УИД: 16RS0022-01-2023-000010-70
Дело № 2-190/2023
РЕШЕНИЕ
именем РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
12 мая 2023 года с. Сарманово
Сармановский районный суд Республики Татарстан в составе:
председательствующего судьи Ханипова Р.М.,
при секретаре Гариповой Р.М.,
с участием помощника прокурора Ситдикова А.Э.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ГАУЗ «Муслюмовская центральная районная больница» о признании приказа об отстранении от работы незаконным, допуске к работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с исковым заявлением к ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ» с требованиями в вышеприведенной формулировке.
В обоснование заявленных требований истцы указали на то, что они работают в ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ», при этом ФИО1 состоит в должности заместителя главного врача по экономическим вопросам, ФИО2 – в должности главного бухгалтера.
Однако, 27 декабря 2022 года их ознакомили с приказом № 246/л от 27 декабря 2022 года, согласно которого их обоих отстранили от занимаемых должностей с 01 января 2023 года без сохранения заработной платы на основании ст. 76 Трудового кодекса РФ.
При ознакомлении с приказом им стало известно, что основанием вынесения названного приказа явилось требование Мензелинского МРСО СУ СК РФ по РТ по возбужденному уголовному делу № 12202920036000156.
С данным приказом истцы не согласны, считают его незаконным и подлежащим отмене, поскольку основание отстранения их от работы не предусмотрено трудовым кодексом.
Так, их отстранили от работы по требованию Мензелинского МРСО СУ СК РФ по РТ, которое может быть предъявлено в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления. До настоящего времени истцы проходили по уголовному делу только в качестве свидетелей. Об изменении их процессуального положения их никто не уведомлял и не разъяснял в чем они подозреваются.
Более того, основанием к отстранению от работы в данном случае моет являться только решение суда. Но в их случае какого-либо решения суда об отстранении их от работы не имеется. Кроме того, в приказе отсутствует период времени, на который истцы отстранены от работы.
После новогодних «каникул», а именно 09 января 2023 года истцы вышли на работу, но их к исполнению своих должностных обязанностей не допустили, какую-либо другую работу им не предоставили.
В настоящее время истцы не работают и лишены заработка, находятся в вынужденном прогуле, ответчик продолжает грубо нарушать их трудовые права.
В результате неправомерных действий ответчика истцам также был причинен моральный вред.
В связи с изложенным, истцы просили суд признать незаконным приказ № 246/л от 27 декабря 2022 года об их отстранении от занимаемых должностей и восстановить их в прежних должностях, взыскать с ответчика в их пользу средний заработок за время вынужденного прогула за период с 09 января 2023 года по день вынесения судебного решения, а также компенсацию морального вреда в размере по 50 000 рублей каждой.
На судебном заседании истцы и их представители, заявленные требования поддержали в полном объеме, уточнив их лишь в части возложения на ответчика обязанности допустить истцов к работе, и просили удовлетворить иск, ссылаясь на обстоятельства, изложенные в исковом заявлении.
Кроме того, сторона истцов в устной форме также просила признать незаконным и отменить новый приказ ответчика за № 24/л от 09 февраля 2023 года об отстранении истцов от занимаемых должностей.
Представитель ответчика на судебном заседании не согласился с заявленным иском, и, ссылаясь на законность действий работодателя, который лишь выполнил требование правоохранительного органа, просил отказать в удовлетворении искового заявления.
Помощник прокурора Сармановского района РТ на судебном заседании полагал, что имеются основания к удовлетворению заявленных истцами требований.
Исследовав материалы дела, выслушав доводы участников судебного разбирательства, мнение помощника прокурора, и исследовав материалы дела, руководствуясь ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
В силу ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.
Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу ч. 1 ст. 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании наложенной меры дисциплинарного воздействия или о допуске к работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику этой меры вытекающих из ст.ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.
В соответствии со ст. 76 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, в случаях прямо предусмотренных трудовым кодексом или иными федеральными законами.
Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено трудовым кодексом, другими федеральными законами (ч. 2 ст. 76 Трудового кодекса РФ).
В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных трудовым кодексом или иными федеральными законами (ч. 3 ст. 76 Трудового кодекса РФ).
В этих целях на работодателя фактически возложена обязанность предоставления доказательств, свидетельствующих о наличии законных оснований к применению указанной меры дисциплинарного воздействия и соблюдение установленного порядка его применения.
