Дело № 33-6746/2023

№ 2-п123/2023

УИД: 36RS0009-02-2023-000109-09

Строка № 2.211г

ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 сентября 2023 г. г. Воронеж

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего судьи Бабкиной Г.Н.,

судей Пономаревой Е.В., Юрченко Е.П.,

при секретаре Побокиной М.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Воронежского областного суда по докладу судьи Юрченко Е.П.

гражданское дело по иску «Андреас Штиль АГ & Ко КГ (Andreas Stihl AG &Co RG)» к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав,

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Богучарского районного суда Воронежской области от 7 июня 2023 г.

(судья районного суда Моисеенко В.И.),

УСТАНОВИЛ

А:

«Андреас Штиль АГ & Ко КГ (Andreas Stihl AG &Co RG)» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации товарный знак № № и за причинение ущерба деловой репутации в размере 50 000 руб., судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства - товара, приобретенного у ответчика в сумме 350 руб., почтовых расходов в размере 186,64 руб., расходов по оплате госпошлины в размере 1 700 руб.

В обоснование иска указано, что в ходе закупки, произведенной 16 октября 2022 г. в торговой точке, расположенной по адресу: ФИО2 <адрес>, установлен факт продажи контрафактного товара «Масло для бензопил», в подтверждение продажи выдан чек с наименованием продавца ФИО1 На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № (дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ, срок действия – до ДД.ММ.ГГГГ).

Исключительные права на объект интеллектуальной деятельности принадлежат истцу на основании выписки из WIPO на товарный знак № «STIHL» и ответчику не передавались. Бренд «STIHL» известен участникам рынка и потребителям с 1926 г., компания зарекомендовала себя как производитель продукции высокого качества.

Истец не давал разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца. Ответчик прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с 2 февраля 2023 г., однако, на момент фиксации нарушения ответчик обладал статусом индивидуального предпринимателя.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском (л.д. 6-11).

Решением Богучарского районного суда Воронежской области от 7 июня 2023 г. иск удовлетворен, с ФИО1 в пользу «Андреас Штиль АГ & Ко КГ (Andreas Stihl AG &Co RG)» взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на средство индивидуализации товарный знак № и за причинение ущерба репутации правообладателя в размере 50 000 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 1 700 руб., расходы по восстановлению нарушенного права в размере 350 руб., почтовые расходы в размере 186,64 руб. (л.д. 140-144).

В апелляционной жалобе ФИО1 просила изменить вышеуказанное решение суда, снизив размер взысканной компенсации, указав, что товар (масло для бензопил) она приобрела на рынке «Янтарный» в г. Аксай Ростовской области для последующей продажи посредством розничной торговли, не подозревала, что товар является контрафактным, сразу после закупки она изъяла из продажи данный товар, ранее никогда такой товар не продавала, исключительные права истца не нарушала. Масло для бензопил она продавала всего лишь 14 дней и продала только 2 единицы данного товара. Заявленный размер компенсации в сумме 50 000 руб. она считает несоразмерным допущенному нарушению (л.д. 160-161).

В судебное заседание ФИО1 не явилась, представителя не направила. «Андреас Штиль АГ & Ко КГ» явку представителя не обеспечило. О времени, дате и месте рассмотрения дела извещены. В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Проверив материалы дела в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены оспариваемого судебного акта.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями действующего законодательства, верно истолковав и применив их к возникшим правоотношениям.

Согласно пункту 14 части 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются: товарные знаки и знаки обслуживания.

В силу статьи 138 ГК РФ использование результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, которые являются объектом исключительных прав, может осуществляться третьими лицами только с согласия правообладателя.

На основании пункта 1 статьи 1229 ГК РФ правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу части 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что «Андреас Штиль АГ & Ко КГ (Andreas Stihl AG &Co RG)» является обладателем исключительных прав на товарный знак №, воспроизведение товарного знака – «STIHL» (л.д. 30-55).

В целях защиты своих исключительных прав истцом произведен комплекс мероприятий, в результате которых 16 октября 2022 г. установлен факт продажи ФИО1 продукции в торговой точке, расположенной по адресу: ФИО2 <адрес>, <адрес> по договору розничной купли-продажи стоимостью 350 руб. товара – «Масло для бензопил» с надписью «STIHL»,

Факт продажи вышеуказанного товара подтверждается кассовым чеком, содержащим наименование продавца ИП «ФИО1», а также компакт-диском с видеозаписью покупки товара (масла для бензопил) и не оспаривается ответчиком (л.д. 56, 96).

Согласно выписке из ЕГРИП ответчик ФИО1 прекратила деятельность в качестве ИП с 02 февраля 2023 г., т.е. уже после указанного факта продажи названного товара (л.д.57-61).

Письменное соглашение истцом о предоставлении ФИО1 права на продажу масла для бензопил «STIHL» не заключено, то есть ответчик осуществил бездоговорное использование товара истца, чем допустил нарушение исключительных прав истца.

Основываясь на положениях статей 1252, 1255, 1259, 1484, 1515, 1301 ГК РФ, всесторонне и полно исследовав представленные доказательства, установив факт принадлежности истцу товарных знаков по свидетельствам о регистрации творчества, а также факт их использования ФИО1, без разрешения правообладателя, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворении исковых требовании, взыскав с ФИО1 компенсацию за нарушение исключительных прав и за причинение ущерба репутации правообладателя в размере 50000 руб.

Судебная коллегия находит выводы суда правильными, основанными на тех нормах материального права, которые подлежали применению к сложившимся отношениям сторон, и соответствующими установленным судом обстоятельствам дела.

