Решение по делу № 2-963/2025 от 04.04.2025 - об обжаловании приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, выплате среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

УИД: 78RS0012-01-2024-003987-36

Дело № 2-963/2025

2 апреля 2025 года

РЕШЕНИЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Ленинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи

ФИО1

<данные изъяты> "<данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> При секретареС участием прокурора <данные изъяты> "<данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты>

<данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> ФИО2,ФИО3 <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты>

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО12 ФИО41 к СПБ ГБУЗ «Медицинский Информационно-Аналитический Центр» об обжаловании приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, выплате среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО13 А.Н. обратилась в суд с иском к СПБ ГБУЗ «Медицинский Информационно-Аналитический Центр», в котором с учетом уточнения требований просила восстановить ей срок для оспаривания приказов о применении дисциплинарного взыскания от 02.10.2023 №104к и от 29.03.2024 №20-к, признать незаконными приказы от 02.10.2023 №104к, от 29.03.2024 №20-к, от 21.06.2024 №56-к о применении дисциплинарных взысканий в виде замечания, а также приказ от 16.07.2024 №624 об увольнении по основаниям п. 5 ч.1 ст. 81 ТК РФ, восстановить истца на работе в СПб ГБУЗ МИАЦ в должности программиста, взыскать с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что при применении к ней дисциплинарных взысканий в виде замечаний и увольнения ответчиком допущено предвзятое отношение к истцу, не учтены тяжесть проступков, предшествующее поведение истца и ее отношение к труду, не установлен факт нарушения истцом своих трудовых обязанностей.

Истец и ее представитель в судебное заседание явились, доводы искового заявления поддержали.

Представители ответчика в судебное заседание явились, возражали против заявленных требований по доводам, изложенных в письменных возражениях.

Помощник прокурора Адмиралтейского района Санкт-Петербурга в судебное заседание явилась, полагала заявленные требования законными и обоснованными.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании трудового договора №21 от 03.03.2003 и дополнительных соглашений к нему истец принята на работу в СПб ГБУЗ МИАЦ на должность программиста Отдела обработки медико-статистической информации на условиях пятидневной рабочей недели при 40-дневной рабочей неделе.

Приказами от 02.10.2023 №104к, от 29.03.2024 №20-к, от 21.06.2024 №56-к работодателем к истцу применены дисциплинарные взыскания в виде замечаний.

Приказом от 16.07.2024 №624 истец уволена из СПб ГБУЗ МИАЦ на основании п. 5 ч.1 ст. 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Истец полагает указанные приказы незаконными и необоснованными, указывая в обоснование требований, что при применении к ней дисциплинарных взысканий ответчиком обусловлено предвзятым отношением к ней, возникновением разногласий с новым начальником отдела, при этом работодателем не установлены факты нарушения истцом своих трудовых обязанностей, не были учтены тяжесть проступков, предшествующее поведение истца и ее отношение к труду.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд с требованиями об оспаривании приказов о применении дисциплинарных взысканий.

Согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы. При этом при пропуске по уважительным причинам указанных сроков они могут быть восстановлены судом.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 ТК РФ срок.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Суд учитывает, что срок для оспаривания приказа от 21.06.2024 №56-к о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания и приказа и от 16.07.2024 №624 об увольнении истцом не пропущен, поскольку с настоящим иском истец обратилась в суд 13.08.2024.

Предусмотренный ст. 392 ТК РФ срок для оспаривания приказов от 02.10.2023 №104к, от 29.03.2024 №20-к о применении дисциплинарных взысканий в виде замечаний истцом действительно пропущен, между тем, суд полагает, что в данном случае имеются основания для восстановления истцу данного срока, о чем заявлено истцом.

Так, 11.10.2023 истец подала обращение №78/7-10193-23-ОБ в Государственную инспекцию труда в городе Санкт-Петербурге об обжаловании дисциплинарного взыскания на основании Приказа №104к от 02.10.2023.

Согласно ответу Государственной инспекции труда в городе Санкт-Петербурге от 09.11.2023 № 78/7-10193-23-ОБ/881/1 по результатам рассмотрения обращения было принято решение о направлении запроса работодателю по факту поступившей информации, срок рассмотрения продлен на 30 дней, а о результатах будет сообщено дополнительно.

18.01.2024 посредством сервиса подачи сообщений на сайте Государственная инспекция труда в городе Санкт-Петербурге истец подала запрос на предоставление ответа на её обращение №78/7-10193-23-ОБ от 11.10.2023.

