ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Судья Петухова О.Н. УИД: 18RS0004-01-2020-004676-23

Апел. производство: №33-1622/2023

1-я инстанция: №2-100/2022

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

31 июля 2023 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Сундукова А.Ю.,

судей Хохлова И.Н., Шаклеина А.В.,

при секретаре судебного заседания Климовой В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Д.Е.В., Д.В.Г., У.С.В. на решение Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 23 ноября 2022 года по иску прокурора Удмуртской Республики, действующего в интересах Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Росимущества по Удмуртской Республике и Кировской области к Д.Е.В. об обращении имущества в доход Российской Федерации, а также заявлению третьего лица с самостоятельными требованиями У.С.В. к Д.Е.В. о передаче недвижимого имущества, государственной регистрации перехода права собственности.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Шаклеина А.В., объяснения представителя ответчика Д.Е.В. -Г.К.В., действующего на основании доверенности, подержавшего доводы её апелляционной жалобы, представителя третьего лица У.С.В. - Т.А.В., действующего на основании доверенности, поддержавшего доводы его апелляционной жалобы, объяснения представителя истца прокурора УР – старшего прокурора отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции советника юстиции Г.Л.В., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Прокурор Удмуртской Республики, действуя в интересах Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Росимущества по Удмуртской Республике и Кировской области (истец), обратился в суд с указанным иском.

Требования обоснованы тем, что прокуратурой Удмуртской Республики проведена проверка соблюдения требований Федерального закона от 24 декабря 2008 года N 237-ФЗ "О противодействии коррупции" и Федерального закона от 3 декабря 2012 года N 230-ФЗ "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам" в отношении бывшего помощника мирового судьи Д.Е.В.

Проведенными контрольными мероприятиями за расходами Д.Е.В., её супруга, несовершеннолетнего ребенка, установлено, что Д.Е.В. замещала должность помощника мирового судьи судебного участка №7 Первомайского района г. Ижевска с 09 июля 2014 года по 22 июня 2020 года. Указанная должность включена в Перечень должностей государственной гражданской службы Удмуртской Республики, при замещении которых государственные гражданские служащие Удмуртской Республики обязаны представлять сведения о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.

27 апреля 2016 года Д.Е.В. в сектор кадров Управления по обеспечению деятельности мировых судей Удмуртской Республики представлена справка о доходах за 2015 год. В разделе 2 справки представлены сведения о расходах на приобретение квартиры по адресу: <адрес> общей стоимостью 5 500 000 руб. Источниками получения средств, за счет которых приобретена квартира, указаны: доход служащей по основному месту работы в 2010-2014 в сумме 1 245 076 руб. 32 коп., доход супруга Д.В.Г. за 2013-2015 в сумме 320 223 руб. 33 коп., денежные средства, подаренные родителями И.Г.В., И.В.Н. в сумме 4 500 000 руб.

По утверждению истца, доходы супругов за 2010-2015 составили 288 742 руб. 65 коп., с учетом приобретенного в указанный период автомобиля Форд Куга стоимостью 1 276 557 руб. (1 565 299, 65 - 1 276 557= 288 742, 65 руб.). Возможность накопления родителями Д.Е.В.- И.Г.В. и И.В.Н. денежных средств в размере 4 500 000 руб., в том числе, от продажи находящихся в их собственности движимого и недвижимого имущества не нашла подтверждения. Соответственно не нашла подтверждения возможность предоставления в дар ответчику от её матери И.Г.В. денежных средств на приобретение квартиры. И-выми в период с 2012 по 2014 совершены сделки по продаже объектов недвижимости и транспортных средств на сумму 4 800 000 руб., на покупку движимого и недвижимого имущества на сумму 5 320 900 руб. Согласно сведениям Управления ФНС по Удмуртской Республике и Управления ПФР в г. Сарапуле общий размер зарплаты и пенсии супругов И-вых за анализируемый период времени составил 2 623 624 руб. 53 коп. Таким образом, возможные накопления И-вых, без учета затрат на проживание, оплату коммунальных услуг и иные расходов, могут составить лишь 2 102 724 руб. 53 коп.

В ходе осуществления контроля за расходами Д.В.Г. им даны пояснения, что денежные средства в размере 3 500 000 руб. переданы им родителям супруги ФИО1 для передачи в дар Д.Е.В., представлены выписки по банковским счетам, открытым на его имя, а также платежные поручения ООО «Легион-Строй», в котором он является директором и учредителем, договоры займа от 04 октября 2013 года на сумму 300 000 руб., от 12 января 2015 года на сумму 1 500 000 руб., заключенные им с ООО «ТД «Партнер-Сервис», договор цессии от 29 мая 2015 года между ООО «Легион-Строй» и ООО «ТД «Партнер-Сервис» об уступке прав на сумму 712 000 руб., договор цессии от 29 мая 2015 года между ООО «Легион-Строй» и К.Д.В. на уступку прав требования на сумму 370 000 руб., а также расписка о возврате 370 000 руб.

