РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2025 года город Ульяновск

Заволжский районный суд города Ульяновска в составе председательствующего судьи Куренковой О.Н.,

при секретаре судебного заседания Шарафутдиновой О.К.,

с участием прокурора Москалева М.А.,

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ПАО «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. В обоснование исковых требований указано, что он работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в ЗАО «Авиастар-СП» (с 30.04.2015 - АО «Авиастар-СП»), АО «Авиастар-СП» 01.11.2021 прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ПАО «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» (ПАО «ИЛ») филиал ПАО «ИЛ» в Ульяновске - Авиастар».

Он работал с 01.01.1998 по 01.04.2007 в цехе №283 АСП сборщиком- клепальщиком; с 01.04.2007 по 01.01.2008 - в цехе №283 АСП сборщиком – клепальщиком производства отсеков фюзеляжа Ф-3; с 01.01.2008 по 01.06.2008 - в цехе №284 сборщиком- клепальщиком; с 01.06.2008 по 01.12.2011 - в цехе №283 АСП сборщиком-клепальщиком производства отсеков; с 01.12.2011 по 01.06.2012 – оператором клепальных автоматов в цехе сборки отсеков фюзеляжа (Ф-3, Ф- 4) АСП; с 01.06.2012 по 15.12.2015 - оператором клепальных автоматов в цехе сборки фюзеляжа (Ф-3, Ф- 4) изд. 204, отсека Ф-2 изд. 476 (213) АСП; с 15.12.2015 слесарем по ремонту агрегатов в цехе сборки отсеков фюзеляжа Ф-3, Ф-4 изделия «204», отсека Ф-2 изделия ИЛ-76 МД-90 А (283) агрегатно-сборочного производства; с 01.11.2021 переведен слесарем по ремонту агрегатов в цех сборки отсека Ф-2 изделия ИЛ-76 МД-90-А, ИЛ-79 М-90А (283) агрегатно - сборочного производства. Работает по настоящее время.

В связи с работой в контакте с вредными производственными факторами: локальной вибрацией, шумом, химическими веществами и тяжестью трудового процесса ему диагностированы диагнозы двух профессиональных заболеваний:

- вибрационная болезнь второй степени от действия локальной вибрации. Вегетативно-сенсорная полинейропатия рук, периферический ангиодистонический синдром в сочетании с костно-трофическими нарушениями в костях кистей (акт о случае профессионального заболевания от 09.11.2011). По данному профессиональному заболеванию ему установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно;

- нейросенсорная тугоухость с легкой степенью снижения слуха (акт о случае профессионального заболевания от 09.11.2011). По данному профессиональному заболеванию ему установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно.

В связи с полученными профессиональными заболеваниями он испытывает физические и нравственные страдания, ежегодно вынужден проходить лечение в ГУЗ «УОКМЦ ОПЛПРВ и ПП им. Максимчука В.М.», тем самым, ему причинен моральный вред, компенсацию которого оценивает в 800 000 руб.

Просил суд взыскать в свою пользу с ПАО ИЛ компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 800 000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела без его участия с участием представителя.

Представитель истца ФИО2 судебном заседании исковые требования поддержала, дополнительно пояснила, что истцу причинен моральный вред, вызванный двумя профессиональными заболеваниями. Вина работодателя ПАО ИЛ заключается в необеспечении безопасных условий труда, непринятии работодателем исчерпывающих мер для создания оптимальных условий труда. Последствия профессиональных заболеваний выражаются в онемении рук, ношение слухового аппарата, необходимость принятия таблеток. Просила исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика ПАО ИЛ в судебном заседании исковые требования не признала, поскольку на данном предприятии истец проработал всего 13 лет, не мог получить такие заболевания. Более подробно позиция ответчика изложена в письменном отзыве (л.д. 137-142). Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Представители третьих лиц Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Ульяновской области, ГУЗ «УОКМЦ ОПЛПРВ и ПП им. Максимчука В.М.» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, суду представлены отзывы (л.д. 72-73, 102-103).

С учетом мнения участников процесса в соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело при данной явке по имеющимся в деле доказательствам.

Заслушав участников процесса, мнение прокурора, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований частично по следующим основаниям.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относится право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В Российской Федерации также охраняются труд и здоровье людей (статья 7 Конституции Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и девятый части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с Распоряжением Президента РСФСР от 26.11.1991 № 103-рп «Об Ульяновском авиационном промышленном комплексе» и Постановлением Правительства РСФСР от 26.11.1991 года № 23 «Вопросы акционерных обществ «Авиастар» и «Волга-Днепр» ГП УАПК «Авиастар» было преобразовано в АО «Авиастар».

ЗАО «Авиастар-СП» зарегистрировано в качестве юридического лица 02.12.1997, учреждено как коммерческая организация на основе средств учредителей и отвечает по своим обязательствам имуществом, имеющимся в его собственности, что подтверждается, свидетельствами о государственной регистрации и внесении записи в Единый государственный реестр юридических лиц, Уставом ЗАО «Авиастар-СП».

