Дело № 2-272/2025 (2-6541/2024) КОПИЯ

УИД № 59RS0007-01-2024-007224-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 сентября 2025 года г. Пермь

Свердловский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Дзюбинской О.П.,

при секретаре судебного заседания Тюмисовой Р.Р.,

с участием представителя истца ФИО6,

представителя ответчика ФИО7,

прокурора Бушмакиной С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО8 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская клиническая больница № 1» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО8 обратилась в суд с иском к ГБУЗ ПК «КМСЧ № 1 г. Пермь» о компенсации морального вреда, указав в заявлении, что ДД.ММ.ГГГГ у истца умерла мама ФИО1. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения обратилась самостоятельно ДД.ММ.ГГГГ в 21.30 часов в инфекционное отделение ГБУЗ «КМСЧ №», при поступлении предъявила жалобы на кашель, слабость, повышение температуры тела до 38,6 С, боли в животе, тошноту, однократную рвоту. Из анамнеза известно, что впервые обратилась к врачу ДД.ММ.ГГГГ принимала «Ингаверин», а также симптоматическую терапию – без улучшения. Поставлена первая прививка от коронавирусной инфекции CОVID-19, вторая не выполнена (из-за лечения сахарного диабета). В приемном отделении мама была осмотрена дежурным врачом учреждения. Состояние рассмотрено как среднетяжелое. ЧДД 19 в мин, Ср 98%, АД 130/80 мм. рт. ст. ЧСС 88 в мин. Т 36,4, по органам без патологии. Установлен диагноз: Иные данные Пациентка госпитализирована на стационарное лечение, назначено лечение и обследование согласно установленному диагнозу. За период нахождение мамы на стационарном лечении регулярно осуществлялся мониторинг биохимических показателей крови, прокальцитопина, Д-Димера, СРП, ОАК, ОАМ, ЭКГ. Проводились обследования и лечение. За период нахождения пациентки в инфекционном отделении состояние с медленной отрицательной динамикой, нарастанием одышки. ДД.ММ.ГГГГ ЧДД увеличилось до 22 в мин., сатурация кислорода снизилась до 83 %. Была проконсультирована реаниматологом и переведена в отделение реанимации ответчика. Несмотря на интенсивную терапию ДД.ММ.ГГГГ наступила биологическая смерть мамы. Патологический диагноз: Основной: Иные данные Смерть мамы наступила отпрогрессирующей дыхательной недостаточности на фоне сахарного диабета 2 типа, НСР ПФФП,ГБ при развитии новой коронавирусной инфекции CОVID-19 с развитием диффузным альвеолярным повреждением и двусторонней пневмонией. Истец полагала, что наступление смерти её мамы ДД.ММ.ГГГГ наступила в том числе из-за некачественного оказанной медицинской помощи ответчиком. Поэтому обратилась в Министерство здравоохранения Пермского края с заявлением о проведении документарной проверки качества оказанной медицинской помощи ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ из акта проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерство здравоохранения Пермского края юридического лица № истцу стало известно о выявленных нарушениях обязательных требований медицинской помощи ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в период ее стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ «КМСЧ №1». Были установлены следующие нарушения критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения РФ от 10.05. 2017 года № 203н: пункта 2.2 пп.а,- в части ведения медицинской документации: - на лицевой странице медицинской карты стационарного больного при установлении основного клинического диагноза отсутствовала дата подтверждения диагноза и подпись лечащего врача; при переводе пациентки в отделение реанимации (ДД.ММ.ГГГГ) в медицинской карте стационарного больного отсутствует переводной эпикриз; пункта 2.2., пп. 3 – в части установления клинического диагноза на основании данных анамнеза осмотра, данных лабораторных и инструментальных методов обследования результатов консультаций врачей специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи а также клинических рекомендаций; при установлении клинического диагноза не указана дата подтверждения выделения вируса SARS-CoV-2 (от какого числа был выделен), а также не указана тяжесть пневмонии; при нахождении пациентки в инфекционном отделении не выполнены следующие исследования: определения анти тел к хламидиям и микоплазме; посев крови на стерильность и наличие грибов; мазок со слизистой носоглотки и ротоглотки на грипп и ОРВИ- несоблюдение временных Методических рекомендаций «Профилактика, лечение и диагностика новой коронавирусной инфекции COVID-19» версия 10 от ДД.ММ.ГГГГ и версия 11 от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденных заместителем министра здравоохранения РФ ФИО9; пункта 2.2., пп. л, - в части проведения коррекции плана обследования и плана лечения; пациентка из группы риска по возрасту и сопутствующей патологии не проконсультирована в центральных ковидных центрах <адрес> или ФИО10 Истец обращалась в ОП № дислокация <адрес> с заявлением по факту смерти её мамы. Однако признаков состава преступления в смерти ФИО1 установлено не было, о чем вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Полагает, что установленные дефекты оказании медицинской помощи находятся в причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи и наступлением смерти ФИО1. Считает, что в случае оказания её маме качественной и своевременной медицинской помощи в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи, утвержденным Министерством здравоохранения РФ, была бы правильно и своевременно проведена коррекция плана обследования и лечения в соответствии с группой риска по возрасту и сопутствующей патологии и, следовательно, была бы оказана надлежащая медицинская помощь и неблагоприятного исхода (смерти матери) можно было бы избежать. Смерть мамы, наступила в следствии не качественной медицинской помощи персонала ГБУЗ Пк КМСЧ № 1», истцу причинен неизмеримый моральный вред. Мама была замечательным человеком, уникальным специалистом в области права, находилась в судейской отставке, прекрасная и любящая мать и бабушка. В связи со смертью мамы истец испытывает глубокие переживания, чувство потери и горя в связи с утратой близкого для неё человека. Нравственные страдания выразились в форме страданий и переживаний по поводу смерти матери, испытывает горе, чувство утраты, беспомощности и одиночества. Просит взыскать с ГБУЗ ПК «КМСЧ № 1 г. Пермь»» компенсацию морального вреда Сумма.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования привлечено Министерство здравоохранения Пермского края (т.1 л.д. 2-3).

