Судья Старикова А.А. УИД 39RS0014-01-2022-000090-51

дело №2-124/2022

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-2253/2023

10 июля 2023 года г. Калининград

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Мариной С.В.

судей Куниной А.Ю., Мамичевой В.В.

с участием прокурора Маркеловой Г.И.

при ведении протокола

помощником судьи Лемех М.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО2 и ее представителя ФИО5 на решение Полесского районного суда Калининградской области от 11 августа 2022 года по иску ФИО2 к ООО «Термотек» о признании незаконными действий работодателя, восстановлении на работе, взыскании заработной платы и компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Мариной С.В., объяснения ФИО6, поддержавшей апелляционные жалобы, возражения представителей ООО «Термотек» - ФИО7 и ФИО11, полагавших решение суда законным и обоснованным, заключение прокурора Маркеловой Г.И., считавшей решение суда подлежащим отмене, с вынесением нового решения об удовлетворении исковых требований ФИО6, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 (ныне ФИО6) Т.В. обратилась в суд с иском, уточненным в ходе рассмотрения дела, к ООО «Термотек», указав, что с 08 декабря 2021 года состояла в трудовых отношениях с ответчиком в должности бухгалтера.

Истец добросовестно, без нареканий от руководства исполняла свои трудовые обязанности, не имела дисциплинарных взысканий и иных претензий от руководителя и коллег. Между ней и коллективом сложились нормальные рабочие отношения.

Вместе с тем, руководителем отдела бухгалтерского учета ФИО1 истцу было предложено подать заявление об увольнении по собственному желанию. На данное предложение истец ответила отказом.

В дальнейшем истец была отстранена от выполнения своих должностных обязанностей и лишена доступа в бухгалтерскую программу «1С-Бухгалтерия 8.3», ее трудовая функция была изменена с изменением рабочего места, до работы она не допускалась, что, по мнению истца, свидетельствует о совершении работодателем действий, направленных на понуждение работника к увольнению по собственному желанию.

Впоследствии к ней неоднократно были применены дисциплинарные взыскания в виде выговоров и замечаний, вследствие которых истец была уволена по причине неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, согласно пункту 5 статьи 84 ТК РФ.

Истец полагала, что работодатель нарушил ее права, предусмотренные Трудовым кодексом РФ, не ознакомил ее с локальными нормативными актами организации, незаконно отстранил от работы, изменил без ее согласия трудовую функцию, переведя в другой кабинет на другое рабочее место, не обеспечил работой, согласно трудовому договору, не создал для истца условий для работы в целях принуждения к увольнению по собственному желанию, без достаточных оснований привлек к дисциплинарной ответственности и затем незаконно уволил.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец с учетом уточнений своих требований, просила:

- признать действия ответчика по отстранению от работы и изменению в одностороннем порядке трудовой функции истца незаконными,

- взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей;

- признать приказы о наложении дисциплинарных взысканий от 09 февраля 2022 года, от 16 февраля 2022 года, от 24 февраля 2022 года, от 05 марта 2022 года, от 11 марта 2022 года неправомерными;

- признать ее увольнение и приказ о прекращении трудового договора от 16 марта 2022 года незаконными;

- восстановить ее на работе в ООО «Термотек» в должности бухгалтера и возложить на работодателя обязанность предоставить ей работу, предусмотренную трудовым договором, заключенным с ней 08 декабря 2021 года;

- признать незаконными приказы работодателя от 21 февраля 2022 года, от 16 марта 2022 года о снижении истцу премии,

- взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за декабрь 2021 года в размере 682,28 рублей, за январь 2022 года в размере 8 311,98 рублей, за февраль 2022 года в размере 14 565,40 рублей, за март 2022 года в размере 6127,29 рублей, а также компенсацию за время вынужденного прогула в размере 98 189, 48 рублей.

Разрешив эти требования, Полесский районный суд Калининградской области 11 августа 2022 года постановил решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ООО «Термотек» отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит вынесенное по делу судебное постановление отменить, принять новое решение об удовлетворении заявленных ею исковых требований в полном объеме.

Указывает, что стороной ответчика не представлены доказательства, подтверждающие законность отстранения истца от выполнения возложенных на нее трудовых обязанностей. Приводит доводы о том, что изначально при трудоустройстве в ООО «Термотек» ее основная и постоянная трудовая функция заключалась в обработке входящих первичных документов группы компаний и внесении данных в электронную базу бухгалтерского учета. Однако в последующем работодателем необоснованно в одностороннем порядке трудовая функция истца была изменена и ей поручена работа по обработке архивной документации.

Указанное, по мнению апеллянта, свидетельствует о том, что она не была обеспечена работой, в связи с чем ее кратковременное отсутствие на работе не повлекло негативных последствий и, кроме того, было вызвано неправомерными действиями работодателя и необходимостью обращения работника за защитой своих трудовых прав в государственные органы.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2 - ФИО5 также просит вынесенное по делу судебное постановление отменить, принять новое решение об удовлетворении заявленных ФИО2 исковых требований в полном объеме.