Согласно выписке из протокола №10 заседания Совета директоров АО «Авиастар» от 26.09.1997, закрытое акционерное общество «Авиастар-СП» создано акционерным обществом «Авиастар», доля которого в уставном капитале ЗАО «Авиастар-СП» определена в 100% с оплатой ее имуществом.

В силу п.3 ст. 56 ГК РФ, поскольку учредитель юридического лица не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя, принимая во внимание, что Уставом ЗАО «Авиастар-СП» не предусмотрена его ответственность по обязательствам учредителя - АО «Авиастар» (ОАО «УАПК «Авиастар»), поэтому ЗАО «Авиастар-СП» должно самостоятельно нести ответственность в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей у данного работодателя.

Как следует из материалов дела, ФИО1 работал, в т.ч. в ЗАО «Авиастар-СП», которое с 30 апреля 2015 года переименовано в АО «Авиастар-СП», с 01 ноября 2021 года реорганизовано путем присоединения к ПАО ИЛ:

с 01.01.1998 по 31.03.2007 в цехе №283 АСП сборщиком - клепальщиком;

с 01.04.2007 по 31.12.2007 - в цехе №283 АСП сборщиком – клепальщиком производства отсеков фюзеляжа Ф-3;

с 01.01.2008 по 31.05.2008 - в цехе №284 сборщиком - клепальщиком;

с 01.06.2008 по 30.11.2011 - в цехе №283 АСП сборщиком-клепальщиком производства отсеков;

с 01.12.2011 по 31.05.2012 – оператором клепальных автоматов в цехе сборки отсеков фюзеляжа (Ф-3, Ф- 4) АСП;

с 01.06.2012 по 14.12.2015 - оператором клепальных автоматов в цехе сборки фюзеляжа (Ф-3, Ф- 4) изд. 204, отсека Ф-2 изд. 476 (213) АСП;

с 15.12.2015 по 31.10.2021 слесарем по ремонту агрегатов в цехе сборки отсеков фюзеляжа Ф-3, Ф-4 изделия «204», отсека Ф-2 изделия ИЛ-76 МД-90 А (283) агрегатно-сборочного производства;

с 01.11.2021 по настоящее время - слесарем по ремонту агрегатов в цех сборки отсека Ф-2 изделия ИЛ-76 МД-90-А, ИЛ-79 М-90А (283) агрегатно - сборочного производства (л.д. 49-56, 59-60, 187-196).

Коллективными договорами на 1999-2002 годы сборщику – клепальщику в цехе 283 за работу во вредных условиях труда были предусмотрены выдача молока, дополнительный отпуск (л.д. 179-186)

20 ноября 2009 года составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, поскольку ФИО1 выставлен предварительный диагноз полинейропатия верхних конечностей. Главным специалистом – экспертом отдела санитарного надзора Управления Роспотребнадзора по Ульяновской области установлено, что ФИО1 обеспечен специальной одеждой согласно отраслевых норм, в связи с наличием шума, вибрации определен класс условий труда 3.2, по показателям тяжести трудового процесса класс 3.1, в связи с чем общая оценка условий труда оценена как вредная – класс 3.2, условия труда не соответствуют требованиям СН2.2.4/2.1.8.562-96, СН (л.д. 80-93).

Согласно трудовому договору от 09 февраля 2011 года и дополнительным соглашениям ФИО1 18 апреля 2011 года был установлен дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда продолжительностью 12 календарных дней, а также с 20 октября 2016 года класс условий труда 3.2, вредные факторы: шум, химический, доплата за условия труда 4 % и средства индивидуальной защиты (л.д. 166-178).

По результатам медосмотра в 2011 году у ФИО1 выявлено профессиональное заболевание. В период с 03 по 15 октября 2011 года ФИО1, находился на обследовании в ГУЗ «Областной центр профессиональной патологии», врачебная комиссия № 69, впервые установила ФИО1 профессиональное заболевание: вибрационная болезнь второй степени от действия локальной вибрации, вегетативно-сенсорная полиневропатия рук, перифирический ангиодистонический синдром в сочетании с костно-трофическими нарушениями в костях кистей. Нейросенсорная тугоухость с легкой степенью снижения слуха (л.д.145-146).

Согласно справкам МСЭ-2006 ФИО1 на основании акта медико-социального освидетельствования была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 30% по вибрационной болезни и 10% по повторному профессиональному заболеванию.

Документом, устанавливающим профессиональный характер заболеваний, возникших у ФИО1 в период работы на ЗАО «Авиастар-СП», являются Акты о случае профессионального заболевания от 09 ноября2011 года.

