Дело № 2-3766/2025
50RS0042-01-2025-004271-56
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 декабря 2025 года г.Сергиев Посад
Сергиево-Посадский городской суд Московской области в составе: председательствующего судьи Сергеевой Л.В., с участием помощника Сергиево-Посадской городской прокуратуры ФИО1 при секретаре Журавлевой П.Е. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО2, ФИО3 к ГБУЗ Московской области «Сергиево-Посадская больница» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Матерью ФИО3, ФИО2 является ФИО4. (л.д.6-7).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла. (л.д.8).
Причиной смерти является <данные изъяты>. Из протокола патологоанатомического вскрытия № 1405 от 18.12.2023 года усматривается, что смерть наступила от <данные изъяты>. Непосредственной причиной смерти явился <данные изъяты>. (л.д. 187-193)
Указывая на ненадлежащее оказание медицинских услуг ФИО4 повлекших за собой ее смерть, ФИО5 обратились в суд с иском к ГБУЗ Московской области «Сергиево-Посадская больница» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.
Истец ФИО3, ее представитель, а также представитель ФИО2 по доверенности Цацин М.П. в судебном заседании исковые требования поддержали по доводам изложенным в иске. Просили суд взыскать с ответчика в пользу каждого истца по 1 000 000 руб., кроме того, просили суд взыскать с ответчика в пользу ФИО3 расходы на представителя в размере 70 000 руб.
Истец ФИО3 дополнительно пояснила, что ее мама ФИО3 проживала одна, она и брат часто навещали ее, между ними складывались теплые, доверительные отношения. ФИО3 наблюдалась у кардиолога с диагнозом «<данные изъяты>, в связи с чем, на постоянной основе принимала антикоагулянты. Причиной вызова Скорой медицинской помощи 09.12.2023 года явилось потеря сознания. Врачом приемного отделения ЦРБ был установлен предварительный диагноз: <данные изъяты>, однако при поступлении в кардиологическое отделение врач ФИО6 проигнорировал предварительный диагноз, установил диагноз: <данные изъяты>, уменьшив риск образования тромбоза, отменив антикоагулянты, соответственно неверно назначил лечение. Осмотр дежурном хирургом был произведен спустя 8 часов с момента вызова, с установлением неверного текущего диагноза (спаечная болезнь), что в совокупности привело к интенсивному ухудшению состояния здоровья и смерти. Смерть матери причинила ей сильнейшую боль, нравственные страдания. Компенсацию морального вреда она оценивает в 1 000 000 руб.
Представитель ответчика ГБУЗ «Сергиево-Посадская больница» по доверенности ФИО7 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражали по доводам, изложенным в письменных пояснениях, приобщенных к материалам дела. С учетом проведенной по делу экспертизы, порученной ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз», установившей только недостаток диагностики, который не состоит в причинно-следственной связи со смертью ФИО4, просил суд в удовлетворении иска отказать.
Третье лицо ФИО6 пояснил, что в декабре 2023 года он выполнял обязанности заведующего кардиологическим отделением, конкретно и подробно ФИО4 не помнит. Ее принимал и осматривал дежурный врач, он же делал назначения с учетом имеющихся записей в карте. Пояснил, что по установленным стандартам лечения, в случае поступления пациента с диагнозом <данные изъяты>, риск инсульта оценивается с учетом возраста, пола и заболеваний пациента в обязательном порядке. Поскольку, в данном случае нарушений ритма сердца установлено не было, то антикоагулянты могли быть не назначены. Полагал, что его действия соответствовали установленным стандартам лечения.
Третье лицо ФИО8 в судебном заседании пояснила, что она проводила осмотр ФИО4 в связи с жалобами последней на боли в животе. Были установлены клинические признаки <данные изъяты>. Также нельзя было исключить <данные изъяты>, в связи с чем было принято решение о проведении лапароскопической диагностики, в ходе которой было установлено <данные изъяты>. Причины возникновения <данные изъяты> не изучены, любая задержка кровотока может спровоцировать образование тромба. Назначение антикоагулянтов снижает риск тромбоза, но исключить его образование не может. Разрешение спора по существу оставляла на усмотрение суда.