Выражая несогласие с выводами суда об отсутствии оснований для признания приказа об увольнении от 16 марта 2022 года незаконным и восстановлении истца на работе, указывает, что в материалах дела не содержится сведений, подтверждающих неисполнение истцом трудовых обязанностей, стороной ответчика не представлены доказательства, подтверждающие факт нарушения рабочего процесса и наступления вредных последствий ввиду отсутствия ФИО2 на рабочем месте. Кроме того, по мнению представителя истца, сам по себе факт отсутствия на рабочем месте не является безусловным доказательством, подтверждающим неисполнение работником возложенных на него обязанностей.

Считает, что наложенное на работника дисциплинарное взыскание не соразмерно совершенному её проступку.

Обращает внимание на то, что на момент увольнения истца руководитель ООО «Термотек» отсутствовал на территории Калининградской области, соответственно не мог подписать акты о проведении служебного расследования и приказ об увольнении.

Полагает, что оснований для отстранения ФИО2 от работы не имелось, поскольку между работодателем и работником не было заключено соглашение о неразглашении коммерческой тайны, а также факт разглашения ею коммерческой тайны достоверными и бесспорными доказательствами не подтвержден.

Приводит доводы о том, что судом необоснованно отказано во взыскании компенсации морального вреда, несмотря на то, что работодателем признан факт невыплаты работнику заработной платы в полном объеме.

От ООО «Термотек» поступили письменные возражения на апелляционные жалобы, в которых ответчик, полагая решение суда законным и обоснованным, просит его оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 30 ноября 2022 года решение Полесского районного суда Калининградской области от 11 августа 2022 года отменено в части отказа во взыскании компенсации морального вреда, в указанной части вынесено новое решение, которым с ООО «Термотек» в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 1000 рублей. В остальной части решение суда оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции определения от 20 февраля 2023 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 30 ноября 2022 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель ФИО6 - ФИО5, представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Калининградской области, будучи надлежаще извещенными о месте и времени рассмотрения дела, не явились, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали, о наличии уважительных причин, препятствующих явке в судебное заседание, не сообщили. От Государственной инспекции труда в Калининградской области поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя. При таком положении суд апелляционной инстанции в соответствии с частью 3 статьи 167, частями 1, 2 статьи 327 ГПК РФ полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 327.1 ГПК РФ – исходя из доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО2 (в настоящее время ФИО6) Татьяны Владимировны о признании незаконными приказов о наложении дисциплинарных взысканий в виде выговоров от 24 февраля 2022 года, признании незаконным увольнения и приказа о прекращении трудового договора от 16 марта 2022 года; восстановлении истца на работе в ООО «Термотек» в должности бухгалтера, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, с вынесением в этой части нового решения об удовлетворении этих требований ФИО6

В силу положений статьи 195 ГПК РФ судебное решение должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении», решение суда является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.

Согласно пункту 3 вышеназванного Постановления Пленума Верховного суда РФ решение является обоснованным, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Постановленное судом решение в вышеуказанной части этим требованиям закона не соответствует и, в этой связи подлежит отмене.

Вместе с тем, в остальной части требования истца разрешены судом правильно, оснований для отмены или изменения решения в остальной части не имеется.

Частью второй статьи 21 ТК РФ установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.

Частью первой статьи 22 ТК РФ предусмотрено, что работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Частью 1 статьи 189 ТК РФ предусмотрено, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с частью 1 статьи 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

Порядок привлечения к дисциплинарной ответственности установлен статьей 193 ТК Российской Федерации.

По правилам статьи 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Данные нормативные положения в их взаимосвязи направлены на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания. В связи с этим предметом судебной проверки должно являться в том числе соблюдение работодателем установленного законом порядка наложения дисциплинарного взыскания.

При этом, в силу действующего законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: совершенное работником нарушение, явившееся поводом привлечения к дисциплинарной ответственности, в действительности имело место; работодателем были соблюдены требования, предусмотренные частями 3 и 4 статьи 193 ТК РФ.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Таким образом, дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работодатель может применить к работнику дисциплинарное взыскание только в случае совершения работником дисциплинарного проступка. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, выразившееся в нарушении требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п. При этом бремя доказывания совершения работником дисциплинарного проступка, явившегося поводом к привлечению его к дисциплинарной ответственности, лежит на работодателе.

Так, судом установлено и подтверждается материалами дела, что 08 декабря 2021 года между ФИО2 и ООО «Термотек» был заключен трудовой договор №, по условиям которого ФИО2 принимается на работу в ООО «Термотек» на должность бухгалтера с 08 декабря 2021 года. В соответствии с пунктом 1.2 названного трудового договора, работник обязуется выполнять все работы, обуславливаемые должностью, на которую он принимается, а также трудовыми обязанностями и конкретными заданиями (поручениями), устанавливаемыми работодателем и должностной инструкцией в случае ее наличия.

