гражданское дело № 2-256/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Абаза 04 июня 2025 года

Абазинский районный суд Республики Хакасия в составе председательствующего судьи Казаклиу О.А. при секретаре судебного заседания Силиной М.П.,

с участием представителя истца – адвоката Загрядского И.Л.,

представителей третьих лиц:

помощника прокурора Таштыпского района РХ Гавриловой Т.М.,

заместителя руководителя Таштыпского МСО ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец указал, что 11.01.2017 руководителем СО по Таштыпскому району СК РФ по РХ в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, по заявлению ФИО1 По делу он был допрошен в качестве подозреваемого и в отношении него была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке. 30.11.2018 уголовное дело было прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и ему было разъяснено право на реабилитацию. Таким образом, расследование уголовного дела длилось 1 год 10 месяцев, за этот период он испытал нравственные и физические страдания, которые выразились в следующем. Он работал и работает в органах внутренних дел, возбуждением уголовного дела в отношении него была поставлена под сомнение его деловая репутация, честность и доброе имя. Все время, пока длилось следствие, он находился под страхом уголовного наказания за преступление, которого не совершал, поскольку санкция п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы сроком от 2 до 10 лет. На основании положений ст. 133 УПК РФ, ст.ст. 1070, 1100, 151 ГК РФ просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в порядке реабилитации компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В возражениях на исковое заявление представитель третьего лица прокуратуры Таштыпского района РХ Гаврилова Т.М. указала, что степень причиненных истцу нравственных страданий не соразмерна заявленной сумме компенсации морального вреда и подлежит частичному удовлетворению.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания уведомлялся надлежащим образом, при подаче искового заявления просил о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя – адвоката Загрядского И.Л.

В судебном заседании представитель истца – адвокат Загрядский И.Л. поддержал исковые требования, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ при надлежащим извещении в судебное заседание не явился.

Представитель третьего лица - помощник прокурора Гаврилова Т.М. полагала исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Представитель третьих лиц – заместитель руководителя Таштыпского МСО ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия ФИО3 полагал заявленные требования не подлежащими удовлетворению.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон, поскольку такой порядок не противоречит положениям ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав мнение представителя истца, третьих лиц, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ФИО4 с 31 декабря 2014 года состоял в должности кинолога кинологического направления ОМВД России по г. Абаза, с 01 апреля 2021 года состоит в должности старшего оперуполномоченного ОУР Отд МВД России по г. Абаза.

11 января 2017 года руководителем СО по Таштыпскому району СУ СК РФ по РХ ФИО2 возбуждено уголовное дело № 847950 по факту превышения должностных полномочий инспектором-кинологом кинологического направления ОМВД России по г. Абаза ФИО4 по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

18 января 2017 года в отношении ФИО4 избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке до окончания предварительного расследования и судебного разбирательства по подозрению его в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ. В этот же день ФИО4 допрошен в качестве подозреваемого.

10 марта 2017 года, 15 июня 2017 года между потерпевшим ФИО1 и подозреваемым ФИО4 проведены очные ставки.

11 июля 2017 года уголовное дело № 847950 в отношении ФИО4 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении ФИО4 отменена, признано право на реабилитацию.

18 октября 2018 года постановление о прекращении уголовного дела отменено, производство предварительного расследования по уголовному делу № 847950 возобновлено, уголовное дело направлено для организации дополнительного расследования.

30 ноября 2018 года уголовное дело № 847950 в отношении ФИО4 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке в отношении ФИО4 отменена, признано право на реабилитацию.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в частности, подозреваемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право (пункт 1 части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части первой статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть вторая статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования, то есть само по себе незаконное уголовное преследование не может служить безусловным основанием для взыскания в пользу реабилитированного лица заявленной им суммы компенсации морального вреда.

Исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину, размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем размер компенсации морального вреда должен быть адекватным обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должен обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Таким образом, системное толкование положений статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствует о том, что законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования этого лица. Доказыванию в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает длительность уголовного преследования, которая составила 1 год 10 месяцев, обстоятельства уголовного преследования, а именно, истец был один раз допрошен в качестве подозреваемого, дважды с его участием и участием потерпевшего проводились очные ставки. Также суд учитывает тяжесть инкриминируемого истцу преступления, относящегося к категории тяжких преступлений, наказание за которое предусматривает до 10 лет лишения свободы, избранную меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке, личность истца, который на момент возбуждения в отношении него уголовного дела и по настоящее время состоял и состоит на службе в органах внутренних дел, за период службы поощрялся руководством МВД по РХ и ОВД 40 раз, привлекался к дисциплинарной ответственности 4 раза, с 03 февраля 2025 года и по настоящее время проходит службу на территории <адрес>, женат, имеет троих несовершеннолетних детей, в период производства предварительного расследования супруга истца находилась в состоянии беременности.

Иных доказательств, свидетельствующих о характере и степени нравственных и (или) физических страданий, причиненных в результате незаконного уголовного преследования, истцом не представлено.

Оценивая конкретные незаконные действия причинителя вреда, связанные с возбуждением в отношении истца уголовного дела, применением в отношении него меры процессуального принуждения, а также конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием истца, который был допрошен в качестве подозреваемого и с его участием проводились следственные и процессуальные действия, учитывая, что уголовное дело после прекращения вновь возобновлялось, суд полагает, что данными действиями истцу причинены нравственные страдания, поскольку, занимая должность в органах внутренних дел, возбуждением уголовного дела была поставлена под сомнение деловая репутация истца среди коллег, истец, имея на иждивении двоих несовершеннолетних детей, а также ожидая рождение третьего, находился под страхом уголовного наказания в виде лишения свободы на длительный срок. Суд считает, что в данном случае компенсация морального вреда в размере 50000 рублей является соразмерной характеру и объему нравственных страданий, которые претерпел истец, соответствует принципу разумности и справедливости.

Заявленную истцом ко взысканию сумму компенсации морального вреда суд находит чрезмерно завышенной, учитывая, что в ходе производства предварительного расследования обвинение истцу предъявлено не было, мера пресечения, ограничивающая его свободу (заключение под стражу, домашний арест) либо его гражданские права (подписка о невыезде и надлежащим поведении) не избиралась, с истцом было проведено незначительное количество следственных действий, его физическое здоровье не пострадало (соответствующих медицинских документов суду представлено не было), он не потерял связь с родственниками, семью и работу.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

В силу п. 19 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ Министерство финансов РФ освобождено от уплаты государственной пошлины и в том случае, если выступает в деле в качестве ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО4, <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы, представления через Абазинский районный суд РХ.

Председательствующий подпись О.А. Казаклиу

Мотивированное решение изготовлено 18 июня 2025 года