В последующем третьи лица ФИО8, ФИО6 в судебное заседание не явились, представили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие. Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования удовлетворить частично, допросив свидетеля, эксперта суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Причинивший вред освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинён не по его вине.
В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В числе способов защиты прав, установленных ст. 12 ГК РФ, предусмотрена компенсация морального вреда.
Статьей 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными гл.59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В соответствии с п.1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения.
Конституция Российской Федерации гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина ( ч. 1 ст. 45). Право на охрану здоровья закрепляется в Конституции РФ за каждым ( ст. 41). Этому праву корреспондирует обязанность государства охранять здоровье людей ( ст. 7).
В соответствии со ст.98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" не предусмотрена возможность компенсации морального вреда в случае отсутствия вины причинителя вреда при ненадлежащем выполнении медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей.
Таким образом, одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона обязана предоставить суду доказательства в обоснование своих доводов и возражений.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ на сторону истца возлагается обязанность предоставить доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и причинением вреда здоровью ненадлежащим оказанием медицинской помощи, вину врачей районной больницы. Тогда как на ответчика возлагается обязанность предоставить доказательства, подтверждающие отсутствие вины и надлежащее оказание медицинской помощи.
В обоснование доводов истцов в качестве свидетеля была допрошена ФИО11 которая пояснила, она работает врачом-кардиологом с 2004 года. ФИО4 наблюдалась у нее в связи с установленным диагнозом <данные изъяты> риск тромбообразования очень высокий, ей (ФИО4) категорично нельзя было отменять прием коагулянтов, даже если на некоторое время сердечный ритм соответствовал норме.
Для проверки доводов сторон судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз».
Из экспертного заключения усматривается, что развитие у ФИО4 <данные изъяты> не может рассматриваться в качестве недостатка оказания медицинской помощи, поскольку является непрогнозируемым осложнением основного кардиологического заболевания <данные изъяты>». <данные изъяты> относится к острым жизнеугрожающим состояниям со стёртой клинической картиной на начальных этапах, не имеющим патогномоничных симптомов, а его развитие характеризуется молниеносным течением. Во время оказания медицинской помощи ФИО4 с 09.12.2023 года по 17.12.2023 года установлен недостаток диагностики: не выполнено показанное бактериологическое исследование экссудата из брюшной полости с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам. Каких либо иных недостатков оказания медицинской помощи ФИО4 не установлено.
Установленный недостаток не оказал какого-либо влияния на состояние здоровья ФИО4 и не состоит в причинно-следственной связи с ее смертью от полиорганной недостаточности ( <данные изъяты>), осложнившей течение <данные изъяты> в силу следующих причин:
- указанный недостаток сам по себе не являлся причиной развития <данные изъяты>;
<данные изъяты> реакции;
- <данные изъяты> является многофакторным событием, а его развитию мог способствовать, в т.ч. нерегулярный прием антиаритмических препаратов ( увеличение риска внутрисердечного тромбообразования, вследствие неконтролируемой аритмии) на амбулаторном этапе лечения;
- лечение ФИО4 проводилось своевременно и верно, в соответствии с положениями медицинской науки, практики и установленных требований, каких либо недостатков не установлено;
- отсутствие указанного недостатка не гарантировало бы благоприятный исход, в виде предотвращения развития <данные изъяты> и смерти от его осложнений.
Истцы ФИО3, ее представитель, а также представитель ФИО2 по доверенности Цацин М.П. результаты проведенной экспертизы считали недостоверными, поскольку при проведении экспертизы, по мнению истцов, допущенные процессуальные нарушения, не позволяющие отнести экспертное заключение к допустимым доказательствам по делу, к которым отнесены проведение экспертизы учреждением, не имеющим лицензии на проведение ее в г.Москве; круг экспертов, в определении о ее назначении не определен, врач-кардиолог при проведении экспертизы участие не принимал; проводившие экспертизу эксперты не являются штатными экспертами ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз», в связи с чем, квалификация экспертов поставлена истцами под сомнение.
