Судья Акулов И.Ю.

УИД: 74RS0011-01-2022-001219-22

Дело № 2-98/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-7408/2023

04 июля 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Федосеевой Л.В., Челюк Д.Ю.,

при секретаре судебного заседания Алёшиной К.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Урал» о взыскании заработной платы

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Урал» в лице конкурсного управляющего ФИО2 на решение Брединского районного суда Челябинской области от 02 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Доевой И.Б. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, пояснения представителя ответчика – конкурсного управляющего ООО «Урал» ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, пояснения истца ФИО1, полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Урал» (далее – ООО «Урал») о взыскании невыплаченной заработной платы в размере 304 000 рублей (том № 1 л.д. 3-4).

В обоснование исковых требований указано, что с 09 декабря 2019 года по 13 августа 2021 года ФИО1 работала в ООО «Урал» в должности <данные изъяты>; по условиям трудового договора ей был установлен оклад в размере 15 000 рублей, уральский коэффициент 15 % в размере 2 250 рублей, режим рабочего времени – пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, продолжительность ежедневной работы 8 часов (с 09:00 до 17:00, обед с 13:00 до 14:00). Приказом директора ООО «Урал» от 13 августа 2021 года <данные изъяты> ФИО1 уволена по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) с 13 августа 2021 года. Истец полагает, что при прекращении трудового договора работодатель не произвел с ней окончательный расчет, поскольку предусмотренная приказом от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> и дополнительным соглашением от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года доплата к заработной плате в размере 350 000 рублей не выплачена.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ОО «Урал» - конкурсный управляющий ООО «Урал» ФИО2 в судебное заседание суда первой инстанции не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом; представил возражения на исковое требования (том № 1 л.д. 30-33).

Решением Брединского районного суда Челябинской области от 02 марта 2023 года исковые требования ФИО1 удовлетворены. Судом постановлено: взыскать с ООО «Урал» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 304 500 рублей; взыскать с ООО «Урал» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6 240 рублей (том № 1 л.д. 114-116).

В апелляционной жалобе представитель ответчика ООО «Урал» - конкурсный управляющий ООО «Урал» ФИО2 просит решение суда первой инстанции отменить. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение норм материального права и процессуального права при оценке доказательств. Настаивает на том, что спорная доплата не относится к каким-либо гарантиям и компенсациям, не предусмотрена ни законом, ни системой оплаты труда ответчика, противоречит требованиям трудового законодательства и, по существу, в условиях банкротства юридического лица носит произвольный характер (том № 1 л.д. 114-116).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки в судебное заседание суд не известили, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявляли. Одновременно информация о слушании дела размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 113, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебном заседанию, судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения с учетом доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав новые доказательства, принятые в порядке абзаца 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает решение суда первой инстанции подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неверном применении судом при рассмотрении дела норм материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости, допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Постановленное по делу решение суда не отвечает вышеуказанным требованиям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании приказа директора ООО «Урал» от 09 декабря 2019 года № 62 ФИО1 с 09 декабря 2019 года принята в ООО «Урал» на должность <данные изъяты>, с ФИО1 также был заключен трудовой договор от 09 декабря 2019 года, по условиям которого работнику был установлен оклад в размере 15 000 рублей, уральский коэффициент 15 % в размере 2 250 рублей, режим рабочего времени – пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, продолжительность ежедневной работы 8 часов (с 09:00 до 17:00, обед с 13:00 до 14:00) (том № 1 л.д. 53-55, 56).

Приказом директора ООО «Урал» от 13 августа 2021 года <данные изъяты> ФИО1 уволена по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) с 13 августа 2021 года (том № 1 л.д. 57, 58).

Истец полагает, что при прекращении трудового договора работодатель не произвел с ней окончательный расчет, поскольку предусмотренная приказом от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> и дополнительным соглашением от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года доплата к заработной плате в размере 350 000 рублей не выплачена (том № 1 л.д. 9-12, 61, 63).

