УИД: 78RS0014-01-2022-006600-13

Дело №2-619/2023 27 февраля 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лемеховой Т.Л.

при секретаре Миркиной Я.Е.

с участием прокурора Бухариной В.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ООО «Арсенал Плюс» об установлении факта производственной травмы, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Арсенал Плюс» об установлении факта производственной травмы Т. при исполнении рабочих обязанностей в ООО «Арсенал Плюс», повлекшую его смерть 13.12.2019, взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

В обоснование указывал, что его отец Т. работал вахтовым методом в подразделении ответчика в Хабаровском крае; во время нахождения на вахте получил перелом левой бедренной кости со смещением отломков, был прооперирован, однако 13.12.2019 скончался.

На протяжении 2-х месяцев истец путем обращения к работодателю отца, а также в правоохранительные органы безрезультатно пытался установить судьбу своего отца, когда тот перестал выходить на связь с родными, и затем на протяжении 2-х лет установить обстоятельства его смерти и место захоронения; при этом работодатель, достоверно знавший о смерти работника, уже после его смерти направлял в адрес родных умершего требования об объяснении причин невыхода на работу, а затем направил им по почте трудовую книжку Т. с отметкой о его увольнении по собственному желанию с датой увольнения через 3,5 месяца после смерти работника.

Также истец ссылается на то, что ответчик, пытаясь умышленно скрыть факт получения травмы на производстве, повлекшую за собой смерть Т., через полтора года после данных событий провел проверку, в которой отразил, что Т. 21.11.2019 в 20:00 получил травму во внерабочее время и не на территории работодателя, а также что его смерть не связана с производством и наступила на фоне общего заболевания.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о причине неявки суду не сообщил, доказательств уважительности причины неявки не представил, об отложении разбирательства по делу не просил, извещен о времени и месте судебного заседания через представителя, о чем в деле имеется соответствующая расписка представителя, что в силу прямого указания п.3 ч.2 ст.117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) признается надлежащим извещением, направил в суд представителей.

Учитывая изложенное, суд, руководствуясь ст.167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.

Представители истца ФИО1 по доверенностям ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ООО «Арсенал Плюс» адвокат Прохорчева С.А. в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала.

Выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 09.09.2019 Т. был принят на работу в ООО «Арсенал Плюс» (ИНН <***>) на должность монтажника 6 разряда в строительно-монтажный отдел № на срок с 09.09.2019 по 31.03.2020, что подтверждается приказом № от 09.09.2019 о приеме на работу, срочным трудовым договором № от 09.09.2019.

Согласно п.1.4 срочного трудового договора договор вступает в силу 09.09.2019 и действует по 31.03.2020 на срок выполнения работ по монтажу турбины на объекте «Строительная площадка ТЭЦ в г. Советская Гавань», находящемся по адресу: <...>.

Согласно приказу о направлении работника в командировку № от 09.09.2019 Т. был направлен ответчиком в командировку в Хабаровский край, гор. Советская Гавань» сроком на 114 календарных дней с 09.09.2019 по 31.12.2019 с целью работы по монтажу турбины на объекте «Строительная площадка ТЭЦ в г. Советская Гавань».

При этом, из материалов дела усматривается и сторонами не оспаривается, что ФИО4 прибыл к определенному ему работодателем месту работы и приступил к своим трудовым обязанностям.

21.11.2019 около 20.00 час. Т., находясь на территории общежития для строителей (работников ответчика), расположенного в 4-х км от строительной площадки ТЭЦ в г. Советская Гавань Хабаровского края, 5-й мкр, ул. Морская 1, на отдельной огороженной территории, приехав с работы, пошел из общежития в столовую по тропинке, поскользнулся и упал. Тропинка представляла собой пешеходную грунтовую дорожку, шириной 1 м, покрытую гололедом и снежным накатом. Металлические и иные конструкции, бордюрный камень отсутствовали. Освещение в виде уличного фонаря было только на автостоянке у входа в общежитие и над входом в столовую, приблизительно в 20 м от места происшествия. Т. был одет в зимнюю спецодежду (утепленная куртка, комбинезон, вязаная шапка, ботинки «берцы»). Погода была пасмурная, темное время суток, температура около минус 5 градусов по Цельсию.

Данные обстоятельства подтверждаются пояснительной запиской заместителя руководителя обособленного подразделения ООО «Арсенал Плюс» в г. Советская Гавань Ж. от 25.01.2021, данных государственному инспектору труда в Хабаровском крае.

В результате данного падения Т. получил травму – закрытый чрезвертельный перелом левой бедренной кости со смещением отломков (S72.1.0), был доставлен в хирургическое отделение Советско-Гаванской районной больницы по адресу: <...>, затем 05.12.2019 по экстренным показаниям был доставлен санавиацией в ГБУЗ Хабаровского края «Краевая клиническая больница №1 имени профессора С.И. Сергеева».