С учетом указанных возражений, представителем истцов ФИО3, ФИО2 по доверенности Цациным М.П. заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы экспертам ООО «Институт судебной медицины и патологии». Пояснил, что расходы по проведению повторной экспертизы истцы намерений не имеют, полагал, что указанные расходы необходимо возложить на ответчика ГБУЗ «Сергиево-Посадская больница».
Представитель ответчика ГБУЗ «Сергиево-Посадская больница» по доверенности ФИО7 в судебном заседании против назначения по делу повторной экспертизы не возражал, однако пояснил, что ГБУЗ «Сергиево-Посадская больница» уже понесло расходы по проведению экспертизы, результаты которой оспаривают истцы, в связи с чем оснований для распределения расходы по проведению повторной экспертизы на ответчика отсутствуют.
В соответствии с п.2 ст. 85 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.
Положения ст. 60 ГПК РФ устанавливают, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
Согласно ч.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 ГПК РФ.
По смыслу ч.3 и ч.4 ст.67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что денежные средства на счет Управления судебного департамента Московской области ФИО3, ФИО2, как лица, заявившие ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, не внесли, судом в силу п.4 чт. 79 ГПК РФ ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы отклонено.
Судом проверялись доводы истцов ФИО3, ФИО2 изложенные в качестве оснований для признания экспертного заключения, подготовленного ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» как недопустимого доказательства.
В рамках рассмотрения дела, судом в адрес экспертных учреждений ( ФГБУ «РЦСМЭ», ГБУЗ МО «Бюро СМЭ», ООО Институт Судебной медицины и Патологии», ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» были направлены уведомления с целью выяснения возможности экспертных учреждений провести по делу экспертизу, определения ее стоимости и сроков выполнения. Всеми экспертными учреждениями в суд были представлены гарантийные письма. ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» представило в суд лицензии на осуществление медицинской деятельности от 21.02.2018 года. (л.д. 236-246 том 1) Возражений против назначения экспертизы, с учетом сроков ее проведения, в ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз», лица участвующие в деле не имели. (л.д. 251-252 том 1)
Определением суда от 24.07.2025 года по делу назначена экспертиза, производство которой было поручено экспертам «Северо-западное бюро судебных экспертиз», расположенному по адресу: Москва, <...> п.
В соответствии с Федеральным законом от 4 мая 2011 года N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" медицинская деятельность (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра "Сколково") подлежит лицензированию (пункт 46 части 1 статьи 12); местом осуществления лицензируемого вида деятельности является производственный объект (здание, помещение, сооружение, линейный объект, территория, в том числе водные, земельные и лесные участки, транспортное средство и другой объект), который предназначен для осуществления лицензируемого вида деятельности и (или) используется при его осуществлении, соответствует лицензионным требованиям, принадлежит соискателю лицензии или лицензиату на праве собственности либо ином законном основании, а также территория, которая предназначена для осуществления лицензируемого вида деятельности и (или) используется при его осуществлении (пункт 8 статьи 3).
Судом установлено, что ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» согласно сведениям Единого реестра лицензий Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения имеет лицензию на осуществление медицинской деятельности от 21.02.2018 года № Л041-01190-20/00356077, действующую бессрочно, на объектах по адресам: <...>; Санкт-Петербург, пр.Наставников, д. 22 лит. А, ч.п. 2Н, пом. 173 и МОП. Сведения о возможности осуществления медицинской деятельности по адресу: Москва, <...> п. в реестре отсутствуют. (л.д.103-107, 112-114 том 2).
По вопросам места проведения экспертизы, формирования экспертной комиссии в судебное заседание вызывался руководитель экспертного учреждения ФИО9, который в судебное заседание не явился, суду представлено информационное письмо № 1930 от 08.12.2025 года, содержащее в себе письменные ответы на поставленные судом вопросы.
