Решение по делу № 2-2177/2023 от 06.10.2023

? К делу №

УИД №RS0№-72

Резолютивная часть решения оглашена 02.10.2023

Мотивированное решение изготовлено 06.10.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 октября 2023 года а. Тахтамукай

Тахтамукайский районный суд Республики Адыгея в составе:

Председательствующего судьи Горюновой М.С.,

при секретаре ФИО4,

с участием прокурора ФИО5,

ФИО12 истца ФИО11О. - адвоката ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице ФИО2 казначейства по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, применения меры пресечения, взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО11О. обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, применения меры пресечения в размере 2 000 000 рублей, а также материального ущерба.

В обоснование своих требований указал о том, что постановлением старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории ОП (<адрес>) Следственного ФИО2 ФИО3 по <адрес> ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ст. 161 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ по данному уголовному делу ФИО11О. был задержан следователем в качестве подозреваемого и направлен для содержания в ИВС ФИО3 по <адрес>, в котором содержался 3 суток.

В тот же день, ДД.ММ.ГГГГ, постановлением старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории ОП (<адрес>) Следственного ФИО2 ФИО3 по <адрес> ФИО11О. было предъявлено обвинение по п. «а,г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ Прикубанским районным судом <адрес> в отношении ФИО11О. была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на два месяца, в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу судом было отказано.

ДД.ММ.ГГГГ Прикубанским районным судом <адрес> срок домашнего ареста продлен по ходатайству следователя до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Прикубанским районным судом <адрес> срок домашнего ареста по ходатайству следователя продлен до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ Прикубанским районным судом <адрес> в отношении ФИО11О. срок домашнего ареста продлен по ходатайству следователя до ДД.ММ.ГГГГ.

В марте и последний раз в апреле 2021 года Прикубанским районным судом <адрес> в отношении ФИО11О. срок домашнего ареста продлевался по ходатайству следователя, а ДД.ММ.ГГГГ по постановлению следователя мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО11О. была отменена.

С ДД.ММ.ГГГГ следователем в отношении ФИО11О. была избрана иная мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая действовала вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до момента прекращения в отношении него уголовного преследования.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории ОП (<адрес>) Следственного ФИО2 ФИО3 по <адрес> ФИО7, ФИО11О. предъявлено обвинение по п. «а,г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории ОП (<адрес>) Следственного ФИО2 ФИО3 по <адрес> ФИО8 ФИО11О. было предъявлено новое обвинение по ч. 2 ст. 163 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории ОП (<адрес>) Следственного ФИО2 ФИО3 по <адрес> ФИО8 в новой редакции ФИО11О. было предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 163 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории ОП (<адрес>) Следственного ФИО2 ФИО3 по <адрес> ФИО8 уголовное преследование в отношении ФИО11О. было прекращено на основании п.1 ч.1 ст. 27 УКПК РФ, в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления, а также была отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

По уголовному делу ФИО11О. привлекался к уголовной ответственности на протяжении 2 лет 9 месяцев, в течение которых его незаконно лишали свободы, содержали под домашним арестом. Нравственные страдания истца выражались в нескончаемом проведении с его участием следственных действий, судебных заседаний по вопросу продления срока домашнего ареста, где следователь постоянно говорил лишь о том, что истец является преступником, опасным для общества, которого необходимо содержать в изоляции потому, что он якобы продолжит заниматься преступной деятельностью, буду оказывать давление на потерпевшего и свидетелей, в связи с чем ФИО11О. неоднократно приходилось испытывать унижение его чести и достоинства. ФИО11О. ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, являлся законопослушным гражданином, но незаконное и необоснованное привлечение его уголовной ответственности и неоднократное предъявление ему обвинения в совершении тяжких преступлений привело к тому, что его родственники, за исключением отца и матери, фактически перестали верить ему, с ним перестали здороваться знакомые и соседи, многие друзья стали обходить его стороной. Из-за полученного стресса и практически круглосуточного пребывания в квартире у него началась депрессия, он был лишен возможности культурного отдыха вне пределов жилища, лишился возможности заниматься своими привычными увлечениями. После отмены домашнего ареста и избрания в отношении истца подписки о невыезде на протяжении 1 года и 10 месяцев следователь запретил ему покидать постоянное место жительства, чем ограничил его право на свободное передвижение и выбор места пребывания. Кроме этого, ФИО11О. лишился работы и испытывал чувство стыда из-за того, что на протяжении 2,5 лет находился на иждивении своих родителей, он был лишен возможности устроить личную жизнь.

