УИД 45RS0026-01-2025-003886-50
Дело № 2-4865/25
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Курганский городской суд Курганской области в составе
председательствующего судьи Поповой Т.В.,
при ведении протокола секретарем Киселевой Т.В.,
с участием прокурора Пуриной В.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кургане 14 ноября 2025 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Курганской области» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» о компенсации морального вреда.
В обоснование требований указал, что ФИО1 был трудоустроен в ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» в должности «водителя». ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор между сторонами был расторгнут в соответствии с пунктом 2 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, то есть по причине сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя. В период трудовых взаимоотношений ДД.ММ.ГГГГ с истцом произошёл несчастный случай на производстве - исполняя свои трудовые обязанности водителя, истец попал в дорожно-транспортное происшествие. О данном происшествии был составлен соответствующий акт № от ДД.ММ.ГГГГ. По распоряжению заведующего отделением дезинфекции, дезинсекции, дератизации ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ истец, а также работники ФИО5 (ФИО2), ФИО6 ехали в автомобиле УАЗ, государственный номер №, принадлежащим ответчику, для исполнения своих трудовых обязанностей. ДД.ММ.ГГГГ водитель иного автомобиля ВАЗ 21099, государственный номер №, ФИО11 совершил столкновение с автомобилем УАЗ, которым управлял истец. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия истец получил следующие травмы: <данные изъяты> Вред, причиненный здоровью истца, квалифицируется как легкий в соответствии со схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утверждённой Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.02.2005 № 160 «Схема определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве». Однако, следует учитывать то обстоятельство, что период нахождения истца на больничном, то есть период нетрудоспособности, значительно превышает 21 день, что свидетельствует о необходимости расценивать вред здоровью как средний. Необходимо понимать, что при оценке вреда здоровью, особенно при несчастном случае на производстве, следует учитывать также и дальнейшие последствия для здоровья. В текущем случае травма на производстве не только повлекла длительный период нетрудоспособности, но и значительно отразилась на состоянии здоровье истца. Таким образом, истец считает необходимым квалифицировать причинённый его здоровью вред как средний. В связи с изложенными обстоятельствами, истцу причинен моральный вред в результате несчастного случая на производстве, который выразился в физических и нравственных страданиях. Истец был вынужден проходить длительное лечение, терпеть сильную боль. Полученная травма негативно сказалась на привычном образе жизни. Более того, сам факт дорожно-транспортного происшествия оставил неизгладимый отпечаток на духовном состоянии истца. В момент совершения ДТП истец находился в таком состоянии шока, что не думал остаться в живых. Совокупность таких физических и нравственных страданий является полноценным моральным вредом, причинённым истцу. Считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с причинением истцу вреда здоровью из-за несчастного случая на производстве. Моральный вред, причиненный в результате несчастного случая на производстве, истец оценивает в размере 1 000 000 руб. Просит суд взыскать с ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000000 руб.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, обеспечил явку своего представителя.
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО7 на требованиях настаивал по доводам искового заявления.
Представитель ответчика ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» по доверенности ФИО8 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласилась по доводам отзыва.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дате и времени судебного заседания извещены надлежаще.
Суд на основании статей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Заслушав пояснения представителей истца и ответчика, заключение прокурора, полагавшего требования истца, подлежащими частичному удовлетворению, с учетом требований разумности и справедливости, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из основных направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором (абзацы второй и девятый части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда".
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (абзац первый пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
В абзаце первом пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 содержатся разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзацы третий и пятый пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абзац второй пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Из изложенного следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.
Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» и ФИО1 заключен трудовой договор № по основному месту работы на неопределенный срок.
В соответствии с пунктом 1 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят на работу в ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» на должность водителя в отделение АХЧ.
ДД.ММ.ГГГГ около 09-10 час. ФИО11, управляя автомобилем ВАЗ - 21099, государственный регистрационный номер №, осуществлял движение по <адрес> ФИО11, проявив небрежность и невнимательность, не справился с управлением своего автомобиля, своевременно не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки - транспортного средства, выехал на встречную полосу и далее допустил столкновение с автомобилем УАЗ 3962, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, принадлежащим ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>».
В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля ВАЗ 21099 ФИО9 причинены телесные повреждения, которые в совокупности расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения, от которых ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ скончалась в лечебном учреждении.
Данное происшествие стало возможным из-за нарушения со стороны ФИО11 Правил дорожного движения РФ, а именно пункта 10.1 «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей остановленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства».
ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО11 по части 2 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Факт несчастного случая был расследован, оформлен и учтен ответчиком в соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации.
Работодателем установлены обстоятельства несчастного случая: <данные изъяты>
Также в акте указаны сведения о проведении инструктажей и обучения по охране труда: вводный инструктаж – ДД.ММ.ГГГГ, инструктаж на рабочем месте повторный по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай: ДД.ММ.ГГГГ. Проверка знаний по охране труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай – не проводилась.
Ответчиком предоставлена копия из журнала инструктажей, подтверждающая прохождение инструктажа ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, после ДТП.
