельный участок по <адрес>.

Согласно материалам наследственного дела № и материалам настоящего гражданского дела, сведения о землевладельце спорного земельного участка в департаменте земельных отношений администрации г.Перми отсутствуют.

Право собственности на земельный участок по <адрес> в ЕГРН не зарегистрировано.

Как пояснил в судебном заседании свидетель А. (внук К.1.), по информации, которую он слышал в семье еще при жизни дедушки, спорный земельный участок был предоставлен К.1. в конце 1960-х годов за участие в помощи в <адрес> организацией, в которой он работал – заводом «.......». Значительная часть документов была уничтожена при пожаре в доме.

Согласно ответу АО «ГалоПолимер Пермь», организация не имеет возможности предоставить сведения о том, на каком праве К.1. предоставлялся спорный земельный участок, поскольку все объекты, связанные с социальной деятельностью общества, при приватизации в состав имущества АО не вошли.

Материалами дела установлено, что в 1976 году К.1. на спорном земельном участке завершен строительством и сдан в эксплуатацию жилой дом. Дому был присвоен адрес – <адрес>.

К.1. и члены его семьи были зарегистрированы по месту жительства в жилом доме по <адрес>, что подтверждается домовой книгой, проживали в нем.

Изначально принадлежащее К.1. домовладение по адресу: <адрес> имело инвентарный №, что подтверждается, в том числе, техническим паспортом домовладения; затем жилому дому присвоен кадастровый №.

Указанное также подтверждается выпиской из ЕГРН, в которой имеется схема расположения данного дома на земельном участке.

В технической документации на домовладение, представленной ЦТИ за период с 1977 года, К.1. указан владельцем домовладения по <адрес>.

При этом К.1. указан владельцем с 10 августа 1977 года.

В результате пожара, произошедшего 15 июня 1992 года, принадлежащий К.1. жилой дом сгорел.

Судом установлено, что на спорном участке К.1. возведен иной жилой дом.

В 2008 году (после смерти К.1.) дом по <адрес> вновь сгорел и в 2009 году на данном земельном участке семьей К.1. был возведен новый дом, расположенный по указанному выше адресу и в настоящее время, что подтверждается в том числе, актом осмотра жилого дома от 28 сентября 2022 года, составленным комиссией сотрудников департамента земельных отношений администрации г. Перми.

Земельным кодексом РСФСР, утвержденным Законом РСФСР от 01 июля 1970 года, предусматривалось (статьи 118, 119) в целях обеспечения рационального использования земельных ресурсов ведение государственного земельного кадастра, государственный земельный кадастр включал данные регистрации землепользований, учета количества и качества земель, бонитировки почв и экономической оценки земель.

Постановлением Совмина СССР от 10 июня 1977 года №501 «О порядке ведения государственного земельного кадастра» было предусмотрено осуществление необходимых мероприятий по обеспечению ведения начиная с 1977 года государственного земельного кадастра, а также были установлены формы кадастровой документации: земельнокадастровая книга предприятия, организации и учреждения, которым земля предоставлена в постоянное или долгосрочное пользование; государственная земельнокадастровая книга района (города); государственный земельный кадастр области, края, автономной и союзной республики; государственный земельный кадастр СССР.

Указом Президента Российской Федерации от 11 декабря 1993 года №2130 «О государственном земельном кадастре и регистрации документов о правах на недвижимость» организация ведения государственного земельного кадастра была возложена на Комитет Российской Федерации по земельным ресурсам и землеустройству и его территориальные органы на местах.

При этом получение исходной информации для ведения государственного земельного кадастра обеспечивалось проведением необходимых космоаэросъемочных, топографо-геодезических, почвенных, геоботанических и других обследований и изысканий (Положение о порядке ведения государственного земельного кадастра, утвержденное Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 августа 1992 года № 622).

Судом установлено, что согласно постановлению администрации г.Перми от 10 июня 1998 года №1601 «Об утверждении результатов инвентаризации земель в Кировском районе» во исполнение постановлений Правительства Российской Федерации от 25 августа 1992 года №622 «О совершенствовании ведения государственного земельного кадастра в Российской Федерации», главы администрации города от 10 сентября 1993 года №1219 «Об инвентаризации земель г.Перми» и от 07 июля 1995 года №1416 «О порядке приведения землеотводных документов пользователей в соответствие с результатами инвентаризации земель» постановлено утвердить решение комиссии по установлению границ землепользований в черте города Перми по результатам инвентаризации земель, предоставленных для ИЖС: <адрес>

По запросу истца ей были представлены координаты поворотных точек границ земельного участка и план расположения земельного участка по <адрес> из земельного дела по инвентаризации земель.

