31RS0002-01-2021-006376-55

№ 2-17/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 17.01.2023

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Тюфановой И.В.,

при секретаре судебного заседания Тимашовой М.А.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, представителя ФИО16 – ФИО5, представителя ответчика ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» - ФИО6, представителя ответчика ОГБУЗ «Центральная районная больница» - ФИО7, прокурора Белгородского района Мозговой О.В.

в отсутствие представителей ответчиков ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области», представителя третьего лица Министерства здравоохранения Белгородской области, третьих лиц ФИО8, ФИО9, ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Центральная районная больница», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском о взыскании с ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Центральная районная больница», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» в пользу каждого из истцов с каждого из ответчиков по 2000 000 руб., а также в пользу ФИО2 расходов на погребение – 100000 руб., на проведение исследований в г. Москва ГеноТехнология – 26600 руб., стоимость лекарственных препаратов – 3668,94 руб., в пользу ФИО3 – расходов на проведение поминального обеда в размере 30250 руб. с возложением субсидиарной ответственности на Департамент здравоохранения и социальной защиты населения Белгородской области (в настоящее время - Министерство здравоохранения Белгородской области).

В обоснование заявленных требований указали на то, что 20.06.2020 умер ФИО25., являвшийся (информация скрыта) ФИО1, (информация скрыта) ФИО2 и ФИО3, (информация скрыта) ФИО4 По мнению истцов, смерть их родственника произошла вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» в период лечения ФИО26. 01.04.2020, с 14.04.2020 по 22.04.2020, с 18.06.2020 по 20.06.2020, ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» - с 29.04.2020 по 16.06.2020, ОГБУЗ «Центральная районная больница» - 17.06.2020, ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» - 16.06.2020, 18.06.2020, поскольку врачи не смогли правильно диагностировать заболевание, назначить лечение, никакой помощи не оказывали, в результате чего ФИО49. умер. Смертью близкого человека, наступившей вследствие некачественно оказанной ответчиками медицинской помощи, истцам причинены нравственные и физические страдания.

В судебное заседание представители ответчиков ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области», представитель третьего лица Министерства здравоохранения Белгородской области, третьи лица ФИО8, ФИО9, ФИО10 не явились, извещены своевременно и надлежащим образом заказными письмами с уведомлением (с ИШК 80401879356728, 80401879356636, 80401879355431, 80401879355349), посредством СМС-уведомлений, на уважительные причины отсутствия не сослались, от представителей ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», Министерства здравоохранения Белгородской области поступили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие, в этой связи дело рассмотрено в отсутствие данных лиц.

Истцы, представитель ФИО5 поддержали заявленные требования, представители ответчиков возражали против удовлетворения иска по изложенным в письменных возражениях основаниям.

Прокурором Белгородского района дано заключение о необходимости взыскания морального вреда в разумных пределах.

Исследовав материалы гражданского дела и представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В статье 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО27., (дата обезличена) года рождения, состоял с (дата обезличена) в (информация скрыта) с ФИО1

ФИО2 и ФИО3 являются (информация скрыта) ФИО29., ФИО4 – его (информация скрыта).

ФИО30. 01.04.2020 в 20:10 поступил в ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» с жалобами на (информация скрыта), осмотрен хирургом, ему выполнено УЗИ, рентгенологическое исследование ОГК и ОБП, биохимический анализ крови, был смотрен врачом-гематологом, поставлен диагноз: (информация скрыта). Впоследствии был повторно осмотрен хирургом, поставлен диагноз: «(информация скрыта)». Рекомендована консультация терапевта.

14.04.2020 в 4:00 повторно поступил в ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» с жалобами на (информация скрыта).

Осмотрен гематологом. При осмотре общее состояние средней степени тяжести. Выставлен диагноз: (информация скрыта). Лечение (информация скрыта). Выполнены диагностические исследования. Клинический диагноз: «(информация скрыта)».

Проведено лечение: (информация скрыта).

Выписан 22.02.2020 в удовлетворительном состоянии для дальнейшего наблюдения на амбулаторный этап лечения и обследования у терапевта.

29.04.2020 в 13:05 ФИО31. поступил в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа». Был осмотрен совместно с зав.отделением, жалобы на (информация скрыта).

В ходе стационарного лечения динамически наблюдался гематологом. Общее состояние тяжелое. Проводится консервативное лечение(информация скрыта).

16.06.2020 ФИО32. выписан в соответствии со своим заявлением.

