Судья Сайфутдинов Р.А. УИД 16RS0023-01-2022-000499-86

Дело № 2-20/2023

Дело № 33-9696/2023

Учет № 204г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

3 июля 2023 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Насретдиновой Д.М.,

судей Гиниатуллиной Ф.И., Новосельцева С.В.,

с участием прокурора Янусика А.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Нигматзяновой А.Л.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Новосельцева С.В. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 и ФИО2 на решение Черемшанского районного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года, которым постановлено:

иск ФИО1 и ФИО2 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Новошешминская центральная районная больница» о компенсации морального вреда и взыскании материального ущерба, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Новошешминская центральная районная больница» в пользу ФИО1 и ФИО2 компенсацию морального вреда в размере по 1 000 000 (один миллион) рублей каждому.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Новошешминская центральная районная больница» в пользу ФИО2 материальный ущерб в размере 259 625 (двести пятьдесят девять тысяч шестьсот двадцать пять) рублей.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Новошешминская центральная районная больница» в доход бюджета «Черемшанский муниципальный район» Республики Татарстан в размере 6 096 (шесть тысяч девяносто шесть) рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав объяснения истцов М-вых и их представителя – ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, третьего лица ФИО4 и его представителя – ФИО5, возражавших против удовлетворения жалобы, заключение прокурора, полагавшего, что решение суда является законным и обоснованным и оставившего вопрос о размере компенсации на усмотрение суда, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Новошешминская центральная районная больница» (далее – ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ») о компенсации морального вреда и взыскании материального ущерба.

В обоснование заявленных требований указали, что они являются родителями умершей ФИО6

18 декабря 2018 года в 9 часов 40 минут бригадой скорой медицинской помощи их дочь ФИО, <дата> года рождения, была доставлена в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ», где в 9 часов 50 минут у нее диагностировано внутрибрюшное кровотечение объемом 2-2,5 литра, в связи с чем в целях устранения угрожающей жизни состояния, ей требовалось проведение экстренной хирургической полостной операции.

В виду отсутствия в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» врача-хирурга, имеющего опыт проведения полостных операций, в целях спасения жизни ФИО 18 декабря 2018 года в 10 часов 15 минут оперативное вмешательство по указанию ответственного за хирургическую службу ФИО7 начал проводить врач-рентгенолог рентгеновского кабинета поликлиники (по совместительству врач-хирург поликлиники) при ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» ФИО8, не имеющий надлежащей квалификации и опыта проведения полостных операций.

В связи с неопытностью ФИО8, отсутствием у него навыков по проведению подобных операций, кровотечение у ФИО продолжалось до 12 часов 40 минут того же дня, в связи с чем ей требовалось восполнение кровопотери, в том числе путем введения в кровеносную систему эритроцит содержащих компонентов крови, которые в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» отсутствовали.

Необходимые компоненты крови были запрошены ФИО7 на станции переливания крови 18 декабря 2018 года в 11 часов 20 минут и были доставлены в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» после смерти ФИО., то есть после 14 часов.

В результате небрежного отношения ФИО4 к службе в должности главного врача с 1 декабря 2018 года ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» оставалась без обязательного ежемесячного запаса эритроцит содержащих компонентов крови. Кроме того, ФИО4 самоустранился от контроля за работой ФИО7 и как следствие этого своевременно не обеспечил медицинское учреждение компонентами донорской крови.

Смерть ФИО наступила в ходе операции 18 декабря 2018 года в 14 часов. Непосредственной причиной смерти явилось массивное внутрибрюшное кровотечение, приведшее к геморрагическому шоку, развившееся в результате разрыва стенки кисты селезенки, по данному факту было возбуждено уголовное дело.

В ходе расследования уголовного дела была проведена комиссионная экспертиза, из выводов которой следует, что согласно порядку формирования запасов донорской крови и (или) ее компонентов, установленному приказом Минздрава России от 19 июля 2013 года № 478н «Об утверждении норматива запаса донорской крови и (или) ее компонентов, а также порядка его формирования и расходования», расход среднего ежемесячного объема донорской крови или ее компонентов проводится по году, предшествовавшему периоду времени, на который формируется запас донорской крови и (или) ее компонентов. Соответственно, на 1 декабря 2018 года в больнице в наличии должен был быть обязательный запас эритроцит содержащих компонентов крови не менее 1 л. 353 мл. Указанное количество компонентов позволило бы компенсировать тяжелое состояние ФИО и сохранить ее жизнь.

Приговором Чистопольского городского суда Республики Татарстан от 6 декабря 2021 года ФИО4 и ФИО7 осуждены по части 2 статьи 293 УК РФ к условному наказанию.