Истец просил взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в его пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности и применении незаконной меры пресечения в виде домашнего ареста и подписки о невыезде в размере 2 000 000 рублей, а также взыскать с ответчика в счет возмещения материального ущерба упущенную выгоду в связи с увольнением в виде неполученной заработной платы в размере 1 050 000 рублей, денежную сумму за оплату экспертизы в размере 45 000 рублей, денежную сумму за оплату услуг защитника в размере 60 000 рублей.

В судебном заседании ФИО12 истца ФИО11О. адвокат ФИО9 на удовлетворении исковых требований настаивал по основаниям, изложенным в иске.

ФИО12 ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице ФИО2 казначейства по <адрес> в судебное заседание не явился, предоставив в суду возражения на исковое заявление, оглашенное в судебном заседании, в которых указано, что исковое заявление истцом направлено в Тахтамукайский районный суд Республики Адыгея. Представление интересов Министерства финансов РФ согласно приказу Минфина РФ и ФИО2 казначейства от ДД.ММ.ГГГГ №н/9н в <адрес> поручено ФИО2 казначейства по <адрес>. Просил привлечь в качестве надлежащего ФИО12 Министерства финансов Российской Федерации по делу-ФИО2 казначейства по <адрес>.

ФИО2 казначейства по <адрес> в судебное заседание не прибыл, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом путем вручения повестки, ходатайств по существу дела не представил.

ФИО12 третьего лица ГУ МВД РФ по <адрес> в судебное заседание не явился, представил возражения на исковые требования, оглашенные в судебном заседании, в которых указано, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку уголовное преследование в отношении истца осуществлялось сотрудниками Отдела полиции (<адрес>) Следственного ФИО2 ФИО2 МВД ФИО3 по городу Краснодару, ГУ МВД ФИО3 по <адрес> является ненадлежащим третьим лицом по настоящему делу и подлежит замене на ФИО2 МВД ФИО3 по городу Краснодару. Кроме этого, в материалы настоящего гражданского дела не представлено доказательств признания незаконными действий должностного лица ФИО2 МВД ФИО3 по городу Краснодару по возбуждению уголовного дела в отношении истца, у органа предварительного расследования имелись основания для возбуждения ДД.ММ.ГГГГ уголовного дела №. Сам факт прекращения уголовного дела не означает, что фактическим причинителем вреда является следователь, возбудивший в установленном порядке уголовное дело. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что взыскиваемая сумма является следствием незаконных действий следователя, иных должностных лиц органов внутренних дел. Таким образом, с учетом отсутствия доказательств причинения незаконными действиями органа предварительного следствия ФИО2 МВД ФИО3 по <адрес> физических и нравственных страданий истцу, их причинно-следственной связи, требования истца о компенсации морального вреда являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО3 по <адрес>, Главное следственное ФИО2 ГУ МВД ФИО3 по <адрес>, Следственное ФИО2 ФИО3 по <адрес>, ФИО12 которых в судебное заседание не явились, о дате и времени его проведения извещены надлежащим образом посредством направления повестки и размещения информации на официальном сайте суда, о причинах неявки суду не сообщили.

ФИО3 по <адрес> в суд направлены письменные возражения, в которых изложена правовая позиция, аналогичная той, что указана в возражениях ФИО12 ГУ МВД по <адрес>, в иске также просил отказать.