16.06.2020 по вызову к ФИО33. в 22:26 выехала бригада скорой помощи, доезд до больного в 22:40. Больной предъявлял жалобы на (информация скрыта). Диагноз: «(информация скрыта)», помощь: (информация скрыта). Результат: улучшение. Окончания 23:10.

17.06.2020 ФИО34. получал медицинскую помощь в амбулаторных условиях в ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ». Осмотрен ВОП на дому. Жалобы на (информация скрыта). Диагноз: «(информация скрыта). Назначено: (информация скрыта).

18.06.2020 по вызову к ФИО35. 14:49 приехала бригада скорой помощи. Перевозка по направлению терапевта. Диагноз: «(информация скрыта)». Отъезд от больного в 15:12, за время транспортировки состояние пациента стабильное. Прибытие в приемное отделение ОКБ время окончания вызова в 15:33.

18.06.2020 перевозка бригадой скорой помощи по направлению дежурного врача ОКБ, оказанная помощь: (информация скрыта) Состояние больного во время транспортировки стабильное, прибытие в медицинскую организацию в 20:40, окончание вызова в 20:54.

18.06.2020 доставлен бригадой скорой помощи в 21:27 в ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода». Выполнена СКТ ОГК, смотрен врачом-гематологом, Диагноз: «(информация скрыта). Назначено лечение.

19.06.2020 в 10:39 переведен в ОРИТ, осмотрен терапевтом, 20.06.2020 подключен к ИВЛ, в 14:30 произошла остановка кровообращения, начаты реанимационные мероприятия, в 15:00 констатирована биологическая смерть.

Заключительный клинический диагноз: «(информация скрыта)».

Согласно медицинскому свидетельству о смерти, выданному 21.06.2020 ОГБУЗ «Белгородское патологоанатомическое бюро», причина смерти ФИО36. – (информация скрыта).

По ходатайству ответчиков для установления наличия или отсутствия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) сотрудников ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Центральная районная больница», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» и смертью ФИО37. определением суда от 28.02.2022 была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено специалистам ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», дополнительно определением от 03.08.2022 в состав экспертной комиссии при производстве комплексной экспертизы привлечены врачи различных специальностей.

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от 22.03-25.11.2022 смерть ФИО11 наступила от (информация скрыта). Описанная у ФИО38. клиническая симптоматика и рентгенологические признаки для (информация скрыта) не характерны, так как присущи ряду (информация скрыта) заболеваний (информация скрыта). В этой связи описанные у ФИО39. в гематологическом отделении ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» 18.06.2020 клинические признаки обосновано расценивались как (информация скрыта), при этом с учетом эпидемиологической обстановки по коронавирусу, по данным КТ органов грудной клетки заболевание COVID-19 обосновано не был исключен до выполнения исследования. Недиагностирование у ФИО40. (информация скрыта) обусловлено сложностью диагностики и не может рассматриваться как дефект медицинской помощи в части диагностики.

При этом экспертами установлено, что в ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгород» в период с 14.04.2020 до 22.04.2020 имелся дефект медицинской помощи в части диагностики: недостаточный диагностический поиск: не выполнен молекулярно-генетический анализ. Установлен дефект построения клинического диагноза: «(информация скрыта)» трактуется как осложнение основного заболевания «(информация скрыта)», что принципиально правильно и как сопутствующее заболевание, что расценивается как недостаток оформления медицинской карты.

Также установлен дефект оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» 17.06.2020 в части диагностики: неполный сбор анамнеза привел к неполному установлению диагноза.

Суд принимает указанное заключение, поскольку исследование проведено врачами, имеющими необходимое образование, а также экспертами ФИО12 и ФИО13 с соответствующей квалификацией (являющимися судебно-медицинскими экспертами, включенными в Реестр экспертов качества медицинской помощи) и опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, их выводы являются четкими и мотивированными.

Представленное истцами заключение специалиста от 19.12.2022 №ЮВ 796/12/2022 Р-МИ выводы судебной экспертизы не опровергает, выполнено специалистом ФИО14, не являющимся судебно-медицинским экспертом, имеющим полномочия осуществлять экспертизу качества медицинской помощи.

Ходатайство истцов о проведении повторной экспертизы отклонено, поскольку вопреки требованиям части 2 статьи 87 ГПК РФ отсутствовали сомнения в правильности или обоснованности заключения экспертизы ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от 22.03-25.11.2022.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Исходя из приведенных положений моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 27 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что факт вины ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» в некачественном оказании услуг ФИО41., как и сам факт оказания таких услуг с дефектами, своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашел.