Из материалов дела также следует, что определением Арбитражного суда Челябинской области от 18 мая 2021 года (дело № <данные изъяты>) по заявлению кредитора - АО «Россельхозбанк» возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Урал»; определением Арбитражного суда Челябинской области от 03 декабря 2021 года в отношении ООО «Урал» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден <данные изъяты>., член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального округа»; решением Арбитражного суда Челябинской области от 25 мая 2022 года ООО «Урал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Союза арбитражных управляющих «Возрождение»; определением Арбитражного суда Челябинской области от 25 января 2023 года приняты к производству суда заявления конкурсного управляющего ООО «Урал» ФИО2 о признании недействительным приказа от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> «О доплате к заработной плате», признании недействительным дополнительного соглашения от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года (том № 1 л.д. 219-225).

Разрешая спор, суд первой инстанции проанализировав приказ от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> «О доплате к заработной плате», условия дополнительного соглашения от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года, пришел к выводу об отсутствии у ответчика оснований для отказа в выплате истцу доплаты к заработной плате в размере 350 000 рублей (304 500 рублей с учетом удержания НДФЛ 13 % в размере 45 500 рублей), поскольку трудовое законодательство не содержит запрета на установление непосредственно в трудовом договоре либо дополнительном соглашении к нему условий о выплате компенсаций, выходных пособий, премий, тогда как указанная компенсация предусмотрена дополнительным соглашением, заключенным сторонами.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда в указанной части, поскольку они не соответствуют установленным обстоятельствам и основаны на неверном применении судом при рассмотрении дела норм материального права.

Согласно статье 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления. Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Частью 1 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права (далее - локальные нормативные акты), в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

Нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного статьей 372 названного Кодекса порядка учета мнения представительного органа работников, не подлежат применению. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, коллективный договор, соглашения (часть 4 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров (часть 1 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению (часть 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические и юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Частью 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательными для включения в трудовой договор являются в том числе следующие условия: условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте; другие условия в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Часть 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно части 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 191 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективными договорами или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

В статье 164 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие гарантий и компенсаций, предоставляемых работникам в области социально-трудовых отношений.

Гарантии - это средства, способы и условия, с помощью которых обеспечивается осуществление предоставленных работникам прав в области социально-трудовых отношений (часть 1 статьи 164 Трудового кодекса Российской Федерации).

Компенсации - это денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных Кодексом и другими федеральными законами (часть 2 статьи 164 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем 8 статьи 165 Трудового кодекса Российской Федерации помимо общих гарантий и компенсаций, предусмотренных данным Кодексом (гарантии при приеме на работу, переводе на другую работу, по оплате труда и другие), работникам предоставляются гарантии и компенсации в некоторых случаях прекращения трудового договора.

Главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации определены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора.

В частности, в статье 178 Трудового кодекса Российской Федерации приведен перечень оснований для выплаты работникам выходных пособий в различных размерах и в определенных случаях прекращения трудового договора.

Так, выходные пособия в размерах, устанавливаемых данной нормой, выплачиваются работникам при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата работников организации, а также в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствием у работодателя соответствующей работы, призывом работника на военную службу или направлением его на заменяющую ее альтернативную гражданскую службу, восстановлением на работе работника, ранее выполнявшего эту работу, отказом работника от перевода на работу в другую местность вместе с работодателем, признанием работника полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора.

Расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) является одним из общих оснований прекращения трудового договора согласно пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

При расторжении трудового договора по инициативе работника выплата работнику выходного пособия статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации не предусмотрена.

Вместе с тем в части 4 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации содержится положение о том, что трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обращено внимание на то, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства в их системной взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что установленная работнику трудовым договором оплата труда, включая выплаты стимулирующего характера (премии, иные поощрительные выплаты), а также выходное пособие, компенсации и иные выплаты в связи с прекращением заключенного с ним трудового договора, в том числе в случае расторжения трудового договора по инициативе работника, должны быть предусмотрены законом или действующей у работодателя системой оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, соглашениями, другими локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. При установлении в трудовом договоре или соглашении с конкретным работником названных выплат должны учитываться законные интересы организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации), то есть должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