22.05.2024 Государственная инспекция труда в городе Санкт-Петербурге предоставила ответ №ПГ/09446/881/2 от 22.05.2024 на обращения истца, в котором сообщила, что в целях проведения оценки достоверности сведений ответчику был направлен запрос по факту поступившей информации. В связи с тем, что письменные пояснения работодателем не представлены, принято решение об объявлении ответчику предостережения о недопустимости нарушений обязательных требований, установленных законодательством о труде.

03.02.2024 истцом посредством Федеральной государственной информационной системой «Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)» было подано обращение в органы Прокуратуры в связи с нарушением со стороны ответчика Трудового кодекса Российской Федерации, которое было принято и зарегистрировано за № ВО-4044-24-2040001 от 05.02.2024.

12.02.2024 посредством Госуслуг истцом был получен промежуточный ответ «О перенаправлении обращения в Прокуратору Адмиралтейского района Санкт-Петербурга».

25.03.2024 истец посредством Почты России получила ответ №309ж24/Он627-24 от 12.03.2024 Прокуратуры Адмиралтейского района Санкт-Петербурга о результатах рассмотрения обращения № ВО-4044-24-2040001 от 05.02.2024.

26.06.2024 Истцом было подано обращение ВО-23728-24 заместителю прокурора города Санкт-Петербурга в связи с нарушением со стороны ответчика ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации на основании приказа №104к от 02.10.2023, приказа №20-к от 29.03.2024 и приказа №56-к от 21.06.2024.

01.07.2024 поступил ответ №7-1475-2024/Ун788-24 от Прокуратуры города Санкт-Петербурга о перенаправлении обращения в прокуратуру Адмиралтейского района Санкт-Петербурга для организации соответствующей проверки и информирования о результатах.

Прокуратура Адмиралтейского района Санкт-Петербурга в своем ответе №309ж24 от 01.08.2024 сообщила, что в ходе проверки установлено, что истец 02.10.2023 Приказом №104к привлечена к дисциплинарной ответственности ответчиком за неисполнение истцом возложенных трудовых обязанностей, при привлечении к дисциплинарной ответственности ответчиком не была соблюдена процедура, предусмотренная ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации. Выявленные нарушения Прокуратурой района включены в представление в адрес ответчика. О результатах мер прокурорского реагирования истец будет проинформирована дополнительно.

Кроме того, истец в периоды с 24.10.2023 по 01.11.2023, с 13.12.2023 по 21.12.2023, с 22.02.2024 по 05.03.2024, с 11.04.2024 по 21.05.2024 находилась на больничном, что подтверждается электронными листками нетрудоспособности.

Таким образом, с учетом обращений истца в Государственную инспекцию труда и органы Прокуратуры, а также с учетом периодов нахождения истца на больничном, принимая во внимание, что перечень оснований для восстановления срока обращения в суд с требованием об оспаривании дисциплинарных взысканий является открытым, а степень уважительности причин пропуска срока обращения в суд подлежит оценке судом в каждом конкретном случае, суд полагает возможным восстановить истцу срок для оспаривания приказов от 02.10.2023 №104к, от 29.03.2024 №20-к о применении дисциплинарных взысканий в виде замечаний.

Из материалов дела следует, что приказом от 02.10.2023 №104к к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде замечания за нарушение п. 1.1 трудового договора и раздела 2 должностной инструкции программиста Отдела обработки медико-статистической информации. В качестве оснований в приказе указаны служебная записка начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО45 Е.В. от 06.09.2023 б/н, служебная записка начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО46 Е.В. от 03.04.2023 б/н, служебная записка начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО47 Е.В. от 03.05.2023 б/н.

Между тем, в данной случае работодателем был пропущен срок, предусмотренный ст. 193 ТК РФ, привлечения истца к дисциплинарной ответственности в отношении проступков, установленных служебными записками непосредственного руководителя истца от 03.04.2023 и от 03.05.2023, при этом в приказе от 02.10.2023 о применении дисциплинарного взыскания указано, что такое взыскание применяется ввиду допущения истцом систематических ошибок и неоднократности нарушений, в связи с чем суд приходит к выводу, что при применении дисциплинарного взыскания в виде замечания приказом от 02.10.2023 работодатель не учел тяжесть проступка, привлекая истца к ответственности в том числе за проступки, срок давности для привлечения к ответственности по которым уже истек.