13.12.2019 Т. проведена операция, в ходе проведения которой Т. скончался.

Указанные обстоятельства следует из акта судебного-медицинского исследования трупа № от 17.01.2020, выполненного КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» министерства здравоохранения Хабаровского края и не оспаривались сторонами в ходе судебного разбирательства.

Согласно ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Вместе с тем, установленные в ходе настоящего судебного разбирательства обстоятельства получения Т. травмы (наличие гололеда на дорожке на закрытой территории общежития и отсутствие освещения данной дорожки, приведшие к подскальзыванию и падению Т.), свидетельствуют о неисполнении ответчиком указанной обязанности.

В соответствии со ст.227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в том числе, при работе вахтовым методом во время междусменного отдыха, а также при нахождении на судне (воздушном, морском, речном, рыбопромысловом) в свободное от вахты и судовых работ время.

Таким образом, вопреки доводам ответчика то обстоятельство, что Т. получил травму после окончания рабочего дня, на необходимость учета полученной им травмы как производственной не влияет, поскольку травма была получена работником ответчика в период нахождения на вахте на территории закрытой и огороженной территории общежития работодателя в период его следования для вечернего приема пищи в столовую, также находящуюся на данной территории.

Одновременно, суд учитывает, что статья 297 ТК РФ определяет вахтовый метод как особую форму осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

Работники, привлекаемые к работам вахтовым методом, в период нахождения на объекте производства работ проживают в специально создаваемых работодателем вахтовых поселках, представляющих собой комплекс зданий и сооружений, предназначенных для обеспечения жизнедеятельности указанных работников во время выполнения ими работ и междусменного отдыха, либо в приспособленных для этих целей и оплачиваемых за счет работодателя общежитиях, иных жилых помещениях.

Таким образом, несмотря на формальное оформление работодателем работы Т. как командировки, суд приходит к выводу о том, что исходя из совокупности содержания документов, связанных с оформлением Т. на работу, а также условий его работы, установленных в ходе настоящего судебного разбирательства, работа Т. являлась именно работой вахтовым методом, следовательно, к правоотношениям между Т. и ответчиком подлежат применению нормы, регулирующие работу вахтовым методом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что требования истца об установления факта производственной травмы Т. 21.11.2019 при исполнении им трудовых обязанностей в ООО «Арсенал Плюс» подлежат удовлетворению.

Ссылка ответчика на результаты расследования указанного факта Государственной инспекцией труда по Хабаровскому краю, согласно которым полученная Т. травма не была связана с производством, не может быть принята судом во внимание, поскольку указанный вывод государственного инспектора труда противоречит вышеприведенным нормам трудового законодательства и установленным в ходе настоящего судебного разбирательства фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того, согласно поступившему в суд сообщению прокуратуры Хабаровского края от 13.12.2022, в ходе проведенной прокуратурой дополнительной проверки полноты и качества проведенного Государственной инспекцией труда в Хабаровском крае расследования несчастного случая, произошедшего 21.11.2019 с Т. в г. Советская Гавань в период его работы в ООО «Арсенал Плюс», было установлено, что выводы инспекции, отраженные в заключении государственного инспектора труда от 02.03.2021, основаны на ненадлежащей правовой оценке сложившихся между сторонами правоотношений, расследование носило формальный характер, в связи с чем 08.12.2022 руководителю инспекции было внесено представление об устранении нарушений закона. При этом, прокуратурой края о результатах проведенной проверки инспекции 08.12.2022 уведомило Московское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации в целях рассмотрения вопроса о назначении и уплате родственникам Т. страховых выплат в соответствии с ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Разрешая требования истца в части установления факта причинно-следственной связи производственной травмы, полученной его отцом, и смертью последнего, суд учитывает, что во взаимоотношениях с работодателем работник является экономически более слабой стороной, поэтому бремя доказывания отсутствия причинно-следственной связи между полученной Т. 21.11.2019 производственной травмы и наступившей 13.12.2019 во время операции по поводу данной травмы смертью лежало на ответчике. При этом все неустранимые сомнения подлежат толкованию в пользу работника.

В судебном заседании 27.02.2023 представитель ответчика сообщила суду, что имеющегося в материалах дела акта судебно-медицинского исследования трупа для подтверждения доводов возражений ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между травмой Т. и его смертью достаточно, дополнительных доказательств отсутствия причинно-следственной связи между травмой и смертью работника ответчик представлять не намерен, ходатайство о назначении судебной экспертизы заявлять также не намерен.