Однако судом первой инстанции вышеуказанные нормы трудового законодательства, определяющие порядок и условия оплаты труда работнику, включая поощрительные выплаты, предоставление работнику гарантий и компенсаций в связи с расторжением трудового договора, в том числе, по инициативе самого работника, применены неправильно, вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, не установлены, правовая природа выплаты, указанной в приказе от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> «О доплате к заработной плате» и в пункте 1 дополнительного соглашения от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года, и в связи с этим действительные правоотношения сторон не определены.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Требования приведенных норм процессуального права, в частности о том, что суд на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались, судом апелляционной инстанции не соблюдены.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, являлись следующие обстоятельства: правовая природа выплаты, предусмотренной приказом от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> «О доплате к заработной плате» и пунктом 1 дополнительного соглашения от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года, а именно: относится ли эта выплата к выплатам стимулирующего характера (статья 191 Трудового кодекса Российской Федерации) или эта выплата относится к гарантиям и компенсациям ФИО1 как работнику в связи с расторжением трудового договора; соответствует ли закону приказ от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> «О доплате к заработной плате» и условие, изложенное в пункте 1 дополнительного соглашения от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года, о выплате ФИО1 в срок до 31 декабря 2021 года доплаты к заработной плате в размере 350 000 рублей по окончании полевых работ (октябрь-ноябрь 2021 года) в связи с расторжением трудового договора по любому основанию; предусмотрена ли такая выплата действующей у работодателя системой оплаты труда; не было ли допущено при издании приказа от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> «О доплате к заработной плате» и заключении дополнительного соглашения от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года, установившего ФИО1 спорную выплату, нарушения прав и законных интересов организации, других работников.

На эти обстоятельства как на юридически значимые, указывал в процессе судебного разбирательства конкурсный управляющий ООО «Урал» ФИО2, однако они в нарушение статей 56, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не стали предметом исследования и надлежащей оценки суда первой инстанции.

Действительно, как следует из материалов дела, с 09 декабря 2019 года по 13 августа 2021 года ФИО1 работала в ООО «Урал» главным бухгалтером на основании трудового договора от 09 декабря 2019 года (том № 1 л.д. 53-55). Одновременно, судебная коллегия обращает внимание на то, что с 01 июня 2021 года по настоящее время ФИО1 трудоустроена в качестве <данные изъяты> в ООО «Урал+» по совместительству, а в период с 27 сентября 2021 года по 01 апреля 2022 года была трудоустроена в качестве <данные изъяты> в <данные изъяты> (том № 1 л.д. 216-217).

По условиям трудового договора от 09 декабря 2019 года работнику был установлен оклад в размере 15 000 рублей, уральский коэффициент 15 % в размере 2 250 рублей, режим рабочего времени – пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, продолжительность ежедневной работы 8 часов (с 09:00 до 17:00, обед с 13:00 до 14:00) (том № 1 л.д. 53-55, 56). При этом, трудовой договор от 09 декабря 2019 года не содержит ссылок на то, что у работодателя действуют какие-либо локальные нормативные акты, правила внутреннего трудового распорядка, положение о системе оплаты труда, равно как и не содержит ссылок на то, что работник ознакомлен с ними.

Как следует из приказа директора ООО «Урал» от 15 апреля 2021 года <данные изъяты>, работникам ООО «Урал» по окончании полевых работ (октябрь-ноябрь 2021 года) необходимо произвести доплату к заработной плате, в том числе главному бухгалтеру ФИО1 в размере 350 000 рублей, а также указано в связи с проведением доплаты по заработной плате, внести соответствующие дополнения в трудовые договоры работников (том № 1 л.д. 63).

15 апреля 2021 года между ФИО1 и ООО «Урал» заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 09 декабря 2019 года, по условиям которого пункт 14 трудового договора дополнен обязательством работодателя по окончании полевых работ, до 31 декабря 2021 года, произвести доплату к заработной плате ФИО1 в размере 350 000 рублей; также указано, что соглашение вступает в силу 15 апреля 2021 года и действует до полного исполнения обязательства (том № 1 л.д. 61).

Между тем, приказом директора ООО «Урал» от 13 августа 2021 года <данные изъяты> ФИО1 уволена по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) с 13 августа 2021 года (том № 1 л.д. 57, 58).