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования привлечена лечащий врач ФИО2 (т.2 л.д. )

Представитель истца судебном заседании доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала, представила возражения на отзывы ответчика (л.д. 93-98).

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «ГКБ № 1» в судебном заседании с иском не согласилась, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве, указала на отсутствие оснований для удовлетворения требований истца (л.д. 44-46, 67-69, 100).

Третье лицо Министерство здравоохранения Пермского края о месте и времени судебного заседания извещены судом надлежащим образом, представителя в суд не направили.

Третье лицо ФИО2 о месте и времени судебного заседания извещена судом надлежащим образом, направила в суд пояснения по делу (т. 2 л.д. )

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Прокурором дано заключение об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, родителями ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения являются ФИО3 и ФИО1 (т. 1 л.д. 17).

ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировала брак с ФИО4, что подтверждается свидетельством о заключении брака (т. 1 л.д. 18).

Согласно свидетельству о перемене имени от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 сменила фамилию на ФИО8 (т. 1 л.д. 19).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти (т. 1 л.д. 16).

Согласно постановлению ст. УУП ОП № 4 (дислокация Мотовилихинский район) Управления МВД России по г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по ч.2 ст. 124 УК РФ, ст. 125 УК РФ по основанию п. 1 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления отказано (т. 1 л.д. 21).

Согласно акту проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерством здравоохранения <адрес> юридического лица № - ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> на основании приказа первого заместителя министра здравоохранения <адрес> ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ № № проведена внеплановая документарная проверка в отношении: Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Клиническая медико-санитарная часть № 1». Выявлены нарушения обязательных требований: Медицинская помощь ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период ее стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ «КМСЧ №1» оказана с нарушениями:

критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных Приказом Министерством здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 г. № 203н:

пункта 2.2., пп. а,- в части ведения медицинской документации: на лицевой странице медицинской карты стационарного больного при установлении основного клинического диагноза отсутствует дата подтверждения диагноза и подпись лечащего врача; при переводе пациентки в отделение реанимации (ДД.ММ.ГГГГ) в медицинской карте стационарного больного отсутствует переводной эпикриз;

пункта 2.2., пп. 3. – в части установления клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных и инструментальных методов обследования, результатов консультаций врачей – специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций; при установлении клинического диагноза не указана дата подтверждения выделения вируса SARS- CoV-2 (от какого числа был выделен), а также не указана тяжесть пневмонии; при нахождении пациентки в инфекционном отделении не выполнены следующие исследования: определение антител к хламидиям и микоплазме; посев крови на стерильность и наличие грибов; мазок со слизистой носоглотки и ротоглотки на грипп и ОРВИ – несоблюдение временных Методических рекомендаций «Профилактика, лечение и диагностика новой коронавирусной инфекции (COVID- 19) версия 10 от 08.02.2021 и версия 11 от 07.05.2021, утвержденных заместителем министра здравоохранения Российской Федерации ФИО9.

