31RS0016-01-2020-005761-75 № 2-5791/2022
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
14 сентября 2022 года город Белгород
Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:
Председательствующего судьи Р.Л. Гладченко,
при секретаре Ямпольской А.И.,
с участием: истца ФИО1, ее представителя Волошина А.А., представителя ответчика Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, третьего лица Управления Федерального казначейства по Белгородской области ФИО2, представителя третьего лица прокуратуры Белгородской области - старшего помощника прокурора города Белгорода Кошмановой Я.В.,
в отсутствие: представителя третьего лица Следственного управления Следственного комитета России по Белгородской области,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования, судебных расходов.
В обоснование заявленных требований указано, что вступившим в законную силу приговором Белгородского областного суда от 01.04.2021 ФИО1 оправдана по предъявленном обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ на основании п.п. 2 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления, за ней признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.
Первоначально 06.10.2015 в 20-30 час. она была задержана в качестве подозреваемой в совершении убийства П.А.А. 10.10.2015 ей была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок до 2-х месяцев, срок содержания под стражей неоднократно продлевался, и лишь 25.05.2016 она была освобождена из под стражи.
25.11.2016 уголовное преследование в отношении нее прекращено ввиду непричастности к совершению убийства П.А.А. признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, а 29.06.2017 производство по уголовному делу было возобновлено.
12.11.2019 истцу повторно предъявлено обвинение по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а 03.03.2020 обвинение предъявлено в окончательной форме. С момента первоначального задержания ее образ жизни навсегда изменился, на протяжении почти шести лет в отношении нее проводились многочисленные следственные действия, в качестве меры пресечения избирался арест (заключение под стражу), избранная в отношении нее мера пресечения в виде заключения под стражей неоднократно продлялась, истец содержалась под стражей в течение 7 месяцев 20 дней. На протяжении всего этого времени она испытывала сильнейшие нравственные страдания, выразившиеся в глубоких переживаниях в связи с наступлением данных событий, имевших место в течение длительного времени, психотравмирующей ситуацией, ухудшении состояния здоровья, испытании постоянных стрессов, чувства отчаяния, тревоги и страха быть осужденной.
На основании изложенного просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000000 руб., судебные расходы в размере 25000 руб.
В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить, пояснила, что во время уголовного преследования на нее оказывалось давление, она в юном возрасте попала в СИЗО, к тюремному контингенту людей. Намеренно к ней в камеру подсаживали заключенных, которые всеми способами склоняли ее оговорить себя, провоцировали на конфликт, в связи с чем она неоднократно попадала в карцер. Надлежащим образом медицинскую помощь в СИЗО ей не оказывали, неоднократно она вынуждена была объявлять голодовки из -за невыносимых условий содержания и не вкусной еды. После освобождения, соседям, местным жителям ей приходилось объяснять, что она не виновна, была вынуждена сменить место жительства. Тень уголовного преследования лежала на ее семье, от чего у нее распался брак, она не смогла продолжить учебу в высшем учебном заведении. Все это также приводило к страданиям. Поэтому оценивает свои морально-нравственные страдания за незаконное уголовное преследование в размере 3000000 руб.
В судебном заседании представитель истца ФИО1 - адвокат Волошин А.ВА. исковые требования поддержал в полном объеме по обстоятельствам, изложенным в иске, просил его удовлетворить.
В судебном заседании представитель ответчика Российской Федерации в лице - Министерства финансов Российской Федерации, представитель третьего лица Управления Федерального казначейства по Белгородской области ФИО2 иск не признала, просила в его удовлетворении отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях (т. 1 л.д. 138-139).
В судебном заседании представитель третьего лица прокуратуры Белгородской области Кошманова Я.В. полагала обоснованными требования истца о взыскании денежной компенсации морального вреда, однако считала, что сумма морального вреда завышена, не соответствует требованиям разумности и справедливости, поскольку истец не была осуждена.
В судебное заседание представитель третьего лица следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по области не явился, о месте и времени рассмотрении дела извещен своевременно и надлежащим образом (на электронный адрес), о причинах неявки суду не сообщил, представил письменные возражения, в которых полагал требования не подлежащими удовлетворению по обстоятельствам, изложенных в возражениях (т. 1 л.д. 124-125).
