38RS0017-01-2023-000383-24
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 апреля 2023 года г. Нижнеудинск
Нижнеудинский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Рычковой Н.С., при секретаре судебного заседания Сертуковой А.П., с участием представителя истца по доверенности ФИО1, ответчика ФИО2, прокурора Финикова В.Э., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-398/2023 по иску ФИО3 к ФИО2 о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
в обоснование заявленных исковых требований истец ФИО3 сослалась на следующие обстоятельства. ФИО4 (после регистрации брака ФИО5) ФИО6 городским судом <адрес обезличен> от дата обезличена была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, ей назначено наказание в виде <данные изъяты> месяцев исправительных работ с удержанием <данные изъяты> заработка в доход государства. Данное преступление было совершено 02.12.2020 в период с 20 часов до 23 часов 20 минут в квартире по адресу: <адрес обезличен>, р.<адрес обезличен>, при превышении необходимой обороны. В ходе ссоры ФИО7 причинила сыну истца ФИО8 повреждение в виде проникающего колото-резанного ранения передней поверхности передней стенки перикарда, передней стенки правого предсердия, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, излитием крови в полость перикарда с развитием тампонады (сдавления) полости сердечной сорочки, излившейся кровью, относящиеся к причинившим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни. Гибелью сына истцу был причинен моральный вред, который истец оценивает в <данные изъяты>. Истец ФИО3 лишилась близкого человека, его материальной и моральной поддержки, помощи в старости. При мысли о сыне она постоянно плачет, никак не может смириться с горечью утраты, от постоянных переживаний перенесла инсульт.
Истец ФИО3 просит суд взыскать с ФИО7 в пользу ФИО3 <данные изъяты> рублей в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением.
На основании протокольного определения суда от дата обезличена произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО7 на надлежащего ФИО2, сменившую фамилию в связи с заключением брака.
В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.
В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности с объемом полномочий, предусмотренных ст. 54 ГПК РФ, исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительного суду пояснила, что отношения у ФИО3 с ее сыном были теплые, хорошие, он постоянно навещал мать и помогал ей. По характеру ФИО8 был спокойным, отношения с невесткой ФИО9 у ФИО3 были натянутые. ФИО3 лишилась самого родного и близкого для нее человека, материальной и материальной поддержки сына, его помощи в старости. При мысли о сыне ФИО3 постоянно плачет, не может смириться с горечью утраты, от переживаний покосилось здоровье истца, она перенесла инсульт.
В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования признала частично, суду пояснила, что по приговору ей уже назначено наказание. ФИО8 в течение семи последних лет фактически не работал. Действительно к матери ФИО8 они вместе с ним приходили, помогали ухаживать за его бабушкой, которая проживала с ФИО3 В настоящее время ФИО2 вступила в брак со ФИО10 и ждет от него ребенка. Супруг ФИО10 в настоящее время осужден Нижнеудинским городским судом по ст. 264 УК РФ к лишению свободы. На иждивении у ФИО2 находятся трое несовершеннолетних детей: ФИО11, дата обезличена года рождения, ФИО12, дата обезличена года рождения, это дети от первого супруга, и совместный с ФИО8 ребенок ФИО13, дата обезличена года рождения.
В своем заключении прокурор Фиников В.Э. полагал требования о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, при определении размера компенсации вреда просил учитывать требования разумности и справедливости.
Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Определение понятия морального вреда дается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от дата обезличена номер обезличен «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в котором под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.
Приговором Нижнеудинского городского суда <адрес обезличен> от дата обезличена, вступившим в законную силу дата обезличена, ФИО7 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 108 Уголовного кодекса Российской Федерации и ей назначено наказание в виде <данные изъяты> месяцев исправительных работ с удержанием 10 % заработка в доход государства.
Из приведенного акта следует, что ФИО7 совершила убийство ФИО8 при превышении пределов необходимой обороны при следующих обстоятельствах:
в период времени с 20 часов до 23 часов 20 минут дата обезличена супруги ФИО14 и ФИО8, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находились по адресу: <адрес обезличен>, р.<адрес обезличен>, где между ними на почве личных неприязненных отношений произошла ссора, в ходе которой, ФИО8, умышленно бросил в лежащую на кровати в спальне ФИО7 табурет, который попал ФИО7 по телу и причинил физическую боль, затем ФИО8 повторно умышленно бросил табурет в ФИО7, переместившуюся в прихожую указанной квартиры, но ФИО7 смогла увернуться от удара табуретом. После чего, с целью дальнейшего применения насилия, ФИО8 схватил ФИО7 за волосы и с силой стал тянуть ее, причиняя физическую боль, сопровождая свои действия словами ругани, грубой нецензурной брани. Затем удерживая за волосы, ФИО8 повалил ФИО7 на колени в прихожей, где умышленно нанес ФИО7 множество ударов рукой по голове, причиняя физическую боль, высказав угрозы убийством. После чего ФИО14, полагая, что потерпевший ФИО8 физически сильнее ее и опасаясь дальнейшего применения насилия с его стороны, с целью самозащиты, дата обезличена, в указанный период времени, проследовала на кухню, где взяла из шкафа кухонного стола в этом доме в правую руку нож.