Согласно докладной записке начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО48 Е.В. от 06.09.2023, которая в том числе положена в основу приказа от 02.10.2023, при проверке данных мониторинга обеспеченности отдельных категорий граждан высококачественным и сбалансированным питанием с учетом рациональных норм потребления пищевых продуктов выяснилось, что в данных этого мониторинга за прошлый год отсутствуют данные СПб ГБУЗ «КРБ №25», причем эта больница содержится в списках, сдавших отчет. Кроме того, в текущий список учреждений, участвующих в мониторинге, включена Клиника «СПб НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе», в то время как в прошлом году в список был включен ГБУ «СПб НИИ скорой помощи им И.И. Джанелидзе». Так как эти учреждения имеют разные идентификаторы, проведение контроля сравнения с данными прошлого года по отчету этого учреждения оказалось невозможным.

Согласно объяснениям представителя ответчика, данным в судебном заседании 12.03.2025, в базе данных указанные учреждения имеют разные идентификаторы, идентификаторы присваиваются сервером, данные приходят в учреждение из больниц в таблицах Excel, затем вносятся в базу данных из таблиц, порядок внесения данных ничем не регламентирован, какого-либо приказа о том, что эта обязанность возложена непосредственно на истца, не имеется. По словам представителя ответчика, вина истца в данном случае в том, что она не обеспечила функцию поиска потерянных данных в базе, между тем какого-либо письменного поручения истцу обеспечить функционирование такой программы не имеется, было устное поручение. Относительно вопроса о том, кто вносил данные в базу, представители ответчика пояснить не смогли, при этом согласно пояснениям истца, какого-либо указания сделать межпериодный контроль со стороны работодателя не имелось.

Согласно объяснениям истца, данным в судебном заседании 12.03.2025, а также в объяснениям, запрошенных работодателем по факту проступка, в запросе фигурировали данные по количеству коек, а указанные учреждения в целях сравнения количества коек всегда фигурировали как разные учреждения, в связи с чем стало возможным сравнить количество коек. Кроме того, истец направляла шаблон и список медицинских организаций на согласование непосредственному руководителю и иным сотрудникам, о чем приложена переписка в рабочей электронной почте, каких-либо замечаний не последовало.

Также согласно докладной записке начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО49 Е.В. от 06.09.2023 из-за появления в коечном фонде ГБУ «СПб НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе» профилей коек, отсутствовавших ранее в справочнике профилей (сверхсметные ожоговые, нейрохирургические. травматологические, реабилитационные), возникла необходимость их внесения в справочник (добавить новые строки в таблицу, содержащую список профилей, и соотнести их с соответствующими суммирующими профилями для корректного формирования отчетов по коечному фонду). Ответственная за сбор отчетов по коечному фонду ФИО61 Н.В. обратилась к ФИО14 А.Н. с просьбой внести требуемые корректировки (поскольку начальник истца ФИО50 Е.В. находилась в отпуске), и истец добавила новые строки в таблицу профилей, однако включила их не во все нужные суммирующие профили, а только в три, в то время как нужно было в 8 или 10. Данная ошибка привела к некорректному формированию всех итоговых отчетов по коечному фонду.

Согласно объяснениям истца, данным в судебном заседании 12.03.2025, а также в объяснениям, запрошенных работодателем по факту проступка, к ней обратилась ответственная за сбор отчетов по коечному фонду ФИО62 Н.В. с просьбой добавить новые строки в таблицу профилей, при этом ФИО63 Н.В. сообщила истцу, что эти данные ей нужны для отправления некоего бланка в другое учреждение. Поскольку непосредственные руководители истца и ФИО64 Н.В. находились в отпуске, а про новые профили коек ни истец, ни ФИО65 Н.В. ничего не знали, не понимали, как эти профили будут работать, ФИО66 Н.В. и истец решили, что будут разбираться с начальством относительно этих новых профилей коек, в связи с чем истец добавила новые строки в таблицу профилей так, как ее попросила ФИО67 Н.В., поскольку, по словам последней, для нее этого было достаточно. Кроме того, истец пояснила, что в этой базе, куда истцом по просьбе ФИО68 Н.В. были внесены новые строки, всегда можно производить редактирование.

Согласно объяснениям представителя ответчика, за отчеты по коечному фонду отвечает отдел статистики, в частности ФИО69 Н.В., а обнаружить расхождения при формировании итоговых отчетов по коечному фонду мог отдел статистики, если бы проверили данные. Таким образом, каких-либо виновных действий со стороны истца, повлекших неблагоприятные для работодателя последствия, по мнению суда, истцом не допущено.