К выводам экспертного заключения АО «МАКС-М», где имеется вывод о выявлении дефектов оказания медицинской помощи упомянутыми организациями, суд относится критически, поскольку, в чем именно выразились дефекты медицинской помощи, а также на наличие причинно-следственной связи с наступившими последствиями, указания не содержится. Аргументы стороны истцов о том, что ФИО42. не были разъяснена степень тяжести его состояния, когда он добровольно осуществил выписку из ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» 16.06.2020, доказательствами не подтверждены.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда с ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» не установлено.

Такие основания имеются в отношении ответчиков ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Центральная районная больница».

Проанализировав заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями медицинских работников ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Центральная районная больница» и наступившими последствиями в виде смерти ФИО43.

Вместе с тем установлены указанные выше дефекты в оказании медицинской помощи ФИО44. со стороны ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Центральная районная больница» на этапе госпитализации и амбулаторном наблюдении.

Медицинская помощь является специфическим видом деятельности, и действенность ее оказания зависит и от индивидуальных особенностей организма, условий жизнедеятельности и иных, не поддающихся точному прогнозированию и учету обстоятельств.

Все перечисленное позволяет сделать вывод о наличии косвенной причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО45., поскольку выявлены недостатки именно в части осуществления диагностического поиска и неполного установления диагноза.

Таким образом, в результате некачественного и несвоевременного оказания ФИО46. медицинской помощи было нарушено неимущественное право истцов на родственные и семейные связи, семейную жизнь, повлекшее причинение им нравственных страданий (морального вреда).

ФИО17 в исковом заявлении, в судебном заседании указывали на то, что испытывали переживания по поводу недооценки тяжести состояния их (информация скрыта), (информация скрыта) и (информация скрыта) и непринятия всех возможных мер для его спасения.

Исходя из характера причиненных истцам нравственных страданий, вызванных переживаниями за близкого родственника, принципа разумности и справедливости, суд считает обоснованным и соразмерным взыскать с ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода», ОГБУЗ «Центральная районная больница» компенсацию морального вреда в пользу ФИО15 – по 200 000 руб., в пользу (информация скрыта) ФИО2 – по 150 000 руб., (информация скрыта) ФИО3 и (информация скрыта) ФИО4 – по 100 000 руб. Взыскивая в пользу ФИО15 компенсацию в большем размере, суд принимает во внимание факт совместного проживания ее с умершим, нахождение (информация скрыта), в том числе в период болезни. Определение компенсации морального вреда в большем размере в пользу (информация скрыта), нежели (информация скрыта) ФИО3 и (информация скрыта) ФИО4 обусловлен не только ее совместным проживанием с умершим, но и сопровождением (информация скрыта) весь период болезни, степенью вовлеченности в организацию лечения, ФИО3 со своей семьей проживает отдельно более 10 лет. Равная компенсация в пользу (информация скрыта) ФИО3 и (информация скрыта) ФИО4, несмотря на разницу в степени родства, определена в связи с не опровергнутыми утверждениями о том, что ФИО4 (при отсутствии (информация скрыта)) был воспитан ФИО47. как собственным (информация скрыта).

Поскольку прямой причинно-следственной связи между действиями ответчиков и смертью ФИО48. не установлено, с позиции статьи 1064 ГК РФ отсутствуют основания для возложения на них обязанности по компенсации расходов истцов на погребение, поминальный обед, исследования в г. Москва ГеноТехнология, приобретение лекарственных препаратов. Кроме того, не доказаны необходимость произведенных расходов на приобретение лекарств, непредоставление последних в медицинском учреждении в период стационарного лечения.

Учитывая освобождение истцов от оплаты государственной пошлины, в доход бюджета муниципального образования «Белгородский район» Белгородской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 руб. с каждого ответчика

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

удовлетворить частично иск ФИО1 (паспорт серии (номер обезличен)), ФИО2 (паспорт серии (номер обезличен)), ФИО3 (паспорт серии (номер обезличен)), ФИО4 (паспорт серии (номер обезличен)) к ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» (ИНН <***>), ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» (ИНН <***>), ОГБУЗ «Центральная районная больница» (ИНН <***>), ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» (ИНН <***>) о взыскании компенсации морального вреда.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Центральная районная больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Центральная районная больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Центральная районная больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Центральная районная больница» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Городская больница №2 г. Белгорода» в доход бюджета муниципального образования муниципальный район «Белгородский район» Белгородской области государственную пошлину - 600 руб.

Взыскать с ОГБУЗ «Центральная районная больница» в доход бюджета муниципального образования муниципальный район «Белгородский район» Белгородской области государственную пошлину - 600 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Судья

Мотивированное решение суда изготовлено 23.01.2023.

Решение24.01.2023