Пункт 2.1 трудового договора устанавливает работнику пятидневную сорокачасовую рабочую неделю. Рабочий день начинается в 8 часов утра, если в связи с производственной необходимостью не оговорен другой режим рабочего времени. Продолжительность перерыва определяется на усмотрение работодателя в пределах между 12 и 14 часами.

Согласно пункту 3.1 трудового договора, работнику выплачивается заработная плата в соответствии со штатным расписанием. На момент заключения договора состоящая из оклада в размере 16 400 рублей.

Разделом 5 трудового договора предусмотрена обязанность работника по обеспечению сохранности конфиденциальной информации, перечень которой содержится в пункте 5.2.

Прием истца на работу был оформлен приказом о приеме на работу № от той же даты. С содержанием приказа истец была ознакомлена, его экземпляр получила. Данные обстоятельства сторонами не оспариваются.

Также из материалов дела следует, что, несмотря на отсутствие её подписи об этом, истец в полном объеме была ознакомлена с действовавшими на предприятии локальными нормативными актами, в том числе с должностной инструкции бухгалтера, утвержденной 01 сентября 2021 года, с Положением об оплате труда, утвержденным приказом директора ООО от 10 ноября 2021 года, с Правилам внутреннего трудового распорядка, утвержденными приказом директора от 17 мая 2021 года №, с Положением о коммерческой тайне (конфиденциальной информации), утвержденным приказом директора от 01 июня 2021 года № Эти обстоятельства помимо объяснений представителей ответчика подтверждаются также актом от 14 декабря 2021года, а также показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО1, ФИО3, ФИО4.

Также судом установлено, что в ходе подготовки к сдаче отчетности в январе 2022 года и проверке подготовленных ФИО2 (ныне ФИО6) бухгалтерских документов директором по бухгалтерскому и налоговому учету ФИО1, являвшейся непосредственным руководителем истца, были выявлены многочисленные нарушения правил ведения бухгалтерского и налогового учета, правил архивирования документов, а также финансовой дисциплины. В частности, принимались к учету документы, не подписанные уполномоченными лицами, не подтверждающие факт оказания услуг и соответствующих затрат предприятия на их оплату, что повлекло бы необоснованное доначисление налога на прибыль и НДС, при оприходовании инвойсов по импорту неверно указывалась дата поступления товаров, что вследствие разницы курсов приводило к неверному определению стоимости сырья, электронные документы распечатывались и архивировались на черновиках, в папках с документами ООО «<данные изъяты>» архивировались документы, не относящиеся к деятельности данной организации и принадлежащие иным юридическим лицам, не проводилась проверка счетов на оплату на предмет наличия заложенности, сроков оплаты, не была проведена сверка взаиморасчетов, что нашло отражение в соответствующей докладной записке ФИО1.

В связи с выявленными ошибками и недостатками в работе истца, в целях их исправления и подготовки корректной бухгалтерской отчетности истцу временно был ограничен доступ к программе «1С – Бухгалтерия» и принято решение о выдаче ей служебных заданий, связанных с систематизацией первичных документов, подготовкой к передаче в архив.

Не соглашаясь с доводами истца о том, что такие действия работодателя подлежат квалификации, как незаконное отстранение от работы, неправомерное изменение ее трудовой функции, перевод на другую работу, суд первой инстанции правомерно указал на то, что в силу пункта 3.1.1 Должностной инструкции бухгалтера, осуществление указанных функций входит в должностные обязанности бухгалтера. Допрошенные судом свидетели ФИО3 и ФИО1 подтвердили, что другие бухгалтеры также выполняли аналогичные функции.

Приказов об отстранении истца от работы, о переводе её на другую работу ответчиком не издавалось.

Перемещение рабочего места истца в другой кабинет, которое, как следует из материалов дела, было обусловлено возникшими между истцом и другими сотрудниками общества конфликтами, а также производственной необходимостью, о переводе её на другую работу не свидетельствует. При этом, согласно представленным ответчиком объяснениям, а также видеозаписям, подлинность которых не оспаривалась ФИО6, истцу предоставлялись рабочие места, в кабинетах, расположенных в том же офисном здании, соответствующие необходимым требованиям, оборудованные персональным компьютером.

С учетом изложенного, требования ФИО6 о признании незаконными действий ответчика по отстранению от работы и изменению в одностороннем порядке трудовой функции истца, удовлетворению не подлежали.

