Судья: Киевская А.А. Дело № 2-328/2023

Докладчик: Белик Н.В. 33-8869/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Белик Н.В.

судей Мащенко Е.В., Рыбаковой Т.Г.

при секретаре Лымаренко О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 29 августа 2023 года гражданское дело по апелляционной жалобе ООО «НСК-Трейд» на решение Кировского районного суда г. Новосибирска от 26 апреля 2023 года по исковому заявлению ФИО1 к ООО «НСК-Трейд» о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, которым постановлено:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «НСК-Трейд» в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 2 279 402 руб., расходы по проведению оценки в размере 5 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 18 115,75 руб.

Взыскать с ООО «НСК-Трейд» в пользу ООО «Лаборатория Судебной Экспертизы» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 64 800 руб.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Белик Н.В., объяснения ООО «НСК-Трейд» - ФИО2,

судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 обратился в суд с уточненным в ходе судебного разбирательства иском к ООО «НСК-Трейд» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 2 079 402 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ в размере 118 383,48 руб., расходов по оплате экспертизы в размере 5 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в сумме 18 115,75 руб.

Свои требования истец обосновывал тем, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Вольво FN, государственный регистрационный знак № принадлежащего на праве собственности ФИО1, и автомобиля УАЗ Профи, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3, принадлежащего на праве собственности ООО «НСК-Трейд».

Виновным в дорожно-транспортном происшествии признан водитель ФИО3, управлявший автомобилем УАЗ Профи, государственный регистрационный знак №

Гражданская ответственность собственника автомобиля УАЗ Профи, государственный регистрационный знак № ООО «НСК-Трейд» на момент ДТП была застрахована в АО «АльфаСтрахование».

Страховщик признал дорожно-транспортное происшествие страховым случаем, и по страховому акту перечислил истцу страховое возмещение в размере 400 000 руб. Лимит ответственности страховщика был исчерпан.

Суммы, выплаченной страховой компании, оказалось недостаточно для проведения восстановительного ремонта автомобиля Вольво FN, государственный регистрационный знак <***>.

С целью установления суммы ущерба, истец обратился в ООО «НЭОС», в соответствии с заключением № эксперт пришел к выводу, что восстановительный ремонт экономически нецелесообразен, в связи с чем сумма причиненного ущерба определена исходя из рыночной стоимости автомобиля, определенной в сумме 3 232 300 руб. за минусом годных остатков в сумме 855 600 руб.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился с претензией к ответчику о доплате причиненного ущерба в сумме 1 976 700 руб. (3 232 300 руб. – 855 600 руб. – 400 000 руб.) Однако требования истца, изложенные в претензии, ответчиком не были удовлетворены.

Ссылаясь на ст.1064, 1072, 1079 Гражданского кодекса РФ, истец просил, с учетом уточнений иска, взыскать с ответчика возмещение вреда.

Судом постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласилось ООО «НСК-Трейд», в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции изменить, взыскать с ответчика в пользу истца ущерб в размере 1 030 376 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 351,88 руб.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что суд вышел за пределы исковых требований, взыскав возмещение ущерба в размере 2 279 402 руб., вместо заявленных истцом 2 079 402 руб. Считает, что то обстоятельство, что в заключении судебной экспертизы допущена опечатка указана рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП 3 060 000 руб. вместо 3 260 000 руб. не предоставляет суду права выйти за пределы исковых требований.

Также считает, что вывод о применении расчета судебной экспертизы о восстановительной стоимости с использованием новых деталей в размере 2 279 402 руб. противоречит требованиям ст. 1069, 1079, 1082, 15 ГК РФ, судом не применен абз. 3,4 п. 5.3. в Постановлении Конституционного суда РФ отДД.ММ.ГГГГ года№-П, п. 7.4. «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки «Методические рекомендации для судебных экспертов. М.: ФБУ РФ РСЦЭ при Минюсте России, 2018 года.

Полагает, что имеются основания для уменьшения взыскания ущерба до стоимости восстановительного ремонта с учетом износа автомобиля в размере 1 430 367 руб., что подтверждается заключением судебной экспертизы на странице 11, где сделан расчет износа частей автомобиля как в отношении запасных деталей имеющих постоянный нормальный износ и подлежащие регулярной своевременной замене, так и таких частей, в отношении которых износ не применен и экспертом сделан вывод о восстановительной стоимости автомобиля с учетом износа в размере 1 430 367 руб. Эксперт при этом расчете не учел износ деталей непосредственно влияющих на безопасность движения (рулевое управление и тормозная система) и к одноразовым деталям, относящихся к нулевым элементам; и применил износ на запасные части, не относящихся к нулевым элементам, т.е. к тем деталям, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене.