Свои моральные страдания истцы оценивают в размере 4 500 000 рублей каждый, поскольку погиб их близкий человек – родная дочь. Истцы просили придать должное значение анализу данных о тяжелом душевном состоянии здоровья после скорой гибели ребенка в больнице с диагнозом, не предвещавшим возникновения опасного для жизни состояния. С момента трагедии родители потеряли душевный покой, смерть ребенка вызвала шок. Ресурсы здоровья истцов понесли значительные потери после гибели ребенка по вине и халатности медиков, качество жизни истцов существенно ухудшилось, врачебная некомпетентность и грубый непрофессионализм привели к смерти их ребенка, навсегда нарушили их психическое благополучие, неимущественное право на здоровье, на полноценное обладание семейными и родственными связями. Подорванное психологическое равновесие неблагоприятно сказалось на удовлетворении физических, психических, социальных, культурных и духовных потребностей.

Кроме того, в связи со смертью дочери ФИО для ее захоронения на кладбище с. Новошешминск Республики Татарстан ФИО2 заключил 18 декабря 2018 года договор № 38 на оказание ритуальных услуг с ИП ФИО9 на сумму 42 230 рублей. Также с ИП ФИО9 был заключен договор от 11 мая 2020 года № 39 на изготовление и установку памятника на могиле дочери на сумму 217 425 рублей.

Истцы просили суд взыскать с ГАУЗ «Новошешминская центральная районная больница» в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 4 500 000 рублей, в пользу истца ФИО2 – 4 500 000 рублей, а также взыскать с ответчика в пользу последнего понесенные расходы на погребение дочери в размере 259 625 рублей.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил их удовлетворить и суду пояснил, что смерть дочери наступила по вине врачей ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ», что установлено приговором суда.

Истец ФИО1 исковые требования также поддержала в полном объеме и просила их удовлетворить, пояснив суду, что врачи изначально, то есть в первый же день показали свою некомпетентность, когда должном образом не обследовали при обращении в приемный покой. В последующем из-за некомпетентности главного врача ФИО4, который должным образом не организовал работу в больнице, и халатного отношения к исполнению своих служебных обязанностей врачей, наступила смерть их дочери. Все это установлено приговором суда.

Представитель истцов ФИО3, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал, и просил дать должное значение анализу данных о тяжелом душевном состоянии здоровья истцов после скорой гибели их ребенка в больнице, с диагнозом, не предвещавшим возникновения опасного для жизни состояния. Для матери и отца смерть ребенка всегда причиняет глубокие стойкие моральные страдания. С момента трагедии родители потеряли душевный покой. Смерть ребенка вызвала шок, ожидание счастья сменилось разочарованием, растерянностью и пустотой. Истцам – отцу и матери тяжело понимать, что их дочь никогда не обнимет их, и они не смогут насладиться каждой минутой здоровой жизни ребенка. Они понесли особые моральные и физические страдания, и они являются значительными для удовлетворения исковых требований.

Представитель ответчика ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» ФИО10, исполняющая обязанности главного врача вышеуказанной районной больницы, исковые требования не признала и просила в их удовлетворении отказать в полном объеме, ссылаясь, что в ходе предварительного следствия истцами требования ни о компенсации морального вреда, ни о возмещении материального ущерба, не заявлялись. Заявленный истцами размер компенсации морального вреда не соответствуют принципам разумности и справедливости. Кроме того, одной из причин, способствовавших смерти ребенка, по мнению ответчика, являлись действия самих истцов, которые отказались от госпитализации. Своевременная госпитализация и диагностика в случае, если бы истцы не отказались от медицинской помощи, исключила бы риск смерти несовершеннолетней. В качестве материального ущерба, как правило, возмещению подлежат только следующие расходы: расходы, связанные с оформлением документов, необходимых для погребения; расходы по изготовлению и доставке гроба, приобретение одежды и обуви для умершей, а также других предметов для погребения; расходы по обустройству места захоронения; расходы по перевозке тела умершей на кладбище; расходы непосредственно по погребению. Кроме того, представитель указала, что при определении размеров компенсации морального вреда и подлежащего возмещению материального ущерба, следует учесть, что у ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» единственным доходом является поступление денежных средств за счет внебюджетных финансовых средств, которое в 2020 году составило 6 047 463 рубля, в 2021 году – 6 153 133 рубля и в 2022 году 5 690 329 рублей. Из этой суммы 75 % направляется на выплату заработной платы, а остальная часть на оплату налогов.