Информация о назначении дела была заблаговременно размещена на официальном интернет-сайте Октябрьского районного суда г. Белгорода в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации".
Суд на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя третьего лица.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы настоящего дела, суд приходит к следующему.
Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).
Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.
Согласно статье 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее- УПК РФ), реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.
Как предусмотрено частью 4 статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены настоящим Кодексом.
В соответствии со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1).
Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части второй статьи 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса (абз.3 часть 2).
Согласно статье 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 02.04.2013) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", следует, что под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).
Как установлено судом 28.08.2011 следственным отделом по Белгородскому району СУ СК России по Белгородской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, по факту убийства П.А.А. № № В ходе расследования данного уголовного дела, лица, причастные к совершению преступления не были установлены. 28.12.2011 производство по делу приостановлено, в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.
25.08.2015 производство по делу возобновлено, 06.10.2015, в 20 - 30 час. ФИО3 была задержана в качестве подозреваемой в совершении убийства П.А.А. ( т.1 л.д. 49-50).
10.10.2015 Белгородским районным судом Белгородской области в отношении подозреваемой ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок до 2-х месяцев, до 05.12.2015 ( т.1 л.д.53-54).
15.10.2015 ФИО3, согласно ст.ст. 171- 172 УПК РФ было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (т.1 л.д. 57-58).
Постановлением Белгородского районного суда от 02.12.2015 обвиняемой ФИО4 продлен срок содержания под стражей до 4-х месяцев, до 05.02.2016 включительно ( т.1 л.д. 59-60).
03.02.2016 Белгородским районным судом Белгородской области срок содержания под стражей обвиняемой ФИО4 продлен на 1 месяц и 20 суток, до 25.03.2016 включительно, всего до 5-и месяцев и 20 суток ( л.д. 61-62).
Постановлением Белгородского районного суда Белгородской области от 23.03.2016 срок содержания под стражей обвиняемой ФИО4 продлен до 7 месяцев 20 суток, до 25.05.2016 включительно.
24.05.2016 Белгородским районным судом Белгородской области в ходатайстве следствия о продлении срока содержания обвиняемой ФИО5 JI.B под стражей было отказано (т.1 л.д. 66-67).
25.05.2016 обвиняемая ФИО3 освобождена из под стражи.
25.11.2016 уголовное преследование в отношении обвиняемой ФИО3 по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ прекращено постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Белгородской области ФИО6, по основаниям, предусмотренным п. 1, ч. 1 ст. 27 УПК РФ, ввиду непричастности к совершению убийства П.А.А. В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО3 признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием (т1 л.д. 68-70).
29.06.2017 и.о. руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Белгородской области ФИО7 возобновлено производство по уголовному делу и отменено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении обвиняемой ФИО5 (Селезневой) JI.B. от 25.11.2016 (т.1 л.д. 71-76)
С 29.06.2017 сроки следствия по уголовному делу неоднократно продлевались.
12.11.2019 ФИО1 повторно предъявлено обвинение по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.
03.03.2020 ФИО1 предъявлено обвинение в окончательной редакции по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Сторона защиты была уведомлена об окончании предварительного следствия. Обвиняемой избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении ( т.1 л.д. 77-102).
17.04.2020 Белгородским областным судом назначено судебное разбирательство по уголовному делу в отношении ФИО1 с участием коллегии присяжных заседателей. Меру пресечения ФИО1 в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении суд оставил без изменения.
Приговором Белгородского областного суда от 02.07.2020 постановленного с участием присяжных заседателей, ФИО1 оправдана по предъявленному обвинению.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 21.09.2020 оправдательный приговор в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.
Оправдательный приговор Белгородского областного суда от 01.04.2021 оставлен без изменения судом апелляционной и кассационной инстанции.
Таким образом, в период с 06.10.2015 по 29.11.2016 и с 29.06.2017 по 05.07.2021 (дата вступления оправдательного приговора в силу) ФИО1 была подвергнута незаконному уголовному преследованию по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с чем у нее возникло право на компенсацию морального вреда.
Причинение морального вреда в результате незаконного уголовного преследования является фактом, не требующим доказывания.
На основании пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
По смыслу указанных положений закона, в случаях незаконного привлечения гражданина к уголовной ответственности причиненный вред подлежит возмещению независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
В соответствии со статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1 ст. 150 ГК РФ).
