ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело № 33-13016/2023, № 2 -2071/2023

18 июля 2023 г. г. Уфа

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Фахрисламовой Г.З.,

судей Алексеенко О.В.,

ФИО1,

при секретаре Кугубаевой К.В.,

с участием прокурора Сафина И.Ф.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Управлению земельных и имущественных отношений Администрации городского округа г. Уфа Республики Башкортостан о восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО2, апелляционному представлению прокурора Советского района г. Уфы на решение Советского районного суда г. Уфы от 14 апреля 2023 г.

Заслушав доклад судьи Фахрисламовой Г.З., судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Управлению земельных и имущественных отношений Администрации городского округа г. Уфа о восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование исковых требований на то, что она с 14 мая 2013 г. работала в качестве эксперта группы по землеустройству и мониторингу земель Службы технического обеспечения, приказом заместителя начальника Управления уволена с работы 29 декабря 2022 г. по инициативе работника, п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ. 28 декабря 2022 г. истец была вынуждена написать заявление об увольнении по собственному желанию, поскольку заместитель начальника УЗИО г. Уфы, ФИО3 стал психологически давить на неё, грозился уволить по статье. Уволили её и её начальника ФИО4, потому что работодатель проиграл процесс застройщику. Никаких претензий к выполняемой ею работе не предъявлялись. Считает, что подобные действия работодателя нарушают действующее законодательство, а также её законные права и интересы.

Истец просила восстановить ее на работе, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. и расходы на оплату юридических услуг в размере 28 140 руб.

Решением Советского районного суда г. Уфы от 14 апреля 2023 г. в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, указывая на то, что суд ограничился формальным указанием на недоказанность истцом факта принуждения к написанию заявления об увольнении, ее доводы об отсутствии добровольного волеизъявления на увольнение оставлены без внимания. Так сразу после написания заявления об увольнении по собственному желанию истец пыталась забрать его, однако ей было отказано. В заявлении об увольнении по собственному желанию она допустила ошибку в дате, указала 28 декабря 2023 г., по причине того, что заявление написала под принуждением, находясь в душевном смятении. После увольнения, в связи со сложившейся ситуацией, оказанным на нее психологическим давлением, из-за психологического напряжения и нервных переживаний, пережитого стресса истце пробыла длительное время (практически месяц) на больничном. При первой же возможности, как только позволило состояние здоровья, истцом направлена претензия в адрес работодателя, она надеялась на мирное досудебное урегулирование спора. Истец не имела намерения увольняться. Ее зарплата составляла не менее 35 000 рублей в месяц, на момент трудовых отношений истец являлась пенсионером с прибавкой к пенсии около 12 324 рублей, после увольнения она может проживать лишь на одну пенсию, на которую не может прожить, кроме того, у нее имеются кредитные обязательства. Супруг скончался, поступить на иждивение к кому-либо нет возможности, и обеспечивать свои жизненные потребности без работы истец не может. Не учтены действия работодателя, который произвел ее увольнение фактически сразу же, что говорит о подготовленности действий, и произвел замещение вакансии работником по совместительству из другого отдела УЗИО. Суд необоснованно не вызвал на допрос в качестве свидетелей ФИО3., ФИО4, которые могли бы пояснить о факте увольнения истца под принуждением.

В апелляционном представлении прокурор просит отменить решение суда по мотивам незаконности и необоснованности, ссылаясь на недобровольный характер увольнения работника по собственной инициативе.

Выслушав ФИО2, поддержавшую апелляционную жалобу, представителя Управления земельных и имущественных отношений Администрации городского округа г. Уфа ФИО5, согласившегося с решением суда, заслушав заключение прокурора, поддержавшего апелляционное представление, полагавшего решение суда подлежащим отмене, исковые требования ФИО2 - удовлетворению, проверив материалы дела, решение суда в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Решение суда должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Обжалуемое решение суда указанным требованиям не соответствует.

Судом первой инстанции установлено, что на основании трудового договора №... от 14 мая 2013 г. ФИО2 состояла в трудовых отношениях с УЗИО г. Уфы, где работала в должности эксперта группы по землеустройству и мониторингу земель Службы технического обеспечения.