Каких-либо объяснений от ФИО70 Н.В. по факту сложившейся ситуации работодатель, по словам представителей ответчика, не запрашивал, между тем указанные объяснения истца, данные ей работодателю перед привлечением ее к дисциплинарной ответственности, по мнению суда, не были надлежащим образом оценены.

Также суд учитывает, что оспариваемый приказ от 02.10.2023 и докладная записка начальника отдела, в том числе послужившая основанием для его издания, не содержат сведений, в чем конкретно заключаются вмененные в вину работнику проступки, за которые к нему применен такой вид взыскания как замечание. Оспариваемый приказ не позволяет сделать вывод о составе проступков, вмененных в вину истцу (конкретных действиях либо бездействии истца, которые расценены работодателем как неисполнение либо ненадлежащее исполнение им трудовых обязанностей), ссылок на конкретный пункт должностной инструкции истца данный приказ не содержит, а ссылка на раздел 2 должностной инструкции (не на конкретный ее пункт) не позволяет прийти к выводу о конкретном нарушении со стороны истца. Вместе с тем, отсутствие указания на совершение конкретного нарушения не позволяет проверить обоснованность назначенного истцу наказания, соответствие назначенного наказания тяжести совершенного проступка, в том числе в совокупности с предшествующим поведением работника, его отношением к своим должностным обязанностям, а также сроки привлечения к дисциплинарной ответственности. Соответственно, у суда отсутствуют основания для квалификации действий работника как дисциплинарного проступка, который не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может основываться на предположениях о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

При таком положении требования истца о признании незаконным приказа от 02.10.2023 №104к являются законными, обоснованными, подлежащими удовлетворению.

Приказом от 29.03.2024 №20-к в связи с нарушением истцом сроков выполнения задания непосредственного руководителя от 12.03.2024 с пометкой «Срочно», в рамках поручения Председателя Комитета по здравоохранению, к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде замечания за нарушение п. 1.1 трудового договора и п.п. 17 и 19 должностной инструкции программиста Отдела обработки медико-статистической информации. В качестве оснований в приказе указаны служебная записка начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО51 Е.В. от 15.03.2024 б/н.

Согласно п. 17 Должностной инструкции программиста Отдела обработки медико-статистической информации программист участвует в составлении справочно-информационных материалов для других отделов СПб ГБУЗ МИАЦ, Комитета по здравоохранению и других организаций по их запросам, участвует в составлении информационных писем.

В соответствии с п. 19 Должностной инструкции программиста Отдела обработки медико-статистической информации программист выполняет отдельные служебные поручения своего непосредственного руководителя.

Согласно докладной записке начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО52 Е.В. от 15.03.2024 в рамках поручения Председателя Комитета по здравоохранению о подготовке анализа смертности в Санкт-Петербурге за 2023 год и начало 2024 года (с пометкой «Срочно» до 13.03.2024), ФИО15 А.Н. было поручено задание по составлению отчета об исполнении плана профилактических мероприятий по районам Санкт-Петербурга за 2023 год и за январь-февраль 2024 года в разрезе месяцев. Указанное задание является частью работы по анализу смертности в Санкт-Петербурге за 2023 и начало 2024, в которой Отдел обработки медико-статистической информации участвует в соответствии с поручением директора СПб ГБУЗ МИАЦ, данным 11.03.2024. Задание было дано ФИО16 А.Н. 12.03.2024 в 11:10 в письменном виде в Журнале учета заданий. На 09:00 13.03.2024 работа не была выполнена, в 10:12 по электронной рабочей почте ФИО53 Е.В. напомнила ФИО17 А.Н. о необходимости и срочности выполнения задания, после чего ответила на ее уточняющие вопросы также по электронной почте (переписка прилагается). Так как к 13:00 (срок, который обозначен в письме ФИО18 А.Н.) работа выполнена не была, ФИО54 Е.В. исполнила ее сама. В начале рабочего дня 14.03.2024 в ответ на вопрос о причинах невыполнения задания было предоставлено два отдельных файла, содержащие данные за январь и февраль 2023 года (без расчета % выполнения плана). Устно ФИО19 А.Н. пояснила, что сроки выполнения работы нереальны, так как с данными по диспансеризации она никогда не работала. 14.03.2024 ФИО20 А.Н было поручено новое задание в письменном виде в Журнале учета заданий (прилагается), которое также не было выполнено в течение рабочего дня.