Из указанных документов следует, что искомый земельный участок расположен в квартале № – то есть включен в инвентаризацию по постановлению администрации г.Перми от 10 июня 1998 года № «Об утверждении результатов инвентаризации земель в Кировском районе».

По запросу суда департамент земельных отношений администрации г.Перми предоставил информацию, из которой следует, что согласно проведенной в 1997 году с целью оформления правоустанавливающих документов инвентаризации, землепользователем земельного участка по <адрес> указан К.1., назначение земельного участка ИЖС, площадь 1283,9 кв.м., документы отсутствуют.

Информация о том, какие действия по оформлению землеотводных документов были совершены в соответствии с результатами инвентаризации и проектами детальной планировки относительно земельного участка по адресу: <адрес> от департамента земельных отношений администрации г.Перми на запрос суда не поступила.

При этом материалами дела установлено, что К.1. оплачивал земельный залог за спорный земельный участок по <адрес> (л.д. 21-22) – суду представлены квитанции, подтверждающие факт внесения налоговых платежей.

Кроме того, согласно ответу Межрайонной ИФНС России №22 по Пермскому краю от 10 апреля 2023 года, по имеющейся у налоговых органов информации за К.1. числился земельный участок по <адрес>. Инспекцией К.1. исчислялся земельный налог по 2004 год, задолженность отсутствует; за период 2005 год применена налоговая льгота (л.д. 242).

В рамках настоящего дела при уточнении иска стороной истца представлена схема расположения земельного участка, владельцем которого является К., согласно которой площадь земельного участка составляет 1190 кв.м., характерные точки границ земельного участка обозначены следующим образом:

Обозначение характерных точек границ

Координаты

.......

Таким образом, доводы третьего лица департамента земельных отношений администрации г.Перми о том, что границы испрашиваемого земельного участка не определены – не состоятельны.

Представленная в рамках уточнения иска схема расположения земельного участка соответствует требованиям действующего законодательства.

Согласно ранее представленному отзыву департамента земельных отношений администрации г.Перми, согласно информации, содержащейся в автоматизированной информационной системе обеспечения градостроительной деятельности, образуемый земельный участок расположен в границах элемента планировочной структуры, установленного в соответствии с постановлением администрации г.Перми от 17 декабря 2018 года №986 «Об утверждении документации по планировке территории 6 (в том числе, в части СТН, часть В11, часть Г5, часть Ж5, часть Г7) в Индустриальном, Свердловском, Кировском районах города Перми». Указанным проектом планировки территории установлены красные линии и выделена территория общего пользования. Согласно экспликации вышеуказанного проекта межевания территории предусмотрено образование земельного участка № 2 площадью 7032 кв.м. под территории общего пользования, предназначенные для формирования земельных участков в целях размещения линейных объектов инженерной и транспортной инфраструктуры. Таким образом, спорный земельный участок является ограниченным в обороте и его предоставление в собственность невозможно.

Однако данный довод суд также полагает несостоятельным, поскольку, как указано выше, искомый земельный участок был включен в инвентаризацию, целью которой являлось установление границ землепользований в черте города Перми, предоставленных для ИЖС. Материалами дела подтверждается, что земельный участок по <адрес> включен в проект межевания, утвержденный постановлением администрации города Перми от 17 декабря 2018 года №986 неправомерно (на момент его утверждения давностное открытое непрерывное владение К-выми спорным земельным участком составляло более 42 лет).

Также суд принимает во внимание тот факт, что стороной истца в обоснование своей позиции представлено заключение кадастрового инженера Р., выполненное на основании кадастрового плана территории от 01 марта 2021 года №; постановления администрации г.Перми от 17 декабря 2018 года №986 «Об утверждении документации по планировке территории 6 (в том числе, в части СТН, часть В11, часть Г5, часть Ж5, часть Г7) в Индустриальном, Свердловском, Кировском районах города Перми; материалов инвентаризации кадастрового квартала № 7004; каталога координат квартала № 7004; Правил землепользования и застройки города Перми, утвержденных решением Пермской городской Думы от 26 июня 2007 года №143.

В соответствии с данным заключением, геодезические измерения по определению координат границ земельного участка по <адрес>, проведены 18 июля 2022 года, площадь земельного участка составила 1190 кв.м.