Вместе с тем, как полагает истец, анализ представленных сведений не подтверждает наличие у Д.В.Г. дохода в размере 3 500 000 руб., поскольку согласно справке о доходах физического лица формы №2-НДФЛ Д.В.Г. в 2013 году в ООО «Легион-Строй» получено 90 000 руб., в 2014 году в ООО «Новый город» 108 000 руб., в ООО «Легион-Строй» 120 000 руб., сведения о получении дохода в 2012 году в налоговых органах отсутствуют. Согласно базе данных налоговых органов, выписок о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «Легион-Строй», ООО «ТД «Партнер-Сервис» за период с 01.10.2014 по 31.12.2015, 16.10.2014 от Д.В.Г. в ООО «Легион-Строй» поступило 800 000 руб., иные денежные средства в данные общества не поступали и их возврат по представленным Д.В.Г. договорам не производился. Кроме того, согласно справке о доходах физического лица формы №2- НДФЛ К.Д.В. в 2012 году получил доход в сумме 120 000 руб., 2013 году 126 666 руб. 67 коп. (ООО «Легион-Строй», ООО «ТД «Партнер-Сервис»), в 2014 году 240 000 руб. (ООО «Легион-Строй», ООО «ТД «Партер-Сервис»), в 2015 году - 133 448 руб. 8 коп. Исходя из доходов К.Д.В., он не имел реальной возможности вернуть Д.В.Е. 370 000 руб.

В качестве источника приобретения квартиры Д.В.Г. представлены также копии расписок от У.С.В. от 14 июня 2012 года о получении денежных средств на сумму 1 000 000 руб. и от 04 сентября 2013 года на сумму 3 500 000 руб. Установлено, что указанные денежные средства предоставлялись Д.В.Г. в займы для ведения бизнеса, а не для приобретения квартиры, заемные средства предоставлены ранее приобретения спорной квартиры. Цели получения займа на ведение предпринимательской деятельности Д.В.Г. и У.С.В. не опровергаются. Доказательств успешной предпринимательской деятельности Д.В.Г., в результате которой приобретена зарегистрированная на его супругу квартира, а также договор дарения им денежных средств И.Г.В. в сумме 3 500 000 руб. не представлены.

В соответствии с формой справки о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, утвержденной Указом Президента РФ от 23.06.2014 №460, подп. 15 п. 45, п. 120 Методических рекомендаций по вопросам представления сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера и заполнения соответствующей формы справки в 2016 году (за отчетный 2015 год)" (утв. Минтрудом России), денежные средства, полученные в порядке дарения указываются в строке 6 иные доходы» разделе 1 «сведения о доходах» справки; в подразделе 6.2. указываются имеющиеся на отчетную дату срочное обязательство финансового характера на сумму, равную или превышающую 500 000 рублей, кредитором или должником по которым является служащий (работник), его супруга (супруг), несовершеннолетний ребенок.

Д.Е.В. в справке о доходах за 2015 год полученные в порядке дарения денежные средства от родителей (4 500 000 руб.) либо от супруга (3 500 000 руб.) в разделе 1 «сведения о доходах» справках о своих доходах и доходах супруга за 2014-2015 гг., а также имеющихся у Д.В.Г. финансовые обязательства в подразделе 6.2. справок не указаны.

Таким образом, по мнению истца, общий доход Д (288 742, 65) и И (2 102 724, 53) за период с 2012 года по июнь 2015 года составляет не более 2 391 467 руб. 18 коп. Д.Е.В. и членами ее семьи в 2015 году совершена сделка по приобретению имущества стоимостью 5 500 000 руб., значительно превышающей общий доход семей за три последних года, предшествующих отчетному периоду.

Легальность происхождения денежных средств на приобретение спорной квартиры в сумме 3 108 532 руб. 82 коп. (5 500 000 руб. (стоимость квартиры) - 2 391 467 руб. 18 коп. (доход Д и И), служащей не подтверждена.

Ссылаясь на перечисленные обстоятельства, а также п.п.8 п.2 ст.235 ГК РФ и ст.17 Федерального закон №230-ФЗ "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", истец просил обратить в доход Российской Федерации в лице Межрегионального территориального Управления Росимущества по Удмуртской Республике и Кировской области квартиры по адресу: <адрес>, принадлежащие Д.Е.В. по договору купли-продажи от 15 июля 2015 года, образованные в результате перепланировки спорной квартиры №

Определением суда от 10 июня 2021 года к участию по делу в качестве третьего лица судом привлечен У.С.В.

При рассмотрении настоящего дела третьим лицом У.С.В. заявлены самостоятельные требования (том 2, л.д.207-209) об обязании ответчика Д.Е.В. передать ему на основании соглашения от 26 октября 2020 года спорные квартиры № и № в <адрес> по <адрес> и вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности на указанные жилые помещения к У.С.В.