Считает, что истец ФИО1, восстанавливая автомобиль с использованием всех новых запасных частей, существенно и значительно увеличивает стоимость автомобиля и его улучшение с технической точки зрения, несмотря на то, что фактически материальный ущерб ему причинен в значительно меньшем размере, что является явно несправедливым. При этом вопрос об использовании фактически новых деталей значения не имеет.

С учетом выплаты ФИО4 страхового возмещения в размере 400 000 руб., считает, что ООО «НСК-Трейд» должно выплатить истцу 1 030 376 руб.

Также указывает на то, что согласно судебной экспертизе имеются детали годные к использованию, стоимость годных остатков составляет 580 598 руб., годные детали и их стоимость не учитывалась при расчете подлежащих восстановлению деталей с учетом износа, эти детали остаются у истца.

Вместе с тем, считает, что не подлежат взысканию расходы по составлению заключения № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 5 000 руб., поскольку расчет составлен не верно, что подтверждается заключением судебной экспертизы.

Проверив материалы дела в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 45 минут на 1332 км. + 700 м. автодороги Р-254 «Иртыш» произошло дорожно- транспортное происшествие с участием автомобиля Вольво, государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО1, и автомобиля УАЗ 236022 Профи, государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО3, который в результате ДТП погиб.

ДТП произошло в результате нарушения водителем автомобиля УАЗ 236022 Профи, государственный регистрационный знак №, п. 9.1 (1), п. 10.1 ПДД РФ.

Данные обстоятельства отражены в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д.12-14).

В возбуждении уголовного дела отказано по основанию, предусмотренного п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления, с указанием на то, что кроме него пострадавших в ДТП нет.

В результате ДТП автомобиль Вольво, государственный регистрационный знак №, принадлежащий на праве собственности истцу, получил механические повреждения в виде деформации передней облицовки транспортного средства, переднего бампера, левой блок-фары, левой противотуманной фары, левого колеса (диск, резина), лобового стекла, левого зеркала заднего вида, рамы автомобиля, кабины водителя, и иные скрытые повреждения.

Собственником автомобиля УАЗ 236022 Профи, государственный регистрационный знак № согласно свидетельству о регистрации права является ООО «НСК-Трейд» (л.д.18).

Виновником ДТП, как указано выше, признан водитель ФИО3, который состоял в трудовых отношениях с ООО «НСК-Трейд» на основании трудового договора.

О наличии трудовых отношений между ООО «НСК-Трейд» и ФИО3 указано в ходе судебного разбирательства представителем ответчика. Также это следует из объяснений жены ФИО3 – ФИО5, имеющихся в материалах уголовно-процессуальной проверки.

Доказательств тому, что автомобиль УАЗ 236022 Профи, государственный регистрационный знак № выбыл из обладания собственника ООО «НСК-Трейд» в результате противоправных действий ФИО3, не представлено.

На момент ДТП автогражданская ответственность ФИО6 и ООО «НСК-Трейд» была застрахована в АО «АльфаСтрахование».

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к третьему лицу с заявлением о прямом возмещении убытков.

По заданию страховщика был проведен осмотр транспортного средства, по результатам которого составлен соответствующий акт.

ДД.ММ.ГГГГ между АО «АльфаСтрахование» и ФИО1 заключено соглашение о выплате страхового возмещения по убытку, согласно которому стороны пришли к соглашению об общем размере денежной выплаты в размере 400 000 руб.

Истцу произведена выплата страхового возмещения в общей сумме 400 000 руб., что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.10)

Для определения размера ущерба истец обратился в ООО «Независимая экспертиза и оценка собственности». Согласно экспертному заключению №.05/22 от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 3 913 346 руб., с учетом износа – 2 243 458 руб., стоимость годных остатков составляет 855 600 руб., рыночная стоимость автомобиля без учета повреждений – 3 232 300 руб.

Также в заключении указано, что восстановление автомобиля экономически нецелесообразно, так как стоимость восстановительного ремонта без учета износа превышает рыночную стоимость автомобиля на момент ДТП.