Согласно объяснениям представителя ответчика, данным в судебном заседании 12.03.2025, в рамках данного задания истцу было поручено из базы данных выбрать данные по форме 30 за 2023 год и по форме 131 за 2023-2024 годы, при этом произвести это в разрезе административных районов города, и посчитать обеспеченность населения города врачами. Поскольку в данном случае необходимо строить запросы в базе данных, это задание было поручено истцу как программисту.

Согласно объяснениям истца, какого-либо четкого задания не было, истец не понимала, откуда конкретно брать данные, какие строки таблиц, по какой методике производить расчет, с указанными формами истец ранее не работала, формирование отчета об исполнении плана профилактических мероприятий по районам города она ранее не осуществляла, в связи с чем предоставленного ей времени было объективно недостаточно для выполнения задания, которое поступило ей 12.03.2024 с пометкой «срочно» до 13.03.2024, а информация о том, что это задание нужно выполнить до обеда 13.03.2024 появилась только 13.03.2024 в 10 час. 40 мин., тогда как в этот же день в 12 час. была встреча с представителем Комитета по здравоохранению, явка на которую была обязательна.

Указанные объяснения истца ничем со стороны ответчика не опровергнуты.

Суд также учитывает, что согласно п. 5.2.3 Положения об отделе обработки медико-статистической информации СПб ГБУЗ МИАЦ работники отдела обязаны своевременно оповещать работодателя о невозможности по уважительным причинам выполнить обусловленную трудовым договором работу.

По мнению суда, в данном случае истец такую обязанность исполнила, что прямо следует и из докладной записки начальника отдела от 15.03.2024, при этом из переписки между истцом и начальником отдела в рабочей электронной почте следует, что истец неоднократно задавала вопросы относительно выполнения задания, что подтверждает доводы истца об отсутствии у нее четких представлений о том, каким образом должно было быть выполнено задание и об отсутствии у нее опыта в работе с указанными формами, между тем работодатель, несмотря на данные обстоятельства, привлек истца к дисциплинарной ответственности в виде замечания, чем нарушил принципы справедливости, соразмерности, вины и гуманизма.

Также суд учитывает, что в утвержденных в СПб ГБУЗ МИАЦ нормах времени отсутствуют узконаправленные задачи, отраженные в докладной записке от 15.03.2024, в связи с чем в действиях истца суд не усматривает состава дисциплинарного проступка, указанного в приказе от 29.03.2024. При этом данный вывод суда подтверждается актом о проведении служебного расследования от 22.02.2024, который хотя и не относится к заявленным в иске приказам о применении к истцу дисциплинарных взысканий, но в котором комиссия по проведению служебного расследования СПб ГБУЗ МИАЦ анализировала схожие обстоятельства в отношении истца и пришла к выводу об отсутствии в утвержденных в СПб ГБУЗ МИАЦ нормах времени узконаправленных задач.

При таком положении суд приходит к выводу, что требования истца о признании незаконным приказа от 29.03.2024 №20-к являются законными, обоснованными, подлежащими удовлетворению.

Приказом от 21.06.2024 №56-к в связи с нарушением истцом сроков выполнения задания непосредственного руководителя по доработке программы для приема и обработки отчетов ежеквартального мониторинга оказания паллиативной медицинской помощи, к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде замечания за нарушение п. 1.1 трудового договора и п.п. 2, 7, 13 и 19 должностной инструкции программиста Отдела обработки медико-статистической информации. В качестве оснований в приказе указаны служебная записка начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО55 Е.В. от 19.04.2024 б/н.

Согласно п. 2 Должностной инструкции программиста Отдела обработки медико-статистической информации программист осуществляет разработку программ на основе технического задания для обработки медико-статистической информации, собираемой отделом медицинской статистики.

В соответствии с п. 7 Должностной инструкции программист проводит корректировку разработанной программы на основе анализа выходных данных.

В силу п. 13 Должностной инструкции программист осуществляет сопровождение внедрения и использования программ и программных средств.