В обоснование требований указал, что 14 июня 2012 года и 04 сентября 2013 года он передал Д.В.Г. на условиях возвратности 1 000 000 и 3 500 000 руб. соответственно, получение денежных средств подтверждается расписками. 26 октября 2020 года стороны пришли к соглашению, что ответчик и третье лицо Д.В.Г. имеют перед У.С.В. невыполненное обязательство в сумме 4 500 000 руб. Этим же соглашением ответчик и третье лицо обязались вместо возврата суммы займа передать в собственность У.С.В. спорные квартиры. В соответствии с п.4 соглашения ответчик и третье лицо обязались в срок до 15 января 2021 года совершить все необходимые действия для регистрации перехода права собственности на передаваемые объекты недвижимости, в том числе передать имущество, однако ответчик имущество не передал, государственная регистрация перехода права собственности не осуществлена, что явилось основанием для заявления в суде таких требований.

В суде первой инстанции представитель истца - старший прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции Г.Л.В. исковые требования поддержала.

Представитель ответчика Д.Е.В. – Г.К.В., действующий на основании доверенности, просил в удовлетворении иска прокурора отказать, ссылаясь на то, что стороной ответчика в суд представлены все доказательства происхождения денежных средств, представлены достоверные сведения перечисления денежных средств. Пояснил, что был взят займ для покупки квартиры, а также использованы личные накопления родителей ответчика. Документы, представленные стороной ответчика, не оспорены стороной истца. Факт передачи денежных средств подтверждается расписками и движением по банковскому счету. Требования третьего лица У.С.В. просит удовлетворить.

Истец Межрегиональное территориальное управление Росимущества по УР и Кировской области, ответчик Д.Е.В., третьи лица У.С.В., Д.В.Г., представитель Управления по обеспечению деятельности мировых судей Удмуртской Республики в суд первой инстанции не явились, извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в связи с чем, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее по тексту - ГПК РФ), суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Из объяснений третьего лица Д.В.Г., данных ранее по делу, следует, что денежные средства, полученные в займы у У.С.В., использовались на приобретение квартира.

Из объяснений третьего лица У.С.В., данных ранее по делу следует, что он много лет дружит с Д.В.Г. В 2012 и 2013 годах предоставил ему заем на общую сумму 4 500 000 руб. В 2015 году Д.В.Г. согласовал с ним покупку квартиры на эти денежные средства. Просил обязать ответчика передать ему спорные жилые помещения на основании соглашения от 26 октября 2020 года.

Суд постановил вышеуказанное решение, которым иск прокурора Удмуртской Республики, действующего в интересах Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Росимущества по Удмуртской Республике и Кировской области, удовлетворен. Обращены в доход Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Росимущества по Удмуртской Республике и Кировской области принадлежащие Д.Е.В. по договору купли-продажи от 15 июля 2015 года квартиры № и № в доме <адрес> (кадастровые номера: № и №). Взыскана с Д.Е.В. в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 35 700 руб. Требования третьего лица У.С.В. оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ответчик Д.Е.В. просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска прокурора УР отказать. По доводам жалобы ссылается на отсутствие оснований для удовлетворения иска. Полагает, что ею полностью доказано законное происхождение денег не только в размере 4 500 000 руб. При этом само по себе не указание договора займа в справке о доходах, не может служить бесспорным основанием для признания письменных доказательств займа недостоверными и недопустимыми. По мнению апеллянта, факт получения денег Д.В.Г. бесспорен, став их собственником он по своему усмотрению распоряжался ими, а когда захотели купить спорную квартиру, то по обоюдному согласию решили использовать эти деньги для этой цели. Поскольку денежные средства, полученные от У.С.В. в конце концов были использованы на приобретение спорной квартиры, которая поступила в совместную собственность, то Д.Е.В. признала, что и долг перед У.С.В. является общим. Ввиду затруднительности возврата долга У.С.В. она заключила с ним соглашение об изменении способа возврата денежных средств, имея одну цель возвратить ему долг.

В апелляционной жалобе третье лицо Д.В.Г. просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска прокурора УР отказать. В обоснование жалобы приводит доводы аналогичные доводам ответчика Д.Е.В., в том числе: об отсутствии оснований для удовлетворения иска; о доказанности происхождение денег не только в размере 4 500 000 руб.; об использовании на покупку квартиры полученных у У.С.В. в долг денег; о достижении соглашения с У.С.В. об изменении способа возврата денежных средств.