В связи с тем, что выплаченной суммы страхового возмещения в размере 400 000 руб. оказалось недостаточно для восстановления автомобиля ДД.ММ.ГГГГ истец направил в адрес ООО «НСК-Трейд» претензионное письмо с требованием о произведении доплаты причиненного ущерба в результате ДТП, с учетом выплаты страхового возмещения, в размере 1 976 700 руб. (3 232 300 руб. – 855 600 руб. – 400 000 руб.).

Для определения размера стоимости восстановительного ремонта по ходатайству ответчика судом была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ООО «Лаборатория Судебной Экспертизы».

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ экспертом сделан вывод, что с технической точки зрения автомобиль Вольво, гос.рег.знак <***>, подлежит восстановлению, все необходимые элементы, детали и узлы имеются в продаже.

С экономической точки зрения стоимость восстановительного ремонта (3 635 087 руб.) превышает стоимость самого автомобиля на дату ДТП (3 060 000 руб.), и нецелесообразно.

Стоимость восстановительного ремонта (стоимость запасных частей, требующих восстановления, стоимость материалов, стоимость работ) без учета износа автомобиля на дату ДТП составляет 3 635 087 руб. и с учетом износа – 1 430 367 руб.

Рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП определена экспертом в размере 3 060 000 руб., стоимость годных остатков- 580 598 руб.

Установка запасных частей, бывших в употреблении, при проведении восстановительного ремонта автомобиля, взамен поврежденных в результате ДТП, деталей, бывших в употреблении для восстановления автомобиля до состояния до ДТП, согласно абз. 3 п. 7.4. части 2 экспертной методики «При расчетах расходов на восстановительный ремонт в целях возмещения причиненного ущерба применение в качестве запасных частей поддержанных составных частей с вторичного рынка не допускается».

Экспертом также представлены в суд пояснения по возникшим у представителя ответчика вопросам к заключению №7144 от 20.04.2023, из которых следует, что стоимость запасных частей, мелких деталей, работ и окраски взята по Новосибирской области, пробег взят из представленного акта осмотра, на восстановительную стоимость с учетом износа пробег 581 900 км. или 790 000 км. не повлияет, так как износ снижен до предельных 80% на основании методических рекомендаций. На стр. 13 экспертизы (л.д.153) в графе «рыночная стоимость ТС» цифрами написано «3 060 000 руб.», а словами «три миллиона двести шестьдесят тысяч руб.», таким образом, экспертом допущена описка, правильно необходимо считать рыночную стоимость – 3 260 000 руб.

Руководствуясь положениями ст. 15,1064 ГК РФ, п. 13 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 5 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. № 6-П, признав заключение судебной экспертизы ООО «Лаборатория Судебной экспертизы» как допустимое и достоверное доказательство, соответствующее требованиям ст. 86 ГПК РФ, суд первой инстанции, установив, что в результате дорожно-транспортного происшествия имеет место факт полной гибели автомобиля истца, соответственно, восстановительный ремонт автомобиля, принадлежащего истцу, является экономически нецелесообразным, пришёл к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет причиненного ущерба сумму в размере 2 279 402 руб.

Вместе с тем, на основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца судом взысканы расходы по проведению оценки в размере 5 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 115,75 руб. Также на основании ст. 85 ГПК РФ, суд первой инстанции взыскал с ООО «НСК-Трейд» в пользу ООО «Лаборатория Судебной Экспертизы» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 64 800 руб.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют требованиям закона, обстоятельствам дела и представленным сторонами доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования доказательств.

Согласно преамбуле Закона об ОСАГО данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших (п. 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30 июня 2021 г.).

Однако в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК РФ) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй ст. 3 Закона об ОСАГО).

При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным ст. 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 г. N 432-П (далее Единая методика).

Согласно п. 15 ст. 12 Закона об ОСАГО по общему правилу страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

Однако этой же нормой установлено исключение для легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации.

В силу п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 указанной статьи) в соответствии с пп. 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Также подп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Таким образом, в силу подп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме.

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.

В то же время п. 1 ст. 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в п. 63 постановления от 8 ноября 2022 г. N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" следует, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст. 1079, ст. 1083 ГК РФ).

