Дело № 2-35/2023

36RS0035-01-2022-002101-61

Стр. 2.211

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Семилуки 19 января 2023 г.

Семилукский районный суд Воронежской области в составе председательствующего судьи Енина М.С.,

при секретаре Щеблыкиной О.Н.,

с участием представителя истца Синджента ФИО1 в лице генерального представителя в России ООО «Сингента» - по доверенности ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 - адвоката по ордеру ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Синджента ФИО1 в лице генерального представителя в России ООО «Сингента» к ФИО3 о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака,

УСТАНОВИЛ:

«Синджента ФИО1» в лице генерального представителя в России ООО «Сингента» обратилось в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака, по тем основаниям, что компания «Синджента ФИО1» является правообладателем товарных знаков: «Круйзер», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 319106 в отношении 01 и 05 класса товаров; «CAPTORA», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 336868 в отношении 01 и 05 класса товаров; «КАПТОРА», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 789920 в отношении 05 класса товаров; «СЕЛЕСТ», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 706524 в отношении 01 и 05 класса товаров.

В 01 класс товаров входят химические продукты, предназначенные для использования в сельском хозяйстве, садоводстве и лесоводстве; препараты для протравливания семян. В 05 класс товаров входят препараты для уничтожения вредных животных; фунгициды; гербициды; инсектициды; родентициды; пестициды.

Ответчик ФИО3 нелегально использовал товарные знаки для изготовления и сбыта контрафактной продукции в период с 05 августа 2015 г. по 26 февраля 2020 г., получив прибыль в размере 8 009 600 руб., что подтверждается постановлением Семилукского районного суда Воронежской области от 25 апреля 2022 г. по уголовному делу № 1-78/2022, вступившему в законную силу 06 мая 2022 г., тем самым причинив убытки истцу.

Компания «Синджента ФИО1» не предоставляла ответчику права на использование товарных знаков, а равно не передавала указанному лицу оригинальную (лицензионную) продукцию фирмы «Синджента ФИО1».

В рамках рассмотрения уголовного дела ООО «Сингента» предъявило гражданский иск о взыскании с ФИО3 имущественного ущерба, причиненного преступлением в размере 1 392 973,91 руб., однако, уголовное дело было прекращено, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, гражданский иск было оставлен без рассмотрения.

Истец Синджента ФИО1 в лице генерального представителя в России ООО «Сингента» просит взыскать с ФИО3 компенсацию за незаконное использование товарных знаков «Круйзер», «CAPTORA», «КАПТОРА», «СЕЛЕСТ» в размере 2 785 947 руб. 82 коп., в соответствии с приложенным расчетом.

В судебном заседании представитель истца «Синджента ФИО1» в лице генерального представителя в России ООО «Сингента» - по доверенности ФИО2 поддержал заявленные исковые требования, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 - адвокат по ордеру ФИО4 в судебном заседании не возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, вместе с тем, просил снизить компенсацию за незаконное использование товарного знака до 1 392 973, 91 руб.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из ст. 52 Конституции Российской Федерации следует, что права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

В силу п. 1 и п. 2 ст. 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак.

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Согласно статье 1478 Гражданского кодекса Российской Федерации обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.

В силу статьи 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

По лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на товарный знак (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования товарного знака в определенных договором пределах с указанием или без указания территории, на которой допускается использование, в отношении всех или части товаров, для которых зарегистрирован товарный знак (п. 1 ст. 1489 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что истец «Синджента ФИО1» является правообладателем товарных знаков:

«Круйзер», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 319106 в отношении 01 и 05 класса товаров;

«CAPTORA», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 336868 в отношении 01 и 05 класса товаров;

«КАПТОРА», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 789920 в отношении 05 класса товаров;

«СЕЛЕСТ», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 706524 в отношении 01 и 05 класса товаров, что подтверждается копиями свидетельств на товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1223), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 25 апреля 2022 г. Семилукским районным судом Воронежской области по уголовному делу № 1-78/2022 вынесено постановление в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 171, частью 1 статьи 180 УК РФ, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, уголовное дело прекращено, исходя из указанного постановления обвиняемый ФИО3 в период с 05 августа 2015 г. по 26 февраля 2020 г. используя товарные знаки компании «Синджента ФИО1, которая является правообладателем товарных знаков: «Круйзер», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 319106 в отношении 01 и 05 класса товаров; «CAPTORA», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 336868 в отношении 01 и 05 класса товаров; «КАПТОРА», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 789920 в отношении 05 класса товаров; «СЕЛЕСТ», зарегистрированного в реестре товарных знаков за № 706524 в отношении 01 и 05 класса товаров получил прибыль в размере 8 009 600 руб. посредством производства контрафактной продукции.

ООО «Сингента» предъявлен гражданский иск о взыскании с ФИО3 в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного преступлением на сумму 1 927 160 руб., который был оставлен без рассмотрения. Указанное постановление вступило в законную силу 06 мая 2022 г.

