Решение по делу № 2-540/2023 от 06.06.2023 - о возмещении морального вреда.

дело № 2-540/2023

23RS0046-01-2020-000888-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Славянск-на-Кубани 06 июня 2023 года

Славянский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Тараненко И.С.,

при ведении протокола помощником судьи Шеховцовой Е.Ю.,

с участием помощника Славянского межрайонного прокурора Арипшевой М.А., законного представителя несовершеннолетнего истца ФИО1 А.А. – Эндерса А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО1 обратилась в Славянский районный суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда, указав в своем заявлении, что <...> следственным отделом по <...> СУ СК РФ по <...> было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совершенного в отношении пропавшей безвести несовершеннолетней ФИО2. <...> уголовное дело было изъято из производства следственного отдела по <...> СУ СК РФ по <...> и передано для дальнейшего расследования в отдел по расследованию особо важных следственного управления СК РФ по <...>. <...> по подозрению в совершении данного преступления был задержан ФИО1 А.В. с последующим предъявлением обвинения по п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ; п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ; п.п. «в,к» ч. 2 ст. 105 УК РФ. <...> в связи с оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей <...> судом ФИО1 А.В. был освобожден из-под стражи, а <...> судом вынесен оправдательный приговор. Приговор вступил в законную силу <...>. За оправданным в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию. Срок содержания под стражей составил 680 день. Истец познакомилась со своим будущим мужем ФИО1 А.В. В августе у <>11 родилась дочь <>3. Муж занимался предпринимательством, а она находилась в отпуске по уходу за ребенком. В сентябре 2014 года пропала ее родная племянница ФИО2. В начале мая 2015 года истицу положили в больницу на сохранение. На тот момент она была на 4 месяце беременности. <...> истицу выписали из больницы. Муж должен был ее забрать. Спустя несколько часов истец узнала, что ее мужа задержали по подозрению в убийстве Веры. Для истца это было огромное потрясение. Она очень испугалась, ведь была уверена, что муж не виноват и его удерживают незаконно. Дальше начался ужас для истца и дочки длинной 2 года. Любая информация с деталями предъявленного столь унизительного обвинения широко освещалась средствами массовой информации местными и региональными, на сайтах СК РФ, Российская газета, в сети Интернет. Под каждой такой статьёй пользователи Интернета писали угрозы в адрес мужа и всех членов семьи. Несколько раз к истцу в дом приезжали с обыском и изымали личные вещи, телефоны, компьютеры, автомобиль и прочее. Первый обыск <...>. <...> к истцу с обыском приехали сотрудники СК области, когда она спросила, что они ищут, они сказали, - что ищут грязное нижнее бельё. Для истца это было просто неприемлемо, она испытывала сильный стыд и стресс, но ей пришлось это сделать против своей воли. <...> следователь ФИО3 вызвал истца на допрос. Пока шел допрос - несколько часов, следователь вел себя грубо - неправомерно: часто повышал голос, бил руками по столу, убеждал в виновности мужа ФИО1 А.В. Во время допроса у истца сильно заболел живот, о чем она сказала следователю, но он запретил уходить. На следующий день истец обратилась в больницу, врачи констатировали самопроизвольный выкидыш. Многие друзья и знакомые отвернулись, потому, что считали мужа виновным. Когда мужа арестовали, дочке было 1 год 8 месяцев, она крайне тяжело переживала его отсутствие. Часто плакала, плохо ела, ухудшился сон, постоянно искала папу. На момент ареста мужа он полностью обеспечивал семью, истец была в декретном отпуске. Когда его задержали, истец с дочкой остались без средств к существованию. В январе 2017 года истец была допрошена в суде с участием присяжных заседателей, прокурор задавал ей вопросы с обвинительным уклоном, в ходе допроса освещалась их с мужем интимная жизнь, оглашалась детализация ее звонков, оглашались генетические экспертизы, по ее вещам, изъятым в ходе обысков. После допроса в суде, очень плохо себя чувствовала, была вынуждена принимать успокоительные. <...> мужа освободили. В результате многолетнего давления, с 2015-2018 со стороны правоохранительных органов и общественности истец с мужем были вынуждены переехать в <...>. Уточнив исковые требования, просила суд взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов по 3 000 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, уведомлена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие, исковые требования поддерживает в полном объеме.

