Дело № 2- 465/2025

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

13 марта 2025 года

Первомайский районный суд г. Пензы в составе:

председательствующего судьи Федько Н.В.,

при секретаре Комар Е.Ю.,

с участием прокурора Бондаря И.В.,

истцов ФИО1, ФИО2, представителя истцов Фоменко С.А., представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда в г. Пензе гражданское дело № 2-465/2025 по иску ФИО1, ФИО2 к ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с вышеназванным иском, ссылаясь на то, что они состоят в зарегистрированном браке, 14.12.1990 у них родился сын ДНЕ Они очень радовались рождению сына, души не чаяли в своем ребенке, всегда поддерживали теплые отношения. Сын воспитывался в полной семье, получил высшее образование и работу в самом крупном высшем учебном заведении региона - в Пензенском государственном университете, с 01.09.2018 он был принят ассистентом на кафедру «Внутренние болезни» лечебного факультета медицинского института ФГБОУ ВО «ПГУ». 25.04.2022 во время нахождения в командировке с их сыном произошел несчастный случай со смертельным исходом. Решением Первомайского районного суда г. Пензы о 29.10.2024 по делу № 2-2360/2024 установлен факт смерти ДНЕ в рабочее время в период нахождения в командировке с выполнением обязанностей, не предусмотренных трудовым договором (ношение тяжестей). Суд установил необеспечение работодателем безопасных условий труда, что явилось провоцирующим фактором в развитии острого коронарного синдрома и наступлении его смерти. Суд квалифицировал несчастный случай с ДНЕ как связанный с производством.

В результате смерти сына они испытали сильный стресс и сильнейшее душевное волнение, общее эмоциональное состояние ухудшилось. У них участились головные боли, ухудшилось самочувствие, жизнь больше не наполнена радостью. Просили взыскать с ответчика ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» в свою пользу в счет компенсации морального вреда по 2000000 рублей каждому.

Истцы ФИО2, ФИО1 в судебном заседании поддержали исковые требования, дали объяснения, аналогичные содержанию искового заявления, дополнив, что они воспитывали сына в большой любви, заботились о нем. Он родился в 90-х годах и для того чтобы обеспечить семью отец (истец ФИО2) стал работать вахтовым методом. Сын очень хорошо учился, стал врачом, занимался их лечением, в том числе оказывал медицинскую помощь отцу, имеющему такое же заболевание, как и у ДНЕ Они очень тяжело переживают гибель сына, им трудно говорить об этом, потеря сына является невосполнимой потерей, это подкосило их здоровье, жизнь потеряла смысл. Ответчик не оказал им поддержки, не выразил сочувствия.

Представитель истцов - адвокат Фоменко С.А., действующий на основании ордера № 90 от 15.12.2024, выданного адвокатским кабинетом Фоменко С.А., представивший удостоверение № 873 от 01.04.2016, в судебном заседании поддержал исковые требования, дал объяснения, аналогичные объяснениям истцов.

Представитель ответчика ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» ФИО3, действующая на основании доверенности от 05.07.2024, в судебном заседании с иском не согласна, пояснила, что решением Первомайского районного суда г. Пензы установлен факт смерти ДНЕ в период нахождения его в командировке по направлению ответчика, несчастный случай квалифицирован как связанный с производством, провоцирующим фактором явилось развитие острого коронарного синдрома и наступление смерти. В рамках указанного дела истцы участвовали в качестве третьих лиц, однако самостоятельных требований о компенсации морального вреда не заявили. Считает, что истцы не имеют повторно обращаться в суд с иском по тому же предмету и по тем же основаниям, поскольку уже выступали на стороне истца по делу № 2-2360/2024, по которому принято решение. Кроме того, обязанность ответчика компенсировать истцам моральный вред не вытекает из факта родственных отношений. Истцы не указывают, какие конкретно нематериальные блага или личные неимущественные права были нарушены действиями ответчика, не представлены доказательства, подтверждающие, что ДНЕ помогал родителям материально, поддерживал с ними связь. ДНЕ имел высшее медицинское образование, поэтому понимал, осознавал и мог предвидеть ухудшение своего здоровья в момент получения документов и последующего их перемещения до железнодорожного вокзала. ДНЕ, имея заболевание, много работал, наряду с педагогической работой занимался и врачебной практикой, работал по совместительству в других медицинских организациях, принимал пациентов. Такая нагрузка сказалась на его здоровье. В данном случае имело место неосторожное поведение ДНЕ При компенсации морального вреда следует учесть степень вины ответчика в причинении смерти ДНЕ

Суд, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, показания свидетелей, изучив материалы дела, считает, что исковые требования следует удовлетворить по следующим основаниям.

