Дело № 2-1507/2023 (33-11922/2023)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Екатеринбург 17.08.2023
Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Панкратовой Н.А.,
судей Рябчикова А.Н.,
Хазиевой Е.М.,
при помощнике судьи Мышко А.Ю., при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 08.09.2022.
Заслушав доклад судьи Хазиевой Е.М., объяснения представителя истца ФИО1 и третьего лица ФИО3 - ФИО4, ответчика ФИО2, судебная коллегия
установила:
ФИО1 (истец) обратилась в суд с иском к ФИО2 (ответчик), уточнив который, просила взыскать имущественный ущерба в размере стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в сумме 244800 руб. и величины утраты товарной стоимости в сумме 45 100 руб., а также расходы на дефектовку в сумме 2042 руб. 50 коп., расходы на оценку в сумме 10450 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 15000 руб. В обоснование иска указано, что 21.11.2021 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителя ФИО3 (третье лицо) на принадлежащем ФИО1 автомобиле Тойота Рав 4 гос.рег.знак <№> (страхование ОСАГО а СПАО «Ингосстрах») и водителя ФИО2 на принадлежащем ей автомобиле Ниссан Патрол гос.рег.знак <№> (страхование ОСАГО отсутствует). Происшествие произошло по вине ФИО2, которая допустила столкновение, когда возвращалась в полосу попутного движения после объезда транспорта по обочине автодороги. Согласно заключениям специалиста ООО «ГРАНТ-2001» <№> и <№> от <дата>, среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Тойота без учета износа составляет 240273 руб. 56 коп., величина утраты товарной стоимости данного автомобиля 45100 руб. Первая из указанных величин уточнена после заключения судебной экспертизы.
В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО2 иск не признала, оспаривая вину в дорожно-транспортном происшествии. Представила заключение специалиста ( / / )5 <№> от <дата> об оценке действий водителей. Третье лицо ФИО3 пояснил обстоятельства дорожно-транспортного происшествия. По ходатайству ответчика назначена и проведена судебная автотехническая экспертиза, по итогам которой составлено заключение эксперта ООО «Евентус» ( / / )12 <№> от <дата>. Поименованный эксперт допрошен в судебном заседании.
Кроме того, ответчик ФИО2 пояснила, что обратилась в страховую компанию З-ных, которой в ее пользу произведено страховое возмещение. Третье лицо СПАО «Ингосстрах» указало на производство половины страховой выплаты ввиду наличия спора о вине водителей в дорожно-транспортном происшествии, а также на то, что решением финансового уполномоченного № У-22-41161/5010-003 от 28.04.2022 отказано в удовлетворении требования ФИО2 к СПАО «Ингосстрах» о довзыскании страхового возмещения.
Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 08.09.2022 иск удовлетворен. Постановлено взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 возмещение ущерба в сумме 244 800 руб., утрату товарной стоимости в сумме 45 100 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 15 000 руб., расходы на дефектовку в сумме 2 042 руб. 50 коп., расходы на оценку в общей сумме 10 450 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 178 руб. 66 коп.
С таким решением не согласилась ответчик ФИО2, которая в апелляционной жалобе поставила вопрос об отмене судебного решения. В обоснование апелляционной жалобы указано, что судом первой инстанции не был разрешен вопрос о виновности кого-либо из водителей. Судом первой инстанции ошибочно принято в качестве доказательства заключение судебной экспертизы, поскольку у эксперта отсутствует необходимый объем профессиональной компетенции (уровня знаний), произвел неверный расчет процента износа автомобиля истца. Определением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 15.05.2023 срок апелляционного обжалования восстановлен.
В суде апелляционной инстанции ответчик ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы, завила ходатайство о назначении повторной судебной автотехнической экспертизы эксперту ( / / )6, с которым она переговорила по данному случаю. В обоснование ходатайства указала на неверную формулу расчета износа, неверное определение экспертом механизма дорожно-транспортного происшествия по царапинам на транспортном средстве, а также настаивала на том, что до столкновения «заноса» ее транспортного средства не имелось. Представитель истца ФИО1 и третьего лица ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы и ходатайства, указав на отсутствие противоречий в заключении судебного эксперта, а также на пояснение самого ответчика о «заносе» транспортного средства и объезде транспорта по обочине.
