31RS0016-01-2023-004066-67 № 2-3644/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 июля 2023 года город Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:

Председательствующего судьи Р.Л. Гладченко,

при секретаре Ямпольской А.И.,

с участием: истца ФИО1, представителя ответчика Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, третьего лица Управления Федерального казначейства по Белгородской области ФИО2, представителя ответчика УМВД РФ по г.Белгороду ФИО3,

в отсутствие: представителя ответчика МВД РФ, Управления МВД РФ по Белгородской области,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования в размере 3 107 774,30 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что 17.02.2012 в отношении нее возбуждено уголовное дело № по ч. 2 ст. 195 УК РФ, мера пресечения не избиралась. 25.10.2013 уголовное преследование прекращено на основании п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования. О принятом решении ей ( ФИО1) стало известно 11.03.2019 при ознакомлении с материалами проводимой проверки ОЭБ и ПК УМВД РФ по г. Белгороду. По результатам ее неоднократных жалоб 06.04.2020 уголовное дело № восстановлено. 06.06.2020 уголовное преследование по ч.2 ст. 195 УК РФ прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления.

В результате необоснованного уголовного преследования истцу причинен моральный вред в виде нравственных страданий.

Судом к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации, МВД РФ, Управление МВД РФ по Белгородской области.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить, пояснила, что в результате незаконного уголовного преследования была подорвана ее репутация, как работника торговли, так как возбуждение в отношении нее уголовного дела по подозрению в совершении преступления негативно отразилось на ее репутации и лишило ее возможности, устроится на работу по специальности. С того момента (2019), как она узнала о возбуждении уголовного дела и прекращении за истечением срока давности уголовного преследования, она находилась в постоянном напряжении, страдала ее семья, она не понимала почему ей отказывают в приеме на работу. От переживаний было подорвано ее здоровье, что она так же связывает с привлечением ее к уголовной ответственности.

В судебном заседании представитель ответчика Российской Федерации в лице - Министерства финансов Российской Федерации, представитель третьего лица Управления Федерального казначейства по Белгородской области ФИО2, иск не признал, просил в его удовлетворении отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Представитель ответчика УМВД РФ по г. Белгороду ФИО3 исковые требования не признала, по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель ответчиков УМВД РФ по Белгородской области, МВД РФ в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, об отложении судебного разбирательства не просил.

Информация о назначении дела была заблаговременно размещена на официальном интернет-сайте Октябрьского районного суда г. Белгорода в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации".

Суд на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы настоящего дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

Согласно статье 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее- УПК РФ), реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Как предусмотрено частью 4 статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1).

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части второй статьи 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса (абз.3 часть 2).

Согласно статье 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 02.04.2013) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", следует, что под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).

Как следует из материалов дела, и установлено судом 17.02.2012 следователем отдела № 5 УМВД РФ по г. Белгороду в отношении истца возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ (л.д. 13).

17.07.2012 производство по уголовному делу приостановлено до установления местонахождения подозреваемой ФИО1 (л.д. 14).

25.10.2013 следователем отдела № 5 УМВД РФ по г. Белгороду уголовное дело № возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ, прекращено на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, за истечением срока давности уголовного преследования.

25.02.2019 уголовное дело № уничтожено.

06.04.2020 уголовное дело № в отношении ФИО1 о ч.2 ст. 195 УК РФ восстановлено (л.д. 92).

30.04.2020 ФИО1 допрошена в качестве подозреваемой.

06.06.2020 следователем отдела № 5 УМВД РФ по г. Белгороду уголовное дело № возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления, мера принуждения – обязательство о явке отменена, уголовное преследование, продолжено в отношении неустановленного лица (л.д. 94-95).

15.09.2020 следователем отдела № 5 УМВД РФ по г. Белгороду уголовное дело № возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ в отношении неустановленного лица, прекращено на основании п.3 ч.1 ст.24 УК РФ, за истечением срока давности уголовного преследования (л.д. 106).

Согласно акту № об отборе и уничтожении прекращении уголовных дел, находящихся в архиве СУ УМВД России по г. Белгороду от 22.06.2022 уголовное дело № возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ, уничтожено ( л.д. 53-57).

Из изложенного следует, что в период с 17.02.2012 по 25.10.2013 и с 06.04.2020 по 06.06.2020 ФИО1 была подвергнута незаконному уголовному преследованию по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 195 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с чем, у нее возникло право на компенсацию морального вреда.

Причинение морального вреда в результате незаконного уголовного преследования является фактом, не требующим доказывания.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с данным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из тех обстоятельств, что преступление, в котором обвинялась истец, относилось к категории небольшой тяжести, за которое предусматривалось наказание штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо ограничением свободы на срок до одного года, либо принудительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до одного года со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового.

Учитывая характер физических и нравственных страданий испытанных ФИО1 в связи с незаконным уголовным преследованием, в период которого истцу избиралась мера принуждения - обязательства о явке (с 06.04.2020 по 06.06.2020), а также учитывая фактические обстоятельства дела, длительность срока предварительного расследования уголовного дела с 17.02.2012 по 25.10.2013, с 06.04.2020 по 06.06.2020, принимая во внимание, что истец фактически не испытывала ограничения в гражданских правах и невозможность ведения обычного образа жизни в период предварительного следствия (о возбужденном в отношении уголовного дела и расследуемом уголовном деле ему стало в 2019 году), после прекращения уголовного дела 06.06.2020 с иском по вопросами реабилитации обратилась впервые в 2023 году, отсутствие доказательств наступления для ФИО1 вредных последствий в связи с уголовным преследованием (объективных данных об ухудшении состояния здоровья в связи с незаконным уголовным преследованием не представлено), суд полагает, что размер компенсации морального вреда в размере 25 000 руб. в полной мере соответствует степени физических и нравственных страданий истца с учетом всех обстоятельств, подлежащих учету при разрешении данного спора, а также соответствует требованиям разумности и справедливости. Указанная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику, поскольку суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в статьях 151, 1100 ГК РФ, в совокупности оценил фактические обстоятельства дела, соотнося их с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями ее личности.

Каких-либо оснований в соответствии с представленными в дело доказательствами, для взыскания суммы компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает.

Указанная сумма компенсации морального вреда, по убеждению суда, в данном случае в полной мере соразмерна тяжести причиненного истцу морального вреда и отвечает вышеуказанным базовым принципам.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ уроженки <данные изъяты>, паспорт № выдан 27.10.2015 Отделением № компенсацию морального вреда в результате незаконного уголовного преследования в размере 25 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Мотивированный текст составлен 27.07.2023.

Судья