В апелляционной жалобе третье лицо У.С.В. просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска прокурора отказать, а самостоятельное его требование удовлетворить. По доводам жалобы ссылается на отсутствие у суда оснований для удовлетворения иска прокурора. Полагает, что в подтверждение заёмных правоотношений с Д.В.Г. он представил в суд расписки, в соответствии с которыми передал Д.В.Г. в долг до востребования 4 500 000 руб. Договор займа в установленном законом порядке никем не оспорен, недействительным не признан, представленные У.С.В. выписки по счёту и его пояснения никем и ничем не опровергнуты. По утверждению апеллянта имеются основания считать подтвержденной законность происхождения денежных средств в размере 4 500 000 руб., за счет которых Д.Е.В. прибрела квартиру. При этом, само по себе то, что договор займа денежных средств не был целевым и был надлежащим образом отражен в справке о доходах ответчика Д.Е.В., не может служить бесспорным основанием для признания представленных У.С.В. письменных доказательств не достоверными и недопустимыми в происхождении денег на покупку ответчиком спорной квартиры. По мнению автора жалобы, суд первой инстанции произвольно, в отсутствие опровержений со стороны прокурора, не учел его денежные средства как реально переданные Д.В.Г. в качестве займа и как следствие и в отсутствие иска о признании соглашения от 26 октября 2020 года недействительным, признал соглашение с ответчиком об изменении способа возврата займа мнимой сделкой. При этом суд первой инстанции обстоятельства, имеющие значение применительно законности этого соглашения не определял, бремя доказывания не распределял, ответчиком У.С.В. не привлёк. Поскольку достоверно установлено, что деньги передавались реально, то заемщик как собственник полученных денежных средств имел полное право по своему усмотрению ими распорядиться. Только перед заключением соглашения от 26 октября 2020 года апеллянту стало понятно, что деньги возвращены не будут, и по этой причине было заключено с ответчиком соглашение об изменении способа возврата денежных средств. Доказательства, что соглашение было заключено для вида, с целью легализовать доходы, на которые приобретено имущество, не представлено. Иск У.С.В. предъявлен тогда, когда стало известно о притязаниях прокурора Удмуртской Республики.

В возражениях на апелляционные жалобы истец просит в их удовлетворении отказать, полагая решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а доводы апелляционных жалоб несостоятельными.

В судебное заседание судебной коллегии представитель ответчика Д.Е.В. - Г.К.В., действующий на основании доверенности, явился, доводы апелляционной жалобы Д.Е.В. поддержал.

Представителя третьего лица У.С.В. – Т.А.В., действующий на основании доверенности, явился, доводы апелляционной жалобы У.С.В. поддержал.

Представитель истца Прокурора Удмуртской Республики - старший прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции советник юстиции Г.Л.В., явилась, просила отказать в удовлетворении апелляционных жалоб.

В соответствии со статьями 327, 167 ГПК РФ дело судебной коллегией рассмотрено в отсутствие истца Межрегионального территориального управления Росимущества по УР и Кировской области, ответчика Д.Е.В., третьих лиц У.С.В., Д.В.Г., представителя Управления по обеспечению деятельности мировых судей Удмуртской Республики, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб. Информация о рассмотрении апелляционных жалоб в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Верховного Суда Удмуртской Республики в сети Интернет ((http://vs.udm.sudrf.ru/).

Изучив и проанализировав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам. Как установлено судом первой инстанции, ответчик Д.Е.В. с 09 июля 2014 года по 22 июня 2020 года замещала должность помощника мирового судьи судебного участка №7 Первомайского района г. Ижевска.

Указанная должность Указом Главы Удмуртской Республики от 27.08.2014 N262 включена в Перечень должностей государственной гражданской службы Удмуртской Республики, при замещении которых государственные гражданские служащие Удмуртской Республики обязаны представлять сведения о своих доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей".

Из справки о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представленной Д.Е.В. 27 апреля 2016 года в сектор кадров Управления по обеспечению деятельности мировых судей Удмуртской Республики за период с 1 января 2015 по 31 декабря 2015 года, следует, что в разделе 2 отражены сведения о расходах на приобретение квартиры по адресу: <адрес> общей стоимостью 5 500 000 руб. по договору купли-продажи от 15 июля 2015 года.

Источниками получения средств, за счет которых приобретено имущество, указаны: доход служащей по основному месту работы в 2010-2014 в сумме 1 245 076 руб. 32 коп., доход супруга Д.В.Г. за 2013-2015 в сумме 320 223 руб. 33 коп., денежные средства, подаренные родителями И.Г.В., И.В.Н. в сумме 4 500 000 руб.

На основании распоряжения Главы Удмуртской Республики от 16.04.2020 № 72-РГ Управлением по вопросам противодействия коррупции Администрации Главы и Правительства Удмуртской Республики в соответствии с Федеральным законом от 03.12.2012 №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» осуществлен контроль за расходами Д.Е.В.

В связи с увольнением служащей с замещаемой должности 22 июня 2020 года доклад о невозможности завершения контроля за расходами направлен в прокуратуру. Прокурором Удмуртской Республики 21 июля 2020 года принято решение об осуществлении контроля за расходами Д.Е.В., ее супруга, несовершеннолетнего ребенка.