Довод ответчика о том, что взысканный судом размер компенсации 50 000 руб. является несоразмерным допущенному нарушению прав истца, судебная коллегия считает не влекущим изменение оспариваемого судебного акта.

В обоснование размера компенсации истец указал, что бренд «STIH» известен участникам рынка и потребителям с 1926 г., компания зарекомендовала себя как производитель продукции высокого качества.

Использование контрафактного смазочного материала способствует постепенному выведению техники из безопасного для работы состояния, что повышает риски возникновения несчастных случаев, опасных для жизни и здоровья потребителя, использующего технику, обслуженную контрафактными смазочными материалами, произведенными из некачественного сырья, с нарушением лицензионных технологий. Распространение неоригинальной контрафактной продукции сводит к минимуму все усилия истца по обеспечению безопасного для потребителя использования рабочей, строительной, уборочной техники.

Истец, понимая всю свою ответственность безопасность использования производимого им оборудования, разрабатывает, модернизирует и внедряет в производство новые, современные дорогостоящие технологии, которые призваны прежде всего обезопасить потребителя от несчастных случаев. Поэтому распространение ответчиком неоригинальной контрафактной продукции сводит к минимуму все усилия истца по обеспечению безопасного для потребителя использования рабочей, строительной, уборочной техники.

ФИО1, являясь профессиональным участником рынка, обязана определять, торгует ли она контрафактными товарами, а также приобретать для реализации исключительно лицензионную продукцию. Проверка происхождения товара и отсутствия претензий третьих лиц такая же обязанность предпринимателя, как и проверка качества продукции, которую он реализует.

Истцу действиями ответчика причинены серьезные убытки, расчет которых в силу специфики объекта затруднителен для истца. Продажа ответчиком контрафактного товара указывает лишь на то, исключительные права истца нарушаются, но истинный размер нарушения остается неизвестен, так как не известно какое общее количество контрафактного товара, нарушающего исключительные права истца, было продано ответчиком.

Таким образом, противоправная деятельность ФИО1, направленная на личное обогащение и осуществление незаконных продаж товара, приносит не только материальные убытки истцу, но и вводит в заблуждение потребителя, касательно оригинальности и качества распространяемых смазочных материалов.

Использование контрафактных масел повышает износ техники, что приводит в свою очередь к критическому техническому состоянию оборудования, увеличивает количество поломок, существенно снижает общий срок эксплуатации, лишая гарантии используемую технику. Все это наносит ущерб репутации истца, как производителя качественной техники и оборудования, и приводит к потере доверия потребителей.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ суд не вправе снижать меры компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе произвольно. Сторона, заявившая о необходимости снижения, обязана это доказать. Такое снижение должно быть мотивировано и подтверждено доказательствами (Определение Судебной коллегии Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-13233 от 21 апреля 2017 г., № 308-ЭС17-4299 от 11 июля 2017 г.).

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что компенсация в размере 50 000 руб. гарантированно возмещает убытки истца, а также делает экономически нецелесообразным для розничных продавцов приобретение в дальнейшем контрафактной продукции у сомнительных поставщиков.

Довод апеллянта о том, что она не знала о контрафактном характере продаваемого ею товара, по мнению судебной коллегии, несостоятелен, поскольку при той степени разумности и осмотрительности, какая от нее требовалась, ФИО1 могла и должна была осуществлять проверку закупаемой продукции, в том числе и на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции, требовать сертификаты качества и др.

В материалы дела ФИО1 не представлено доказательств попыток проверить партию товара на контрафактность, что свидетельствует о грубом характере нарушения.

ФИО1, исходя из специализации своей деятельности, должна быть осведомлена как о незаконности продаж нелицензионной продукции, так и большом количестве контрафакта на рынке, наличие которого предполагает более осмотрительное отношение к закупаемому товару.

Ответчик должен был, проявляя добросовестность, разумность и осмотрительность, предпринять действия по проверке приобретаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции (статьи 10, 401, 1250, 1252 ГК РФ, постановление Конституционного Суда РФ № 28-П от 13 декабря 2016 г.).

Доказательствами лицензионного характера продукции может являться лицензионный договор между правообладателем и поставщиком (пункты 1, 5 статьи 1233 ГК РФ). Также на лицензионном товаре должны содержаться сведения о правообладателе и лицензиате.

Кроме того, наличие у правообладателя исключительных прав на товарные знаки удостоверяется данными о товарных знаках, внесенными в Международный реестр товарных знаков о регистрации товарных знаков, доступ к которым является открытым для третьих лиц на официальном сайте Всемирной организации интеллектуальной собственности: http://www.wipo.int/madrld/monitor/en/index.isp.

Согласно пункту 5 статьи 1250 ГК РФ, отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав. Аналогичное положение закреплено в пункте 7 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 сентября 2015 г.). Отсутствие вины нарушителя освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также исключает применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Таким образом, ответчик не может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности, в том числе в связи с отсутствием его вины, поскольку его деятельность является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных следствий, ей присущих.

Ссылка на то, что продано всего две единицы контрафактного товара, не подтверждена документально. Вместе с тем количество проданного товара, так же как и невысокая цена проданного товара учтены судом первой инстанции при определении размера взыскиваемой компенсации. Иных доводов, которые бы не были учтены судом при определении размера компенсации или были учтены необоснованно, апелляционная жалоба не содержит.

Судом первой инстанции правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, применен закон, подлежащий применению по спорным правоотношениям, в соответствии со статьей 67 ГПК РФ, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая оценка.

С учетом изложенного судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели бы к неправильному разрешению дела, а также предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, являющихся основанием для безусловной отмены судебного постановления, не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Богучарского районного суда Воронежской области от 7 июня 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 сентября 2023 г.

Председательствующий

Судьи коллегии