В соответствии с актом приема-передачи документов ООО «Урал» от 31 мая 2022 года какие-либо локальные нормативные акты, правила внутреннего трудового распорядка, положение о системе оплаты труда, конкурсному управляющему ООО «Урал» ФИО2 не передавались; какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что в ООО «Урал» действовали какие-либо локальные нормативные акты, правила внутреннего трудового распорядка, положение о системе оплаты труда отсутствуют и в материалы дела не представлены (том № 1 л.д. 34-35, 154-157, 161, 164, 165). В связи с этим доводы истца, изложенные в суде апелляционной о том, что спорная доплата по окончании полевых работ была предусмотрена локальным нормативным актом работодателя, регламентирующим порядок оплаты труда, и ранее выплачивалась, судебная коллегия отклоняет как несостоятельные, противоречащие установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам, в том числе представленной по запросу судебной коллегии справкой 2-НДФЛ за 2020 год, из которой не следует, что работодателем производилась такая доплата (том № 1 л.д. 198). Ссылку истца на договор на оказание бухгалтерских услуг от 01 апреля 2020 года в подтверждение того обстоятельства, что спорная доплата по окончании полевых работ ранее выплачивалась (том № 1 л.д. 226-228), судебная коллегия также отклоняет, поскольку предметом указанного договора являлась передача ООО «Урал» ФИО1 функций по ведению бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности и в связи с расширением зон обслуживания за вознаграждение в размере 350 000 рублей. Более того, из содержания справок 2-НДФЛ за 2020 год и за 2021 год не следует, что ООО «Урал» в рамках указанного договора ФИО1 производилось вознаграждение в размере 350 000 рублей (том № 1 л.д. 194, 198).

На основании оценки имеющихся в деле доказательств судебной коллегией установлено, что какие-либо локальные нормативные акты, правила внутреннего трудового распорядка, положение о системе оплаты труда на момент заключения трудового договора 09 декабря 2019 года в редакции дополнительного соглашения от 15 апреля 2021 года в ООО «Урал» отсутствовали, из условий трудового договора от 09 декабря 2019 года следует, что выплата доплаты к заработной плате по окончании полевых работ не была предусмотрена, предусмотренная дополнительным соглашением от 15 апреля 2021 года доплата к заработной плате по окончании полевых работ в размере 350 0000 рублей не направлена на стимулирование работника к дальнейшему труду (учитывая также то, что приказом директора ООО «Урал» от 13 августа 2021 года <данные изъяты> ФИО1 уволена по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) с 13 августа 2021 года (том № 1 л.д. 57, 58)), осуществление доплаты поставлено в зависимость лишь от наличия одного условия – окончание полевых работ, указанная доплата не соответствует характеру и назначению компенсационных выплат и не предусмотрена ни нормами трудового законодательства, в условиях банкротства юридического лица носит произвольный характер.

Более того, судебная коллегия принимает во внимание, что определением Арбитражного суда Челябинской области от 18 мая 2021 года (дело № <данные изъяты>) по заявлению кредитора - АО «Россельхозбанк» возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Урал» (АО «Россельхозбанк» указано на наличие у ООО «Урал» задолженности в размере 84 704 504 рубля 42 копейки); определением Арбитражного суда Челябинской области от 03 декабря 2021 года в отношении ООО «Урал» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден <данные изъяты>, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального округа»; решением Арбитражного суда Челябинской области от 25 мая 2022 года ООО «Урал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Союза арбитражных управляющих «Возрождение» (том № 1 л.д. 221, 224-225), что в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами (общедоступной информации из Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности) ресурса БФО в отношении ООО «Урал» за 2017-2022 годы, выписки по операциям на счете (специальном банковском счете) ООО «Урал», судебными актами в отношении ООО «Урал»), позволяет сделать вывод о том, что на дату издания приказа от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> и заключения дополнительного соглашения от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года, ООО «Урал» обладало признаками банкротства, его деятельность являлась убыточной, у ООО «Урал» имелись неисполненные денежные обязательства на крупную сумму, в том числе наличие значительной задолженности по выплате работником заработной платы. При указанных обстоятельствах установление и взыскание в последующем в пользу истца спорной доплаты не соответствует принципам недопустимости злоупотребления правом, ведет к нарушению прав как самого ООО «Урал», так и его кредиторов.

