САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД
Рег. №33-15359/2023
УИД 78RS0002-01-2021-009915-97
Судья: Глазачева С.Ю.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Санкт-Петербург
19 июля 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:
председательствующего
Илюхина А.П.
судей
ФИО1, ФИО2,
при секретаре
ФИО3,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ПБС» на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 20 декабря 2022 года по гражданскому делу №2-2044/2022 по иску ФИО4 к ООО «ПБС» о защите прав потребителей.
Заслушав доклад судьи Илюхина А.П., выслушав представителя истца ФИО5, представителя ответчика ФИО6, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда
УСТАНОВИЛА:
ФИО4 обратился в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ООО «ПБС» о защите прав потребителей. В обоснование заявленных требований истец указал, что между сторонами был заключен договор, по условиям которого ответчик обязался оказывать услуги по охране <адрес> в <адрес>, 16 ноября 2019 года ответчик некачественно оказал услуги, не смог предотвратить пожар, в результате чего дом сгорел. Ссылаясь на указанные обстоятельства, после уточнения требований (Т.2, л.д. 59) истец просил взыскать с ответчика ущерб, причиненный объекту недвижимости, в сумме 5 262 311 рублей, денежную компенсацию морального вреда 500 000 рублей, штраф, расходы на составление отчета об оценке 15 000 рублей.
Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 20 декабря 2022 года исковые требования удовлетворены частично, суд взыскал с ответчика в счет возмещения ущерба 5 262 311 рублей, денежную компенсацию морального вреда 50 000 рублей, штраф в размере 1 000 000 рублей, расходы на составление отчета об оценке 15 000 рублей.
В апелляционной жалобе ООО «ПБС» просит решение суда отменить, полагая, что оно принято с нарушениями норм действующего законодательства.
Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Из материалов дела усматривается, что супруге истца – ФИО7 на праве собственности принадлежит земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, Виллозское сельское поселение, тер. ДНП «Можайское», <адрес>.
11 августа 2019 года между ФИО4 (заказчик) и ООО «ПБС» (исполнитель) был заключен договор на оказание охранных услуг указанного дома. Из содержания данного договора следует, что ответчик обязался при срабатывании расположенных на объекте датчиков направлять на объект группу быстрого реагирования в течение 15 минут с момента срабатывания датчика.
16 ноября 2019 года в 02:53 от датчика «ИК Гараж» поступил сигнал срабатывания, истец был оповещен sms-сообщением и посредством мобильного приложения, в 03:05 истец был оповещен sms-сообщением и посредством мобильного приложения о том, что в ходе проведенного осмотра нарушений обнаружено не было.
В 04:39 от датчика «ИК Кабинет» поступил сигнал срабатывания, истец был оповещен sms-сообщением и посредством мобильного приложения, в 04:45 от системы безопасности поступил сигнал обесточивания, истец был оповещен о необходимости восстановить питание sms-сообщением и посредством мобильного приложения, в 04:57 истец был оповещен об отсутствии нарушений sms-сообщением и посредством мобильного приложения.
В 06:18 на пульт дежурного пожарной части поступил сигнал от соседей истца о пожаре по вышеуказанному адресу, пожар был потушен прибывшими сотрудниками МЧС, которые обнаружили горение дома и гаража с обрушением кровли.
Вышеуказанные обстоятельства в ходе рассмотрения дела сторонами признавались.
В ходе проверки, проведенной в рамках материалов пожарного дела, определить очаговую зону и причину пожара не представилось возможным в виду полного выгорания строительных конструкций и других коммуникаций в доме и гараже.
В материалы дела представлен отчет о величине ущерба, согласно которому он определен в сумме 5 262 311 рублей.
Между сторонами возникли разногласия относительно того, выезжала ли группа быстрого реагирования на объект при поступлении сигналов.
Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в пояснениях ответчика содержатся противоречия, что свидетельствует о недоказанности надлежащего исполнения обязательств по договору, в связи с чем удовлетворил заявленные истцом требования.
Проверяя законность и обоснованность судебного постановления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
При таких обстоятельствах на истца была возложена гражданская процессуальная обязанность доказать противоправное поведение ответчика, находящееся в причинно-следственной связи с причинением истцу ущерба, и его размер.