Также судом установлено, что приказом руководителя общества от 09 февраля 2022 года ФИО6 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора. Основанием для издания данного приказа послужило отсутствие истца 04 февраля 2022 года на рабочем месте без уважительных причин 4 часа 10 минут. Данные обстоятельства подтверждаются актом об отсутствии на рабочем месте от 04 февраля 2022 года, протоколом заседания комиссии по результатам служебного расследования, созданной приказом от 04 февраля 2022 года №, записями с видеокамер, а также объяснительной запиской самой ФИО6 (на тот период ФИО2). Поскольку уход истца с работы носил самовольный характер, не был вызван разрешением обстоятельств, не терпящих отлагательства, не был обусловлен состоянием здоровья истца и иными уважительными причинами, у работодателя имелись законные основания для применения в отношении истца такой меры дисциплинарного взыскания, как объявление выговора. В оспариваемом приказе указано на конкретный дисциплинарный проступок, за который истец привлечена к дисциплинарной ответственности, а также на дату, время и обстоятельства его совершения. Также не было обусловлено такое отсутствие истца на работе нарушением работодателем её прав и охраняемых законом интересов. Более того, не обоснована истцом и необходимость столь длительного по времени отсутствия на работе (4 часа 10 минут) и в случае, если она ошибочно полагала свои права нарушенными работодателем.

Порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности работодателем был соблюден, по данному факту было проведено служебное расследование. Истцу было предложено дать объяснение по факту отсутствия на работе в письменной форме. И такое письменное объяснение от неё было получено и оценено комиссией и руководителем общества. Дисциплинарное взыскание наложено уполномоченным лицом, сроки привлечения работника к дисциплинарной ответственности не нарушены. При этом были учтены характер и тяжесть совершенного проступка, предшествующее поведение работника и другие заслуживающие внимания обстоятельства.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно не усмотрел законных оснований для признания незаконным и отмены указанного приказа от 09 февраля 2022 года.

Также материалами дела подтверждается, что истец 07 февраля 2022 года отсутствовала на рабочем месте без уважительных причин с 9:12 до 9:32, с 10:14 до 10:40, с 13:50 до 14:50, с 15:00 до 15:50, а также с 16:40 и до конца рабочего дня. Данные обстоятельства в полной мере подтверждаются имеющимися в деле и исследованными судом актами об отсутствии на рабочем месте от 07 февраля 2022 года, материалами служебного расследования, показаниями свидетелей ФИО8, ФИО9, записями с камер видеонаблюдения, а также письменными объяснениями самой ФИО6

Таким образом, поскольку уход истца с работы носил самовольный характер, не был обусловлен наличием каких-либо уважительных причин, объективно требовавших нахождение истца в вышеуказанное время в ином месте, у работодателя имелись законные основания для привлечения ФИО6 дисциплинарной ответственности в виде выговора. Порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности работодателем был соблюден, по данному факту было проведено служебное расследование. Истцу было предложено дать объяснение по факту отсутствия на работе в письменной форме. И такое письменное объяснение от неё было получено. При этом работодатель правомерно не признал отсутствие истца на работе в указанные в актах периоды, вызванным уважительными причинами. Дисциплинарное взыскание наложено уполномоченным лицом в предусмотренные законом сроки. В приказе указано на конкретный дисциплинарный проступок, указаны дата, время и обстоятельства его совершения. При этом работодателем в полной мере были учтены характер и тяжесть совершенного проступка, предшествующее поведение работника и другие заслуживающие внимания обстоятельства.

С учетом изложенного, не имелось у суда и оснований для признания незаконным и отмены приказа от 09 февраля 2022 года о привлечении ФИО6 к дисциплинарной ответственности в виде выговора за отсутствие на работе без уважительных причин 07 февраля 2022 года.

Правомерно отказал суд первой инстанции и в удовлетворении требований ФИО6 о признании незаконным и отмене приказа от 16 февраля 2022 года о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде замечания. Данным приказом истец была обоснованно привлечена к дисциплинарной ответственности за опоздание на работу на 57 минут и за самовольны уход с работы на период 20 минут, то есть за общий период отсутствия на работе без уважительных причин в течение 1 часа 17 минут. Данные обстоятельства подтверждаются актом об отсутствии на рабочем месте от 10 января 2022 года, служебными записками ФИО10 и ФИО1, их показаниями суду в качестве свидетелей, а также скриншотами с камер видеонаблюдения.

Процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности была соблюдена. ФИО6 была ознакомлена с приказом о проведении служебного расследования по данному факту, ей было предложено представить объяснения по данному факту в письменной форме, которые были ею представлены 15 февраля 2022 года. Данные объяснения были предметом проверки как комиссии по проведению служебной проверки по факту выявленных нарушений трудовой дисциплины со стороны ФИО6, так и работодателем при принятии решения о применении дисциплинарного взыскания и обоснованно признаны не свидетельствующими о наличии уважительных причин отсутствия на работе. Срок привлечения работника к дисциплинарной ответственности работодателем не нарушен.

Также из материалов дела следует, что 21 февраля 2022 года ФИО6 отсутствовала на рабочем месте в течение всего рабочего дня – с 8-00 часов до 17-00 часов. Данное обстоятельство подтверждается материалами дела, в том числе показаниями свидетелей и не оспаривается истцом.