В частности, исходя из абз. 9 ч. 1 ст. 76 Трудового кодекса РФ, помимо иных случаев, перечисленных в части 1 указанной статьи, работник отстраняется от работы (не допускается к работе) также и по требованию органов или должностных лиц, уполномоченных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Требование об отстранении от работы может быть предъявлено в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления.
Согласно ст. 114 УПК РФ, временное отстранение от должности должностного лица в случае привлечения его в качестве обвиняемого осуществляется на основании постановления судьи, вынесенного по ходатайству, возбужденному с согласия прокурора дознавателем, следователем.
Как установлено в судебном заседании, истцы ФИО1, ФИО2 состоят в трудовых отношениях с ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ», в должности руководителя отдела культуры.
Так, истец ФИО1 с 10 июня 2015 года состоит в должности заместителя главного врача по экономическим вопросам ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ», а истец ФИО2 с 01 апреля 2015 года состоит в должности главного бухгалтера этого лечебного учреждения.
Данное обстоятельство подтверждается копиями приказов № 144/Л от 10 июня 2015 года и № 92/л от 28 марта 2015 года главного врача ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ» о переводе их на другую работу по собственному желанию.
Также судом установлено, что имеется приказ № 246/л от 27 декабря 2022 года, изданный за подписью главного врача ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ», которым оба истца с 01 января 2023 года отстранены от должности до отмены решения Мензелинского МРСО СУ СК РФ по РТ и на период отстранения от должности им заработная плата не выплачивается.
С приказом работники ознакомлены в день его вынесения работодателем – 27 декабря 2022 года.
При этом, работодателем в названном приказе приведено основание отстранения истцов от работы – по требованию Мензелинского МРСО СУ СК РФ по РТ по возбужденному уголовному делу № 12202920036000156, в соответствии со ст. 76 Трудового кодекса РФ (конкретной ссылки на норму закона в приказе не имеется).
Фактически работники отстранены работодателем от работы без указания конкретной нормы с указанием соответствующего абзаца части статьи трудового кодекса.
Более того, законодатель не подразумевает наличие безусловного права у правоохранительных органов и их должностных лиц заявления в рамках расследуемого уголовного дела к работодателю такого требования в отсутствие полученного законным способом судебного решения.
На момент вынесения 27 декабря 2022 года главным врачом ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ» приказа № 246/л об отстранении истцов от должности такого судебного решения не имелось.
Данное обстоятельство свидетельствует о нарушении работодателем предусмотренного законом порядка отстранения работников от работы, что уже само по себе является основанием к признанию оспариваемого приказа об их отстранении от работы и само отстранение незаконными.
Доводы представителя ответчика об отсутствии в том вины работодателя, поскольку главный врач лишь исполнил требование должностного лица правоохранительного органа, суд считает не состоятельными.
Работодатель в данном случае не был лишен возможности правовой оценки поступившего из Мензелинского МРСО СУ СК РФ по РТ в адрес ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ» письма, содержащего требование об отстранении работников от работы, и установив его незаконность, отказать в его удовлетворении без каких либо юридических последствий.
Тем более, что на изначальную незаконность вынесенного приказа указал сам представитель ответчика, являющийся юрисконсультом ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ».
Вместе с тем, как установлено судом в ходе судебного разбирательства, оспариваемый приказ № 246/л от 27 декабря 2022 года уже отменен самим ответчиком путем издания приказа № 24/л от 09 февраля 2023 года, вынесенного по исполнение постановления Муслюмовского районного суда РТ от 09 февраля 2023 года, в соответствии со ст. 76 Трудового кодекса РФ (конкретной ссылки на норму закона в приказе также не имеется).
В последнем приказе, помимо отмены предыдущего приказа, указано на отстранение истцов от работы только с 09 февраля 2023 года.
С приказом работники были ознакомлены только 05 мая 2023 года, а на момент проведения по делу первого судебного заседания – 02 мая 2023 года о наличии такого приказа стороной ответчика суду вообще не сообщалось.
Таким образом, самим ответчиком фактически признан факт незаконности первого приказа об отстранении истцов от работы.
Одновременно следует отметить, что постановления Муслюмовского районного суда РТ от 09 февраля 2023 года в отношении обоих истцов об их временном отстранении от занимаемых должностей, принятые по ходатайствам следователя Мензелинского МРСО СУ СК РФ по РТ, отменены апелляционными постановлениями Верховного Суда РТ от 18 апреля 2023 года и 25 апреля 2023 года.
Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что имеется не оспоренный в предусмотренном законом порядке и не отменный приказ (№ 24/л от 09 февраля 2023 года), которым истцы фактически отстранены от работы только 05 мая 2023 года, то есть в день ознакомления их с этим приказом под роспись.