Согласно докладной записке начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО56 Е.В. от 19.04.2024 ФИО21 А.Н. в 2021 году была поручена доработка и сопровождение программы для приема и обработки отчетов ежеквартального мониторинга оказания паллиативной медицинской помощи. Как программист, в соответствии со своей должностной инструкцией, она должна была обеспечить автоматическое выполнение всех функций от загрузки и контроля данных до формирования файла, содержащего сводный отчет. Сбор и обработка данных указанного мониторинга с 2021 года осуществлялся непосредственно ФИО22 А.Н. ежеквартально. Другие сотрудники не привлекались. Так как ФИО23 А.Н. 11.04.2024 заболела и до конца апреля находилась па больничном листе, а срок размещения отчета по паллиативной помощи на портале М3 РФ АСММС asmms.mednet.ru - 20 число месяца, следующего за отчетным, работа по завершению сбора и обработки отчетов и формирования сводного отчета была поручена другому сотруднику отдела. Выполняя задание, замещающий сотрудник столкнулся с тем, что программа до сих пор не доделана и просто не существует функции формирования файла сводного отчета. Несмотря на то, что ФИО24 А.Н. было неоднократно указано, что для любого мониторинга, принимаемого на регулярной основе, должна быть возможность сформировать итоговый отчет (или отчеты) по нажатию кнопки, эта функция так и не была реализована. В результате создание отчета потребовало много времени, так как заменяющему ФИО25 А.Н. сотруднику пришлось экспортировать сводные таблицы из запросов, а потом вручную копировать их в файл отчета. Даже технически грамотному исполнителю на такую операцию потребовалось время, а если бы завершение отчета было поручено не программисту, а врачу из отдела медицинской статистики - он вообще не смог бы создать итоговый файл и сроки размещения отчета были бы нарушены. Сводный отчет был с опозданием представлен в Комитет по здравоохранению для согласования, что привело к конфликту со специалистом, курирующим направление (переписка прилагается). В очередной раз из-за некачественной работы ФИО26 А.Н. другим сотрудникам отдела приходится тратить время (одновременно с выполнением своих обязанностей), чтобы исправить ситуацию и сохранить репутацию СПб ГБУЗ МИАЦ».

Вместе с тем, согласно п. 2 Должностной инструкции истца разработка программы должна производиться программистом на основе технического задания, между тем какого-либо технического задания для разработки программы в данном случае истцу работодателем не выдавалось, что не оспаривали представители ответчика в судебном заседании.

Согласно объяснениям истца, предоставленным работодателю до привлечения ее к дисциплинарной ответственности, в автоматизированной системе asmms.mednet.ru, куда заносятся таблицы с данными мониторинга, реализована функция формирования свода из всех таблиц, а также инструкция по заполнению мониторинга, кроме того, указанная система позволяет проверить корректность и правильность отображения вносимых данных, что ранее и реализовывалось самим истцом, которая единолично осуществляла сбор и обработку этих данных с 2021 года, в связи с чем истец полагала доводы начальника отдела несостоятельными.

Указанные доводы, по мнению суда, ответчиком не опровергнуты, не доказано, каким образом отсутствие функции формирования свода из всех таблиц, с учетом данных истцом объяснений, повлекло для работодателя негативные последствия.

При этом суд обращает внимание на то, что, вопреки указанию в должностной инструкции программиста, какого-либо технического задания на разработку программы истцу работодателем не выдавалось.

Кроме того, суд в данном случае усматривает нарушение работодателем срока, предусмотренного ст. 193 ТК РФ, привлечения истца к дисциплинарной ответственности в отношении проступка, указанного в служебной записке начальника отдела от 19.04.2024, поскольку, как указано в этой записке, отсутствие указанной функции в программе было выявлено работодателем в лице начальника отдела «несколько лет назад», между тем привлечение истца к дисциплинарной ответственности последовало только 21.06.2024.

Также суд обращает внимание на то, что приказом от 21.06.2024 №56-к истец привлечена к ответственности в связи с нарушением сроков выполнения задания непосредственного руководителя по доработке программы для приема и обработки отчетов ежеквартального мониторинга оказания паллиативной медицинской помощи, между тем никаких сведений о том, какие конкретные сроки были установлены истцу непосредственным руководителем, ответчиком не представлено, таких сведений материалы дела не содержат, при этом, как указано ранее, какого-либо технического задания на разработку программы также не выдавалось.

При таком положении суд приходит к выводу, что требования истца о признании незаконным приказа от 21.06.2024 №56-к подлежат удовлетворению, поскольку наличия в действиях истца какого-либо дисциплинарного проступка, отраженного в указанном приказе, суд не усматривает.