Согласно п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В силу п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, вина причинителя вреда презюмируется, и он может быть освобожден от ответственности лишь при доказывании обстоятельств отсутствия своей вины.

В соответствии со ст. 1082 Гражданского кодекса РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно подп. 3 п. 1 ст. 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В силу положений ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу положений ч. 1 ст. 71 ГПК РФ приговор является письменным доказательством, содержащим сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Исходя из разъяснений, данных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 "О судебном решении", суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

В период с 05 августа 2015 г. по 26 февраля 2020 г. ответчик незаконно использовал товарные знаки, правообладателями которых является истец, не имея при этом разрешения на их использование.

Данный факт установлен постановлением Семилукского районного суда Воронежской области от 25 апреля 2022 г., согласно которого, ответчик использовал с целью сбыта продукцию с использованием чужих зарегистрированных товарных знаков «Круйзер», «CAPTORA», «КАПТОРА», «СЕЛЕСТ» без согласия правообладателя, вступившим в законную силу 06 мая 2022 г., и доказыванию вновь не подлежит.

Согласно ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный знак охраняется законом. Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации признается при условии государственной регистрации такого результата или такого средства.

В результате незаконного использования чужого товарного знака ответчики причинили истцу вред в размере 1 392 973,91 руб., исходя из стоимости оригинальной продукции на сезон, общая выручка от реализации контрафактной продукции составила 8 009 600 руб. Указанную сумму денежных средств ответчик израсходовал по своему усмотрению, данные обстоятельства стороной ответчика не оспариваются.

Статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена ответственность за незаконное использование товарного знака.

Согласно п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Факт незаконного использования товарных знаков «Круйзер», «CAPTORA», «КАПТОРА», «СЕЛЕСТ», исключительные права, на использование которого, принадлежат истцу, ответчиком не оспаривается и подтверждается постановлением суда, объем использования также определен.

Из расчета истца усматривается, что ущерб, причиненный незаконным использованием товарных знаков, произведен, исходя из цены оригинальной продукции компании и контрафактной продукции на день реализации, и составляет в двукратном размере 2 785 947 руб. 82 коп.

Представленный истцом расчет задолженности проверен судом и признан правильным, составлен с учетом компенсации за использование чужого товарного знака, контрсчет ответчиком не представлен.

Таким образом, ответчиком были незаконно использованы товарные знаки «Круйзер», «CAPTORA», «КАПТОРА», «СЕЛЕСТ» при производстве продукции, чем были нарушены исключительные права истца.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2 постановления от 13 декабря 2016 г. № 28-П, положения подп. 1 ст. 1301, подп. 1 ст. 1311 и подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ст. 17 (ч. 3), 19 (чч. 1 и 2), 34 (ч. 1) и 55 (ч. 3) в той мере, в какой в системной связи с п. 3 ст. 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Исходя из основных начал гражданского законодательства, а именно признания равенства участников регулируемых им отношений (ст. 1 ГК РФ), определение с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общего размера компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, допустимо не только в отношении индивидуальных предпринимателей и физических лиц, но и в отношении юридических лиц.

Учитывая системную связь подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ с п. 3 ст. 1252 ГК РФ, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Истцом при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Учитывая изложенные положения, ответчиком заявлено о снижении размера компенсации, которую просит истец, мотивируя свои требования тем, что истец в спорный период не являлся индивидуальным предпринимателем, использование товарного знака не являлось существенной частью его деятельности, факт незаконного использования товарных знаков допустил впервые, совершенное правонарушение не носило грубый характер, а также исходя из имущественного положения ответчика и наличие несовершеннолетних детей.

При изложенных обстоятельствах, суд не усматривает оснований для снижения размера компенсации до 1 392 973,91 руб., поскольку, по общему правилу размер такой компенсации признан законом соразмерным последствиям правонарушения.

Снижение компенсации почти до 1 392 973,91 руб. игнорирует принципы справедливости, законности и соразмерности наказания допущенному нарушению, и снижение компенсации, заявленной на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, поскольку допущенное ответчиком нарушение прямо запрещено федеральным законом, негативно влияет на репутацию правообладателя, кроме того, может повлечь потерю покупательского спроса на оригинальную продукцию, нарушение носило грубый характер, являлось существенной частью осуществляемой деятельности. Наличие на иждивении у ответчика детей, незначительный доход не является безусловным основанием для снижения размера компенсации, установленного законом.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 197-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования «Синджента ФИО1» в лице генерального представителя в России ООО «Сингента» к ФИО3 о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака – удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ООО «Сингента» за незаконное использование товарного знака компенсацию в размере 2 785 947 (два миллиона семьсот восемьдесят пять тысяч девятьсот сорок семь) руб. 82 коп.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Воронежского областного суда в апелляционном порядке, через суд принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.С. Енин

Мотивированное решение изготовлено 26 января 2023 г.