Сведений о надлежащем уведомлении работников об изданном приказе, касающемся их трудовых прав, актировании отказа в получении работниками копий приказа и проставлении в соответствующие его графах подписей, наличии каких-либо объективных препятствий к тому, направлении копий приказа в адрес работников по почте заказным письмом с уведомлением и описью содержимого у суда не имеется, доказательства того, как указано, в том числе в судебном заседании представителем ответчика, отсутствуют.
При таких обстоятельствах, в удовлетворении требования истцов о признании незаконным первоначального приказа об их отстранении от работы, вследствие добровольной его отмены самим ответчиком и отсутствии в настоящее время предмета спора в этой части, надлежит отказать.
Также следует отметить, что заявление стороной истца в устном виде ходатайства об увеличении заявленных требований относительно оспаривании законности приказа № 24/л от 09 февраля 2023 года главного врача ГАУЗ «Муслюмовская ЦРБ», не может быть расценена судом как обращение заинтересованной стороны за разрешением возникшего спора с соблюдением строго регламентированных гражданским процессуальным законодательством требований.
Тем не менее, поскольку имело место необоснованное отстранение истцов от работы, требование истцов о взыскании с ответчика в их пользу среднего заработка за время вынужденного прогула с 09 января 2023 года по 05 мая 2023 года (80 рабочих дней) подлежит удовлетворению.
Средний дневной заработок истцов составил: истца ФИО1 – в размере 3 864 рубля 25 копеек, истца ФИО2 – в размере 3 705 рублей 09 копеек.
Исходя из требований ст.ст. 139, 395 Трудового кодекса РФ, согласно расчетов самих истцов, с работодателя в пользу работников должен быть взыскан средний заработок:
- в пользу истца ФИО1 – в размере 309 140 рублей, из расчета: 3 864,25 х 80.
- в пользу истца ФИО2 – в размере 296 407 рублей 20 копеек, из расчета: 3 705,09 х 80.
Продолжительность периода, количество в нём рабочих дней, размеры среднего дневного заработка истцов и расчеты среднего заработка за время вынужденного прогула сторона ответчика не оспаривала.
Разрешая требование истцов о взыскании с ответчика в их пользу компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.
Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» даны разъяснения, что в соответствии с ч. 4 ст. 3, ч. 9 ст. 394 Трудового кодекса РФ суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.
Учитывая, что Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу абз. 14 ч. 1 ст. 21, 237 Трудового кодекса РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В судебном заседании судом установлена вина работодателя в необоснованном применении в отношении работников предусмотренной трудовым законодательством меры дисциплинарного воздействия в виде отстранения от работы с нарушением установленного законом порядка.
Необоснованно отстранив работников от работы, работодатель, по сути, поставил их в безвыходное положение, вынудив последних посредством судебного разбирательства восстанавливать свои нарушенные права, что причинило им определенные нравственные переживания (страдания).
Таким образом, требование истов о компенсации морального вреда, им причиненного, подлежит удовлетворению, но вместе с тем, исходя из требований разумности и соразмерности, суд, с учетом объема и характера причиненных работникам нравственных страданий, степени вины работодателя, а также принимая во внимание продолжительность по времени периода нарушения прав работников, считает возможным взыскать в пользу последних в счет компенсации морального вреда сумму в размере по 10 000 рублей каждой.
Оснований для удовлетворения требования истцов в этой части в полном объеме и взыскания в их пользу морального вреда в большем размере суд не усматривает. Требование истцов о взыскании морального вреда в заявленном размере является завышенным.
Таким образом, требование истцов о взыскании с ответчика в их пользу компенсации морального вреда обоснованно и подлежит удовлетворению.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО1, ФИО2, – удовлетворить частично.
Взыскать с ГАУЗ «Муслюмовская центральная районная больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт серии 92 17 №) средний заработок за время вынужденного прогула с 09 января 2023 года по 05 мая 2023 года в размере 296 407 (двести девяносто шесть тысяч четыреста семь) рублей 20 копеек, а также компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.
Взыскать с ГАУЗ «Муслюмовская центральная районная больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт серии 92 09 №) средний заработок за время вынужденного прогула с 09 января 2023 года по 05 мая 2023 года в размере 309 140 (триста девять тысяч сто сорок) рублей, а также компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в месячный срок через Сармановский районный суд Республики Татарстан.
Судья Р.М. Ханипов