№ 2-915/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июня 2025 года Томский районный суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Сабылиной Е.А.,

при секретаре Роппель В.А.,

помощник судьи Юкова Н.В.,

с участием:

истца ФИО4, представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства Российской Федерации по Томской области ФИО1, представителей третьего лица прокуратуры Томской области ФИО2, ФИО3, помощника прокурора Томского района Томской области Яскульской Т.М., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Томской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства Российской Федерации по Томской области о взыскании компенсации морального вреда, убытков,

установил:

ФИО4 обратилась в Томский районный суд /../ с иском (с учетом уточнения) к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по /../, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства Российской Федерации по /../, в котором просила взыскать компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей, убытки в размере 27976 рублей.

В обоснование заявленного требования указано, что /../ старшим следователем следственного отдела ОМВД России по /../ К. на основании электронного заявления о преступлении (/.,,/ /.,,/ от /../) в отношении ФИО4 возбуждено уголовное дело /.,,/ по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Заявление о преступлении не было подписано З. как заявителем. В заявлении от лица З. была подпись его бывшей жены И., предупреждение об ответственности за ложный донос. При этом, в феврале 2024 года при рассмотрении заявления о преступлении по статье 303 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО5 давала показания, что все заявления в суды, полицию писал (печатал) и подписывал лично сам З., что не соответствует действительности, так как З. по состоянию здоровья не мог этого сделать.

Возбуждение уголовного дела /.,,/ было последствием бездействия как Ленинского ОМВД /../, так и прокуратуры /../, которые по негативным сформированным на ложных показаниях И., сотрудника полиции Л. о моральном облике ФИО4, отнеслись к предварительному расследованию предвзято, приняв без всяких проверок позицию И., Л. и адвоката М. На протяжении уголовного преследования ФИО4 было отказано во всех ходатайствах, следователи отказали в запросе о детализации звонков с номера З. Отказ в ходатайствах о проведении конкретных следственных действиях для установления истины привело к незаконному возбуждению уголовного дела.

Факт незаконного привлечении к уголовной ответственности (незаконному уголовному преследованию) подтверждается постановлением Ленинского ОМВД /../, от /../, о прекращении, в отношении ФИО4 уголовного дела и уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в действиях состава преступления. Исходя из требований законодательства, факт незаконного привлечения к уголовной ответственности, в то числе незаконное возбуждение уголовного дела, является основанием для возмещения компенсации морального вреда независимо от вины причинителя. Вред причиненный в результате незаконного уголовного преследования возмещается за счет казны Российской Федерации.

Моральный вред причинен в результате незаконного возбуждения уголовного дела по преступлению, которого не было. При очевидных условиях, где у следователей Ленинского ОМВД /../ было время до /../ (время принятия решения о возбуждении уголовного дела) установить факт, что З. /../ трижды звонил ФИО6 и ФИО4, что в ходе разговора З. разрешил пользоваться его деньгами, следователи на протяжении всего предварительного расследования, прикрываясь ст. 38 УПК РФ, делали вид, что данного факта не существует, уничтожив предоставленные доказательства звонков З. Такие действия следователей являются для ФИО4, как офицера, преступными и циничными, при этом зная, что данные следователи продолжают безнаказанно работать, представляя в своем лице государство Российской Федерации. Моральный вред ФИО4 принесен циничным постановлением о прекращении уголовного дела, которое вынесено по п. 1 ч. 2 ст. 24 УПК РФ, как за отсутствием преступных деяний в действиях. Прекратить уголовное дело по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления следователи отказались, сказав, что событие и деяния преступления были, но они не смогли доказать, что ФИО4 преступник. При этом уголовное дело /.,,/ прекращено только по причине того, что З. обязан содержать детей, платить алименты. Возбуждением уголовного дела по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, относящемуся к тяжкому преступлению, за которое законодательством предусмотрено наказание до 6 лет лишения свободы. Необоснованными отказами ФИО4 и не принятия доказательств невиновности на протяжении всего уголовного преследования.

Моральный вред причинен принудительным доставлением, под угрозами применения спецсредств /../ на допрос в Ленинский ОМВД /../, дочери истца А. Алекс, где на нее оказывалось давление, на допросе следователь А. указывал А. Алекс, что она не имеет право называть З. своим отцом, так как не является его дочерью, что само по себе оскорбляет чувство ФИО4 как матери. Моральный вред причинен отношением следователей женщин к чувствам несовершеннолетних детей А. Майк (13 лет) и А. Николь (15 лет) нарушение правил допроса несовершеннолетних, привело к нестабильному, длительному, эмоциональному стрессу, характерному в подростковый переходный период. Все допросы несовершеннолетних детей велись без участия педагога, что нарушало ст. 425 УПК РФ, где детям на допросах задавали не допустимые вопросы, касающиеся их родителей.