Согласно Правилам землепользования и застройки города Перми, утвержденным решением Пермской городской Думы от 26 июня 2007 года №143, земельный участок расположен в границах территориальной зоны Ж-5 «Зона индивидуальной усадебной жилой застройки».

Предельные размеры для зоны Ж-5 «Зона индивидуальной усадебной жилой застройки» с видом разрешенного использования «для индивидуального жилищного строительства» минимальный – 450 кв.м., максимальный – 2000 кв.м.

В материалах инвентаризации 1997 года кадастрового квартала № содержатся координаты границы земельного участка по <адрес>. Площадь земельного учета по данным координатам составляет 1283,9 кв.м.

С учетом указанного, в данном заключении кадастровым инженером сделан вывод о том, что на основании анализа исходных документов, материалов инвентаризации 1997 года, координат, полученных в результате проведения геодезической съемки и данных государственного кадастра недвижимости, можно сделать вывод о том, что фактическое местоположение земельного участка по <адрес> соответствует материалам инвентаризации 1997 года. Конфигурация и фактическая граница земельного участка по сравнению с 1997 годом изменилась, и площадь земельного участка уменьшилась на 93,9 кв.м.

Проанализировав в совокупности представленные доказательства, суд полагает установленным, что изначально с 1976 года К.1., затем К. – его сын и единственный наследник по закону, открыто, непрерывно и добросовестно владеют земельным участком по <адрес> – с данного времени на указанном земельном участке данные лица возводили жилые дома, в которых были зарегистрированы по месту жительства, производили оплату земельного налога, осуществляли иные полномочия собственников, предусмотренные статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Владение и пользование земельным участком осуществляется истцом и ранее его отцом для собственных нужд, добросовестно и открыто, они поддерживали его в надлежащем состоянии, принимали меры по сохранению имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц, производили расходы на содержание.

В течение всего срока владения и пользования спорным земельным участком и находящимися на нем строениями никто претензий К.1. не предъявлял, не предпринимал мер по изъятию данного имущества, о правах собственности на данные объекты недвижимости никто не заявлял, освободить участок не требовал; спорному земельному участку и находящимся на нем постройкам с 1976 года присвоен адрес. Домовладение проходило инвентаризацию, технический, кадастровый учет, имеет адресацию.

С доводами ответчика и третьего лица о том, что документов об отводе К.1. земельного участка не имеется, давностное владение не является добросовестным, а земельное законодательство не содержит положений, предусматривающих приобретение права собственности в силу приобретательной давности в отношении земельных участков, находящихся в государственной и муниципальной собственности также согласиться нельзя только на основании того, что истец не обладает информацией о предоставлении земельного участка для возведения жилого дома во второй половине 20-го века, и такие сведения не представлены в материалы дела.

Само по себе отсутствие у истца или в архивном фонде документов об отводе земельного участка, а также невозможность доказать право собственности на основании иных документов не препятствует приобретению в силу давности владения недвижимого имущества, обстоятельства предоставления которого неизвестны.

Иной подход ограничивал бы применение статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не может с учетом сказанного опровергать добросовестность давностного владельца и сама по себе презумпция государственной собственности на землю (пункт 2 статьи 214 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку ограничение для приобретения земельных участков, находящихся в государственной (муниципальной) собственности, по давности владения ставит частных лиц в заведомо невыгодное положение по отношению к публично-правовым образованиям, что нарушает принцип равенства субъектов гражданского права (пункт 1 статьи 2 и пункт 4 статьи 212 Гражданского кодекса Российской Федерации) и вступает в противоречие со статьями 8 (часть 2) и 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Фактически департамент земельных отношений администрации г.Перми передал К.1. все свои правомочия собственника – владения, пользования, распоряжения, и фактически с 1976 года данные полномочия осуществляла семья К.1..

Оценив в совокупности установленные по делу обстоятельства, представленные доказательств и нормы права, суд приходит к выводу о том, что требования истца являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме, за К. в порядке приобретательной давности подлежит признанию право собственности на земельный участок по <адрес>.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, действующей в интересах недееспособного К., удовлетворить.

Признать за К. в порядке приобретательной давности право собственности на земельный участок по <адрес>. в следующих границах:

Обозначение характерных точек границ

Координаты

.......

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кировский районный суд города Перми.

Судья А.А. Каменщикова