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями гл. 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 г. N 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила гл. 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. N 6-П, Закон об ОСАГО, как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а, следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 г. N 1838-О по запросу Норильского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пп. 15, 15.1 и 16 ст. 12 Закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пп. 15, 15.1 и 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения ГК РФ о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (пп. 3 и 4 ст. 1, п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Однако, как следует из решения суда, судом не установлено каких-либо обстоятельств злоупотребления потерпевшим правом при получении страхового возмещения с учетом того, что реализация предусмотренного законом права на получение с согласия страховщика страхового возмещения в форме страховой выплаты сама по себе злоупотреблением правом признана быть не может.

При таких обстоятельствах истец вправе требовать от причинителя вреда возмещения разницы между рыночной стоимостью восстановительного ремонта и выплаченной суммой страхового возмещения, принимая во внимание, что при определении размера страховой выплаты в рамках договора ОСАГО является обязательной применение Единой методики, предусматривающей необходимость учета износа транспортного средства, вместе с тем, институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может применяться в случае возмещения ущерба причинителем вреда и подменить собой институт деликтных обязательств, приводя к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. N 31 разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, пункт 1 статьи 1083 ГК РФ).

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

Из пункта 64 названного постановления следует, что при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 ГК РФ суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемого по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения (пункт 65).

Заключение судебной экспертизы является одним из доказательств и подлежит оценке в совокупности и во взаимосвязи с другими доказательствами по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Оценивая заключение судебной экспертизы, судебная коллегия приходит к выводу, что эксперт при даче ответа на вопрос о возможности применения при ремонте транспортного средства деталей, бывших в употреблении, в экспертном заключении указал, что существование иного, более разумного и распространённого в обороте способа исправления повреждений КТС в рамках настоящего исследования может быть обусловлено применением в качестве заменяемых запасных частей, подержанных составных частей с вторичного рынка, т.е. бывших в употреблении. Эксперт по указанному вопросу приходит к выводу о наличии технической возможности восстановления автомобиля запчастями бывшими в употреблении, но при расчете их применние методически не допукскается, то стоимость восстановительного ремонта с применением деталей, бывших в употреблении, тождественна стоимости восстановительного ремонта с учётом износа, т.к. деталь с учетом износа по сути и есть деталь бывшая в употреблении. Решение вопроса об установлении реальных и достоверно подтверждённых расходов не входит в компетенцию эксперта- техника. Выводы эксперта связаны лишь с теоретической возможностью восстановления автомобиля запасными частями бывшими в употреблении, исходя из их наличия на рынке. Возможность восстановления автомобиля истца без использования новых запасных частей не подтверждена.

С учетом указанных обстоятельств, вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы заключения судебной экспертизы в части определения размера восстановительного ремонта объективно не подтверждают позицию стороны ответчика о более разумном и распространенном в обороте способе исправления повреждений транспортного средства в виде восстановительного ремонта транспортного средства с использованием бывших в употреблении деталей. Наличие данных деталей на рынке данным экспертным заключением не подтверждено, соответственно определение размера ущерба исходя из стоимости восстановительного ремонта, с учетом стоимости запасных частей бывших в употреблении, объективно не повлечет восстановление нарушенных прав истца на полное возмещение ущерба, учитывая, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов, необходимых для ремонта транспортного средства.

Как указал Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 10.03.2017 N 6-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан фио Б.Г. и других", замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Принимая во внимание приведенное толкование закона, судебная коллегия полагает необходимым исходить из того, что причиненный истцу ущерб должен возмещаться без учета износа транспортного средства.

В данном случае замена поврежденных в ДТП деталей автомобиля истца на новые не является неосновательным обогащением потерпевшего за счет причинителя вреда, поскольку такая замена направлена не на улучшение транспортного средства, а на восстановление его работоспособности, функциональных и эксплуатационных характеристик, которые отсутствовали бы при исключении данного ДТП.

В данном случае, ответчиком не доказано и из обстоятельств дела не следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества, не установлено каких-либо обстоятельств злоупотребления потерпевшим правом при получении страхового возмещения с учетом того, что реализация предусмотренного законом права на получение с согласия страховщика страхового возмещения в форме страховой выплаты сама по себе злоупотреблением правом признана быть не может.

