Апелляционное определение по делу № 33-7482/2023 от 30.08.2023 | Алтайский краевой суд (Алтайский край)

Судья Абрамова К.Е. Дело № 33-7482/2023 (2-1/2023)

УИД 22RS0064-01-2022-000557-14

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

30 августа 2023 года город Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Науменко Л.А.,

судей Ромашовой Т.А., Сухаревой С.А.,

при секретаре Пахомовой Н.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Л.Л. к акционерному обществу страховой компании «РСХБ-Страхование» о выплате страхового возмещения

по апелляционной жалобе истца Л.Л. на решение Шипуновского районного суда Алтайского края от 24 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Ромашовой Т.А., судебная коллегия

установила:

Л.Л. обратилась в суд с иском к акционерному обществу страховой компании «РСХБ-Страхование» (далее - АО СК «РСХБ-Страхование»), просила признать смерть Л.В., умершего ДД.ММ.ГГ, страховым случаем, взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 673 126,81 руб., неустойку в размере 673 126,81 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50% от взысканной судом суммы.

В обоснование требований указала, что ДД.ММ.ГГ между АО «Россельхозбанк» и Л.В. заключен кредитный договор *** на сумму 750 000 руб., сроком до ДД.ММ.ГГ, под 6,5% годовых при условии страхования. К указанному кредитному договору между Л.В. и АО СК «РСХБ-Страхование» заключен договор страхования на основании заявления о подключении к программе добровольного кредитного страхования. По договору страхования застрахован, в том числе риск смерти застрахованного лица, произошедшей в течение срока страхования и наступившей в результате несчастного случая или болезни, диагностированной в течение срока страхования. Выгодоприобретателем по договору страхования является застрахованное лицо, а в случае его смерти – наследники.

ДД.ММ.ГГ Л.В. умер, его наследником является супруга Л.Л., которая обратилась к ответчику с заявлением о признании смерти Л.В. страховым случаем и выплате ссудной задолженности банку. АО СК «РСХБ-Страхование» письмом от ДД.ММ.ГГ отказало в выплате страхового возмещения, ссылаясь на то, что заявленное событие не является страховым случаем, поскольку причиной смерти явилось заболевание сахарным диабетом, впервые выявленное до заключения договора страхования. С таким решением истец не согласна, полагает, что причиной смерти Л.В. послужила совокупность заболеваний, в том числе сахарный диабет и COVID-19. Заболевание COVID-19 было впервые диагностировано у Л.В. в период действия договора страхования, в связи с чем основания для отказа в выплате страхового возмещения отсутствуют.

Решением Шипуновского районного суда Алтайского края от 24 марта 2023 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Л.Л. в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование жалобы ссылается на то, что на момент заключения договора страхования Л.В. не знал о наличии у него заболевания COVID-19. Смерть Л.В. наступила внезапно, при совокупности заболеваний, в том числе сахарный диабет и COVID-19. Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» причиной смерти Л.В. является новая короновирусная инфекция, которая способствовала развитию сахарного диабета. При таких обстоятельствах смерть Л.В. относится к страховому случаю.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца М.И. доводы апелляционной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки не сообщили, об отложении разбирательства по делу не просили. Принимая во внимание положения ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, обсудив данные доводы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 927 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения договора страхования), страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком)

В соответствии с п. 1 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Согласно ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В силу п. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Согласно Обзору практики рассмотрения судами споров, возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита, утвержденному Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05 июня 2019 года, сообщение заведомо недостоверных сведений о состоянии здоровья застрахованного при заключении договора добровольного личного страхования является основанием для отказа в выплате страхового возмещения, а также для признания такого договора недействительным.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГ между Л.В. и АО «Россельхозбанк» заключен кредитный договор *** на сумму 750 000 руб., со сроком возврата до ДД.ММ.ГГ. Согласно п. 4.1 договора, в связи с наличием согласия заемщика осуществлять личное страхование и при соблюдении обязательств по обеспечению личного страхования в течение срока действия кредитного договора процентная ставка составляет 6,5% годовых, утвержден график погашения кредита.

Одновременно с заключением кредитного договора Л.В. подал заявление на включение его в Программу страхования № 5 (Программу коллективного страхования заемщиков/созаемщиков в рамках кредитных продуктов, разработанных для пенсионеров, от несчастных случаев и болезней), согласно которому Л.В. было разъяснено право прекращения участия в Программе, порядок действий застрахованного лица, выгодоприобретателя при наступлении события, имеющего признаки страхового случая. Страхование предоставляется на срок действия кредитного договора. При этом условиями Программы предусмотрено, что не являются страховыми рисками, страховыми случаями, страховые выплаты не производятся по событиям, указанным в разделе «Страховые случаи» настоящей Программы, находящимся в прямой причинно-следственной связи с любым заболеванием/несчастным случаем (а, также его последствиями, впервые диагностированным/произошедшим с застрахованным лицом до даты его присоединения к Программе страхования (п. 1.2 Исключений). Согласно заявлению Л.В., последний согласен с условиями Программы страхования, о чем свидетельствуют его подписи в программе и заявлении, а также назначает выгодоприобретателем по договору страхования в случае его смерти в результате несчастного случая и болезни АО «Россельхозбанк» (п. 5). Выгодоприобретателем по договору страхования является АО «Россельхозбанк» (п. 5 заявления на присоединение к программе страхования).