Истец ФИО1, третьи лица ФИО3, ФИО5, СПАО «Ингосстрах» и финансовый уполномоченный в суд апелляционной инстанции не явились. Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства заблаговременного их извещения о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем почтовой корреспонденции и телефонограмм гражданам, отправки сообщения на известные адреса электронной почты граждан и организаций, а также публикации сведений о судебном заседании на официальном сайте Свердловского областного суда, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при данной явке.
Заслушав явившихся лиц, исследовав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы ответчика, судебная коллегия не усматривает оснований для ее удовлетворения.
В силу п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. По общему правилу п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Соответственно проценту вины в дорожно-транспортном происшествии осуществляется страховая выплата, согласно п. 22 ст. 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (ОСАГО), при наличии соответствующего страхования. В силу указанной нормы страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного потерпевшему несколькими лицами, соразмерно установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована. Если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.
Поэтому осуществление страховщиком возмещения в соответствии с указанной нормой, вопреки суждению подателя апелляционной жалобы, не исключает иное распределение вины водителей по итогам судебного разбирательства: соответствующих функций ни страховщик, ни финансовый уполномоченный не осуществляют. Аналогичный подход применим к оценке определения инспектора об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении (л.д. 12 тома 1).
Как усматривается из материалов дела и никем не отрицается, <дата> около <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие в виде столкновения автомобиля Ниссан под управлением собственника автомобиля - ответчика ФИО2 и автомобиля Тойота, принадлежащего на праве собственности истцу ФИО1, под управлением третьего лица ФИО3 Страхование ОСАГО имеется только на стороне З-ных.
По объяснениям ФИО2 (л.д. 85 тома 1), она двигалась на своем автомобиле Ниссан со скоростью 60-70 км/ч; подъезжая к 171 км. увидела скопление автомобилей перед разворотом на левый поворот: три автомобиля стояли на всех полосах. Двигалась в среднем ряду, начала «отормаживаться» и ее «понесло» на автомобили. Приняв решение предотвратить аварию, объехала образовавшийся затор по правой обочине. При перестроении почувствовала удар в левое заднее крыло, произошло столкновение с автомобилем Тойота. Полагала виновным водителя автомобиля Тойота, поскольку она убедилась в «чистоте» полосы. При возвращении на свою полосу ее «занесло» задней частью автомобиля.
По объяснениям ФИО3 (л.д. 84 тома 1) он двигался на автомобиле Тойота в левом ряду. Увидел, что перед его автомобилем начал перестроение «длинномер» (фура) из правого ряда в крайний левый для разворота. Поэтому был вынужден «притормозить», сбавив скорость с 70 до 50 км/ч. После того, как «длинномер» проехал, почувствовал удар в правую часть автомобиля Тойота.
При наличии противоречивых процессуальных позиций сторон спора, по ходатайству ответчика, судом первой инстанции обоснованно, на основании ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, назначена судебная автотехническая экспертиза (л.д. 191-192 тома 1).
По заключению судебной автотехнической экспертизы эксперта ООО «Евентус» ( / / )12 <№> от <дата> (л.д. 198-241 тома 1) и по итогам допроса в судебном заседании названного эксперта (л.д. 63-64 тома 2) с предоставлением до этого письменных дополнений (л.д. 29-36 тома 2), установлен следующий механизм дорожно-транспортного происшествия.
Автомобили Тойота и Ниссан находились в движении в попутном направлении. Водитель автомобиля Тойота двигался прямолинейно, не маневрируя, со скоростью 70 км/ч.; совершал движение по левой полосе для движения автомобилей из двух имеющихся. Водитель автомобиля Ниссан двигался прямолинейно, не маневрируя, со скоростью 60-70 км/ч; совершал движение по левой полосе для движения автомобилей из двух имеющихся.
Водитель автомобиля Тойота, двигаясь на 171 км. автодороги, увидел перед собой неустановленный грузовой автомобиль, водитель которого, приступил к маневру перестроения из правой в левую полосу, намереваясь съехать на полосу торможения и совершить разворот. Водитель автомобиля Тойота применил штатное торможение и пропустил неустановленный грузовой автомобиль в свою полосу. После того, как грузовой автомобиль проехал, ощутил удар в правую часть своего автомобиля.