Из указанного информационного письма следует, что у ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» имеется действующая лицензия на осуществление медицинской деятельности. Требования к наличию лицензии и соответствию организации, установленным лицензионным требованиям соблюдены. Указанный в экспертном заключении адрес является адресом методологического оформления и организационно-технического сопровождения экспертной деятельности ( подготовка, оформление и выдача заключения), а не местом оказания медицинской деятельности пациентам. С учетом характера проведенной работы в рамках исследования медицинских документов, не требующих использования медицинского оборудования, лекарственных препаратов, операционных и иных специализированных помещений, а также осмотра и совершения каких либо манипуляций с потерпевшим, при проведении экспертизы нарушений лицензионных требований допущено не было. В состав экспертной комиссии были включены четыре врача: два врача судебно-медицинских эксперта, врач-хирург, врач общий практики, т.е. специалисты. Обладающие необходимыми клиническими и экспертными познаниями для оценки как сердечно-сосудистой патологии, так и течения острой хирургической патологии, особенностей проводимого лечения и развившейся полиорганной недостаточности. Для ответа на вопрос, поставленный судом в определении о наличии или отсутствии дефектов оказания медицинской помощи, их влияния на исход заболевания, своевременности диагностики и лечения, а также причинно-следственной связи между действиями ( бездействиями) медицинских работников и смертью относятся к компетенции судебно-медицинских экспертов и клиницистов общего профиля, поскольку предполагают комплексную оценку уже установленного диагноза, полноты обследования и адекватности лечебной тактики, а не разработку узкоспециализированной кардиологической схемы лечения. Указано об отсутствии оснований для признания экспертного заключения недопустимым либо несостоятельным.
Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО10 показал, что он является штатным экспертом ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз», имеет высшее медицинское образование, специальность врач-хирург. Он был включен в состав экспертной комиссии руководителем экспертного учреждения. Экспертное заключение готовилось по адресу указанному в определении суда, эксперты между собой общались очно, согласование выводов экспертов осуществлялось дистанционно со всеми членами комиссии.
Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что объектом судебно-медицинской экспертизы по настоящему гражданскому делу являлись медицинские документы, предоставленные в распоряжение эксперта в установленном порядке, сам по себе факт указания в определении суда адреса экспертной организации, используемого для методологического оформления и организационно-технического сопровождения экспертной деятельности, не опровергает право ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» на осуществление медицинской деятельности в соответствии с представленной лицензией.
В соответствии с Методикой проведения судебно-медицинской экспертизы по материалам дела, рекомендованной Письмом Минздрава России от 27.12.2024 N 30-7/И/2-26067 организация проведения судебно-медицинской экспертизы по материалам дела возлагается на руководителя экспертного учреждения, который в день регистрации поступивших для проведения экспертизы по материалам дела постановления (определения) о ее назначении и всех необходимых для ответов на поставленные вопросы материалов поручает проведение экспертизы эксперту(-ам) данной организации (штатным экспертам), назначает эксперта-организатора и определяет срок, в течение которого экспертиза должна быть выполнена.
Суду представлены приказы о приеме на работу в отдел судебно-медицинских экспертиз по внешнему совместительству ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» на должность врача судебно-медицинского эксперта ФИО13, ФИО14, на должность врача-методиста ФИО10, на должность врача- невролога ФИО15, также суду представлены трудовые договору, заключенные между указанными лицами и ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз». (л.д.74-101 том 2).
Таким образом, поручение проведения экспертизы руководителем ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» экспертам, состоящим в штате общества ФИО13, ФИО14, ФИО10, ФИО15 соответствует требованиям закона.
Указанной выше методикой ( п.2.2) установлены полномочия эксперта-организатора для определения круга экспертов, привлекаемых к проведению экспертизы по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи, который, в данном конкретном случае пришел к выводу об отсутствии необходимости в привлечении к участию в проведении экспертизы врача-кардиолога. В связи с чем, доводы представителя истцов по доверенности Цацина М.П. о ненадлежащем формирования экспертной комиссии, судом отклоняются как несостоятельные.
Тот факт, что ООО «Северо-западное бюро судебных экспертиз» не направило в адрес ОСФР по г.Москве и Московской области персонифицированную информацию в отношении своих сотрудников, не является безусловным доказательством отсутствия между экспертным учреждением и экспертами факта трудовых правоотношений, которые подтверждаются трудовыми договорами и приказами о приеме на работу. В рамках рассмотрения дела, надлежащее исполнение экспертным учреждением возложенных на него обязанностей по отношению к сотрудникам не является предметом спора.