Обращаясь в суд с указанными требованиями, прокурор ссылался на то, что Д.Е.В. не подтверждена легальность происхождения денежных средств на приобретение спорной квартиры в сумме 3 108 532 руб. 82 коп. (5 500 000 стоимость квартиры минус 2 391 467 руб. 18 коп. доход Д и И). Таким образом, Д.Е.В. и членами её семьи в 2015 году совершена сделка по приобретению имущества, превышающая общий доход семьи за три предыдущих года, что является основанием для обращения в доход государства квартир № и № по адресу: <адрес> принадлежащих Д.Е.В. по договору купли-продажи от 15 июля 2015 года и образованных в результате перепланировки первоначально приобретенной квартиры №

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования истца, суд первой инстанции, руководствуясь подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции", Федеральным законом от 3 декабря 2012 г. N 230-ФЗ "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", исходил из того, что ответчик Д.Е.В. в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представила в материалы дела относимые, допустимые, достоверные и достаточные доказательства, позволяющие сделать вывод о законности получения доходов, за счет которых была приобретена спорная квартира, не представила доказательств наличия в её распоряжении или распоряжении её близких родственников (супруга Д.В.Г., матери И.Г.В., отца И.В.Н.) достаточной для совершения сделки денежной суммы на момент заключения договора купли-продажи.

Судебная коллегия не может согласиться с данными выводами суда, поскольку они не соответствуют установленным обстоятельствам дела.

Так, одной из форм противодействия коррупции является осуществление контроля за расходами лиц, замещающих должности, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации или нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, а также за расходами их супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, в случаях и в порядке, которые установлены Федеральным законом "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации (статья 8.1 Федерального закона "О противодействии коррупции").

Контроль за расходами устанавливается, в частности, в отношении лиц, замещающих (занимающих) государственные должности Российской Федерации, в отношении которых федеральными конституционными законами или федеральными законами не установлен иной порядок осуществления контроля за расходами; должности членов Совета директоров Центрального банка Российской Федерации; государственные должности субъектов Российской Федерации; муниципальные должности; должности федеральной государственной службы, государственной гражданской службы, муниципальной службы, осуществление полномочий по которым влечет за собой обязанность представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, других лиц, перечисленных в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам".

Согласно положениям Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", лицо, замещающее (занимающее) одну из указанных выше должностей, обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений (далее - отчетный период), если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки (часть 1 статьи 3).

Информация о том, что лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 данного Федерального закона, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение отчетного периода совершены указанные сделки (сделка), является основанием для принятия решения об осуществлении контроля за расходами такого лица, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей (часть 1 статьи 4).

Если в ходе осуществления контроля за расходами выявлены обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии расходов лица, в отношении которого осуществляется такой контроль, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, соответствующие материалы в трехдневный срок после его завершения направляются лицом, принявшим решение об осуществлении контроля за расходами, в органы прокуратуры Российской Федерации (часть 3 статьи 16).

При получении указанных материалов Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы (статья 17).

Согласно положениям подпункта 8 пункта 2 статьи 235 ГК РФ, по решению суда допускается обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

По смыслу приведенной нормы подлежит обращению по решению суда в доход Российской Федерации только то имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Исходя из положений статьи 17 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам" также следует, что прокурор обращается в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации объектов недвижимости, транспортных средств и другого имущества, в отношении которого лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 названного Федерального закона, не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы.

Таким образом, превышение стоимости приобретенного в течение отчетного периода имущества по отношению к доходам лица, расходы которого подлежат контролю, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей за три года, предшествовавших отчетному периоду, является лишь достаточным поводом для принятия решения об осуществлении контроля за расходами и проведения соответствующей проверки и не должно рассматриваться как безусловное основание для обращения такого имущества в доход Российской Федерации.

При разрешении настоящего спора суд первой инстанции счел невозможным отнести к доходам семьи ответчика полученную Д.В.Г. страховую выплату от ОАО «Страховая группа «МСК»; денежные средства, поступившие на счет Д.В.Г. в ПАО «Быстробанк»; денежные средства, полученные Д.В.Г. в качестве займа от У.С.В. Суд установил превышение задекларированных доходов Д за период 2010-2015 на 75 002 руб., включив в число расходов супругов Д стоимость приобретенного в кредит в мае 2013 года автомобиля Форд Куга (1 276 557 руб.) и проценты по кредиту (363 744 руб.).

Также суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности накоплений Д и И (родителями ответчика) денежных средств в указанном размере, об отсутствии доказательств успешной предпринимательской деятельности ООО Легион-Строй», ООО «ТД «Партнер-Сервис», учредителем которых являлся Д.В.Г., средства от которой могли быть использованы для приобретения квартиры.

Однако суд не учел правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в пункте 5.2 постановления от 29 ноября 2016 года N 26-П о том, что, собственник, приобретший имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, вправе доказывать в ходе контрольных мероприятий и в суде всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, независимо от того, когда эти средства были им получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий.

Приведенное законодательное регулирование, как не предполагающее лишение лица, в отношении которого разрешается вопрос об обращении принадлежащего ему имущества в доход Российской Федерации, права представлять в суде любые допустимые доказательства, отвечает требованиям статей 46 - 52, 120 и 123 Конституции Российской Федерации.

Это означает, что закрепленные Федеральным законом "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам" для государственного (муниципального) служащего гарантии (статья 9) должны распространяться и на членов его семьи, тем более что в силу статьи 56 ГПК РФ в рамках судебного процесса члены семьи государственного (муниципального) служащего, привлеченные к участию в деле по иску прокурора (что необходимо, если осуществляется изъятие их имущества), в любом случае обладают правом доказывать те обстоятельства, на которые они ссылаются.