ООО «ПБС» является станцией мониторинга, им был заключен договор с ООО «ОО «Визирь», которое обеспечивало прибытие оперативных дежурных (Т., л.д. 4-12).
Согласно ответу ООО «ОО «Визирь», 16 ноября 2019 года группы быстрого реагирования направлялись по спорному адресу в 2:53 и в 4:39 (Т.1, л.д. 37, 42), в первом случае группа со старшим охранником ФИО8, во втором случае со старшим охранником ФИО9 Также в материалы дела представлены копии рапортов старших охранников с аналогичными пояснениями.
Данные пояснения согласуются с рапортом оперативного дежурного ФИО10 о порядке обработки поступивших сигналов и направлении групп реагирования (Т.1, л.д. 91). Также в данном рапорте есть ссылка на то обстоятельство, что в 09:32 от ООО «ПБС» поступил сигнал по спорному адресу, однако выводы суда первой инстанции о том, что данный сигнал поступил на пульт ООО «ПБС» в данное время ничем не обоснован. В указанное время, как следует, в том числе из показаний истца, он уже известил ООО «ПБС» о пожаре, следовательно, оснований для отработки сигнала не имелось. Направление группы на место пожара могло быть обусловлено необходимостью установить обстоятельства происшествия.
В материалы дела представлена копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, из которого следует, что ФИО9 при проведении проверки пояснял, что датчик срабатывал в 02:53 и в 03:25. Данные пояснения не опровергают все иные представленные в материалы дела пояснения.
Несмотря на то, что на спорные правоотношения распространяется законодательство о защите прав потребителей, это не освобождает истца как потребителя от предоставления доказательств по делу.
В ходе рассмотрения дела ответчиком представлены доказательства надлежащего исполнения обязательств по договору – рапорты сотрудников ООО ОО «Визирь», распечатки СМС-извещений, направленных истцу, письменные пояснения, которые в своей совокупности не противоречат одно другому, тогда как истцом не представлено никаких доказательств противоправного поведения ответчика, представленные ответчиком в материалы дела доказательства истцом не опровергнуты.
Единственным несоответствием в представленных ответчиком доказательствах является указание на датчик, сработавший второй раз – в смс-сообщениях указан «кабинет», а в рапортах сотрудников указано «лестница», однако данное обстоятельство не свидетельствует о каких-либо противоправных действиях ответчика.
Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что истцом не представлено никаких доказательств противоправного поведения ответчика, что является необходимым элементом состава гражданской ответственности.
Также истцом не представлено доказательств причинно-следственной связи между возможными нарушениями, допущенными ответчиками, и наступившими негативными последствиями.
Истцом не сформулирована какая-либо позиция относительно того, о чем свидетельствует срабатывание сигнализации и в какой это находится причинно-следственной связи с произошедшим пожаром.
Так, если предположить факт возгорания в момент первого срабатывания датчика (2:53), то с учетом характеристик постройки сильный пожар с открытым горением должен был начаться значительно раньше. Аналогичным образом, в случае, если второй сигнал свидетельствовал о возгорании (настолько значительном, что в 4:45 дом уже был обесточен), то с очевидностью процесс горения развивался бы быстрее и к моменту прибытия пожарных (почти через 2 часа) какого-либо значительного горения вообще уже не происходило бы.
Кроме того, в случае, если датчики сработали на дым, то он мог быть не заметен сотрудникам группы быстрого реагирования с улицы при осмотре на предмет нахождения в доме посторонних.
Таким образом, даже в случае, если около 4:45 сотрудники ответчика не выезжали на спорный объект, их действия не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими негативными последствиями, поскольку предметом договора противопожарная защита не охватывалась, открытого горения, которое могло бы быть заметно с улицы, еще не происходило (с учетом того, что сигнал от соседей поступил спустя полтора часа).
Принимая во внимание, что истцом не представлено доказательств ни противоправного поведения ответчика, ни какой-либо причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями, судебная коллегия приходит к выводу о том, что выводы суда первой инстанции об удовлетворении иска являются ошибочными, решение суда подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Апелляционную жалобу ООО «ПБС» удовлетворить.
Решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 20 декабря 2022 года отменить с принятием нового решения.
В удовлетворении исковых требований ФИО4 отказать.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20 июля 2023 года.
Председательствующий
Судьи