При таких обстоятельствах, доводы представителя истцов по доверенности Цацина М.П. о проведении экспертизы экспертным учреждением, не имеющим лицензии, экспертами – не состоящими в штате учреждения, судом отклоняются как не нашедшие своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.
Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО10 поддержал представленное в суд экспертное заключение, по существу пояснил, что предварительный диагноз ФИО4 был поставлен верно и обоснованно, лечение осуществлялось с учетом клинической картины. Развитию <данные изъяты> мог способствовать, в том числе нерегулярный прием антиаритмических препаратов. В период нахождения ФИО4 в больнице был выявлен единственный недостаток, который не состоит в причинно-следственной связи со смертью ФИО4 Отсутствие указанного недостатка не гарантировало бы благоприятный исход в виде предотвращения развития <данные изъяты> и смерти ФИО4 от его осложнений.
Оценивая в совокупности представленные доказательства, в том числе показания свидетеля, эксперта, которые в целом не противоречит друг другу, принимая во внимание, что экспертами даны ответы на все вопросы, поставленные судом, которые имеют правовое значение при разрешении спора, выводы экспертов категоричны, заключение сделано на основании специальных познаний в области медицины и исходя из совокупности всех имеющихся по делу фактических данных, включающих как пояснения сторон, так и медицинскую документацию, эксперты имеют высшее медицинское образование, опыт работ, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем, оснований сомневаться в квалификации экспертов, подготовивших заключение по гражданскому делу, у суда не имеется.
При таких обстоятельствах, у суда нет оснований не доверять представленному заключению. Указанное экспертное заключение, суд принимает качестве надлежащего доказательства, поскольку оно соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ,
Сам по себе факт несогласия истцов с выводами экспертов не свидетельствует об их неверности.
Недостаток оказания медицинской помощи - это оказание медицинской помощи не в соответствии с положениями об организации оказания медицинской помощи, порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями, а также общепризнанными положениями медицинской науки, отраженными в соответствующей специальной медицинской литературе.
Отсутствие прямой и непрямой причинно-следственной связи между смертью ФИО4 и выявленным недостатков в оказании медицинской помощи не является основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, поскольку не опровергает обстоятельств, свидетельствующих о наличии нарушений при оказании медицинской помощи, которые безусловно причиняли нравственные страдания истцам, рассчитывавшим на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь их матери.
В силу положений пункта 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ.
Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание установленные обстоятельства, наличие выявленных недостатков, не состоящих в причинно-следственной связи со смертью ФИО4, а также тот факт, что смерть матери, безусловно, является невосполнимой потерей, причинившей нравственные страдания детям, которые лишилась поддержки, любви и заботы со стороны близкого и родного человека, получили сильнейшую психологическую и душевную травму, испытали душевные переживания о случившимся, что нарушило их психологическое благополучие, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Боль утраты близкого человека является неизгладимой.
Смерть ФИО4, в совокупности с выявленными дефектами оказания медицинской помощи, даже в отсутствие прямой причинно-следственной связи между ними усугубляет нравственные страдания истцов, поскольку, обращаясь в медицинское учреждение, они рассчитывали на оказание близкому человеку квалифицированной медицинской помощи в полном объеме, тогда как непроведение пациенту всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение или облегчение проявлений заболевания, причинили им страдания.
Учитывая вышеизложенное, а также принимая во внимание, что компенсация морального вреда не поддается точному денежному подсчету и не может в полной мере возместить причиненные истцам нравственные страдания, а признана лишь в максимально возможной мере компенсировать последствия, понесенных ими нравственных страданий с учетом принципов справедливости и разумности суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу двух истцов равной 600 000 руб., т.е. по 300 000 руб. в пользу каждого.
Требуемая истцами сумма в размере 2 000 000 рублей является завышенной, заявленной без учета всех обстоятельств установленных по делу.