Третье лицо – ФИО4 и его представитель ФИО5 иск также не признали, указав, что заявленный размер компенсации морального вреда не является разумным. Сославшись на то обстоятельство, что истец ФИО2 имеет судимости за корыстные преступления, полагали, что с учетом его индивидуальных особенностей компенсация морального вреда в размере 4 500 000 рублей может привести к его неосновательному обогащению. Кроме того, пояснили, что истцы сами отказались от госпитализации дочери, что и послужило в последующем причиной поступления ребенка в больницу уже в крайне тяжелом состоянии. При рассмотрении исковых требований в части возмещения материального ущерба просили применить срок исковой давности, и учесть, что истцы получили пособие на погребение дочери. Также указали на то, что истцы установили памятник дочери из дорогостоящего материала, сделали облицовку, гравировку, что не является необходимым и не входит в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела.

Третье лицо ФИО7 в суд не явился, письменно просил о рассмотрении дела без его участия.

Суд в приведенной выше формулировке принял решение о частичном удовлетворении иска.

В апелляционной жалобе истцы просят изменить решение только в части размера взысканной в их пользу компенсации морального вреда, указывая, что при определении размера компенсации суд первой инстанции не дал полной оценки всем заслуживающим внимания обстоятельствам дела, а именно перенесенным ими моральным страданиям, связанным с потерей ребенка.

В суде апелляционной инстанции истцы М-вы и их представитель – ФИО3 доводы жалобы поддержали.

Третье лицо ФИО4 и его представитель – ФИО5, возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные участники процесса в судебное заседание не явились, извещены. От ГАУЗ «Новошешминская центральная районная больница» поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя.

Выслушав пояснения явившихся лиц, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам пункта 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.

На основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, а также нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 1 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье – состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как установлено судом и следует из материалов дела, приказом главного врача ФИО11 от 9 января 2018 года № 19 ответственным лицом за переливание крови и ее компонентов по ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» назначен врач анестезиолог-реаниматолог палаты реанимации и интенсивной терапии хирургического отделения (по совместительству врач-трансфузиолог, ответственный врач за хирургическое отделение и ответственный за ведение работы онкологической службы) ФИО7

Несмотря на это, ФИО7 свои обязанности должным образом не исполнил и не сформировал на начало декабря 2018 года в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» ежемесячный обязательный запас эритроцитосодержащих компонентов крови в объеме не менее 1 (одного) литра 353 (трехсот пятидесяти трех) миллилитров.

Будучи осведомленным об этом, ФИО4, действуя халатно, осознавая, что на 1 декабря 2018 года в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» полностью отсутствует обязательный ежемесячный запас эритроцит содержащих компонентов крови, не исполняя свои обязанности вследствие небрежного отношения к службе, самоустранился от контроля за работой ФИО7 и, как следствие этого, не обеспечил медицинское учреждение компонентами донорской крови, то есть не выполнил как должностное лицо административно-хозяйственную функцию в государственном учреждении по обеспечению материальными ценностями, определению порядка их хранения, учета и контроля за их расходованием.

В результате небрежного отношения ФИО4 к службе в должности главного врача с 1 декабря 2018 года ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» полностью осталась без обязательного ежемесячного запаса эритроцит содержащих компонентов крови.

Шестнадцатилетняя ФИО 18 декабря 2018 года в 9 часов 40 минут бригадой скорой медицинской помощи была доставлена в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ», где в 09 часов 50 минут у нее диагностировано внутрибрюшное кровотечение объемом 2-2,5 литра, в связи с чем, в целях устранения угрожающего жизни состояния ей требовалось проведение экстренной хирургической полостной операции, то есть операции, выполняемой на органах, расположенных в брюшной и грудной полостях тела человека.

В целях спасения жизни ФИО 18 декабря 2018 года в 10 часов 15 минут оперативное вмешательство по указанию ответственного за хирургическую службу ФИО7 начал проводить врач-рентгенолог рентгеновского кабинета поликлиники (по совместительству врач-хирург поликлиники) при ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» ФИО8, о чем ФИО4 было достоверно известно.

В связи с неопытностью ФИО8, отсутствия у последнего навыков по проведению подобных операций, кровотечение у ФИО продолжалось до 12 часов 40 минут (время купирования источника кровотечения) того же дня, в связи с чем ФИО требовалось восполнение кровопотери, в том числе путем введения в кровеносную систему эритроцит содержащих компонентов крови, которые в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» отсутствовала.

Необходимые компоненты крови во время операции были запрошены ФИО7 на станции переливания крови 18 декабря 2018 года в 11 часов 20 минут, то есть через 1 час 30 минут после постановки диагноза «внутрибрюшное кровотечение» и через 1 час 05 минут от начала операции, и были доставлены в ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» из г. Нижнекамска после смерти ФИО, то есть после 14 часов.

Соответственно на 1 декабря 2018 года в Больнице в наличии должен был быть обязательный запас эритроцит содержащих компонентов крови не менее 1 л 353 мл. Указанное количество компонентов крови позволило бы компенсировать тяжелое состояние ФИО и сохранить ее жизнь.