Оценивая выводы экспертов, содержащиеся в акте судебного-медицинского исследования трупа № от 17.01.2020, выполненного КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» министерства здравоохранения Хабаровского края, суд учитывает, что перед экспертами ставился вопрос лишь о наличии прямой причинно-следственной связи между выявленными повреждениями трупа и наступлением смерти, однако для гражданско-правовых последствий смерти работника вследствие производственной травмы характер причинно-следственной связи (прямая или косвенная) правового значения не имеет.

Как следует из указанного акта судебно-медицинского исследования, эксперт установил, что смерть Т. наступила от тромбоэмболии легочной артерии в результате заболевания – тромбофлебит с атерокальцинозом глубоких вен левой нижней конечности.

Вопрос о наличии косвенной причинно-следственной связи указанного заболевания либо его обострения с полученным повреждением – закрытым полным чрезвертельным переломом левой бедренной кости со смещением отломков экспертом не исследовался, ответ на такой вопрос в названном акте судебно-медицинского исследования отсутствует.

Учитывая изложенное, а также то, что смерть Т. наступила непосредственно во время лечения полученной им производственной травмы, суд приходит к выводу о том, что отсутствие причинно-следственной связи между данной производственной травмой и наступившей впоследствии смертью Т. ответчиком не доказан, в связи с чем полагает соответствующие исковые требования истца подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 является сыном скончавшегося 13.12.2019 Т., что подтверждается представленным в материалы дела свидетельством о рождении.

Поскольку смерть отца не могла не повлечь для сына нравственных переживаний, что является общеизвестным фактом и в силу ст.61 ГПК РФ не требует доказывания, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Кроме того, суд учитывает, что согласно объяснениям истца, содержащимся в исковом заявлении и в силу ст.68 ГПК РФ являющимся одним из видов доказательств, на протяжении 2-х месяцев истец путем обращения к работодателю отца, а также в правоохранительные органы безрезультатно пытался установить судьбу своего отца, когда тот перестал выходить на связь с родными, и затем на протяжении 2-х лет установить обстоятельства его смерти и место захоронения.

Данные объяснения подтверждаются приложенной к исковому заявлению перепиской.

В свою очередь, доказательств иного ответчиком суду в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ не представлено и судом не добыто.

Одновременно, суд принимает во внимание установленное в ходе настоящего судебного разбирательства юридически значимое поведение ответчика, которому достоверно было известно о полученной Т. производственной травме, а затем о его смерти, однако несмотря на это необходимое расследование несчастного случая на производстве ответчик не произвел, родственников умершего в известность не поставил, и, более того, уже после смерти Т. направлял в адрес родных умершего, в том числе по месту жительства сына (истца ФИО1), требования об объяснении причин невыхода на работу, а затем направил им по почте трудовую книжку Т. с отметкой о его увольнении по собственному желанию с датой увольнения через 3,5 месяца после смерти работника.

Данные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела копией трудовой книжки умершего 13.12.2019 Т., согласно которой он 31.03.2020 уволен по собственному желанию на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ; уведомлением ответчика от 02.03.2020 с требованием к Т. объяснить причины его отсутствия на работе в период с 01 декабря 2019 года и прислать документы, объясняющие причину его отсутствия.

По мнению суда, указанное поведение ответчика само по себе не могло не причинить нравственных страданий истцу ФИО1, и так переживавшему по поводу пропажи его отца, а потом получившего из больницы сведения о его смерти в период нахождения на вахте в организации ответчика.

Доводы представителя ответчика о том, что администрация Общества не владела информацией о происшествии, случившемся в его обособленном подразделении в Хабаровском крае, не могут служить основанием для отказа истцу в иске либо снижения размера компенсации морального вреда, поскольку вопрос организации взаимодействия между подразделениями ответчика находится в исключительной компетенции ответчика и зависит непосредственно от него, то есть не является объективной и уважительной причиной для вышеустановленного юридически значимого поведения ответчика.

При таких обстоятельствах суд полагает, что требованиям разумности и справедливости с учетом характера и степени вины ответчика в причинении морального вреда ФИО1, установленного судом юридически значимого поведения ответчика, длительности причиняемых истцу нравственных страданий, обстоятельств их причинения, индивидуальных особенностей истца и иных значимых для дела обстоятельств будет отвечать размер компенсации морального вреда в сумме 400 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Установить факт производственной травмы 21.11.2019 Т. при исполнении своих служебных обязанностей в ООО «Арсенал Плюс» (ИНН <***>), повлекшую его смерть 13.12.2019.

Взыскать с ООО «Арсенал Плюс» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400 000 (четыреста тысяч) руб.

В остальной части иска – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Л. Лемехова

Мотивированное решение изготовлено 29.03.2023.