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (п. 2 ст. 150 ГК РФ).
Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного Кодекса.
В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.
В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная исемейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).
В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 (ред. от 02.04.2013) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснены критерии, которые следует учитывать при определении размера денежной компенсации морального вреда: степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер физических и нравственных страданий истца, которые оцениваются судом с учетом фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, длительность уголовного преследования, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Преступление, в котором обвинялась истец, относилось к категории особой тяжести, за которое предусматривалось лишением свободы на срок от восьми до двадцати лет с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет, либо пожизненным лишением свободы, либо смертной казнью.
Учитывая характер физических и нравственных страданий испытанных ФИО1 в связи с незаконным уголовным преследованием, в период которого истцу избиралась мера пресечения в содержания под стражей, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также учитывая фактические обстоятельства дела, длительность срока предварительного расследования уголовного дела и последующего судебного разбирательства по уголовному делу по обвинению ФИО1, принимая во внимание индивидуальные особенности личности истца ФИО1, которая ранее не судима, имеет двух несовершеннолетних детей, что увеличивает уровень стрессовой ситуации истца, в которой она оказалась в результате незаконного уголовного преследования и общественного обсуждения в связи с возбуждением в отношении нее уголовного дела, а также учитывая возраст истца, и принимая во внимание, что истец испытывала ограничения в гражданских правах и невозможность ведения обычного образа жизни в период предварительного следствия в связи с избранием мер пресечения в рамках уголовного дела, суд полагает, что размер компенсации морального вреда в размере 700000 руб. в полной мере соответствует спени физических и нравственных страданий истца с учетом всех обстоятельств, подлежащих учету при разрешении данного спора, а также соответствует требованиям разумности и справедливости. Указанная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику, поскольку суд, определяя размер подлежащего компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным в статьях 151, 1100 ГК РФ, в совокупности оценил фактические обстоятельства дела, соотнося их с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями ее личности.
Каких-либо оснований в соответствии с представленными в дело доказательствами, для взыскания суммы компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает.
Доводы представителя Минфина России и СУ СК РФ по Белгородской области о том, что, что избранная в отношении истца мера пресечения (содержание под стражей) не повлекла существенного нарушения прав истца, не причинило больших негативных последствий, подлежат отклонению в силу своей несостоятельности. Само по себе незаконное уголовное преследование и избрание меры пресечения накладывает ограничение права на свободу передвижения. Нравственные страдания лицу причиняет сам факт незаконного ограничения ее конституционных прав и свобод, гарантированных государством, а наличие каких-либо последствий такого ограничения может повлиять лишь на увеличение таких переживаний.
Истцом ФИО1 заявлены также требования о взыскании в свою пользу судебных расходов, понесенных ею по настоящему гражданскому делу в общей сумме 25000 руб.
В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Статьей 88 вышеуказанного Кодекса определено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно статье 94 этого же Кодекса к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимые расходы.
В соответствии со статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (пункт 13 Постановления).
Согласно пункту 21 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации - положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ.....) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).
В судебном заседании установлено, что адвокат Волошин А.А. оказал доверителю юридическую помощь, которая выразилась в участии адвоката в судебном заседании 01.09.2022, от 07.09.2022, 14.09.2022.
Квитанцией от 26.07.2022 на сумму 25000 руб. (т. 1 л.д. 151), в основании которой указано " за работу по гражданскому делу, составление иска, участие в суде первой инстанции» подтверждается факт уплаты ФИО1. адвокату Волошину А.А. суммы 25000 руб.
Учитывая вышеприведенные положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующие вопросы распределения между сторонами судебных издержек и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, принимая во внимание категорию спора, предмет и основание иска, процессуальную работу представителя - адвоката Волошина А.А., требования разумности, суд находит разумными расходы на представителя, включающие, в том числе и расходы по составлению иска, которые суд оценивает в размере 3000 руб., в общей сумме 25 000 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ уроженка г. Белгорода, паспорт № выдан УМВД России по Белгородской области ДД.ММ.ГГГГ код подразделения № СНИЛС №, компенсацию морального вреда в результате незаконного уголовного преследования в размере 700 000 руб., расходы по уплате юридических услуг в размере 25 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.
Мотивированный текст составлен 10.10.2022.
Судья Р.Л. Гладченко
Решение13.10.2022