При этом такое отсутствие на работе истец с работодателем не согласовывала, доказательств наличия уважительных причин, которые бы объективно препятствовали ей исполнять свои трудовые обязанности в указанную дату, не представила. Согласно её письменным объяснениям, в этот день она получала паспорт гражданина Российской Федерации в ОВД Полесского района Калининградской области. Между тем, такое самовольное, без согласования с работодателем, отсутствие ФИО6 в течение всего рабочего дня на работе, им было правомерно расценено в качестве дисциплинарного проступка, и в связи с его совершением ответчик правомерно привлек истца к дисциплинарной ответственности в виде замечания. Доказательств необходимости отсутствия на работе в течение всего рабочего дня, в том числе в случае необходимости получения гражданского паспорта, чего истец не лишена была осуществить и в нерабочие дни, в том числе в субботу, ФИО6 не было представлено и судам первой и апелляционной инстанций.

Процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности ответчиком была соблюдена, основания для наложения на неё дисциплинарного взыскания имелись. Факт отсутствия ФИО6 на рабочем месте был зафиксирован соответствующим актом. Работодателем был издан приказ о проведении по данному факту служебной проверки, с которым истец была ознакомлена, ей было предложено дать письменные объяснения о причинах отсутствия на рабочем месте. Такие объяснения истцом были даны и они были рассмотрены работодателем. Сроки привлечения к дисциплинарной ответственности работодателем не нарушены, характер и тяжесть совершенного проступка, предшествующее поведение работника были учтены.

Таким образом, правильными являются и выводы суда первой инстанции об отсутствии законных оснований для признания незаконным и отмене приказа о привлечении ФИО6 к дисциплинарной ответственности в виде замечания от 05 марта 2022 года.

Не имеется и законных оснований для признания незаконным и отмене приказа о привлечении ФИО6 к дисциплинарной ответственности в виде замечания приказом от 11 марта 2022 года.

Так из материалов дела следует что данным приказом ФИО6 была привлечена к дисциплинарной ответственности за отсутствие на рабочем месте без уважительных причин с 8-00 часов до 11-20 часов 24 февраля 2022 года.

Данное обстоятельство подтверждается актом об отсутствии на рабочем месте № от 24 февраля 2022 года, актом № комиссии по результатам проведенного расследования от 11 марта 2022 года, показаниями свидетелей и не оспаривалось самой ФИО6

Так, давая письменные объяснения по данному факту, ФИО6, указала, что отсутствовала на работе по причине обращения в банк по вопросу перевыпуска банковской карты и на втором судебном участке Ленинградского района г. Калининграда, где знакомилась с материалами гражданского дела. При этом она также сослалась на то, что уведомила о своем отсутствии на работе директора по бухгалтерскому учету ФИО1 путем направления соответствующего смс-сообщения.

Данные обстоятельства, работодателем правомерно не были признаны уважительными причинами отсутствия на рабочем месте, поскольку такое отсутствие с работодателем согласовано не было, носило самовольный характер и не было обусловлено какими-либо чрезвычайными фактами безотлагательно требовавшими нахождения истца вне пределов рабочего места в отсутствие на то согласия работодателя.

Представленная ФИО6 справка мирового судьи 2го судебного участка, о том, что истец находилась на участке в период с 09-45 часов до 10-20 часов, также, как и скриншот переписки с абонентом с номером №, таких выводов не опровергает. Указанная переписка не содержит указания на то, что истцу уполномоченным лицом разрешено отсутствовать на работе ввиду приведенных ею обстоятельств.

Процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности за данный дисциплинарный проступок работодателем соблюдена. По данному факту проведено служебное расследование, ФИО6 было предложено представить объяснение в письменной форме и такое объяснение от неё было получено и принято во внимание при установлении факта дисциплинарного проступка. Приказ о привлечении истца к дисциплинарной ответственности издан и подписан уполномоченным лицом, срок привлечения работника к дисциплинарной ответственности не пропущен. При наложении дисциплинарного взыскания учтены его характер и тяжесть, предшествующее поведение работника, иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Таким образом, оснований для признания недействительными и отмене приказов о привлечении ФИО6 к дисциплинарной ответственности от 09 февраля 2022 года (два приказа), от 16 февраля 2022 года, от 05 марта 2022 года, от 11 марта 2022 года, у суда первой инстанции не имелось и в этой связи суд первой инстанции правомерно отказал истцу в удовлетворении таких требований.

Принимая во внимание то обстоятельство, что ФИО6 неоднократно привлекалась к дисциплинарной ответственности и в феврале, и в марте 2022 года, отсутствовали у суда и законные основания для признания незаконными и отмене приказов от 16 марта 2022 года о неначислении истцу премий за указанные месяцы.

Данные приказы изданы в полном соответствии с действующими в ООО «Термотек» локальными нормативными актами, в частности Положением об оплате труда», Правилами внутреннего трудового распорядка и закону не противоречат.

Так, согласно вышеуказанным локальным нормативным актам ООО «Термотек», выплата премий и иных стимулирующих выплат, не входит в обязательную составляющую часть заработной платы и является одним из видов материального стимулирования работников. Премии и стимулирующие выплаты являются негарантированной частью заработной платы, выплата которой является правом, а не обязанностью работодателя. Премии уменьшаются или не выплачиваются полностью в случае наличия производственных упущений. В силу указанных нормативных актов, применение в отношении работника дисциплинарного взыскания является основанием для невыплаты ему премии.