пункта 2.2., пп. л – в части проведение коррекции плана обследования и плана лечения: пациентка из группы риска по возрасту и сопутствующей патологии не проконсультирован в центральных ковидных центрах <адрес> или ФИО10 (т. 1 л.д. 13-15, 52-53).

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии по оценке качества и безопасности оказания медицинской помощи пациентке ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ лечение пациентки ФИО1 проведено в соответствии с Временными методическими рекомендациями МЗ РФ по профилактике, диагностике и лечению НКВИ (версия 11 от ДД.ММ.ГГГГ) и в соответствии с приказом МЗ РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи». Ошибок в лечении пациента не допущено (т. 1 л.д 47-51).

Согласно акту проверки № Министерства здравоохранения Пермского края юридического лица, в части проверки выполнения предписания № от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> на основании приказа первого заместителя министра здравоохранения Пермского края ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ №-л проведена внеплановая документарная проверка в отношении: Государственного бюджетного учреждения здравоохранения пермского края «Клиническая медико-санитарная часть № 1» нарушений не выявлено (т.1 л.д. 54).

Согласно протоколу Патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти явилось: новая коронавирусная инфекция (COVID-19), подтвержденная (методом ПЦР в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, № направления №). Непосредственная: острая дыхательная недостаточность. Клинико - патологоанатомический эпикриз: Иные данные (т.1 л.д. 66).

Определением от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная медицинская экспертиза (т. 1 л.д. 161-164).

Согласно выводов заключения эксперта № (судебно – медицинская экспертиза по материалам дела), что по данным медицинской документации патологоанатомический диагноз ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ: Основное заболевание: Иные данные

Иные данные

При анализе медицинской помощи пациентке ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в ГБУЗ ПК «КМСЧ №» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выявлены следующие дефекты:

1. Дефекты оформления документации:

- В осмотре врача приемного отделения ДД.ММ.ГГГГ в 21:30 указана оценка тяжести СОVID-19 7 баллов – оценка проведена по неизвестной шкале, значение указанного балла не подлежит интерпретации.

- В осмотре лечащего врача и заведующего отделением ДД.ММ.ГГГГ в 09:20 не указан объем кислородной поддержки, некорректно проведена оценка по шкале NEWS (фактически состояние пациентки соответствовало 5 баллам, что являлось показанием для консультации врача- анестезиолога- реаниматолога, впоследствии состояние пациентки оставалось менее тяжелым и показаний для перевода в ОРИТ не возникло).

- В дневниковой записи от ДД.ММ.ГГГГ в 08:30 не указано значение температуры тела.

- В заключительном (посмертном) клиническом диагнозе не актуализирована степень тяжести новой коронавирусной инфекции (указана средняя, как при поступлении, хотя состояние пациентки при наличии ОРДС соответствовало крайне тяжелой степени).

2. Дефекты диагностического характера:

- ДД.ММ.ГГГГ 09:20 до 13:00 не проведена консультация врача- анестезиолога- реаниматолога при наличии показаний (снижение уровня сатурации крови кислородом до 70%, NEWS 5 баллов). Необходимо принимать во внимание, что имеется низкий класс рекомендаций по использованию шкалы NEWS (уровень достоверности доказательств -5, уровень убедительности рекомендаций – С), что означает: рекомендация по использованию шкалы NEWS для оценки тяжести состояния пациента и определения показаний для госпитализации в ОРИТ является слабой в связи с отсутствием доказательств надлежащего качества. В течении указанного времени проводился мониторинг состояния пациентки, кислородная поддержка, прон-позиция, достигнуты целевые значения насыщения крови кислородом, при дальнейшей дестабилизации состояния проведен осмотр врачем-анестезиологом-реаниматологом, установлена невозможность дальнейшего пребывания в условиях отделения и ПИТ, пациентка переведена в ОРИТ. Медицинская помощь при ухудшении состоянии оказана в надлежащем объеме без пролонгации.