Актом проверки органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля юридического лица, индивидуального предпринимателя от 26 июля 2019 года № 317, в соответствии с которым комиссией территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Республике Татарстан в ходе внеплановой документальной проверки ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ», в связи со смертью ФИО, выявлены недостатки оказания последней медицинской помощи 18 декабря 2018 года в ходе оперативного вмешательства. Главным недостатком явилось то, что при проведении инфузионной терапии при наличии показаний ФИО не переливалась эритроцитарная масса.

В прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО как в отдельности, так и в совокупности состоят следующие дефекты оказания в больнице медицинской помощи: проведение экстренной операции хирургом, имеющим недостаточный опыт выполнения подобных операций, вследствие отсутствия в больнице высококвалифицированного специалиста хирурга; отсутствие в больнице запаса эритросодержащих компонентов крови; несвоевременность подачи заявки на доставку эритросодержащих компонентов.

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу приговором Чистопольского городского суда Республики Татарстан от 6 декабря 2021 года, которым главный врач ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» ФИО4 и врач ФИО7. М В. осуждены по части 2 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации – халатность, то есть неисполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного отношения к службе, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Принимая во внимание, что лица, виновные в смерти ФИО, являлись работниками ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ», суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что надлежащим ответчиком по делу является ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ», в связи с чем обоснованно взыскал с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда суд учитывал степень понесенных истцами моральных и нравственных страданий, обусловленных причинением смерти близкому родственнику истцов – их дочери вследствие ненадлежащим образом оказанной медицинской помощи, тяжелого душевного состояния их здоровья после скорой гибели ребенка в больнице с диагнозом, не предвещавшим возникновения опасного для жизни состояния.

Как указал суд, ресурсы здоровья истцов понесли значительные потери после гибели ребенка по вине и халатности медицинских работников, качество жизни истцов существенно ухудшилось, врачебная некомпетентность и грубый непрофессионализм привели к смерти их ребенка, навсегда нарушили их психическое благополучие, неимущественное право на здоровье, на полноценное обладание семейными и родственными связями.

Учитывая изложенное, суд взыскал с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей каждому.

Судебная коллегия, в целом соглашаясь с выводами суда первой инстанции и оценкой исследованных доказательств, вместе с тем полагает, что определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» в пользу истцов, суд первой инстанции ограничился лишь ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закрепленные в положениях статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако не применил их к спорным отношениям, не выяснил в полной мере тяжесть причиненных истцам физических и нравственных страданий в связи со смертью дочери.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит доводы апелляционной жалобы заслуживающими внимания.

Рассматривая вопрос о размере причитающейся истцам компенсации морального вреда, судебная коллегия исходит из установленных критериев, разумности, добросовестности и справедливости. В постановлении Европейского Суда по правам человека 18 марта 2010 года по делу «М. (Maksimov) против Российской Федерации» (жалоба № 43233/02) указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Однако если установлено причинение морального вреда оценка размера компенсации данного вреда должна производится прежде всего исходя из принципа справедливости.

В этой связи, учитывая конкретные обстоятельства данного происшествия, характер и степень физических и нравственных страданий, причиненных истцам в связи со смертью дочери от данного происшествия, действий работников медицинского учреждения как в сложившейся ситуации, так и при исполнении текущих должностных обязанностей (отсутствие компонентов крови для переливания), невосполнимую утрату родного человека, необратимое нарушение семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и непередаваемых неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения, а также тот факт, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, исходя из обстоятельств того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния истцов, которые потеряли дочь в возрасте 16 лет, а также руководствуясь требованиями разумности и справедливости, судебная коллегия полагает необходимым увеличить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ГАУЗ «Новошешминская ЦРБ» в пользу каждого из истцов до 2 000 000 рублей.

По мнению судебной коллегии, компенсация морального вреда в данном размере является справедливой и в полной мере согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере судебная коллегия не усматривает, поскольку определенная к взысканию сумма соответствует установленным по делу обстоятельствам и способствует восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истцов и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

В остальной части решение не обжалуется, в связи с чем предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции не является.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции в части определения размера компенсации морального вреда подлежит изменению.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Черемшанского районного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года по данному делу изменить в части размера компенсации морального вреда, взысканного с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Новошешминская центральная районная больница» в пользу ФИО1 и ФИО2, принять в данной части новое решение.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Новошешминская центральная районная больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт серии .... от 28.07.2007 года) и ФИО2 (паспорт серии .... от 15.02.2002 года) компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 (двух миллионов) рублей каждому.

В остальной части решение Черемшанского районного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года по данному делу оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 7 июля 2023 года.

Председательствующий

Судьи