Премия за январь начислена истцу также исходя из вышеназванных локальных нормативных актов – с учетом фактически отработанного за этот период времени и оснований для увеличения ее размера также не имеется.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы ФИО6 о незаконности приказов о привлечении её к дисциплинарной ответственности в виде выговоров от 24 февраля 2022 года и об увольнении от 16 марта 2022 года.

Так, в силу вышеприведенного правового регулирования применяемое к работнику дисциплинарное взыскание объявляется в приказе (распоряжении) работодателя с указанием мотивов его применения, конкретного дисциплинарного проступка, за совершение которого работник подвергается взысканию. В приказе о привлечения лица к дисциплинарной ответственности должны быть указаны конкретные факты, позволяющие определить дисциплинарный проступок, его объективную и субъективную сторону, время и место его совершения.

Однако оспариваемые ФИО6 приказы о применении дисциплинарных взысканий от 24 февраля 2022 года (два приказа) и об увольнении от 16 марта 2022 года не содержат указания на то, в чем конкретно заключалось допущенное работником нарушение, какие конкретно действия совершены, либо не совершены истцом, а также на дату и время совершения проступка, который работодатель расценил, как дисциплинарный проступок, влекущий применение тех или иных мер дисциплинарного взыскания.

Так, в одном из приказов об объявлении выговора от 24 февраля 2022 года указано «в связи с совершением бухгалтером ФИО2 дисциплинарного проступка (нарушены положения раздела трудового договора от 08 декабря 2021 года №), а именно: «5.1 Работник обязан обеспечить сохранность, не разглашать и не передавать третьим лицам сведения и документы, составляющие служебную, коммерческую техническую, технологическую или экономическую тайну Работодателя или его клиентов (заказчиков) как в течение срока действия настоящего договора, так и в течение трех лет после истечения срока или прекращения настоящего договора. Работник признает, что в случае нарушения принципа конфиденциальности работодатель или его клиент понесет значительные убытки, ответственность за которые будет возложена на работника и т.д.» и на основании предоставленного акта № от 24 апреля 2022 года о результатах проведенного служебного расследования, приказываю применить к бухгалтеру ФИО2 дисциплинарное взыскание в виде выговора».

Во втором приказе от той же даты работодателем указано: «в связи с совершением бухгалтером ФИО2 дисциплинарного проступка (нарушены положения п.п. 2.1 и 4.1 трудового договора от 08 декабря 2021 года №), п.3 должностной инструкции и п. 4 Правил внутреннего трудового распорядка применить к бухгалтеру ФИО2 дисциплинарное взыскание в виде выговора».

При этом в чем конкретно выразились дисциплинарные проступки, вмененные в вину истца, какие конкретно действия или бездействие были ею совершены (или не совершены) и когда, в приказах не указано.

Суд же, разрешая трудовой спор, не наделен полномочиями самостоятельно определять состав дисциплинарного проступка, который совершил либо не совершил истец, и незаконно подменять таким образом работодателя, в компетенцию которого входит такая оценка действий или бездействия работника, и только который в приказе об объявлении взыскания должен был указать на конкретные нарушения трудовой дисциплины со стороны ФИО6 а также на дату и время их совершения.

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством также принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

Обязанность же суда, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, проверить по правилам статей 67, 71 ГПК РФ достоверность представленных работодателем доказательств в подтверждение факта совершения работником конкретного дисциплинарного проступка, отраженного в соответствующем акте, изданном работодателем.

Таким образом, в отсутствие в тексте приказов обязательных для такого рода документов сведений о том, какой дисциплинарный проступок совершила истец, при неуказании обстоятельств совершения вменяемых ей проступков, а именно, даты, времени, места, их существа, у суда первой инстанции отсутствовали законные основания для самостоятельного определения за работодателя, того, в чем заключались эти дисциплинарные проступки, послужившие основанием для применения в отношении истца именно таких мер дисциплинарной ответственности, как выговоры.

И более того, признавая доказанным факт совершения истцом таких проступков, суд эти проступки также не установил и в решении не описал.

Так, разрешая требования ФИО6 по одному из приказов от 24 февраля 2022 года, суд указал лишь на то, что «служебное расследование начато на основании приказа от 20 января 2022 года, поскольку выявлены факты направления документов, являющихся конфиденциальными, с почты <адрес> на адрес электронной почты <адрес>, включая переписку с ООО «<данные изъяты>», сканированный акт выполненных работ ООО «<данные изъяты>», реестр документов указанной организации, а также нормы расходов на производство кухонных моек».