Законный представитель несовершеннолетнего истца ФИО1 - ФИО1 А.В. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что его семье был причинен моральный вред в связи с незаконным уголовным преследованием в отношении него. Данное уголовное дело было широко освещено в СМИ, были проведены обыски в его доме с изъятием ноутбука, телефона, личных вещей его и его жены. Его супруга ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком, и в связи с его задержанием ей пришлось выйти на работу, чтобы обеспечить семью. Также его супруга была на четвертом месяце беременности, и у нее произошел выкидыш. <>3 на момент произошедшего был 1 год и 8 месяцев. До его задержания он постоянно проводил время с дочерью, организовывал ее досуг в выходные дни. Когда его задержали, дочь лишилась отцовской заботы, материальной поддержки. В настоящее время дочь повзрослела, у нее имеется доступ к Интернету, соответственно, история с его обвинением может всплыть, так как данное событие невозможно вернуть.

Представитель ответчика Министерство финансов РФ ФИО4 в судебное заседание не явилась, уведомлена надлежащим образом, предоставила возражения на исковое заявление, согласно которому просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО1 отказать, рассмотреть дело в ее отсутствие. Свои возражения обосновала тем, что у истцов отсутствует право на компенсацию морального вреда. Право на реабилитацию, соответственно на компенсацию морального вреда, признано за ФИО1 А.В. и на членов его семьи не распространяется. ФИО1 и ФИО1 не имеют право на компенсацию морального вреда в порядке реабилитации, признанной за ФИО1 А.В. Право на реабилитацию, признанное за оправданным ФИО1 А.В., не дает право на компенсацию морального вреда супруге реабилитированного и его дочери, т.к. неразрывно связано с личностью лица, повергнутому незаконному уголовному преследованию. Из указанного следует, что истица и ее несовершеннолетняя дочь не приобрела право па компенсацию морального вреда в рамках ст. 1070 ГК РФ, независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. ФИО1 не представлено документальных доказательств виновных (незаконных) действий сотрудников следственных органов в отношении нее и ее дочери ФИО1 С истцами не произошло ни одно из предусмотренных ст.1100 ГК РФ обстоятельств. Соответственно наличие документальных доказательств установления вины следственных органов в ее отношении или в отношении ее дочери является обязательным условием для возникновения права на компенсацию морального вреда. Учитывая, что истицей не представлено указанных документальных доказательств, право на компенсацию морального вреда - отсутствует. Кроме того, обстоятельства изложенные в иске не подтверждены допустимыми доказательствами. Изложенные в иски события не подтверждены документами, устанавливающими причинно-следственную связь с уголовным преследованием ФИО1 А.В.

Представитель прокуратуры <...> в судебное заседание не явился, предоставил возражение, в котором просил суд отказать в удовлетворении исковых требований истца.

Представитель Следственного управления по <...> –в судебное заседание не явился, предоставил возражение, в котором просит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ее несовершеннолетнего ребенка ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования ее супруга/отца ФИО1 А.В.

Помощник Славянского межрайонного прокурора в судебном заседании считала иск не подлежащим удовлетворению, так как истцами не доказана вина следственных органов, не представлены доказательства причинно-следственной связи с уголовным преследованием ФИО1 А.В., консультация с психологом происходила онлайн, справка выдана в 2021 году, а событие происходило в 2017 году. ФИО1 была привлечена в качестве свидетеля, и она обязана была давать показания.

На основании статьи 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствии не явившихся в суд сторон.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О судебном решении" разъяснено, что при наличии противоречий между нормами процессуального и материального права, подлежащими применению при рассмотрении и разрешении гражданского дела, решение будет законным при применении судом нормы, имеющей наибольшую юридическую силу. Это положение вытекает из ч. 2 ст. 120 Конституции РФ, ч. 3 ст. 5 Федерального конституционного закона от <...> <...>-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", ч. 2 ст. 11 ГПК РФ. Судам также следует учитывать разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, данные в Постановлениях от <...> <...> "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" и от <...> <...> "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации".

Рассматривая дело, суд должен установить закон, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и правоотношения сторон, определить, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, вынести данные обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56, статья 148 ГПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В силу разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ, именно суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской от <...> <...> "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разъяснено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

Из приведенных норм процессуального права и акта их толкования следует, что ссылка истца в исковом заявлении на правовые нормы, не подлежащие применению к обстоятельствам дела, сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку в этом случае суду надлежит самостоятельно определить подлежащие применению к установленным обстоятельствам нормы права и дать юридическую квалификацию правоотношениям сторон.

Как установлено судом и следует из материалов дела, <...> следственным отделом по <...> СУ СК РФ по <...> было возбуждено уголовное дело <...> по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совершенного в отношении пропавшей безвести несовершеннолетней ФИО2

<...> уголовное дело было изъято из производства следственного отдела по <...> СУ СК РФ по <...> и передано для дальнейшего расследования в отдел по расследованию особо важных бедственного управления СК РФ по <...>.