По запросу работодателя ООО «УАЗ» был предоставлен ответ о том, что все автомобили УАЗ в соответствии с конструкторской документацией до марта 2000 года не оборудовались местами крепления ремней безопасности. Начиная с марта 2000 года выпуска, на сиденья водителя и переднего пассажира (2 места) должны быть установлены ремни безопасности.
В тоже время по данным предоставленным работодателем спорный автомобиль, на котором работник попал в ДТП был не позднее 1997 года выпуска, следовательно, не был оборудован ремнями безопасности.
Постановлением судьи Курганского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 освобожден от уголовной ответственности по обвинению по части 2 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, уголовное дело прекращено за примирением с потерпевшим.
Согласно справке начальника отдела архивного делопроизводства Курганского городского суда уголовное дело № в отношении ФИО11 уничтожено на основании «Перечня документов федеральных судов общей юрисдикции с указанием сроков их хранения».
Из материалов дела следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 причинены телесные повреждения: <данные изъяты>
В судебном заседании ФИО1 пояснил, что <данные изъяты>
Согласно справке ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на больничных листах: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – больничный лит по травме, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – больничные листы по временной нетрудоспособности.
В материалы дела представлена выписка из амбулаторной карты ФИО1 № а20-8344 ГБУ «Курганская поликлиника №» <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор между сторонами был расторгнут, в соответствии с пунктом 2 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, то есть по причине сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №л/с).
Таким образом, в ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО1 причинен вред здоровью в период исполнения им трудовых обязанностей, в связи с чем доказать отсутствие своей вины должен работодатель, так как работник является слабой стороной в данных правоотношениях и именно на работодателе лежит обязанность по сохранению и представлению доказательств, касающихся несчастного случая на производстве.
Проанализировав нормы действующего законодательства, регулирующие спорные правоотношения сторон, применительно к установленным обстоятельствам дела на основе оценки доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что вред здоровью истца причине в период исполнения им трудовых обязанностей, причинение вреда здоровью работника в результате ДТП квалифицировано как несчастный случай на производстве, в момент ДТП истец выполнял задание работодателя, вины его в ДТП не имеется, вместе с тем, работодателем не представлено достаточно доказательств в отсутствие своей вины: отсутствуют доказательства о ежедневном медицинском осмотре перед выездом водителей на служебные задания, ежедневный осмотр транспортных средств механиком, диагностическая карта на автомобиль УАЗ, вследствие чего судом не может быть установлен факт состояния здоровья истца и техническое состояние его транспортного средства в день ДТП; не представлено сведений о прохождении истцом инструктажей на рабочем месте по технике безопасности в период с ДД.ММ.ГГГГ по день ДТП; режим труда и отдыха работника; должностная инструкция работника, исходя их чего суд не может сделать достоверного вывода о том, что работодателем были обеспечены работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, в связи с чем именно работодатель должен нести неблагоприятные последствия в виде компенсации морального вреда в пользу ФИО1 за причинение ему вреда здоровью в результате ДТП на транспорте, предоставленном работодателем. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности здоровья работника лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействий) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Доводы ответчика о виновности в дорожно-транспортном происшествии водителя автомобиля ВАЗ 21099, государственный регистрационный знак №, ФИО11 не могут быть приняты во внимание, поскольку наличие или отсутствие вины водителя ФИО11 не может повлиять на ответственность ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» перед истцом.
Как следует из разъяснений, данных в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абзац второй статьи 208 ГК РФ).
На требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Например, требование о компенсации морального вреда, причиненного работнику нарушением его трудовых прав, может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав (с соблюдением установленных сроков обращения в суд с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав) либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично (часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).
О пропуске срока исковой давности истцом заявил ответчик, ссылаясь на вышеуказанные нормы.
Вместе с тем, суд не усматривает оснований для отказа истцу в удовлетворении исковых требований за пропуском срока исковой давности, так как истец защищает свои личные неимущественные права, на которые исковая давность не распространяется.
Поскольку вред здоровью, был причинен ФИО1 при исполнении им трудовых обязанностей в результате несчастного случая на производстве, суд приходит к выводу о возложении на ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» обязанности по возмещению ФИО1 морального вреда.
Учитывая тяжесть причиненного вреда здоровью, характер и степень перенесенных ФИО1 физических страданий, испытавшего сильную физическую боль от полученных в дорожно-транспортном происшествии травм, его возраст, длительность лечения истца, продолжительность восстановительного (посттравматического) периода, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований и взыскании с ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 70 000 руб.
Суд считает, что при установленных обстоятельствах дела и характера полученных истцом травм данная денежная компенсация в наибольшей степени будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.
Исходя из процессуального результата рассмотрения спора и на основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в бюджет муниципального образования города Кургана подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.
В силу пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).
Руководствуясь статьями 194-199, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 70000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с ФГУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Курганской области» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в бюджет муниципального образования город Курган государственную пошлину в размере 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Курганский городской суд Курганской области.
Мотивированное решение изготовлено 19.01.2026.
Судья Т.В. Попова