Из Актов о случаях профессиональных заболеваний следует, что работа сборщика-клепальщика в ЗАО «Авиастар-СП» в цехе 283 АСП (агрегатно-сборочное производство) общий стаж работы с 12.10.1980 по настоящее время, стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 27 лет 3 мес. Работа сопряжена с использованием ручного виброопасного инструмента, при этом воздействие вредных производственных факторов на сборщика-клепальщика составляет: локальной вибрации – 65% продолжительности рабочей смены. В процессе труда на сборщика-клепальщика оказывают воздействие следующие производственные факторы: повышенный уровень локальной вибрации, шума, физические нагрузки, статическое напряжение на обе руки рабочего, мышцы кисти, предплечья, плеча, спины, неудобная, вынужденная поза рабочего: стоя, с наклоном корпуса вперед, в сторону, руки подняты вверх, удерживая на весу тяжелый пневмоинструмент, голова запрокинута назад, на корточках с наклоном туловища вперед. Холодовой фактор, контакт с бензином, герметиками на основе эпоксидных смол. Расследования проведены в связи с профессиональными заболеваниями нейросенсорная тугоухость с легкой степенью снижения слуха и вибрационная болезнь второй степени от действия локальной вибрации, вегетативно-сенсорная полиневропатия рук, периферический ангиодистонический синдром в сочетании с костно-трофическими нарушениями в костях кистей. Согласно Руководству Р.2.2.2006-05 условия труда сборщика-клепальщика цех 283 оцениваются по классу 3 степени 2, вредные условия труда: локальная вибрация - 3.1, шум - 3.2, химические вещества – 3.1, тяжесть трудового процесса – 3.1 (карта аттестации №283038 от 2006 г.) (л.д. 9-12).

Профессиональные заболевания истцу установлены специализированным лечебным медицинским учреждением - ГУЗ «УОКМЦ ОПЛПРВ и ПП им. Максимчука В.М.» в пределах предоставленной законодательством компетенции (постановление Правительства РФ от 15.12.2000 №967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний»), с учетом длительного стажа работы - 27 лет в контакте с локальной вибрацией, шумом, при этом условия труда по тяжести и напряженности трудового процесса оценены как вредные 3.2. (санитарно-гигиеническая характеристика условий труда от 20.11.2011), анамнеза развития заболевания, данных дополнительных методов обследования и заключения консультантов. В связи с чем ФИО1 назначены страховые выплаты (л.д.105-129).

Далее ежегодно ФИО1 проходил стационарное лечение в ГУЗ «УОКМЦ ОПЛПРВ и ПП им. Максимчука В.М.» (л.д. 21-43, 75-76).

19 ноября 2024 года по результатам медико-социальной экспертизы у ФИО1 подтверждены ранее выставленные клинические диагнозы. Заболевания профессиональные, утрата профессиональной трудоспособности 30% и 10% бессрочно.

В силу ст. 123 Конституции РФ, ст.ст. 12, 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

С учетом изложенного, поскольку ФИО1 был принят на работу в ЗАО «Авиастар-СП», которое в дальнейшем переименовано и реорганизовано путем присоединения к ПАО ИЛ, трудовой договор до настоящего времени не расторгнут, суд находит, что ПАО ИЛ является надлежащим ответчиком по данному иску ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в связи с получением профессиональных заболеваний.

По сути, в течение длительного периода времени (до установления профессиональных заболеваний) истец выполнял одну трудовую функцию – работал сборщиком-клепальщиком, его место работы оставалось неизменным – агрегатно-сборочное производство. По Перечню профессий рабочих с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, профессия сборщика-клепальщика относится к работе во вредных условиях труда, наличие которых подтверждено, в т.ч. аттестацией рабочего места с установлением условий труда класса 3.2, и признано работодателем.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В связи с тем, что работодателем не были обеспечены оптимальные условия труда, исключающих возникновение у работника профессиональных заболеваний как негативных последствий воздействия неблагоприятных производственных факторов, что повлекло приобретение профессиональных заболеваний, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда являются обоснованными. Также суд учитывает, что вины работника в получении установленных у него профессиональных заболеваний не установлено.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактический период работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, фактические обстоятельства причинения вреда, наличие двух профессиональных заболеваний, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, степень вины ответчика, возраст истца и степень утраты им трудоспособности ( в общей сложности 40%), ограниченность в повседневной жизнедеятельности ввиду наличия данных заболеваний, необходимость постоянного лечения, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, принципы разумности и справедливости и приходит к выводу, что работодатель является причинителем вреда, ответственным за моральный вред, причиненный работнику ФИО1 в связи с исковые требования о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежащими удовлетворению частично в размере 500 000 рублей.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ с ответчика следует взыскать государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» в размере 3 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Авиационный комплекс им. С.В.Ильюшина» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного обществу «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 500 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ПАО «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» государственную пошлину в сумме 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд г. Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 13 февраля 2025 года.

Судья О.Н. Куренкова