Кроме того, стороной ответчика не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что приобретение запасных частей на вторичном рынке, которые подлежат замене, соответствует Техническому регламенту Таможенного союза "О безопасности колесных транспортных средств", утвержденного Решением Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 N 877 (приложение N 7).

А сама по себе предполагаемая возможность восстановления транспортного средства истца, при использовании бывших в употреблении деталей, не может являться основанием для определения размера ущерба в рамках спорных правоотношений, в виде стоимости восстановительного ремонта с применением контрактных запасных частей и бывших в употреблении.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля на момент ДТП без учета износа составляет 3 635 087 руб., что превышает рыночную стоимость автомобиля 3 260 000 руб., суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в результате дорожно-транспортного происшествия имеет место факт полной гибели автомобиля истца, соответственно, восстановительный ремонт автомобиля, принадлежащего истцу, является экономически нецелесообразным, взыскав с ответчика в пользу истца в счет ущерба, причиненный истцу в результате ДТП, - 2 279 402 руб. (3 260 000 руб. (рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП) – 580 598 руб. (стоимость годных остатков) – 400 000 руб. (сумма, выплаченная истцу страховой компанией)).

Установив, что стоимость ремонта автомобиля истца превышает стоимость автомобиля в доаварийном состоянии, суд апелляционной инстанции обоснованно признал его полную гибель и при расчете подлежащего возмещению истцу ущерба вычел стоимость годных остатков, которые остались у истца, из доаварийной стоимости автомобиля, а также суммы выплаченного страхового возмещения, поскольку иное привело бы к образованию на его стороне неосновательного обогащения.

Доводы апелляционной жалобы о том, что годные детали остаются у истца не опровергают выводов суда первой инстанции, требований о необходимости передачи годных детей ответчиком заявлено не было.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд вышел за пределы исковых требований, взыскав возмещение ущерба в размере 2 279 402 руб., вместо заявленных истцом 2 079 402 руб., подлежат отклонению, поскольку из заявления об уточнении исковых требований следует, что истец уточняет исковые требования на основании заключения судебной экспертизы, и просить взыскать стоимость ущерба, складывающейся из разницы рыночной стоимости транспортного средства и годных остатков с ранее выплаченной суммой страхового возмещения.

В исследовательской части заключения из расчетов следует, что рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП составляет 3 260 000 руб. Истцом указана сумма ущерба в размере 2 079 402 руб., поскольку экспертом допущена описка при составлении заключения, о чем экспертом указано в пояснениях к экспертному заключению.

С учетом изложенного судом первой инстанции при расчете обоснованно принята рыночная стоимость автомобиля, определенная экспертом в размере 3 260 000 руб., в данном случае судом соблюдены правила ст. 196 ГПК РФ, поскольку экспертом допущена описка при составлении заключения, о чем им указано в пояснениях к экспертному заключению, в исследовательской части заключения из расчетов следует, что рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП составляет 3 260 000 руб. Истец, уточняя свои исковые требования, исходил из заключения эксперта, которое принято судом и положено в основу решения с учетом допущенной экспертом технической описки.

Доводы жалобы о том, что расходы на проведение оценки (досудебное исследование) не подлежат взысканию, так как досудебное исследование опровергнуто выводами судебной экспертизой, признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. К числу таких расходов могут быть отнесены и расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска.

Таким образом, расходы, понесенные истцом в связи со сбором доказательств до предъявления искового заявления в суд, являются необходимыми для реализации права на обращение в суд и определения цены иска. Кроме того, повреждения, установленные заключением № 011.05/22 от 20.04.2022, были подтверждены заключением судебной экспертизы.

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат юридически значимых по делу обстоятельств, не учтенных судом первой инстанции, на законность выводов суда первой инстанции не влияют, о существенном нарушении судом норм материального и процессуального права не свидетельствуют, в силу чего данные доводы основаниями для отмены правильного по существу судебного решения явиться не могут.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает, что суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, решение суда является законным, поскольку вынесено в соответствии с нормами материального и процессуального права, которые подлежат применению к данным правоотношениям, в решении отражены имеющие значение для данного дела факты, подтвержденные проверенными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене по доводам апелляционной жалобы не усматривается.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Решение Кировского районного суда г. Новосибирска от 26 апреля 2023 года в пределах доводов апелляционной жалобы оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «НСК-Трейд» – без удовлетворения.

Председательствующий:/подпись/

Судьи:/подписи/

« копия верна»

Судья