Моральный вред причинен недопустимым заявлением несовершеннолетним детям о том, что у З., другая семья, что у него есть законная жена И., что он не является их отцом, что они имеют право на общение с ним, так как он для них просто однофамилец, а их мать мошенница, воровка. Следователи нарушали ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, распространение информации о частной жизни

Моральный вред причинен необоснованным, длительным нахождением в статусе подозреваемой, при котором у ФИО4 неоднократно бралось унизительное обязательство о явке, которое мешало нормальной жизнедеятельности. ФИО4 была обязана постоянно сообщать свое местонахождение, спрашивать разрешение у следователей выезд за пределы /../.

В судебном заседании истец ФИО4 заявленные требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства Российской Федерации по /../ ФИО1, действующая на основании доверенности от /../ /.,,/, в судебном заседании против исковых требований возражала.

Ответчик Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по /../, надлежащим образом извещенное о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание представителя не направило.

Третье лицо ОМВД России по /../, надлежащим образом извещенное о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание представителя не направило.

Суд в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть дело по существу при имеющейся явке.

Представитель третьего лица прокуратуры /../ ФИО2, действующая на основании доверенности от /../ /.,,/, полагала, что требования подлежат удовлетворению, но не в заявленном размере.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, ознакомившись с отзывом прокуратуры /../, возражениями Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства Российской Федерации, возражением Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по /../, заслушав заключение помощника прокурора /../, полагавшей требования о взыскании морального вреда подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации к числу гарантированных Конституцией прав граждан отнесено право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с пунктом 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

Частью 4 статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Из положения статей 135 и 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует, что возмещение имущественного вреда и восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитированного производится в уголовно-процессуальном порядке.

В соответствии с частью 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, в случае прекращения в отношении лица уголовного дела, уголовного преследования по реабилитирующему основанию право на компенсацию морального вреда презюмируется.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от /../ /.,,/ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от /../ /.,,/ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения в части общих условий возложения обязанности по компенсации морального вреда, включая разъяснения пункта 12 постановления.

Тогда как в случае причинения вреда лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, основания компенсации такого вреда предусмотрены специальными нормами, содержащимися в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации (часть 4 статьи 11 УПК РФ), приведенными выше.

Нематериальные блага, за нарушения которых на виновное лицо может быть возложена компенсация морального вреда, предусмотрены положениями статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, которыми определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от /../ /.,,/ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, размер компенсации морального вреда подлежит определению судом с учетом конкретных обстоятельств, представленных в дело доказательств.

Указанное следует из смысла приведенных выше норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их толкованию в постановлении от /../ /.,,/, от /../ /.,,/ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», где указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина; при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости, существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 37 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности. Согласно статье 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Так, в силу положений статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации определение размера компенсации морального вреда находится в компетенции суда, разрешается судом в каждом конкретном случае с учетом характера спора, конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей потерпевшего, которому причинены нравственные или физические страдания, а также других факторов.

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от /../ /.,,/ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от /../ /.,,/ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с пунктом 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от /../ /.,,/ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от /../ /.,,/ «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Судом на основании материалов уголовного дела /.,,/ установлено и не оспаривалось сторонами, что /../ старшим следователем следственного отдела ОМВД России по /../ возбуждено в отношении неустановленного лица уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, установлено, что в период с /../ по /../ неустановленное лицо, в неустановленном месте, тайно похитило с банковской карты ПАО «Сбербанк России» денежные средства, принадлежащие З. в сумме 45409 рублей 16 коп., причинив последнему значительный материальный ущерб.

Постановлением старшего следователя СО Отдела МВД России по /../ от /../ предварительное следствие по уголовному дела /.,,/ приостановлено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

/../ предварительное следствие по уголовному дела /.,,/ возобновлено (постановление начальника СО ОМВД России по /../ от /../).

/../, /../ с ФИО4 оперуполномоченным полиции ОМВД России по /../ взяты объяснения.

Постановлением старшего следователя СО ОМВД России по /../ от /../ ФИО4 допущена в качестве законного представителя несовершеннолетнего свидетеля ФИО4

/../ допрошен несовершеннолетний свидетель ФИО4 (протокол допроса от /../); /../ допрошен несовершеннолетний свидетель М. (протокол допроса от /../); /../ допрошен несовершеннолетний свидетель М. (протокол допроса от /../) в присутствии законного представителя ФИО4

Из постановления следователя следственного отдела ОМВД России по /../ от /../ следует, что допущен в качестве защитника подозреваемой ФИО4 адвокат П.

/../, /../ ФИО4 допрошена следователем следственного отдела ОМВД России по /../ в качестве подозреваемой (протокол допроса от /../; протокол допроса от /../).