Затем ФИО8 и ФИО7 проследовали в прихожую данной квартиры, где в указанный период времени, ФИО8, продолжая свои противоправные действия, не создающие угрозы для жизни ФИО7, высказывая слова грубой нецензурной брани и угрозы, замахнулся на ФИО7 кулаком правой руки. Тогда ФИО7 в период времени с 20 часов до 23 часов 20 минут дата обезличена, находясь в прихожей <адрес обезличен> р.<адрес обезличен>, с целью защиты от противоправных действий ФИО8 и прекращения его дальнейшего избиения, осознавая, что ее действия явно не соответствуют характеру и степени общественной опасности посягательства на нее со стороны ФИО8 и являются явно чрезмерными, поскольку оно не сопряжено с насилием, опасным для ее жизни, а также с непосредственной угрозой применения такого насилия, о чем очевидно для нее свидетельствовали действия ФИО8, причинившего ей физическую боль, понимая, что необходимость причинения смерти ФИО8 для защиты от его посягательства отсутствует, то есть явное несоответствие между вредом, который причинил ей нападавший ФИО8 и лишением его жизни в результате оборонительных действий, а также то, что в результате ее действий неизбежно наступят общественно опасные последствия в виде смерти ФИО8, и желая этого, умышленно, с целью причинения смерти ФИО8, явно превышая пределы необходимой обороны, нанесла клинком ножа один удар в грудную клетку стоящего перед ней лицом ФИО8, превысив тем самым пределы необходимой обороны.
В результате умышленных действий ФИО7 при превышении пределов необходимой обороны, ФИО8 было причинено повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева, со сквозным пересечением 3 ребра слева, сквозными повреждениями передней стенки перикарда, передней стенки правого предсердия, с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, излитием крови в полость перикарда (300 г однородных темно-красных эластичных свертков крови и 200 мл жидкой темной крови) с развитием тампонады (сдавления) полости сердечной сорочки, излившейся кровью, относящееся к причинившим тяжкий вред здоровью, опасный для жизни.
Смерть потерпевшего ФИО8 наступила на месте происшествия от проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева, со сквозным пересечением 3 ребра слева, сквозными повреждениями передней стенки перикарда, передней стенки правого предсердия, развитием тампонады (сдавления) полости сердечной сорочки, излившейся кровью.
Суд указал, что сложившаяся на момент совершения преступления обстановка давала подсудимой все основания полагать, что в отношении нее совершается реальное общественно опасное посягательство, однако поскольку это посягательство не было сопряжено с насилием, опасным для жизни ФИО7 и с непосредственно угрозой применения такого насилия, действия подсудимой в данном случае, как и указанно государственным обвинителем, следует рассматривать как совершенные при превышении пределов необходимой обороны.
Не смотря на то, что со слов ФИО7 погибший во время избиения и непосредственно перед нанесением ею удара ножом высказывал угрозы ее убийства, с учетом все сложившейся ситуации, длительности продолжавшегося между супругами конфликта, характера и общественной опасности примененного ФИО8 насилия к подсудимой, при отсутствии серьезной травматизации ФИО7 от противоправных действий ФИО8, отсутствия со стороны ФИО8 каких-либо реальных и действительных действий по умышленному причинению смерти ФИО7, суд приходит к выводу, что высказанные ФИО8 угрозы убийством не были наличны и реальны для ФИО7, и не создавали непосредственной опасности для ее жизни, фактически являлись формой словестной агрессии со стороны ФИО8, что осознавалось на тот момент и самой подсудимой.