Статья ст. 12 ГК РФ предусматривает, что защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем компенсации морального вреда.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В соответствии с пунктом 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Из приведенных нормативных положений трудового, гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе.

В судебном заседании установлено, что истцы - супруги ФИО1 и ФИО2 являются родителями ДНЕ, что подтверждается свидетельством о браке (л.д. 7), свидетельством о рождении (л.д. 8). 25.04.2022 в пути следования из г. Москвы в г. Пензы на поезде «Москва-Орел» с ДНЕ произошел несчастный случай со смертельным исходом. Решением Первомайского районного суда г. Пензы от 29.10.2024 несчастный случай, произошедший 25.04.2022 с ДНЕ, признан связанным с производством. С ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» в пользу ДЕС в счет компенсации морального вреда взыскано 750000 рублей (л.д. 10-15). Решением суда установлено, что ДНЕ, исполняя обязанности заместителя декана Лечебного факультета по аккредитации, в апреле 2022 года был направлен работодателем в командировку в г. Москву в Министерство здравоохранения РФ для получения свидетельств об аккредитации для выпускников ВУЗа, на него было оформлено командировочное удостоверение № 62 от 21.04.2022, срок командировки 3 дня - с 24.04.2022 по 26.04.2022. Цель поездки – забрать свидетельства об аккредитации выпускников лечебного факультета и факультета стоматологии Медицинского института. 25.04.2022 ДНЕ прибыл в г. Москву на поезде, забрал в Министерстве здравоохранения РФ 388 свидетельств об аккредитации специалистов за 2021 год, после чего приехал на вокзал с багажом, погрузил чемодан и сумку с документами в поезд и в 15 час. 08 мин. отправился на поезде «Москва-Орел» в г. Пензу. В купе ДНЕ находился один и в 18 час. 30 мин. проводницей вагона было обнаружено, что ДНЕ умер.

Согласно выводам экспертов ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № 05-7-50 «П» от 11.04.2024-17.06.2024 при заболевании, имевшимся у ДНЕ ...) по клиническим рекомендациям Министерства здравоохранения Российской Федерации «Фибрилляция и трепетание предсердий», 2020 г. любые физические нагрузки при частоте сердечных сокращений (ЧСС) свыше 100 уд/мин. запрещены. У ДНЕ частота сердечных сокращений, зафиксированная в представленных данных, превышала .... Смерть ДНЕ наступила вследствие .... Ношение тяжестей ... (24,638 кг) явилось провоцирующим фактором в развитии ... и наступлении смерти ДНЕ

Несчастный случай с ДНЕ квалифицирован судом как связанный с производством.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Обращение истцов ФИО1 и ФИО2 в суд с настоящим иском связаны с таким основанием возникновения их нравственных страданий, как утрата близкого человека, их единственного сына ДНЕ, исполнявшего в момент смерти трудовые обязанности у ответчика ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет», что привело в том числе к разрыву их семейных связей.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации и положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками погибшего лица (работника), поскольку в связи со смертью близкого человека и разрывом семейных связей лично им причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред), что судебными инстанциями при разрешении спора по настоящему делу учтено не было, вследствие чего обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, судебными инстанциями не установлены.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Ответчик как ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» как работодатель ДНЕ не обеспечил работнику, находившемуся в командировке, условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, несчастный случай, произошедший с ДНЕ в командировке, связан с производством. При таких обстоятельствах ответчик

ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» несет ответственность за произошедший несчастный случай с ДНЕ Вина ответчика в произошедшем несчастном случае при исполнении трудовых обязанностей установлена решением суда, в связи с чем, истцы имеют право на возмещение компенсации морального вреда, причиненного в результате смерти близкого человека.

Судом установлено, что истцы поддерживали с сыном близкие и очень душевные отношения, что подтверждается их пояснениями, перепиской ФИО2 с сыном, многочисленными фотографиями, показаниями свидетелей ХВВ, СИВ, о том, что Д-вы всю свою жизнь посвятили воспитанию и содержанию единственного сына, который всегда их радовал своими успехами и в учебе, и в работе. У сына была прекрасная семья, маленький сын, с которым истцы тоже проводили много времени. После случившегося супруга ДНЕ, очень переживавшая случившееся, потеряла второго ребенка, которым была беременна. Также через несколько месяцев умерла мама истца ФИО1, бабашка погибшего ДНЕ, тоже очень переживавшая за гибель внука. Горе и страдания пришли в семью. До настоящего времени ФИО1 и ФИО2 не отправились от горя, утратили интерес к жизни, испытывают переживания, вынуждены обратиться в суд за защитой нарушенного права.