<...> по подозрению в совершении данного преступления был задержан ФИО1 А.В. с последующим предъявлением обвинения по: п. «б» ч. - ст. 132 УК РФ (по эпизоду иных действий сексуального характера в зтношении ФИО2 с использованием беспомощного состояния потерпевшей, совершённых в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста в период с 10 по <...>); п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ (по эпизоду иных действий сексуального характера в отношении ФИО2 с использованием беспомощного состояния потерпевшей, совершённых в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста <...>); п.п. «в,к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (по эпизоду убийства <...> ФИО2).

<...> в связи с оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей <...> судом ФИО1 А.В. был освобожден из-под стражи, а <...> судом вынесен оправдательный приговор. Приговор вступил в законную силу <...> на основании апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ. За оправданным в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию. Срок содержания под стражей составил 680 день.

В соответствии с частью 1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В части 2 указанной нормы определен круг лиц, имеющий право на реабилитацию и соответственно на возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием. Истцы законом не отнесены к таким лицам.

Так, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (часть 2 статьи 133 УПК РФ).

Право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3 статьи 133 УПК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" физические лица, не указанные в части 2 статьи 133 УПК РФ, незаконно подвергнутые в ходе производства по уголовному делу мерам процессуального принуждения, а также юридические лица, которым незаконными действиями (бездействием) и решениями суда, прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания в ходе производства по уголовному делу причинен вред (например, вследствие незаконного наложения ареста на имущество юридического лица), не отнесены уголовно-процессуальным законом к кругу лиц, имеющих право на реабилитацию. Однако в случае причинения вреда указанным лицам они имеют право на его возмещение в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (часть 3 статьи 133 УПК РФ, статья 139 УПК РФ).

Из положения статей 135 и 138 УПК РФ следует, что возмещение имущественного вреда и восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитированного производится в уголовно-процессуальном порядке. Оправданный ФИО1 А.В. данным правом воспользовался.

В соответствии с частью 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно пункту 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Пунктом 2 статьи 1070 указанной нормы права определено, что причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

Ответственность за действия должностных лиц правоохранительных органов в соответствии со статьей 1069 и пункта 2 статьи 1070 ГК РФ, исходя из анализа приведенных норм права, может наступить только при наличии факта причинения вреда, причинной связи между действиями этих должностных лиц и наступившим вредом, наличии их вины в причинении вреда. При этом истец обязан доказать факт причинения ему вреда, а также то, что вред причинен в результате действий (бездействия) этих должностных лиц.

Ответственность субъектов, перечисленных в статье 1069 ГПК РФ, наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

Исходя из приведенных положений, компенсация морального вреда по указанным выше основаниям предусмотрена непосредственно реабилитированному, компенсации подлежит моральный вред, находящийся в причинно-следственной связи между незаконным уголовным преследованием и страданиями лица, которому оно подвергалось.

Доказательств причинения истцам вреда по приведенным основаниям в материалы дела не представлено, противоправность совершенных в отношении истцов действий следственных органов не установлена, уголовное преследование в отношении истцов не осуществлялось, статус подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления им не присваивался. При этом, незаконность уголовного преследования супруга и отца, которое негативно повлияло на истцов, само по себе не является основанием для взыскания компенсации морального вреда при приведенных основаниях, поскольку реабилитация лица не предусматривает компенсации морального вреда родственникам реабилитированного.

В то же время, вопреки доводам ответчика, законом не исключена возможность компенсации морального вреда по иным основаниям.

В соответствии со статьей 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу общеправового принципа, изложенного в п. 2 ст. 1 и п. 1 ст. 9 ГК РФ, граждане осуществляют принадлежащие им права по своему усмотрению, то есть своей волей и в своем интересе. Из этого следует недопустимость понуждения лиц к реализации определенного поведения, составляющего содержание прав.

По смыслу ст. 12 ГПК РФ определение законом способов защиты гражданских прав направлено на восстановление нарушенного права.

Из обстоятельств заявленных требований следует, что истцом ставится вопрос о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие нарушения семейной жизни.

В соответствии со ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 12 Всеобщей декларации прав человека провозглашено, что никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, <данные изъяты> его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

В соответствии со ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Цель приведенных норм Конвенции - защита индивида от произвольного вмешательства органов государственной власти в его личную и семейную жизнь. В связи с этим на публичные власти возлагается обязанность воздерживаться от действий, направленных на вмешательство в осуществление каждым человеком права на уважение частной и семейной жизни, то есть препятствующих свободному (от вмешательства государства) существованию семьи и построению взаимоотношений ее членов по их добровольному волеизъявлению.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. При этом согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Как видно из материалов дела, требования о взыскании компенсации морального вреда истцами были заявлены в связи с тем, что лично им ответчиком были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в переживаниях за здоровье и судьбу незаконно подвергнутого уголовному преследованию мужа и отца, было нарушено их право на семейную жизнь, поскольку они были лишены возможности общения с мужем и отцом, испытывали негативные эмоции, лишились оказываемой им мужем и отцом материальной помощи.