Действия подсудимой ФИО7 суд, применяя положения ст. 252 УПК РФ, квалифицировал по ч.1 ст. 108 УК РФ как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны и указал, что изложенные конкретные обстоятельства совершения преступления, избранное орудие преступления, локализация повреждения, предшествующее поведение ФИО7 свидетельствуют именно об ее умысле на убийство ФИО8, совершенного при превышении пределов необходимой обороны. При этом с учетом сложившихся обстоятельств применение ножа ФИО7 явно не вызывалось характером и опасностью посягательства ФИО8, о чем свидетельствуют показания самой подсудимой, пояснивший что ФИО8 проследовал в прихожую к месту, где он ранее постоянно курил, вновь стал высказывать слова ругани и угроз в ее адрес, но телесных повреждений ей не причинял, в то время как ФИО4 в этот момент применила нож для нанесения ранения ФИО8 При этом в судебном разбирательстве установлено, что ФИО7, осознавала, что она причиняет потерпевшему вред, который не был необходим для пресечения противоправных действий со стороны ФИО8, т.к. она осознано вооружилась именно ножом, предметом которым возможно причинить вред жизни ФИО8, что явно не соответствовало характеру их семейной ссоры, случившейся между ними в очередной раз на почве распития спиртного, а также и характеру примененного к ней насилия со стороны ФИО8 в указанный вечер. При этом семейные конфликты, в том числе с применением насилия к друг другу, между супругами возникали постоянно, о чем свидетельствуют не только показания подсудимой, но и свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО5, ФИО17, ФИО18, ФИО19, С-вых, как наблюдавших подобные ссоры, так и наблюдавших последствия таких ссор с применением физического насилия как со стороны ФИО7 к своему мужу, так и со стороны ФИО8 к своей жене.
Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО3 является матерью погибшего ФИО8
Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющим собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.
В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата обезличена номер обезличен «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).
Таким образом, безусловно, то, что истец ФИО3, как родитель погибшего сына пережила сильные душевные страдания по поводу смерти сына – близкого родного человека, внезапная смерть которого стала для нее глубоким потрясением, она испытали горечь утраты, до настоящего времени испытывают сильную душевную боль, не может вернуться к полноценной жизни.
Поскольку жизнь человека, априори, бесценна, факт того, что истец ФИО3, потерявшая своего ребенка, безусловно, перенесла большие страдания в связи с невосполнимой утратой близкого человека, не нуждается в доказывании.
Суть компенсации морального вреда состоит, с одной стороны, в максимальном смягчении тяжести моральной и физической травмы, иного вреда и тем самым способствует более полной защите интересов личности, а с другой стороны - должна оказывать воспитательное воздействие на причинителя вреда, возлагая именно на него в первую очередь бремя тех издержек, которые несет потерпевший.
Суд учитывает, что в результате противоправных действий ответчика, истец потеряла сына, смерть которого явилась для нее потрясением и наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, свидетельствующим о пережитых ею сильных физических и нравственных страданиях, поскольку утрата близкого человека (сына) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации истца (матери) к новым жизненным обстоятельствам.
Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд считает установленным и доказанным факт причинения истцу нравственных страданий в результате утраты близкого человека - сына, и, исходя из фактических обстоятельств произошедшего, характера и объема причиненных истцу нравственных страданий, принимая во внимание, что гибель сына сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие потерпевшего, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, учитывает обстоятельство наличия у ответчика на иждивении троих несовершеннолетних детей, с учетом принципов разумности и справедливости, соразмерности причиненного вреда и меры ответственности считает необходимым взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 денежную компенсацию морального вреда в сумме 500 000 рублей. При этом суд также учитывает, что убийство ФИО8 было совершено ФИО2 при превышении пределов необходимой обороны, приговором суда, вступившим в законную силу, установлены, в том числе и действия ФИО7 по отношению ФИО2, а именно тот факт, что приведшие к смерти ФИО8 действия были совершены ФИО2 при обороне от реального общественно опасного посягательства со стороны погибшего, но не сопряженного с насилием.
Также суд принимает во внимание, что доводы истца ФИО3 об ухудшении ее состояния здоровья в результате смерти сына, не подтверждены медицинскими документами.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить.
Взыскать с ФИО2, дата обезличена года рождения, уроженки <адрес обезличен>, паспорт гражданина Российской Федерации <данные изъяты> выдан ГУ МВД России по <адрес обезличен> дата обезличена в пользу ФИО3, дата обезличена года рождения, уроженки <адрес обезличен>, компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Нижнеудинский городской суд <адрес обезличен> в течение месяца с момента изготовления решения суда в мотивированном виде.
Судья Н.С. Рычкова
В мотивированном виде решение изготовлено дата обезличена.