Таким образом, суд вправе принимать любые допустимые гражданским процессуальным законодательством доказательства, представленные как лицом, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, так и его супругой, законности происхождения средств, в том числе полученных за пределами трехлетнего срока, предшествовавшего отчетному периоду, направленных на приобретение спорного имущества.

Ответчиками могут быть, в частности, представлены доказательства получения ими денежных средств по гражданско-правовым сделкам (например, по договорам займа, дарения).

Не учел также суд разъяснения, содержащиеся в Обзоре судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2017 и пришел к ошибочному выводу о том, что ответчик Д.Е.В. не представила доказательств наличия в распоряжении её семьи, а также в распоряжении её родителей И достаточной для совершения сделки денежной суммы.

Суд апелляционной инстанции полагает, что данные выводы опровергаются представленными в деле доказательствами.

В декларации (том 1, л.д.90) Д.Е.В. в качестве источника получения средств, за счет которых была приобретена квартира в июле 2015, указывала на свои доходы по месту работы с 2010 года, доходы по месту работы супруга Д.В.Г., помощь её родителей И

В рамках досудебной проверки Д.Е.В. так же поясняла о наличии у супруга Д.В.Г. суммы 3 500 000 руб., и о том, что 1 000 000 руб. добавили родители (том 1, л.д.197 оборот). Д.В.Г. указывалось на получение займа в размере 4 500 000 руб. у своего друга детства У.С.В.

Судебной коллегией, по представленным в деле Справкам 2-НДФЛ установлено, что доход Д.Е.В. за период 2012 по июнь 2015 года округленно составил около 930 720 руб., в том числе: 40 595 руб. доход по месту работы Вятский Государственный Гуманитарный Университет в г. Ижевск за 2012 (том 1 л.д.106 оборот) + 186 919 руб. доход за 2012 по месту работы в Управлении по обеспечению деятельности мировых судей УР (том 1 л.д.107) + 222 307 руб. доход за 2013 доход по месту работы в Управлении по обеспечению деятельности мировых судей УР (том 1 л.д.107 оборот) + 293 401 руб. доход за 2014 по месту работы в Управлении по обеспечению деятельности мировых судей УР (том 1 л.д.108, 108 оборот) + 187 497 руб. доход за период с января по июнь 2015 по месту работы в Управлении по обеспечению деятельности мировых судей УР (том 1, л.д.109, 109 оборот).

Супруг Д.Е.В. - Д.В.Г. в период с 2008 по 2011 год осуществлял предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. С февраля 2013 года являлся генеральным директором ООО «Новый город», одновременно с этим являлся учредителем ООО Легион–Строй» с долей 50%, основным видом деятельности которого являются общестроительные работы.

Доход Д.В.Г. по справкам 2-НДФЛ составил округленно около 378 000 руб., в том числе: 90 000 руб. доход за 2013 года по месту работы ООО «Легион-Строй» (том 1 л.д.110) + 108 000 руб. доход за 2013 года по месту работы ООО «Новый город» (том 1 л.д.110 оборот) + 120 000 руб. доход за 2014 года ООО «Легион-Строй» (том 1 л.д.111) + 60 000 руб. доход за период с января по июнь 2015 по месту работы ООО «Легион-Строй» (том 1 л.д.111 оборот).

Общий доход супругов Д по справкам 2НДФЛ составил около 1 308 720 руб. (930 720 +378 000).

Помимо заработной платы Д.В.Г. в спорный период были получены денежные средства в общей сумме около 5 789 025 руб., в том числе:

14 июня 2012 года получена в займы сумма 1 000 000 руб. от своего друга У.С.В., что подтверждается выпиской по счету Д.В.Г. в ПАО «Быстробанк» и распиской (том 3, л.д.163,158);

04 сентября 2013 года получена в займы сумма в размере 3 500 000 руб. от У.С.В., что подтверждается выпиской по счету Д.В.Г. в ПАО «Быстробанк» и распиской (том 3, л.д.169 оборот, том 1 л.д.199);

01 октября 2014 года получено страховое возмещение за ущерб от ОСАО «РЕСО-Гарантия» в размере 198 953 руб. (том 3 л.д.137 оборот);

В июне 2013 года получена сумма около 500 000 руб. за проданный автомобиль ФИО2 2011 г/в (том 1, л.д.55,61,184);

В июне 2013 года получена сумма кредита 590 072 руб. от Банка ПНБ «Париба Восток» (том 1, л.д.190 оборот).

Кроме того, к началу спорного периода супруги Д как минимум имели накопления в сумме 611 780 руб., полученной Д.В.Г. в счет страхового возмещения от ОАО «СГ МСК», что подтверждается представленным в материалы дела решением Индустриального районного суда г. Ижевска от 24 октября 2011 года (том 3, л.д.129-136). Выводы суда первой инстанции о том, что данная сумма не может быть отнесена к доходу, являются ошибочными, поскольку оснований не принимать во внимание такие денежные накопления не имеется.