В результате гибели сына истцам был причинен моральный вред, выразившийся в невосполнимых нравственных страданиях, связанных с безвозвратной утратой единственного ребенка, смерть которого наступила в молодом возрасте при исполнении трудовых обязанностей и не по его вине. ДНЕ являлся единственным сыном истцов, на помощь которого родители вправе были рассчитывать в старости. Смерть близкого, родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, затрагивающие личность, психику, здоровье и самочувствие. Горе истцов невосполнимо ни временем, ни материальными благами.

При определении размеров компенсации морального вреда суд исходит из требований ст.ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ и учитывает отсутствие вины погибшего ДНЕ, степень вины ответчика, характер и степень причиненного истцам вреда в связи с нравственными страданиями, обстоятельства смерти ДНЕ Также суд принимает во внимание имущественное положение сторон. Доказательств тяжелого материального положения ФГБОУ ВО «ПГУ» представителем ответчика не представлено, согласно последней официальной информации, размещенной на сайте www.audit-it.ru, за 2021 год чистая прибыль организации составила 134 млн руб.

При этом доводы представителя ответчика о том, что обязанность ответчика компенсировать истцам моральный вред не вытекает из факта родственных отношений, не представлены доказательства, подтверждающие, что ДНЕ помогал родителям материально, поддерживал с ними связь, не являются основанием для отказа в иске, поскольку наличие у ДНЕ своей семьи и проживание отдельно от родителей, не свидетельствует об отсутствии у истцов нравственных страданий и переживаний ввиду смерти близкого человека, их сына. Гибель близкого человека сама по себе является обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников, а также неимущественное права на родственные и семейные связи. В данном случае истцы потеряли единственного сына, являвшегося для них самым близким и любимым человеком, подобная утрата является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Доводы представителя ответчика о том, что при рассмотрении гражданского дела № 2-2360/2024, по которому принято решение, истцы уже выступали в качестве третьих лиц на стороне истца, поэтому не могут обращаться в суд с настоящим иском, необоснованны, поскольку предъявление иска в суд о компенсации морального вреда является самостоятельным правом истцов.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что смерть близкого, родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение. Негативные последствия такого события для психического и психологического благополучия личности несопоставимы с негативными последствиями любых иных нарушений субъективных гражданских прав. Истцы в связи с гибелью сына бесспорно испытывали и испытывают сильные нравственные страдания, поскольку смерть сына является невосполнимой утратой, они потеряли сына - продолжателя рода, который погиб в молодом возрасте. Для родителей потерять ребенка (сына) в любом возрасте является огромным горем и невосполнимой утратой близкого человека. Приближаясь к нетрудоспособному возрасту, они рассчитывали получать от сына моральную и материальную поддержку. Истцам в силу степени родства тяжело перенести полученные нравственные страдания, связанные с потерей родного человека, и психологически восстановиться по факту последствий произошедшего несчастного случая.

Учитывая изложенное, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет», как с работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда ДНЕ, в пользу каждого из истцов ФИО4 в качестве компенсации морального вреда, причиненного им смертью сына, по 700000 рублей.

Доводы представителя ответчика о том, что ДНЕ, имея медицинское образование и заболевание, мог предвидеть ухудшение своего здоровья в момент получения документов и последующего их перемещения до железнодорожного вокзала, не могут быть приняты во внимание, поскольку в качестве основания заявленных требований истцами было указано на наличие вины работодателя - ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет», выразившейся в необеспечении им надлежащих условий труда работнику ДНЕ

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку с ответчика ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» в пользу истцов взыскано по 700 000 рублей в счет компенсации морального вреда, что относится к имущественному требованию, не подлежащему оценке, с ответчика, который не освобожден в силу закона от уплаты государственной пошлины, в соответствии с положениями ст. ст. 333.19, 333.20 НК РФ в доход государства следует взыскать государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил :

иск ФИО1, ФИО2 к ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» (<...>, ОГРН <***>, дата присвоения 04.11.2002, ИНН <***>) в пользу ФИО1 (03...) и ФИО2 (...) счет компенсации морального вреда по 700000 (семьсот тысяч) рублей каждому.

Взыскать с ФГБОУ ВО «Пензенский государственный университет» госпошлину в бюджет г. Пензы в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Первомайский районный суд г. Пензы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято судом 27.03.2025.

Судья: ...

...

...

...

...