Разрешая вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие не явившихся ФИО12 сторон, суд исходит из следующего.

Неявка лица, участвующего в деле, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела, и поэтому не может быть препятствием к рассмотрению дела.

С учетом полноты представленных доказательств суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ФИО12 сторон.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ требования истца о взыскании в счет возмещения материального ущерба упущенной выгоды в связи с увольнением в виде неполученной заработной платы в размере 1 050 000 рублей, денежной суммы за оплату экспертизы в размере 45 000 рублей, денежной суммы за оплату услуг защитника в размере 60 000 рублей оставлены без рассмотрения.

Суд, изучив доводы искового заявления, возражения на исковое заявление, выслушав доводы сторон, заключение прокурора ФИО5, полагавшего, что исковые требования ФИО11О. о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, а моральный вред, причиненный истцу подлежащим возмещению с учетом принципа разумности, исследовав материалы гражданского дела в совокупности, приходит к следующему.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" (п.1) под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).

Возмещение лицу имущественного вреда, причиненного в ходе уголовного судопроизводства, устранение последствий морального вреда и восстановление его в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах осуществляются по основаниям и в порядке, предусмотренным статьями 133 - 139, 397, 399 УПК РФ, нормами других федеральных законов и иных нормативных правовых актов, регламентирующих указанные вопросы.

Статья 53 Конституции Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного лишь незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. В развитие данного положения Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации предусмотрел право на реабилитацию, основания его возникновения и признания, а также порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5, глава 18).

В соответствии с пунктами 34, 35, 55 ст. 5 УПК РФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с настоящим Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Частями 2 и 3 ст. 133 УПК РФ установлено, что право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, имеют лица, по уголовным делам которых был вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование в отношении которых было прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, за отсутствием события преступления, отсутствием состава преступления, за непричастностью лица к совершению преступления и по некоторым другим основаниям, а также лица, в отношении которых было отменено незаконное или необоснованное постановление суда о применении принудительной меры медицинского характера. Важным элементом процедуры реабилитации является признание права на реабилитацию. Вопрос о праве на реабилитацию решается судом, прокурором, следователем или дознавателем в зависимости от того, кто принял соответствующее решение (ч. 1 ст. 134 УПК РФ).

Согласно положениям ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда, возмещаемого гражданину, определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, оцениваемого с учетом индивидуальных особенностей лица, которому причинен вред, исходя из требований разумности и справедливости.

Согласно положениям п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Исходя из содержания данных статей в совокупности с содержанием ст. ст. 397 - 399 УПК РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

При этом, при разрешении требований о компенсации морального вреда суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В судебном заседании установлено, что постановлением старшего следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории ОП (<адрес>) Следственного ФИО2 ФИО3 по <адрес> ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а,г» ч.2 ст. 161 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ по данному уголовному делу ФИО11О. был задержан следователем в качестве подозреваемого в порядке ст.91 УПК РФ и направлен для содержания в ИВС ФИО3 по <адрес>, в котором содержался 3 суток.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО11О. в течение 2 лет и 9 месяцев подвергался уголовному преследованию, из которых в течении 10 месяцев и 19 дней находился под домашнем арестом, испытывал нравственные страдания и переживания в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела, в том числе в связи с участием в следственных действиях на стадии предварительного следствия, что умаляло его честь, достоинство, доброе имя.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», (п.11) при разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

Более того, в п.13 указанного Постановления 13 Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» указано, что с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

В этой связи, судом признаются несостоятельными доводы ФИО12 ГУ МВД ФИО3 по <адрес> и ФИО3 по <адрес> об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу реабилитированного в связи с недоказанностью вины должностных лиц указанных органов.

Принимая во внимание, что человеческие страдания невозможно оценить в денежном выражении, компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение потерпевшего, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина, а лишь максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности.