Приказом от 16.07.2024 №624 трудовой договор с истцом расторгнут по инициативе работодателя, истец уволена на основании п. 5 ч.1 ст. 81 ТК РФ в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание, в связи с нарушением сроков выполнения срочного задания непосредственного руководителя от 18.06.2024 (в рамках поручения заместителя председателя Комитета по здравоохранению), пункта 1.1 трудового договора и п.п. 17 и 19 должностной инструкции программиста Отдела обработки медико-статистической информации.

В качестве оснований увольнения указаны вышеназванные приказы о применении дисциплинарных взысканий от 02.10.2023, 29.03.2024 и 21.06.2024, а также докладная записка начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО57 Е.В. от 21.06.2024 б/н.

Согласно п. 33, 34, 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что:

1) совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора;

2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания.

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Из п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

Поскольку приказы о применении дисциплинарных взысканий от 02.10.2023, 29.03.2024 и 21.06.2024 признаны судом незаконными, приказ от 16.07.2024 №624 о расторжении с истцом трудового договора по основаниям п. 5 ч.1 ст. 81 ТК РФ также является незаконным, поскольку неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей не имеется, дисциплинарных взысканий истец не имеет.

Кроме того, суд учитывает, что докладной запиской начальника Отдела обработки медико-статистической информации ФИО58 Е.В. от 21.06.2024 сообщено о невыполнении ФИО27 А.Н. срочного запроса заместителя Председателя Комитета по здравоохранению ФИО4 (вх. № 3304 от 18.06.2024) в соответствии с письмом Минздрава России от 11.06.2024 № 31-2/И/2-10782. Запрос поступил в Отдел обработки медико-статистической информации по электронной почте 18.06.2024 в 09:23. Срок выполнения запроса - 18.06.2024. Содержание запроса - заполнение трех таблиц данными о штате сотрудников медицинских организаций, работающих в амбулаторных условиях, в стационарных условиях, в условиях дневного стационара на основе данных, содержащихся в формах Федерального статистического наблюдения за 2023 год. В 09:36 ФИО59 Е.В. направила задание на исполнение программисту ФИО28 А.Н. по электронной почте с указанием на срочность выполнения этого запроса (переписка прилагается). В 14:20 ФИО29 А.Н. была представлена частично выполненная работа: заполнена одна таблица из трех, которая была представлена в виде, не соответствующем требованиям запроса. Так как концу рабочего дня задание ФИО30 А.Н. не было выполнено, ФИО60 Е.В. заполнила две оставшиеся таблицы и отправила ответ на запрос в адрес Комитета по здравоохранению».

Согласно объяснениям истца, данным в судебном заседании 12.03.2025, длительное выполнение задания было обусловлено в том числе тем, что истец при проверке данных обнаружила расхождения и искала строку, ставшую причиной расхождения данных, при этом истец впоследствии обнаружила эту ошибку (данные по Городской поликлинике №19 дублировались), которая была в справочнике кодов как источника данных, направленных истцу для выполнения запроса.

Кроме того, суд, приходя к выводу о незаконности увольнения истца, также учитывает, что работодателем при увольнении не было оценено то обстоятельство, что запрос Комитета по здравоохранению датирован 17.06.2024 со сроком выполнения до 18.06.2024, при этом в Отдел обработки медико-статистической информации запрос поступил 18.06.2024, и был направлен в соответствии с письмом Минздрава России от 11.06.2024 № 31-2/И/2-10782, в котором было указано на срок выполнения – до 17.06.2024, что, по мнению суда, с очевидностью свидетельствует об отсутствии виновных действий истца по нарушению сроков выполнения задания непосредственного руководителя.

Также суд учитывает, что, как указано ранее, в утвержденных в СПб ГБУЗ МИАЦ нормах времени отсутствуют узконаправленные задачи, отраженные в докладной записке от 21.06.2024, в связи с чем в действиях истца суд не усматривает состава дисциплинарного проступка.

Таким образом, увольнение истца не отвечает принципам справедливости, соразмерности, вины, гуманизма, а потому признается судом незаконным (ст. 394 ТК РФ).

Признавая незаконными приказы от 02.10.2023, от 29.03.2024, от 21.06.2024, от 16.07.2024, суд принимает во внимание также и то, что работодателем при применении к истцу дисциплинарных взысканий не учитывались тяжесть вменяемых ей в вину дисциплинарных проступков, ее предшествующая профессиональная деятельность и отношение к работе, с учетом того, что истец проработала у ответчика с 2003 года, имеет две благодарности и грамоту, за все время работы в СПб ГБУЗ МИАЦ дисциплинарных взысканий не имела до возникновения в 2022-2023 годах разногласий с начальником своего отдела.