Описывая и оценивая второй оспариваемый ФИО6 приказ от той же даты, суд первой инстанции указал, что приказом от 24 февраля 2022 года ФИО2 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей, что отражено в акте комиссии по результатам служебного расследования от 24 февраля 2022 года, из которого следует, что основанием для проведения служебного расследования послужил соответствующий приказ и вышеуказанная служебная записка ФИО1 от 20 января 2021 года.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание, что ни в одном из двух, изданных работодателем не указано на конкретное нарушение со стороны работника, на дату, время и обстоятельства его совершения, отсутствует и объективная возможность для вывода о соблюдении со стороны работодателя порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности.

Таким образом, оспариваемые истцом приказы от 24 февраля 2022 года (на основании акта № от 24 апреля 2022 года и на основании акта комиссии по результатам проведенного служебного расследования от 24 апреля 2022 года) о привлечении ФИО2 (ныне ФИО6) Т.В. к дисциплинарной ответственности в виде выговора не могут быть признаны законными и подлежит отмене.

Соответственно оснований к отказу в удовлетворении таких требований ФИО6 у суда первой инстанции не имелось.

В этой связи решение суда в указанной части подлежит отмене с вынесением нового решения об удовлетворении таких требований истца.

Аналогичные нарушения положений действующего законодательства были допущены судом первой инстанции и при разрешении судом требований ФИО6 о признании незаконным её увольнения и приказа о прекращении трудового договора от 16 марта 2022 года.

В силу пункта 5 части 1 статьи 81 ТК РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания (пункт 33).

Как указано в пункте 34 названного Постановления, по делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: 1) совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; 2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания.

Как указано в определении выше, по смыслу закона в приказе об увольнении работника по данному основанию должно быть указано, в чем конкретно выразилось неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, которое явилось основанием для расторжения трудового договора, то есть тот новый факт дисциплинарного проступка, который был совершен работником уже после привлечения его к дисциплинарной ответственности.

Между тем, как следует из оспариваемого истцом приказа о прекращении трудового договора с ней № от 16 марта 2022 года, приказ содержит лишь текст следующего содержания: «Прекратить действие трудового договора от 08 декабря 2021 года №. Уволить ФИО2 (бухгалтер) за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, пункт 5 часть 1 статьи 81 ТК РФ», а также как на основание для издания данного приказа в нем имеется указание на акт № комиссии по результатам проведенного служебного расследования от 16 марта 2022 года.

Таким образом, данный приказ не содержит указания на то, какие конкретно нарушения трудовых обязанностей были допущены по вине ФИО6, которые непосредственно явились основанием для привлечения её к дисциплинарной ответственности, то есть в нем не указано конкретное событие, действие или бездействие, которое было или не было совершено ФИО2 (ныне ФИО6) Т.В., а также дата и время его совершения. Ссылки в приказе на акт, составленный по результатам служебной проверки №, о соответствии данного документа требованиям трудового законодательства в данной части, не свидетельствует.

Суд, как указано в определении выше, не наделен полномочиями самостоятельно определять такое нарушение за работодателя, к полномочиям которого законом отнесено разрешение данного вопроса, а также право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством исходя из степени тяжести проступка, обстоятельств, при которых он совершен, предшествующего поведения работника.

Также, учитывая, что в приказе не указано конкретное нарушение со стороны работника, на дату, время и обстоятельства его совершения, отсутствует и объективная возможность для вывода о соблюдении со стороны работодателя порядка привлечения истца к дисциплинарной ответственности.

Более того, в материалах дела отсутствуют бесспорные доказательства того, что до издания оспариваемого приказа от 16 марта 2022 года ФИО2 было предложено представить в письменной форме объяснения по каким-либо фактам, которые могли бы быть положены в основу указанного приказа, и что в течение установленного законом срока (два дня) от дачи таких объяснений ФИО2 отказалась, и что об этом был составлен соответствующий акт. Такие письменные объяснения работника в материалы дела не представлены, а те доказательства, на которые ссылается ответчик, представленные им в том числе и суду апелляционной инстанции, в частности, показания свидетелей относительно оригинала и копии акта от 16 марта 2022 года, такими бесспорными доказательствами служить не могут.

При таком положении, ссылки ответчика на доказанность обстоятельств и фактов, которые послужили основанием для привлечения ФИО2 (ныне ФИО6) Т.В. к дисциплинарной ответственности в виде увольнения приказом от 16 марта 2022 года, также как и аналогичные доводы в отношении привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде выговоров от 24 февраля 2022 года, в том числе с учетом дополнительно представленных суду письменных доказательств и показаний свидетелей ФИО1, ФИО15, ФИО16 об отсутствии законных оснований для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО6 о признании приказа о её увольнении незаконным, не свидетельствуют.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оснований к отказу в удовлетворении требований истца ФИО6 о признании незаконным и отмене приказа о её увольнении, а также вытекающих из него требований о восстановлении на работе, взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула, у суда первой инстанции не имелось. В этой связи решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении таких требований подлежи отмене с вынесением нового решения об их удовлетворении.