/../, /../, /../ у ФИО4 отобрано обязательство о явке, из которого следует, что дол окончания предварительного расследования по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ФИО4 будет своевременно являться по вызовам следователя или в суд, а в случае перемены места жительства и (или) регистрации незамедлительно сообщит.

/../, /../ между потерпевшим З. и подозреваемой ФИО4 с участием защитника П., представителем И. проведена очная ставка, о чем старшим следователем СО ОМВД России по /../ составлены соответствующие протоколы очной ставки от /../, от /../.

Постановлением заместителя начальника СО ОМВД России по /../ от /../ признаны недопустимыми доказательствами: протокол допроса подозреваемой ФИО4 от /../, протокол допроса подозреваемой ФИО4 от /../, протокол допроса подозреваемой ФИО4 от /../, протокол очной ставки от /../, протокол очной ставки от /../.

Постановлением следователя СО ОМВД России по /../ Ю. от /../ прекращено уголовное дело /.,,/ в отношении ФИО4, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления.

Как следует из постановления о прекращении уголовного дела от /../, по результатам оценки и анализа совокупности собранных по уголовному делу доказательств, а также вступившего в законную силу решения Ленинского районного суда /../ от /../ о взыскании с В. в пользу ФИО4 алиментов в период с 2018 года, имеющего преюдициальное значение и признанное следствием без дополнительной проверки, следствие пришло к выводу о том, что в действиях ФИО4 отсутствуют необходимые и достаточные признаки состава преступления, предусмотренные п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, в частности, характеризующие объективную сторону указанного состава и направленные на хищение денежных средств с банковского счета, в виду отсутствия у ФИО4 преступного корыстного умысла, направленного на хищение, либо обращение в свою пользу денежных средств, принадлежащих З., так как ФИО4 использовала денежные средства, принадлежащие З., находящиеся на банковской карте, исключительно на нужды самого З. и их совместных детей, данные действия не скрывала, не предвидела и не желала наступления материального ущерба, не предполагала отсутствие права на распоряжение денежными средствами, принадлежащими З., полагала о безусловном разрешении со стороны З. самостоятельного решения по использованию денежных средств в связи с тем, что ранее неоднократно использовала банковскую карту З., знала пин-код.

Таким образом, в действиях ФИО4 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, в связи с чем уголовное дело /.,,/ подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

На основании материалов уголовного дела установлено, что ФИО4 подверглась уголовному преследованию с /../ по /../.

Свидетель О. пояснила, что знакома с ФИО4 более 15-ти лет. Зимой 2021 года на ФИО4 в Ленинском ОВД возбудили уголовное дело по краже денег у З. В отдел на допрос возили детей ФИО4 В течение всего времени пока шло расследование ФИО4 очень переживала, говорила, что не виновна, у нее был страх за себя и детей.

Свидетель Б. пояснила, что находится с ФИО4 в дружеских отношениях. В январе 2021 года на Зори Н. заводили уголовное дело, что она украла деньги. ФИО4 – порядочная мать, ни в чем не виновата. Ее (Б.) допрашивали по уголовному делу в качестве свидетеля. Н. очень переживала в связи с уголовным преследованием, дети тоже переживали сильно. Она часто встречалась с ФИО4, 2-3 раза в месяц, последняя всегда плакала, была подавлена и расстроена. Со слов ФИО4 узнала, что старшего сына понизили в должности на работе, в связи с тем, что в отношении матери возбуждено уголовное дело. ФИО4 жаловалась на головные боли, принимала ли та какие-либо лекарства – ей неизвестно.

Суд не находит оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания являются последовательными, согласуются между собой, с пояснениями истца, материалами дела.

Учитывая вышеприведенное правовое регулирование, представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установив факт незаконного уголовного преследования ФИО4, суд приходит к выводу о том, что в связи с незаконным уголовным преследованием ФИО4 испытывала нравственные страдания (переживания и беспокойство за возможное осуждение и срок по указанной в обвинении статье, иные негативные эмоции в связи с совершаемыми процессуальными действиями), учитывает длительность испытываемых ею нравственных страданий на протяжении более года, связанных с продолжительностью уголовного производства, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Несмотря на то, что мера пресечения в отношении ФИО4 по данному уголовному делу не избиралась, а была избрана мера процессуального принуждения (обязательство о явке) на протяжении всего периода уголовного преследования, суд учитывает, что в отношении ФИО4 по уголовному делу неоднократно проводились процессуальные действия, что не могло не отразиться на ее психоэмоциональном состоянии, с чем истец связывает, в том числе, свои нравственные страдания.