По мнению суда, действия работодателя по неоднократному привлечению истца за небольшой промежуток времени (с октября 2023 года по июль 2024 года) к дисциплинарной ответственности, в том числе в виде увольнения, могут свидетельствовать о намеренных действиях работодателя, ввиду конфликтных отношений между сторонами, по увольнению истца с занимаемой должности и злоупотреблении правом со стороны работодателя по отношению к истцу как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении, принимая во внимание не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя.

Статьей 394 ТК РФ предусмотрено, что в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

При таком положении истец подлежит восстановлению на работе в СПб ГБУЗ МИАЦ в должности программиста Отдела обработки медико-статистической информации с 17.07.2024.

Ввиду удовлетворения исковых требований о признании увольнения незаконным, с работодателя в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за все время вынужденного прогула в соответствии с ч. 2 ст. 394 ТК РФ.

Определяя размер причитающихся истцу денежных средств для оплаты вынужденного прогула за период с 17.07.2024 по 02.04.2025 (179 рабочих дней), суд принимает во внимание представленный истцом расчет среднедневного заработка за 164 отработанных дня в расчетном периоде (с 01.07.2023 по 30.06.2024), составивший 1 905, 22 руб. (312 456, 30 руб. (выплаченные истцу за расчетный период суммы оплаты труда и премий, предусмотренных системой оплаты труда) / 164 дня), который суд признает верным, при этом ответчиком в порядке ст. 56 ГПК РФ данный расчет не оспорен. При этом в расчете учтено, что с 22.07.2023 по 30.07.2023, с 07.08.2023 по 20.08.2023, с 25.09.2023 по 27.09.2023 истец находилась в отпуске, 05.10.2023, 21.02.2024, 28.03.2024 – в отпуске без оплаты, с 31.08.2023 по 12.09.2023, с 13.09.2023 по 19.09.2023, с 24.10.2023 по 01.11.2023, с 13.12.2023 по 21.12.2023, с 22.02.2024 по 05.03.2024, с 11.04.2024 по 21.05.2024 – на больничном. Данный расчет судом проверен в контексте ст. 139 ТК РФ, Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 «Об утверждении Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

Таким образом, средний заработок за время вынужденного прогула составляет 341 034, 38 руб. (1 905, 22 руб. х 179 день), который подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

На основании ст. 237, ч. 9 ст. 394 ТК РФ, п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд приходит к выводу о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему действиями работодателя.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из требований разумности и справедливости, степени нравственных страданий, которые истец претерпел в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности и увольнением, и приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 30 000 руб., принимая во внимание также трудоспособный возраст истца, отсутствие ограничений трудоспособности, и конкретные обстоятельства дела (длительность нарушения прав, применение трех взысканий в виде замечаний и увольнения).

В силу положений ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 8 110 рублей 34 копейки (с учетом поступления иска до внесения изменения в НК РФ в части размеров госпошлины, 6 610, 34 руб. за денежное требование о взыскании среднего заработка, по 300 руб. за четыре требования об отмене дисциплинарных взысканий и 300 руб. за требование о компенсации морального вреда).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО31 ФИО42 удовлетворить частично.

Восстановить ФИО32 ФИО72 срок для обращения в суд с требованиями об обжаловании приказа №104к от 02.10.2023 о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания и приказа №20-к от 29.03.2024 о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Признать незаконным приказ №104к от 02.10.2023 о применении к ФИО33 ФИО73 дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Признать незаконным приказ №20-к от 29.03.2024 о применении к ФИО34 ФИО74 дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Признать незаконным приказ №56-к от 21.06.2024 о применении к ФИО35 ФИО75 дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Признать незаконным приказ №624 от 16.07.2024 о прекращении трудового договора с ФИО36 ФИО77 по основаниям, предусмотренным п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Восстановить ФИО37 ФИО78 на работе в Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Медицинский информационно-аналитический центр» в должности программиста Отдела обработки медико-статистической информации с 17.07.2024.

Взыскать с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Медицинский информационно-аналитический центр» (ИНН <***>) в пользу ФИО38 ФИО43 (паспорт №) заработную плату за время вынужденного прогула за период с 17.07.2024 по 02.04.2025 в размере 341 034 рубля 38 копеек, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Медицинский информационно-аналитический центр» (ИНН <***>) в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 8 110 рублей 34 копейки.

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

В окончательной форме решение изготовлено 04.04.2025.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>