ДД.ММ.ГГ Л.В. умер. Истец Л.Л. являлась супругой Л.В.

ДД.ММ.ГГ АО «Россельхозбанк» уведомило АО СК «РСХБ-Страхование» о наступлении события, имеющего признаки страхового случая в отношении Л.В., а также направило заявление о произведении страховой выплаты.

ДД.ММ.ГГ АО СК «РСХБ-Страхование» отказало в производстве страховой выплаты, ссылаясь на ненаступление страхового случая, поскольку из полученной медицинской документации следует, что причиной смерти Л.В. явилось заболевание сахарный диабет, которое диагностировано до заключения договора страхования.

Согласно амбулаторной карте Л.В., представленной КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ», врачом эндокринологом ДД.ММ.ГГ Л.В. установлен диагноз «сахарный диабет 2 типа, впервые выявленный», после чего Л.В. регулярно обращался к врачам и получал соответствующее лечение.

Из медицинской карты *** КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ» следует, что Л.В. с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ находился на стационарном лечении с диагнозом «<данные изъяты>

ДД.ММ.ГГ Л.В. проведена операция: <данные изъяты>

Согласно медицинской карте ***, представленной КГБУЗ «Алейская ЦРБ», Л.В. был госпитализирован и проходил стационарное лечение с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ с диагнозом: «Основной диагноз: <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГ (<данные изъяты> <данные изъяты>. Сопутствующий диагноз: <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГ).

Из протокола вскрытия ***, выполненного патологоанатом КГБУЗ «Алейская ЦРБ», следует, что смерть Л.В. наступила от <данные изъяты> явившийся непосредственной причиной смерти больного.

В посмертном эпикризе указано, что смерть Л.В. произошла от <данные изъяты>, сопутствующий диагноз: <данные изъяты>.

В справке о смерти Л.В. причинами смерти указаны: 1) <данные изъяты>; 2) <данные изъяты>

По ходатайству истца судом назначалась комиссионная судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Эксперты КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» в заключении от ДД.ММ.ГГ пришли к выводу, что причиной смерти Л.В. явился <данные изъяты>. Смерть Л.В. наступила от заболевания <данные изъяты> имевшегося у пациента задолго до заключения соглашения о кредитовании от ДД.ММ.ГГ. Имевшаяся у Л.В. новая коронавирусная инфекция, приводя к общей интоксикации организма, лишь способствовала наступлению смерти пациента, но не являлась ее непосредственной причиной.

Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями ст.ст. 927, 934, 944, 945 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», суд первой инстанции, установив, что Л.В. при заключении договора страхования не уведомил страховую организацию о наличии у него с 2014 года заболевания сахарный диабет, послужившего причиной смерти застрахованного лица, пришел к выводу, что Л.В. при заключении договора страхования предоставил заведомо ложные сведения относительно состояния своего здоровья, в связи с чем у ответчика не имелось оснований для выплаты выгодоприобретателю страхового возмещения, основания для признания смерти Л.В. страховым случаем отсутствуют. Судом первой инстанции также учтено, что выгодоприобретателем по договору страхования является АО «Россельхозбанк», что также является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

По условиям заключенного договора страхования не является страховым случаем смерть застрахованного лица, наступившая в результате заболевания, имевшегося у застрахованного лица до заключения договора страхования.

Материалы дела содержат допустимые и относимые доказательства, включая заключение судебной медицинской экспертизы, с достоверностью подтверждающие, что смерть Л.В. наступила от выявленного до заключения договора страхования заболевания сахарный диабет, а не от короновирусной инфекций COVID-19.

Основания не доверять заключению экспертов у судебной коллегии отсутствуют, доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено, экспертиза проведена в рамках рассмотрения гражданского дела на основании определения суда экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющими соответствующую квалификацию, длительный стаж работы, процессуальный порядок проведения экспертизы соблюден, экспертное заключение соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования, экспертами даны полные и ясные ответы на поставленные судом вопросы. В рамках проведенного исследования экспертами дан анализ представленной в материалы дела медицинской документации, выводы экспертов согласуются с отраженными в медицинской документации жалобами пациента, клиническими данными, данными патологоанатомического исследования.

Таким образом, доводы жалобы о наступлении страхового случая, поскольку причиной смерти Л.В. являлась короновирусная инфекция COVID-19, выявленная впервые после заключения договора страхования, опровергаются материалами дела.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии у Л.Л. право на получение страхового возмещения, поскольку в силу п. 1 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор, которым в рамках настоящего спора выступает АО «Россельхозбанк».

Иных доводов, влекущих отмену решения суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Шипуновского районного суда Алтайского края от 24 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Л.Л. – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

В <данные изъяты>

<данные изъяты>