Таким образом, совокупный доход Д.Е.В. и Д.В.Г. за период с 2012 - 2015 г.г., т.е. за 3 предшествующих года приобретения спорной квартиры, за вычетом расходов на приобретение автомобиля Форд в мае 2013 года, составили более 6 410 225 руб. (1 308 720 руб. + 5 789 025 + 611 780 - 1 299 300).

При таких обстоятельствах судом апелляционной инстанции установлено, что в подтверждение наличия денежных средств на приобретение спорной квартиры, стоимостью 5 500 000 руб., стороной ответчика доказательства представлены.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что договоры займа, заключенные с У.С.В. в установленном законом порядке недействительными не признаны. В объяснениях, данных в рамках прокурорской проверки, У.С.В. также подтверждал предоставление займов Д.В.Г., поясняя, что с ним они с детства находятся в дружеских отношениях (том 1, л.д.209).

Как уже было указано выше, и в суде первой инстанции У.С.В., будучи привлеченным судом в качестве третьего лица, подтвердил многолетние дружеские отношения с Д.В.Г. и предоставление ему в долг суммы 4 500 000 руб.

С учетом таких данных, вывод суда первой инстанции о невозможности приобретении квартиры, в том, числе за счет денежных средств, полученных Д.В.Г. в качестве займа от У.С.В., является ошибочным.

Более того, судебная коллегия отмечает, что всего по выписке из банка дебетовый оборот (приход) по банковскому счету Д.В.Г. за спорный период составил сумму 10 716 583 руб. (том 3, л.д.194). Анализ поступления денежных средств на указанный счет позволяет установить, что Д.В.Г. в проверяемый период были получены денежные средства в размере, соотносимом стоимости спорной квартиры.

Исходя из вышеперечисленных установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ответчиком подтверждена законность получения денежных средств на приобретение спорного имущества (квартиры), что исключает коррупционность получения денежных средств.

Кроме того судебная коллегия полагает ошибочными выводы суда первой инстанции и о том, что И (родители ответчика Д) не располагали накоплениями, необходимыми для приобретения спорной квартиры.

Судом первой инстанции не принято во внимание, что родители ответчика в юридически значимый период являлись получателями пенсии по возрасту, также осуществляли трудовую деятельность, также получали доход с продажи автомобилей и объектов недвижимости.

По представленным в деле справкам 2-НДФЛ установлено, что доход И.В.Н. (отца Д.Е.В.) по месту работы в Бюджетном образовательном учреждении «Сарапульский техникум машиностроения и информационных технологий» за 2012 год составил округленно около 806 129 руб. (том 1, л.д.112). Размер пенсии, полученной по состоянию на июнь 2015 года, составил около 1 399 154 руб. (том 1, л.д.116).

Доход И.Г.В. (матери Д.Е.В.) по месту работы в филиале Бюджетного образовательного учреждения «Вятский государственный гуманитарный университет в г. Ижевске» за 2012 год составил округленно 104 583 руб. (том 1, л.д.113), за 2014 года округленно 63 283 руб. (том 1, л.д.113 оборот). Размер пенсии, полученной по состоянию на июнь 2015 года, составил около 1 096 474 руб. (том 1, л.д.117-119).

Общий доход супругов И от заработной платы и пенсии составил округленно около 3 469 623 руб. (806 129 + 1 399 154 + 104 583 +63 283 + 1 096 474).

Помимо заработной платы и пенсии в спорный период И были получены денежные средства в общей сумме около 3 740 000 руб., в том числе:

04 декабря 2013 года получена сумма 1 000 000 руб. за проданный земельный участок с жилым домом по адресу: <адрес> что подтверждается договором купли-продажи (том 1, 139-142);

30 октября 2014 года получена сумма 980 000 руб. за проданную квартиру по адресу: <адрес>, что подтверждается договором купли-продажи (том 1, л.д.150-154).

02 апреля 2013 года получена сумма 1 590 000 руб. за проданную квартиру по адресу: <адрес>, что подтверждается договором купли–продажи (том 1, л.д.169-176);

14 мая 2013 года получена сумма 170 000 руб. за проданный автомобиль ДЭУ Матиз, что подтверждается договором купли-продажи (том 1, л.д.192-192);

Таким образом, совокупный доход И за вычетом расходов на приобретение автомобиля КИА Рио в апреле 2013 года (539 900 том 1, л.д.194), приобретение квартиры с участием в долевом строительстве в ноябре 2014 года (2 695 000 том 1, л.д.155-160), приобретение жилого дома в октябре 2012 года (2 086 000 том 1, л.д.143-149), составил около 1 888 723 руб. (3 469 623 + 3 740 000 - 539 900 - 2 695 000 - 2 086 000).