При определении размера среднего заработка за время вынужденного прогула, судебная коллегия полагает несостоятельными и не подтвержденными допустимыми доказательствами доводы истца о том, что при приеме на работу ей был установлен гарантированный размер заработной платы в размере 30 000 рублей.

Так, объяснения истца в этой части являются противоречивыми и непоследовательными. В частности, в ходе рассмотрения заявленного ею спора, она ссылалась на различные величины своего должностного оклада, 30000 рублей, 35000 рублей.

Между тем, согласно приказу о приеме на работу от 08 декабря 2021 года №, трудовому договору №, ФИО2 принималась на работу в ООО «Термотек» на должность бухгалтера с окладом в 16 400 руб.

Такой же размер должностного оклада бухгалтера был предусмотрен штатным расписанием ООО «Термотек», действовавшим в рассматриваемый период.

Таким образом, исходя из установленной истцу в ООО «Термотек» заработной платы, средний дневной заработок истца составил 1 303, 40 рублей и с учетом количества дней вынужденного прогула на день восстановления истца на работе причитающийся ей размер заработной платы за время вынужденного прогула (325 дней) с учетом положений статьи 139 ТК РФ, Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922, составляет 423 605 рублей. Эта сумма (за минусом предусмотренных законом налогов и удержаний) подлежит взысканию в пользу истца ФИО6

С учетом вышеизложенного, ошибочными являются и выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО6 о компенсации морального вреда, причиненного истцу нарушением её трудовых прав.

В силу положений части 1 статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Таким образом, принимая во внимание установление факта нарушения работодателем трудовых прав истца в связи с незаконным привлечением его к дисциплинарной ответственности в виде выговоров двумя приказами от 24 февраля 2022 года, незаконным увольнением и лишением возможности трудиться приказом от 16 марта 2022 года, а также неполной выплатой причитающихся при увольнении денежных средств, что было признано в ходе рассмотрения ответчиком, произведшим доплату суммы компенсации в размере 628,28 руб., что безусловно вызывало у истца нравственные переживания, оснований к отказу в удовлетворении таких требований у суда первой инстанции не имелось.

В этой связи решение суда в указанной части также подлежит отмене с вынесением нового решения об удовлетворении таких требований.

При этом определяя размер денежной компенсации морального вреда судебная коллегия учитывает характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, её индивидуальные особенности, степень вины работодателя, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, значимость для ФИО6 тех её трудовых прав и гарантий, которые были нарушены работодателем, в том числе права на труд, на защиту от необоснованных дисциплинарных взысканий, а также объем их нарушения, требования разумности и справедливости, и полагает необходимым установить его в размере 20 000 рублей.

Помимо этого, в соответствии с положениями статьи 103 ГПК РФ с ответчика ООО «Термотек» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в сумме 12 072 рубля.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Решение Полесского районного суда Калининградской области от 11 августа 2022 года отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО2 (в настоящее время ФИО6) Татьяны Владимировны о признании незаконными приказов о наложении дисциплинарных взысканий в виде выговоров от 24 февраля 2022 года, признании незаконным увольнения и приказа о прекращении трудового договора от 16 марта 2022 года; восстановлении ее на работе в ООО «Термотек» в должности бухгалтера, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда и вынести в отмененной части новое решение, которым эти требований ФИО6 удовлетворить. Признать незаконными и отменить приказы ООО «Термотек»: от 24 февраля 2022 года о привлечении ФИО2 (ныне ФИО6) Татьяны Владимировны ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, СНИЛС №) к дисциплинарной ответственности в виде выговора (на основании акта № от 24 апреля 2022 года) и от 24 февраля 2022 года о привлечении ФИО2 к дисциплинарной ответственности в виде выговора (на основании акта комиссии по результатам проведенного служебного расследования от 24 апреля 2022 года).

Признать незаконным увольнение ФИО2 (ныне ФИО6) Татьяны Владимировны с должности бухгалтера ООО «Термотек» по пункту 5 части 1 статьи 81 ТК РФ и приказ ООО «Термотек» от 16 марта 2022 года о прекращении действия трудового договора от 08 декабря 2021 года и об увольнении ФИО2 (ныне ФИО6) Татьяны Владимировны с должности бухгалтера ООО «Термотек» за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей на основании пункта 5 части 1 статьи 81 ТК РФ.

Восстановить ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженку <адрес>, СНИЛС №) в должности бухгалтера ООО «Термотек» с 17 марта 2022 года.

Взыскать с ООО «Термотек» в пользу ФИО6 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 17 марта 2022 года по 10 июля 2023 года в размере 423 605 рублей и компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей.

Взыскать с ООО «Термотек» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 12 072 рубля.

В остальной части то же решение суда оставить без изменения апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Определение судебной коллегии в части восстановления ФИО6 в должности бухгалтера ООО «Термотек» и взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула за три месяца в сумме 79 507, 40 рублей подлежит немедленному исполнению.

Мотивированное апелляционное определение составлено 17 июля 2023 года.

Председательствующий

Судьи