В результате уголовного преследования ФИО11О., который ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, на протяжении длительного времени испытал глубокое эмоциональное потрясение, в связи с привлечением его к уголовной ответственности и неоднократное предъявление ему обвинения в совершении тяжких преступлений привело к тому, что его родственники, за исключением отца и матери, фактически перестали верить ему, с ним перестали здороваться знакомые и соседи, многие друзья стали обходить его стороной, он не смог устроить личную жизнь, у него началась депрессия, он был лишен возможности культурного отдыха вне пределов жилища, он был лишен возможности заниматься своими привычными увлечениями. После отмены домашнего ареста и избрания в отношении истца подписки о невыезде и надлежащем поведении на протяжении 1 года и 10 месяцев следователь запретил истцу покидать постоянное место жительства, чем ограничил его право на свободное передвижение и выбор места пребывания. Кроме этого, ФИО11О. лишился работы и испытывал чувство стыда из-за того, что на протяжении более двух лет находился на иждивении своих родителей

Также суд учитывает степень тяжести незаконно предъявленного обвинения, применение в отношении истца меры уголовно-процессуального принуждения в виде домашнего ареста, предполагающей определенные ограничения, нарушено конституционное право истца на свободу передвижения, личную свободу, пострадали его честь и достоинство, в том числе в связи со спецификой его работы, что само по себе подразумевает причинение нравственных страданий и по существу не нуждается в доказывании.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты компенсацию морального вреда, законодатель устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо установить баланс интересов сторон.

Таким образом, исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами подтверждается то обстоятельство, что в отношении истца имело место незаконное уголовное преследование в совершении преступлений, предусмотренных п.п.»а,г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, а затем ч. 2 ст. 163 УК РФ в результате чего ему были причинены нравственные страдания, посягающие на основные принадлежащие гражданину нематериальные блага - достоинство личности.

Разрешая заявленные требования, суд, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, на основании фактических обстоятельств дела, руководствуясь приведенными нормами права, достоверно установив факт причинения истцу морального вреда, так как уже само по себе незаконное уголовное преследование причиняет нравственные страдания человеку, затрагивая его честь и достоинство и, в конечном счете, нарушая его право на доброе имя как положительную социальную оценку моральных и иных качеств личности, с учетом обстоятельств привлечения истца к уголовной ответственности, категории преступления, в котором он обвинялся, продолжительности уголовного преследования, характера и степени нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, суд приходит к выводу об обоснованности требования истца о взыскании компенсации морального вреда.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд учитывает характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда, выразившихся в неоднократном пребывании в статусе обвиняемого в совершении преступлений, которых он не совершал, и применении к нему мер процессуального принуждения, и исходит из того, что в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности истец испытывал сильные нравственные страдания, которые не нуждаются в подтверждении.

При этом, суд учитывает, что при вышеизложенных обстоятельствах длительность уголовного преследования, невозможность ведения обычного образа жизни в связи с продолжающимися следственными действиями и действующей мерой пресечения в виде домашнего ареста, подписки от невыезде и надлежащем поведении значительно способствовали увеличению уровня стрессово – негативного восприятия истцом ситуации, в которой он оказался в результате незаконного уголовного преследования, а также испытанного страха быть незаконно осужденным. Указанные обстоятельства в совокупности не могли не причинить истцу значительные нравственные страдания, так как к подобным событиям в жизни человеку невозможно отнестись безразлично.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения заявителя за перенесенные страдания. Исходя из фактических обстоятельств дела, суд, считает необходимым удовлетворить исковые требования истца частично и приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей, поскольку данный размер компенсации, с учетом установленных по делу обстоятельств, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также будет способствовать восстановлению нарушенных прав истца, и взыскивает компенсацию морального вреда в соответствии с требованиями ст. 1070 ГК РФ за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО11 ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, применения меры пресечения, удовлетворить.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО11 ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, применения меры пресечения в виде домашнего ареста в размере 300 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Адыгея через Тахтамукайский районный суд Республики Адыгея в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья М.С. Горюнова