Производить вычет из данного дохода И размера прожиточного минимума пенсионеров в Удмуртской Республике у суда первой инстанции оснований не имелось, поскольку действующее законодательство не предусматривает возможности учета в числе расходов лица, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, и членов его семьи прожиточного минимума, затрат на оплату коммунальных услуг, алиментных выплат и других, не относящихся к расходам на приобретение имущества, предусмотренного положениями ч. 1 ст. 4, ст. 17 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам".

Более того, на иных аффилированных лиц, в том числе родителей лиц, замещающих государственные должности, указанным законом обязанность представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, не возложена, в связи с чем, у суда первой инстанции не имелось оснований для вывода об отсутствии у родителей ответчика в юридически значимый период доходов, необходимых для оказании помощи дочери Д.Е.В. в приобретении спорной квартиры. Данных о том, что имущественное положение родителей ответчика не позволяло им участвовать в приобретении спорного имущества с учетом перечисленных выше сведений об их совокупном доходе, в материалах дела не имеется.

Таким образом, представленные по делу доказательства в своей совокупности не являются достаточными для однозначного вывода, что квартира по адресу: <адрес> являющаяся предметом спора, приобретена за счет незаконных источников доходов.

Ввиду отсутствия оснований, необходимых и достаточных в силу законодательства о противодействии коррупции для обращения имущества в доход государства, оснований для удовлетворения иска не имеется.

Следовательно, решение суда в части удовлетворения иска прокурора Удмуртской Республики об обращении в доход Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Росимущества по Удмуртской Республике и Кировской области принадлежащих Д.Е.В. квартир по адресу: <адрес> взыскании с Д.Е.В. в доход местного бюджета государственной пошлины в размере 35 700 руб. не может быть признано законным, обоснованным и подлежит отмене с вынесением нового решения, об отказе в удовлетворении исковых требований прокурора Удмуртской Республики к Д.Е.В. об обращении имущества в доход Российской Федерации в полном объеме. Апелляционные жалобы Д.Е.В., Д.В.Г. подлежат удовлетворению. Апелляционная жалоба У.С.В. по доводам несогласия с исковыми требованиями прокурора подлежит частичному удовлетворению.

В остальной части, т.е. в части отказа в удовлетворении требований третьего лица У.С.В. к Д.Е.В. об обязании передать ему спорные квартиры и вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности на них за У.С.В., судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным и отмене или изменению не подлежит. Данные требования основывались на достигнутом между У.С.В., Д.Е.В. и Д.В.Г. соглашении от 26 октября 2020 года, по которому ответчик и третье лицо обязались вместо возврата ранее полученного займа передать в собственность У.С.В. означенные квартиры, однако обязательства не исполнили.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, установив, что воля сторон соглашения от 26 октября 2020 года не была направлена на достижение правовых последствий, указанных в данном соглашении, руководствуясь пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о мнимости данной сделки и отказал в удовлетворении требований У.С.В.

Судебная коллегия находит эти выводы правильными, основанными на тех нормах материального права, которые подлежали применению к сложившимся отношениям сторон и соответствующими установленным судом обстоятельствам дела.

Так, в соответствии с п.1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

В рассматриваемом случае суд, признавая соглашение от 26 октября 2020 года мнимой сделкой, пришел к обоснованному выводу о том, что действия сторон по заключению такого соглашения в отношении квартир, которые заявлены в иске прокурора, как подлежащие обращению в доход Российской Федерации, направлены не на обращение к суду как средству разрешения спора, а на использование судебного разбирательства в целях недопущения возможного изъятия имущества у ответчика. Как верно отмечено судом, подтверждающим тому обстоятельством, является заявление требования У.С.В. о передаче ему квартир Д.Е.В. только после обращения прокурора Удмуртской Республики с настоящим иском.

По существу в указанной части все доводы апелляционной жалобы У.С.В. повторяют его позицию при разбирательстве дела в суде первой инстанции, являлись предметом всесторонней проверки районным судом, получили надлежащую оценку с подробным правовым обоснованием.

Апелляционная жалоба третьего лица У.С.В. относительно отказа судом в удовлетворении его самостоятельных требований, удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определил а :

решение Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 23 ноября 2022 года отменить в части удовлетворения иска Прокурора Удмуртской Республики, действующего в интересах Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Росимущества по Удмуртской Республике и Кировской области к Д.Е.В. об обращении в доход Российской Федерации принадлежащих ей по договору купли-продажи от 15 июля 2015 года квартир по адресу: <адрес> (кадастровый № и №).

Постановить по делу новое решение, которым иск Прокурора Удмуртской Республики, действующего в интересах Российской Федерации в лице Межрегионального территориального управления Росимущества по Удмуртской Республике и Кировской области к Д.Е.В. об обращении в доход Российской Федерации, оставить без удовлетворения.

В остальной части то же решение оставить без изменения.

Апелляционные жалобы Д.Е.В., Д.В.Г. удовлетворить.

Апелляционную жалобу У.С.В. удовлетворить частично.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 8 августа 2023 года.

Председательствующий А.Ю. Сундуков

Судьи И.Н. Хохлов

А.В. Шаклеин