- Не проведено определение натрий- уретического пептида. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ рождения страдала значимым сердечно-сосудистым заболеванием и определение натрий- уретического пептида было целесообразно и показано с позиций оценки степени тяжести сердечной недостаточности и дифференциальной диагностики между «сердечной астмой» с «легочной» одышкой на фоне основного заболевания (из клинических рекомендаций «Хроническая сердечная недостаточность» РКО от 2020 г. «…У всех пациентов с остро возникшей одышкой в максимально ранние сроки после госпитализации рекомендовано определение уровня в крови натрийуретических пептидов – ВNР или NT-proBNP для подтверждения диагноза… Коментарии. Это исследование рекомендовано для разграничения ОДСН и несердечных причин одышки, оценки тяжести ОДСН и ее прогноза пригоспитализации…»). Важно отметить, что с учетом анамнеза ((выезд за пределы региона, симптомы ОРВИ, положительный тест на Ковид- 19, а в дальнейшем- установление двусторонней пневмонии), уточняло природу дыхательной недостаточности и в дальнейшем определение натрий- уретического пептида не было показано. Данный дефект диагностического характера не повлиял на течение и исход основного заболевания.

- Не определено железо сыворотки крови с учетом результатов показателей гемоглобина по ОАК в динамике (Нb=116 – 110 -107 г/л).

3. Дефекты лечебного характера:

- Этиотропная терапия проведена по несоответствующей тяжести течения заболевания схеме (ДД.ММ.ГГГГ установлено среднетяжелое течение новой коронавирусной инфекции, для которого в качестве этиотропной терапии рекомендованы схемы с включением фавипиравира или ремдесивира, в то время как проводилась терапия умифеновиром и интерфероном). Для проведения упреждающей патогенетической терапии с применением ингибиторов януз – киназ показаний не было. В дальнейшем, когда можно было рассмотреть возможность назначения других препаратов для патогенетической терапии были установлены противопоказания для их применения. Схемы лечения являются рекомендованными, не содержат в себе строгих указаний, при этом в них встречаются прямые противоречия с инструкциями к лекарственным препаратам. При наличии подобных противоречий выбранную для лечения пациентки схему лечения можно считать приемлемой вплоть до перевода в ОРИТ с учетом отсутствия пневмонии, десатурации, потребности в кислородной поддержке и лихорадки в первые дни пребывания в стационаре.

- Препарат левофлоксацин назначен без достаточных оснований (по данным консультации клинического фармаколога от ДД.ММ.ГГГГ убедительных данных за бактериальную инфекцию не получено). Впоследствии у пациентки во время пребывания в ОРИТ, когда была диагностирована пневмония, имелись признаки бактериального инфицирования (наличие гнойной мокроты по данным фибробронхоскопии от ДД.ММ.ГГГГ), что являлось показанием для проведения антибактериальной терапии. Назначение препарата левофлоксацин до установления признаков присоединения бактериальной инфекции в данном случае не способствовало ухудшению состояния пациентки.

В ОРИТ ДД.ММ.ГГГГ с 13:40 до 14:10 при сохраняющейся гипоксии и одышке не применена высокопоточная оксигенация или неинвазивная ИВЛ, а в 14:10 сразу проведена интубация трахеи и перевод на инвазивную ИВЛ, что не соответствует пошаговому подходу при проведении респираторной поддержки. В рассматриваемом случае отсутствие этапа неинвазивной ИВЛ не повлияло на ухудшение состояния пациентки.

В остальном медицинская помощь пациентке ФИО1ДД.ММ.ГГГГ года рождения в ГБУЗ ПК «КМСЯ №» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была оказана верно, своевременно и в полном объеме.

Дефектов оказания медицинской помощи, повлиявших на наступление летального исхода или создавших риск прогрессирования имеющегося заболевания и его осложнений, в ходе стационарного лечения ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ПК «КМСЧ 3 1» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не выявлено.

При анамнезе причин развития неблагоприятного исхода (смерти) ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, отмечается сочетание нескольких факторов:

- тяжесть основного заболевания (НКВИ) и высокая летальность при данном виде патологии;

- возраст пациентки (64 года 10 месяцев) и наличие в анамнезе тяжелых хронических заболеваний, способствующих отягощению течения НКВИ (сахарный диабет 2 типа, ожирение 2 ст., гипертоническая болезнь);

- незаконченная схема вакцинации от СОVID -19 ( по данным медицинской документации ФИО1 была привита только первым компонентом «Гам- КОВИД-Вак» («СпутникV»).

Выявленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в период стационарного лечения в ГБУЗ ПК «КМСЧ № 1» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не имели существенного влияния на течение заболевания и развития его осложнений.

С учетом значительной коморбидности пациентки ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, принадлежности ее к группе высокого риска по нескольким факторам (возраст на момент смерти 64 года 10 месяцев, сахарный диабет 2 типа, ожирение 2 ст., артериальная гипертония) прогноз течения заболевания был неблагоприятным, имелась высокая вероятность присоединения тяжелых осложнений, что не исключало развития летального исхода.

Тяжесть вреда здоровью ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не устанавливается на основании п. 24 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», в соответствии с п. 3 «Правил определения степе5ни тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года № 522 (Собрание законодательства РФ, 2007 г., № 35, ст.4308), ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

При разрешении заявленных требований, суд руководствуется следующими нормами права, регулирующими спорные правоотношения.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

Статьей 4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с положениями ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно положениям п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 14 указанного выше Постановления разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска, что указано в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» граждане, находящиеся на лечении, обязаны соблюдать режим лечения, в том числе определенный на период их временной нетрудоспособности, и правила поведения пациента в медицинских организациях.

Согласно положениям ч. 1 ст. 37 Федерального закона «об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 79 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская организация обязана, в том числе:

организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи;

обеспечивать оказание медицинскими работниками медицинской помощи на основе клинических рекомендаций, а также создавать условия, обеспечивающие соответствие оказываемой медицинской помощи критериям оценки качества медицинской помощи;

обеспечивать применение разрешенных к применению в Российской Федерации лекарственных препаратов, специализированных продуктов лечебного питания, медицинских изделий, дезинфекционных, дезинсекционных и дератизационных средств;

предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях.

В силу положений ч.ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2); вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, включая медицинские карты на имя ФИО1, заключений качества оказания медицинской помощи и акта ведомственного контроля, пояснений сторон, принимая во внимание, что со стороны ответчика пояснения даны, суд приходит к выводу, что в судебном заседании не нашел своего подтверждения факт причинения вреда здоровью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения действиями ответчика.

Разрешая спор, исследовав имеющиеся в деле доказательства, пояснения сторон, письменные материалы, судом учитывается заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведенной ФИО11 приходит к выводу о том, что у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения имелись наличие у нее хронических, сопутствующих заболеваний до поступления в медицинское учреждение, позднее обращение за медицинской помощью при появлении первых признаков заболевания, дефекты оказания ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № 1» (ранее называлась ГБУЗ ПК «КМСЧ № 1 г. Пермь») медицинской помощи ФИО1 отсутствовали, причинно-следственной связи между наступлением смерти ФИО1 и действиями ответчика при оказании медицинской помощи ФИО1 не имеется, ввиду чего отсутствуют основания для признания ответчика ответственным за вред, причиненный истцу в связи со смертью близкого родственника, наличие недостатков оказанной медицинской помощи при отсутствии сведений о том, что именно они привели к смерти, может свидетельствовать о причинении морального вреда самой ФИО1, а не ее близкому родственнику – истцу (дочери) ФИО8. Истец ФИО8 безусловно испытывала нравственные страдания в связи со смертью матери, однако они не были связаны с действиями ответчика.

Вопреки доводам стороны истца, что комиссией экспертов установлено наличие в том числе дефектов оформления документов не являлись причиной смерти ФИО1, поскольку как это следует из медицинских документов, проколов исследования и заключения комиссии экспертов её смерть наступила в следствие от новой коронавирусной инфекции, течение которой осложнилось развитием двусторонней вирусной пневмонии, вторичным бактериальным инфицированием и острой дыхательной недостаточностью (ОРДС) на фоне страдания сахарным диабетом, ожирением 2 ст. и артериальной гипертонией.

Принимая во внимание изложенное, у суда отсутствуют правовые основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, в удовлетворении иска следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО8 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Городская клиническая больница № 1» о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд г. Перми в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья - подпись

Копия верна

Судья О.П. Дзюбинская

Мотивированное решение изготовлено 13 октября 2025 года.

Решение подшито в материалы гражданского дела №2-272/2025

Свердловского районного суда г. Перми