28 декабря 2022 г. ФИО2 собственноручно написала на имя исполняющего обязанности начальника УЗИО г. Уфы ФИО6 заявление об увольнении по собственному желанию с 29 декабря 2022 г., на основании которого приказом за № 666- л/с от 29 декабря 2022 г. она уволена с работы по инициативе работника, по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Трудовая книжка с записью об увольнении по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации была выдана ФИО2 в день увольнения, 29 декабря 2022 г. В суд с настоящим иском истец обратилась 13 марта 2023 г.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что доводы ФИО2 об оказании давления на неё со стороны работодателя и вынужденном характере оформления заявления об увольнении, достоверными и достаточными доказательствами не подтверждены. ФИО3 не мог понуждать ФИО7 к увольнению, поскольку он, не обладая правом увольнения, не является работодателем для ФИО7 А компетентное лицо, и.о. начальника УЗИО г. Уфы ФИО6, который с 21 декабря 2022 г., обладал правом увольнения и являлся работодателем, не вынуждал ФИО7 подать заявление об увольнении по собственному желанию, что подтвердил в судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля ФИО6 и признаётся истцом. Голословным является и утверждение истца о желании забрать в тот же день, 28 декабря 2022 г., свое заявление об увольнении, что опровергается показаниями свидетеля ФИО8 - эксперта 1-ой категории группы по учету кадров УЗИО г.Уфы.

Доводы истца о том, что написание заявления об увольнении по собственному желанию вызвано страхом увольнения по статье (со скандалом), суд отклонил, со ссылкой на то, что избранный истцом способ защиты в виде увольнения по собственному желанию с целью избежать увольнения по порочащим основаниям не свидетельствует об отсутствии волеизъявления на прекращение трудового договора и даже, если работодатель заявлял о возможности увольнения по отрицательным мотивам, то данное обстоятельство нельзя расценивать как давление на работника с целью написания им заявления об увольнении.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции указал, что подача истцом заявления об увольнении являлась добровольным её волеизъявлением, без понуждения к тому со стороны работодателя. Кроме того, истцом без уважительных причин пропущен срок обращения в суд с настоящим иском.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия не соглашается.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подп. "а" п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, предусматривает, в том числе, возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Суд обосновал свои выводы о добровольном и осознанном характере увольнения истца по собственному желанию показаниями свидетелей ФИО6, ФИО8, которые, с их слов, не были свидетелями конфликта истца с заместителем начальника ФИО3, в непосредственном подчинении которого находилась истец.

Вместе с тем, суд не установил, выяснял ли работодатель мотивы ФИО2 на увольнение по собственной инициативе с 29 декабря 2022 года. Как следует из пояснений свидетеля ФИО6, он просто завизировал заявление об увольнении. Таким образом, работодатель не выяснил причины увольнения работника, заявившего просьбу об увольнении со следующего дня, без предупреждения об увольнении за две недели в соответствии с требованиями ч.1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, а также добровольный и осознанный характер волеизъявления работника, не разъяснил работнику последствия написания заявления об увольнении и право отозвать заявление в течение двух недель.

При таких обстоятельствах судом были необоснованно отклонены доводы истца о том, что она намерения увольняться не имела, ей необходим был заработок, так как размер получаемой пенсии при наличии кредитных обязательств не удовлетворяет ее жизненные потребности, после смерти супруга она не имеет материальной поддержки. Кроме того, в случае увольнения с 29 декабря, она теряет в выплатах, в связи с чем просила в таком случае предоставить ей материальную помощь в связи со смертью супруга. Нахождение на листке нетрудоспособности истец пояснила стрессовой ситуацией, возникшей на фоне оказанного психологического давления и увольнения.

С доводами суда о добровольном выборе истцом способа защиты в виде увольнения по собственному желанию с целью избежать увольнения по порочащим основаниям согласиться нельзя. Каких-либо данных о совершении истцом виновного нарушения трудовых обязанностей, которые могли привести к увольнению по инициативе работодателя, в деле не имеется.

Указанные обстоятельства не позволяют сделать вывод о том, что ФИО2 имела намерение уволиться по собственному желанию и подача заявления об увольнении являлась добровольным и осознанным ее волеизъявлением.

Данных о том, что на ее место был приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с законом не может быть отказано в заключении трудового договора, суду не представлено, ответчик на данные обстоятельства в ходе рассмотрения дела не ссылался.