При таких обстоятельствах, оценив собранные по делу доказательства, применительно к положениям вышеназванных норм закона, с учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда с Министерства финансов РФ за счет средств казны РФ.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда") разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> <...> "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Доказательств того, что именно привлечение к уголовной ответственности Эндерса А.В. явилось причиной переезда семьи в другой регион в материалы дела не представлено. Представленное истицей в материалы дела психологическое исследование, судом оценивается критически, поскольку проведено оно было по истечении шести лет после произошедших событий, и безусловно свидетельствовать о том, что выставленный психологом диагноз является следствием незаконного привлечения ее мужа к уголовной ответственности и находится с ним в причинно-следственной связи, не может. Представленная истицей выписка из истории болезни о том, что произошло прерывание беременности, также с достоверностью не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи с задержанием ее супруга, поскольку диагноз «угроза прерывания беременности, вагинит» был выставлен истице и ее лечение проведено еще до задержания ее супруга, из медицинского учреждения была выписана после проведенного лечения <...>. Доводы представителя несовершеннолетней ФИО1 о том, что сведения о его привлечении к уголовной ответственности остались в сети Интернет, и его ребенок сможет об этом прочитать в будущем и в связи с этим испытывать нравственные страдания, судом отклоняется, поскольку они носят предположительный характер.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, поскольку незаконный характер уголовного преследования Эндерса А.В. установлен вступившим в законную силу приговором суда, нет необходимости включать в предмет доказывания по настоящему делу вопрос о признании незаконными действий органов следствия, прокуратуры и суда. Таким образом, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца: ФИО1, которая на тот период времени находилась в отпуске по уходу за ребенком до полутора лет, и ФИО1, которая на тот период времени являлась малолетним ребенком, нуждающихся в помощи и заботе мужа и отца, учитывая период уголовного преследования мужа и отца ФИО1 А.В., в течение которого истцы были лишены возможности полноценного общения с ним, права на прежнюю благополучную семейную жизнь, получения материальной помощи от него, поскольку на тот момент ФИО1 А.В. являлся единственным источником дохода семьи, что подтверждено истцом документально, ребенок был лишен отцовской заботы и воспитания, в которых в силу своего возраста нуждался, и приходит к выводу о том, что в результате незаконного привлечения Эндерса А.В. к уголовной ответственности было нарушено право истцов на уважение их семейной и частной жизни. Суд также принимает во внимание степень нравственных страданий, причиненных истцам незаконным уголовным преследованием их мужа и отца, конкретные обстоятельства настоящего дела, в частности проведение органами предварительного расследования обысков по месту жительства истцов, с изъятием принадлежащих им личных вещей и частной переписки, содержащейся в мобильных устройствах, допросы в период расследования и в судебных заседаниях относительно подробностей их частной жизни, и приходит к выводу о том, что истец ФИО1 в связи с изложенным выше действительно испытывала в указанный период времени нравственные страдания в результате данных действий.

Таким образом, требования истцов суд находит обоснованными в части и подлежащими удовлетворению частично. Определяя размер компенсации с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в счет компенсации морального вреда, причиненного истцам, денежных средств в размере 200 000 рублей в пользу ФИО1 и, учитывая, что на момент уголовного преследования отца ФИО1 являлась малолетним ребенком, в силу своего возраста не в полной мере могла осознавать происходящие события, в ее пользу подлежит взысканию 100 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 109097, <...>, стр. 1), в пользу ФИО1, <...> года рождения, уроженки <...>, имеющей паспорт серия 1013 <...>, выдан <...> МО УФМС России по <...> в <...>, код подразделения 280-003, в счет возмещения денежной компенсации морального вреда 200 000 (двести тысяч) рублей.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 109097, <...>, стр. 1), в пользу ФИО1, <...> года рождения, уроженки <...>, в счет возмещения денежной компенсации морального вреда 100 000 (сто тысяч) рублей.

В остальной части заявленных требований ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО1 - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Краснодарского краевого суда через Славянский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Разъяснить сторонам, что представителями в вышестоящем суде могут выступать адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности.

Мотивированное решение изготовлено 14 июня 2023 года.

Судья - копия верна

Согласовано: судья Тараненко И.С.