Водитель автомобиля Ниссан, двигаясь на 171 км. автодороги, увидев перед собой скопление попутно движущихся автомобилей перед разворотной петлей, применил торможение, вследствие которого, автомобиль Ниссан стало заносить. Водитель автомобиля Ниссан принял решение объехать скопление автомобилей с правой стороны, по обочине, и приступил к совершению маневра перестроения из левой в правую полосу. В процессе чего, двигаясь в заносе, ощутил удар в левое заднее крыло своего автомобиля, - произошло столкновение с автомобилем Тойота, движущимся по левой полосе из двух имеющихся. Произошло соударение правой боковой части автомобиля Тойота и левой задней угловой части автомобиля Ниссан. После автомобили Тойота и Ниссан не остановились в процессе их соударения, а продолжили движение, проехали несколько десятков метров вперед и остановились справа от края проезжей части, на обочине, друг за другом: автомобиль Тойота впереди, автомобиль Ниссан сзади.
Таким образом, судебный эксперт усмотрел, с технической точки зрения, причинно-следственную связь с дорожно-транспортным происшествием имеют только действия водителя автомобиля Ниссан, который создал опасность и помеху для движения другим участников дорожного движения, включая автомобиль Тойота. С чем согласился суд первой инстанции, определив 100% вины в дорожно-транспортном происшествии на стороне ответчика ФИО2 – водителя автомобиля Ниссан. С подобным выводом судебная коллегия полагает необходимым также согласиться.
По итогам реконструкции дорожно-транспортного происшествия (л.д. 211 тома 1), произведенной судебным экспертом – автотехником и трасологом по административному материалу (с вышеприведенными объяснениями водителей, схемой происшествия) и следам на транспортных средствах (л.д. 220-221, 223, 225 тома 1), автомобиль Тойота на стадии сближения вплоть до столкновения (с последующим отбрасыванием) не маневрировал, в отличие от автомобиля Ниссан, который опередил автомобиль Тойота справа и столкнулся с ним в процессе «заноса». Поэтому удар пришелся не сзади или спереди, а сбоку.
Именно указанная объективно проверяемая локализация удара свидетельствует о правильности произведенной судебным экспертом реконструкции дорожно-транспортного происшествия. Когда наглядно показано, что именно водитель автомобиля Ниссан (ответчик) нарушил требование п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которым водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. То обстоятельство, что автомобиль Тойота при отбрасывании оказался впереди автомобиля Ниссан, не меняет установленный порядок движения автомобилей до столкновения, а также характер зафиксированного удара.
Судебная коллегия подчеркивает, что водитель автомобиля Тойота непосредственно к моменту столкновения двигался прямолинейно впереди автомобиля Ниссан, поэтому не мог нарушить процитированные требования п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, которое ему вменяет податель апелляционной жалобы (ответчик).
В отношении водителя автомобиля Ниссан (ответчик) также верно установлено нарушение требования п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которым при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. В то время как водитель автомобиля Тойота непосредственно перед столкновением уже не находился в маневре, двигался прямолинейно по своей полосе движения; не мог и не должен был ожидать объезда справа, со стороны обочины, и тем более, «заноса» автомобиля Ниссан в процессе такого маневра.
В последнем также усматривается нарушение водителем автомобиля Ниссан требований абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. В связи с чем судебная коллегия дополнительно отмечает: принимая решение объехать скопление транспорта по обочине, без должного снижения скорости для обратного возвращения в полосу движения, водитель автомобиля Ниссан проигнорировал сложившуюся дорожную обстановку, когда за движением грузового транспортного средства, сложно заменить легковой автомобиль, дорожные и метеоусловия зимней дороги, нахождение в своем автомобиле пассажиров, которые могли пострадать при экстренном торможении.
Основной довод ответчика, заявленный против восстановленного судебным экспертом механизма дорожно-транспортного происшествия и в обоснование ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы, о том, что «заноса» автомобиля Ниссан не было, очевидно противоречит собственным объяснениям ответчика в рамках административного материала (л.д. 85 тома 1), видеоматериалу сразу после происшествия со следами на автодороге (л.д. 167 тома 1).
Кроме того, судебная коллегия отмечает отсутствие на стороне ответчика – водителя автомобиля Ниссан, который изначально избрал неправомерную траекторию движения (по обочине, в нарушение п. 9.9 Правил дорожного движения Российской Федерации), преимущества в движении перед водителем автомобиля Тойота, который не менял направление своего движения и двигался до столкновения впереди автомобиля Ниссан, соответственно, был лишен возможности увидеть такой маневр.