В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 названного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В обоснование требований о возмещении расходов на представителя суду представлено соглашение об оказании юридической помощи от 18.02.2025 года, заключенный между ФИО3 и адвокатом Цациным М.П., предметом которого является оказание юридической помощи: представление и защиты интересов ФИО2, ФИО3 по иску к ГБУЗ МО «Сергиево-Посадская больница» о взыскании морального и материального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской услуги. Пунктом 3.1 соглашения предусмотрен размер вознаграждения представителя в сумме 70 000 руб.
Чеком по операции от 02.11.2024 года подтверждается оплата ФИО12 вознаграждения в размере 67 000 руб. (л.д.20)
Оснований не доверять представленным документам у суда не имеется.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 17.07.2007 N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплату услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Представитель истцов Цацин М.П. принимал участие в проведении по делу досудебной подготовки 17.06.2025 года, в 11 судебных заседаниях.
С учетом объема работы проделанной в рамках оказания услуг представителем истцов, его временной период действия, соотношение суммы расходов на оплату услуг представителя с объемом предоставленных услуг, сложность и категорию дела, суд полагает, что возмещение расходов по оплате услуг представителя в суде первой инстанции в размере заявленном истцом ( 70 000 руб.) не соответствует требованиям принципа разумности, справедливости и не соразмерно трудовым затратам исполнителя.
Определяя разумность расходов на оплату услуг представителя в учетом изложенных выше критериев, суд принимает во внимание методические рекомендации по минимальным размерам оплаты юридическом помощи, оказываемой адвокатами гражданам и юридическим лицам, утвержденные решением Адвокатской палаты Московской области от 27 марта 2024 года, согласно которых ведение дела в гражданском судопроизводстве составляет 40 000 руб., суд приходит к выводу о разумности компенсации расходов на представителя в размере 40 000 руб.
В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
С учетом изложенного государственная пошлина за рассмотрение дела подлежит взысканию с ГБУЗ МО «Сергиево-Посадская больница» в доход Сергиево-Посадского городского округа Московской области в размере 6000 руб.
Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление ФИО2, ФИО3 к ГБУЗ Московской области «Сергиево-Посадская больница» о компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов удовлетворить частично.
Взыскать с ГБУЗ Московской области «Сергиево-Посадская больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.
Взыскать с ГБУЗ Московской области «Сергиево-Посадская больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., расходы на представителя в размере 40 000 руб.
В удовлетворении требований о взыскании сумм свыше определенных судом отказать.
Взыскать с ГБУЗ Московской области «Сергиево-Посадская больница» в доход Сергиево-Посадского городского округа расходы по оплате экспертизы в размере 6 000 руб.
Решение может быть обжаловано участвующими в деле лицами в апелляционном порядке в Московский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления его в окончательной форме через Сергиево-Посадский городской суд Московской области.
Мотивированное решение изготовлено 16 января 2026 года.
Судья подпись Л.В.Сергеева
Сергиево-Посадский городской суд Московской области направляет в Ваш адрес копию решения суда от 09.12.2025 г. по делу № 2-3766/2025 (мотивированное решение изготовлено 16.01.2026 г.).
Разъясняю, что при несогласии с решением суда, Вы вправе подать апелляционную жалобу в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Обращаю внимание, что апелляционная жалоба должна соответствовать требованиям ст. 322 ГПК РФ и быть мотивированной. К жалобе должны быть приложены: доказательства направления или вручения апелляционной жалобы всем участвующим в деле лицам, платежный документ об оплате государственной пошлины. При подаче апелляционной жалобы представителем, к жалобе прилагается доверенность и копия диплома представителя о высшем юридическом образовании.
Апелляционная жалоба адресуется в Судебную коллегию по гражданским делам Московского областного суда и подается через Сергиево-Посадский городской суд Московской области.
При пропуске установленного срока для подачи апелляционной жалобы разъясняю право подать мотивированное заявление о восстановлении срока для подачи апелляционной жалобы, с указанием уважительных причин пропуска срока.
В соответствии со ст.35 ГПК РФ разъясняю право на ознакомление с материалами гражданского дела в суде первой инстанции до направления настоящего гражданского дела в суд апелляционной инстанции.
Приложение: на 12 листах.
Судья Л.В.Сергеева