При указанных обстоятельствах, применительно к положениям вышеуказанных норм закона, с учетом фактических обстоятельств дела, имеются основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда. В данном случае, осуществление в отношении ФИО4 уголовного преследования, безусловно, причинило истцу нравственные страдания, выразившиеся в пребывании в нервном напряжении и психотравмирующей ситуации из-за подозрения в совершении преступления.

При этом, доказательств того, что истец испытывала физическую боль и неудобства, либо пострадало ее здоровье не представлено.

При определении объема и степени страданий истца, суд учитывает совокупность обстоятельств привлечения ФИО4 к уголовной ответственности, основания прекращения уголовного преследования по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ на стадии предварительного расследования, категорию преступления, в котором она обвинялась, длительность периода осуществления уголовного преследования, объем следственных действий, проведенных с участием истца, отсутствие каких-либо заболеваний, возникших в результате незаконного уголовного преследования, отсутствие судимости у ФИО4, пояснения истца, изложенные в исковом заявлении и данные ею в судебном заседании относительно степени и объема перенесенных ею нравственных страданий и их последствиях, степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, требования разумности и справедливости.

С учетом установленных обстоятельств уголовного преследования ФИО4 при ее обвинении в совершении преступления, поскольку незаконное уголовное преследование являлось существенным психотравмирующим фактором, не могло не сказаться на личности истца, суд полагает определить размер компенсации морального вреда, причиненного истцу, в сумме 5000 рублей. Данный размер компенсации суд полагает разумным и справедливым, соответствующим установленным по делу обстоятельствам.

Истом заявлено о взыскании убытков в размере 27976 рублей, из которых 24976 рублей – затраты на генетическую экспертизу, 3000 рублей – оплата детализации телефонных звонков, как вынужденно понесенных в доказательство невиновности ФИО4

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из товарного чека /.,,/ от /../; кассового чека от /../ следует, что за детализацию давностью более 8 мес. ПАО «Вымпелком» уплачены денежные средства в размере 3000 рублей.

Согласно акту выполненных работ (услуг) /.,,/ от /../; кассовым чекам от /../ обществом с ограниченной ответственностью «Институт мужского здоровья» оказаны услуги ФИО4 по судебной молекулярно-генетической экспертизы на установление родства стоимостью 24976 рублей, услуги ФИО4 оплачены.

Расходы по получению выписки детализации звонков понесены ФИО4 /../, на проведение судебной молекулярно-генетической экспертизы – /../, тогда как постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО4 вынесено /../.

В этой связи оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании убытков в связи с незаконным уголовным преследованием в размере 27976 рублей не имеется.

На основании пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации.

В силу статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает финансовый орган.

Из содержания вышеприведенных норм гражданского законодательства следует, что ответственность государства за действия должностных лиц наступает при наличии следующих условий: неправомерности действий или бездействия должностных лиц; наличия морального вреда, причиненного гражданину; причинно-следственной связи между неправомерными действиями (бездействием) должностных лиц и причиненным моральным вредом; виновности должностных лиц, если вред причинен вследствие неправомерного деяния должностного лица.

Как устанавливает пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно части 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов Российской Федерации.

В соответствии с приказом Министерства финансов Российской Федерации от /../ /.,,/ «О порядке организации и ведения Министерством финансов РФ работы по выступлению от имени казны Российской Федерации, а также по представлению интересов Правительства Российской Федерации в судах» (с учетом Приказов Министерства финансов Российской Федерации от /../ /.,,/, от /../ /.,,/), обязанность по организации и ведению в судах работы по выступлению от имени казны Российской Федерации возложены на Управления Федерального казначейства Минфина России по республикам, краям, округам, областям, каждому из которых Министерством финансов Российской Федерации выдаются соответствующие доверенности.

Постановлением Правительства РФ /.,,/ от /../ утверждено Положение о Министерстве финансов Российской Федерации, в соответствии с которым Министерство финансов Российской Федерации является высшим финансовым органом РФ, осуществляющим, в том числе, координацию и контроль деятельности находящегося в его ведении Федерального казначейства.

В соответствии с главой II ст. 8 п. «т» Положения о федеральном казначействе, утвержденного Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации /.,,/ от /../, федеральное казначейство организует и ведет операции по учету казны Российской Федерации.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу, следует возложить на Министерство Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО4 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по /../, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства Российской Федерации по /../ о взыскании компенсации морального вреда, убытков удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации (/.,,/) в пользу ФИО4, /../ года рождения, место рождения: /../, паспорт гражданина Российской Федерации серии 6914 /.,,/ выдан /../, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Томский районный суд Томской области в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий /подпись/ Сабылина Е.А.

Мотивированное решение составлено 11.07.2025

Копия верна

Подлинник находится в гражданском деле № 2-915/2025

Судья Сабылина Е.А.

Секретарь Роппель В.А.

УИД 70RS0005-01-2025-000346-03