Не свидетельствует о согласии ответчика ООО «Урал» с выплатой совершение действий по ее начислению, включению в состав налоговой отчетности и страховых взносов, поскольку фактически начисление выплаты производилось самой ФИО1, равно как и направление налоговой отчетности (том № 1 л.д. 66-108, 165).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая необходимость работнику и работодателю придерживаться в их правоотношениях общеправовых принципов справедливости, добросовестности, судебная коллегия исходит из того, что несоразмерно высокую доплату к заработной плате по окончании полевых работ, обусловленную приказом от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> и заключенным к трудовому договору от 09 декабря 2019 года дополнительным соглашением от 15 апреля 2021 года, в отсутствие экономических обоснований, тогда как трудовые обязанности и условия оплаты труда ФИО1 не изменились, и, являясь главным бухгалтером, она не могла не знать о тяжелом финансовом состоянии ООО «Урал», следует расценивать как сомнительную и свидетельствующую о злоупотреблении правом, поскольку оспариваемая выплата привела к увеличению имущественных требований к ООО «Урал» и уменьшению конкурсной массы, как следствие, нарушает права кредиторов ООО «Урал».

Таким образом, предусмотренная приказом от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> и дополнительным соглашением от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года доплата по окончании полевых работ в размере 350 000 рублей не является гарантией или компенсацией, предусмотренной законом, не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых обязанностей.

Учитывая, что действующее трудовое законодательство предусматривает возможность неприменения условий договора в случае их противоречия закону (статьи 5, 8, 9 Трудового кодекса российской Федерации), нарушений, допущенных при заключении, а также при установлении нарушения принципа злоупотребления правом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании с ООО «Урал» задолженности по заработной плате в размере 350 000 рублей (304 500 рублей с учетом удержания НДФЛ 13 % в размере 45 500 рублей) у суда первой инстанции не имелось.

В данном случае, выплата, по поводу которой возник спор, не нарушает права истца на гарантированное вознаграждение за труд в рамках трудового законодательства. Данная выплата, как уже указывалось выше, к гарантиям и компенсациям, предусмотренная трудовым законодательством не относится, выходным пособием не является и не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых или иных обязанностей, а также не предусмотрена действующей у ответчика системой оплаты труда работников, в связи с чем в условиях банкротства юридического лица носит по существу произвольный характер, отражая злоупотребление правом при издании приказа от 15 апреля 2021 года <данные изъяты> и включении подобного условия в дополнительное соглашение от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года.

Оснований для применения к спорным правоотношениям принципа приоритета более благоприятных положений работника, отраженных в дополнительном соглашении от 15 апреля 2021 года к трудовому договору от 09 декабря 2019 года, о том, что трудовое законодательство не содержит запрета на установление непосредственно в индивидуальном трудовом договоре условий о выплате иных гарантий и компенсаций, судебная коллегия не усматривает. Исходя из установленных по делу обстоятельств, применение судом принципа приоритета более благоприятных положений работника, отраженных в трудовом договоре (в дополнительном соглашении, соглашении), недопустимо, если будет установлено, что закрепление таких положений в трудовом договоре (в дополнительном соглашении, соглашении) противоречит требованиям трудового законодательства. Так как данное обстоятельство судебной коллегией установлено, то с учетом вышеприведенных норм трудового законодательства законных оснований для взыскания доплаты по окончании полевых работ в размере 350 000 рублей (304 500 рублей с учетом удержания НДФЛ 13 % в размере 45 500 рублей) ФИО1, в том числе после прекращения трудовых отношений 13 августа 2021 года, не имеется.

По приведенным мотивам решение Брединского районного суда Челябинской области от 02 марта 2023 года подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неверном применении судом при рассмотрении дела норм материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и принимает по делу новое решение об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ООО «Урал» о взыскании заработной платы в полном объеме.

В силу части 3 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмена решения суда первой инстанции является основанием для отмены судом апелляционной инстанции решения суда и в части распределения судебных расходов, в том числе по оплате государственной пошлины в доход местного бюджета, от уплаты которой истец была освобождена в силу закона при подаче иска в суд.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Брединского районного суда Челябинской области от 02 марта 2023 года отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Урал» о взыскании заработной платы оставить без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 июля 2023 года.