В связи с изложенным решение суда об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 не может быть признано законным и обоснованным, оно подлежит отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении исковых требований ФИО2 о восстановлении на работе.

Согласно ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению.

При этом одновременно принимается решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула (ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса РФ).

Период вынужденного прогула у ФИО2 с 30 декабря 2020 г. по 18 июля 2023 г. включительно, всего 129 рабочих дней согласно производственному календарю в Республике Башкортостан.

Согласно расчету ответчика, с которым согласилась истец, ее среднедневной заработок за период с декабря 2021 г. по ноябрь 2022 г. составляет 1 311,51 руб.

Тогда заработная плата за время вынужденного прогула с 30 декабря 2020 г. по 18 июля 2023 г. составит 169 184,79 руб. из расчета: 129 дней х 1 311,51 руб. = 169 184,79 руб.

В силу ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения суд может по требованию работника вынести решение о возмещении работнику денежной компенсации морального вреда причиненными ему незаконными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Определяя размер возмещения компенсации морального вреда, судебная коллегия исходит из обстоятельств дела, характера и степени нравственных страданий, причиненных истцу незаконным увольнением. С учетом фактических обстоятельств дела, степени вины ответчика, а также руководствуясь принципами разумности и справедливости, судебная коллегия считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу истца, в сумме 15 000 руб.

С доводами суда первой инстанции о пропуске истцом без уважительных причин срока обращения в суд согласиться нельзя.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Исходя из требований части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении.

Из данных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями статей 2, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Из материалов дела следует, что ФИО2 уволена с работы 29 декабря 2022 г., трудовая книжка с записью увольнения по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации выдана ей под роспись в тот же день. Следовательно, срок обращения в суд истекал 29 января 2023 г.

Материалами дела подтверждено, что в период времен с 10 января 2023 г. по 30 января 2023 г. ФИО2 находилась на листке нетрудоспособности. В феврале истец обратилась к работодателю и в Государственную инспекцию труда Республики Башкортостан по вопросу нарушения ее трудовых прав, правомерно ожидая, что ее трудовые права могут быть восстановлены во внесудебном порядке с учетом нормативных положений о способах защиты гражданских прав и свобод, государственном надзоре за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что пропуск истцом срока обращения в суд был связан с уважительными причинами и подлежит восстановлению.

В силу ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

На основании п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В связи с незаконным увольнением, находясь в болезненном состоянии и в условиях ограниченного срока, установленного для восстановления нарушенных прав в судебном порядке, ФИО2 вынуждена была обратиться в ООО «Юридический центр правовой поддержки населения» и понесла расходы на юридические услуги в размере 28 140 руб., что подтверждается Договором на оказание юридических услуг № 5/371 от 20 января 2023 года, актами приема-сдачи оказанных услуг, квитанциями на общую сумму 28 140 руб.

С учетом положений ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание удовлетворение исковых требований ФИО2, судебная коллегия полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца фактически понесенные расходы на оплату юридических услуг в сумме 28 140 руб., что находится в пределах разумности и отвечает целям полного восстановления нарушенных прав работника.

С учетом изложенного решение суда от 14 апреля 2023 г. подлежит отмене, с принятием по делу нового решения о восстановлении ФИО2 на прежней работе с 30 декабря 2022 г., взыскании с Управления земельных и имущественных отношений администрации городского округа город Уфа в пользу ФИО2 заработной платы за время вынужденного прогула в размере 169 184,79 руб., компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, расходов на оплату юридических услуг в размере 28 140 руб.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Уфы от 14 апреля 2023 г. отменить.

Принять по делу новое решение.

Восстановить Хылпус ФИО15 на работе в Управлении земельных и имущественных отношений администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан на должности эксперта группы по землеустройству и мониторингу земель Службы технического обеспечения с 30 декабря 2022 г.

Взыскать с Управления земельных и имущественных отношений администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан в пользу Хылпус ФИО16 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 169 184,79 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 28 140 руб.

Председательствующий: Г.З. Фахрисламова

Судьи: О.В. Алексеенко

ФИО1

Справка: судья Власюк С.Я.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 20.07.2023 г.