Оснований для принятия в основу судебного решения представленного ранее ответчиком заключения специалиста ( / / )5 <№> от <дата> (л.д. 168-172 тома 1) вместо приведенного заключения судебного эксперта не имеется. Согласно указанному заключению, действия водителя автомобиля Ниссан соответствовали требованиям пп. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации; действия водителя автомобиля Тойота не соответствовали требованиям п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации. Процитированный вывод специалиста не является убедительным, поскольку специалист не воспроизвел механизм дорожно-транспортного происшествия, ограничившись кратким анализом схемы происшествия и объяснениями водителей из административного материала, а также фотографий одного из участвовавших в происшествии автомобилей – автомобиля ответчика, - без оценки повреждений и их соотношения с механизмом дорожно-транспортного происшествия. Для установления перечисленного судом первой инстанции и назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту – технику и трасологу ( / / )12 Поименованный эксперт восполнил перечисленные недостатки заключения специалиста ( / / )5
Согласно тому же заключению судебной экспертизы (л.д. 241 тома 1), повреждения автомобиля Тойота в представленном акте осмотра ООО «ГРАНТ-2001» в полном объеме соответствуют обстоятельствам рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия. Среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Тойота без учета износа составляет 244800 руб., с учетом 213400 руб.
Довод подателя апелляционной жалобы о неверной формуле расчета процента износа, принятой судебным экспертом, правового значения не имеет, поскольку итоговая сумма имущественного ущерба определяется по среднерыночной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства без учета процента износа заменяемых комплектующих.
В силу ст.ст. 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО6 и других» и п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также схожих разъяснений пп. 63 и 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений подобного имущества.
Наличие подобного способа, без исключения стоимости новых заменяемых комплектующих транспортного средства и утраты товарной стоимости транспортного средства, в рассматриваемом случае не имеется. Наоборот, установленный судебным экспертом размер стоимости восстановительного ремонта автомобиля Тойота без учета износа (244800 руб.) соотносится с аналогичным величиной, определенной специалистом ООО «ГРАНТ-2001» (240273 руб. 56 коп. – л.д. 26 тома 1), который дополнительно установил величину утраты товарной стоимости автомобиля Тойота, .... и <дата> продажи (л.д. 11, 14 тома 1), в результате полученных в происшествии <дата> повреждений.
Таким образом, все приведенные ответчиком доводы апелляционной жалобы против заключения судебной экспертизы и итогового вывода суда первой инстанции, которые одновременно высказаны в обоснование ходатайства о назначении повторной судебной автотехнической экспертизы (ранее письменно – л.д. 23 тома 2), не выдерживают критики посредством обращения к имеющимся материалам дела. Противоречий в заключении судебной экспертизы или иных недочетов, которые бы составили предусмотренное ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основание для назначения повторной судебной автотехнической экспертизы не имеется. Собственные субъективные ощущения ответчика об объеме необходимых к подсчету повреждений автомобиля потерпевшего и о механизме дорожно-транспортного происшествия не составляют оснований для назначения повторной судебной экспертизы. Соответствующие пояснения по возражениям ответчика, который строит свою позицию на отдельных фразах эксперта вне контекста всего заключения и вне собственных объяснений ответчика по административному материалу, даны судебным экспертом как письменно (л.д. 29-36 тома 2), так и в ходе его допроса с участием представителя ответчика (л.д. 62-64 тома 2).
Судебная коллегия дополнительно отмечает, что эксперт ( / / )12 является как экспертом – техником, внесенным в соответствующий государственный реестр с <дата>, так сертифицированным с <дата> трасологом, а также специалистом по исследованию видеозаписей (л.д. 242-247 тома 1). Поэтому сомнения ответчика в его квалификации представляются судебной коллегией надуманными, тем более со ссылкой ответчика на «научную теорию о заносе».
При изложенных обстоятельствах ни предусмотренных ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для назначения повторной судебной экспертизы, ни предусмотренных ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены или изменения обжалуемого ответчиком решения судебная коллегия не усматривает. Приведенные ответчиком при апелляционном обжаловании доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на вынесение правильного по сути судебного решение, основанного на оценке судом первой инстанции имеющихся доказательств в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Руководствуясь ст.ст. 1 и 87, ст. 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
ходатайство ответчика ФИО2 о назначении повторной судебной экспертизы оставить без удовлетворения.
Решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 08.09.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО2 – без удовлетворения.
Председательствующий: Н.А. Панкратова
Судьи: А.Н. Рябчиков
Е.М. Хазиева